Ангел

*** Саске совершенно не хотел отмечать свой день рождения. За последние недели произошло столько всего, что единственным его желанием в данный момент было желание просто отдохнуть где-нибудь с Наруто и Асами. Без всякой суеты, работы, больниц и забот. Где-нибудь на море, под пляжным зонтиком, наблюдая, как его ребенок резвится в воде, а Наруто загорает на солнце. Однако жизнь имела свои планы: у него все еще был гипс, работа не давала перерыва, дочь ходила в школу, а брат все также находился в больнице. Все эти факторы не давали Саске просто отдохнуть, находясь в постоянном напряжении. Хотя Цунаде в принципе запретила ему нервничать и волноваться по поводу и без него. День рождения Саске должен был наступить через два дня после выписки. И так как мужчина совершенно не желал его праздновать, он поговорил об этом с Наруто. Блондин, будучи не только добрым и ответственным человеком, но и абсолютно потрясающим партнером согласился с Учихой — он и сам, на самом деле, не был настроен ни на какие праздники, пусть это и был день рождения любимого человека. В связи с этим они провели этот день почти как обычно. Саске привычно проснулся раньше всех, хотя сейчас это было лишним: он все равно не мог приготовить завтрак. Посмотрев на часы, он увидел, что до подъема Наруто было еще пятнадцать минут, поэтому он решил сходить в душ. Узумаки вчера купил ему специальных чехол на гипс, поэтому теперь он мог мыться без чьей-либо помощи. После душа Учиха вернулся в комнату, быстренько — в силу возможностей — переоделся. Закончил он как раз перед будильником Наруто, поэтому когда блондин начал ворочаться, Саске уже был готов. Он мягко улыбнулся Узумаки, когда тот сел на кровати, сонно потирая глаза. — Доброе утро. — Тихо сказал Учиха. Блондин посмотрел на Саске, все еще плохо соображая после ночи, однако кивнул головой и улыбнулся. Через минуту он все-таки собрал свои мозги в кучу и поднялся с кровати, чтобы обнять своего партнера. — С днем рождения, малыш. — Сказал Наруто, осторожно прижимая к себе Саске. Тот приобнял блондина одной рукой за спину, а голову положил на голую грудь, отчего у обоих пробежали мурашки по коже. — Какой я тебе малыш? — Проворчал привычно Саске, а Наруто только засмеялся. Он поцеловал партнера в макушку, а потом отстранился. — Самый настоящий малыш. — Саске только фыркнул на это высказывания, предпочитая ничего не комментировать. Он отправил Наруто умываться, чистить зубы и мыться, чтобы он смог его нормально поцеловать. Сам именинник отправился в спальню Асами, чтобы разбудить ее в школу, а потом на кухню, чтобы приготовить завтрак. Узумаки спустился через двадцать минут, полностью готовый к выезду: ему предстояло отвезти девочку в школу и съездить на работу, чтобы провести совещание. Девочка поздравила своего папу с днем рождения, подарив ему рисунок, который они рисовали с Наруто вчера вечером. Затем они дружно позавтракали, разговаривая обо всем на свете. Саске сообщил, что поедет к Итачи в больницу, так как брат просил заехать, а потом сам заберет Асами со школы — ему нужно было поговорить с Какаши, а потом прогуляться на свежем воздухе. В принципе, все так и произошло. Они провели день раздельно, каждый посвященный своим делам. Наруто пришлось задержаться на работе, так как за время его отсутствия многие сотрудники успели «соскучиться» по нему: они приносили ему документы, приходили с отчетами и каким-то делами, поэтому Узумаки засел в своем кабинете почти на весь день. Саске несколько раз писал ему, сообщая новости от Итачи и со школы, однако по большей степени он предпочитал не отвлекать Наруто. В четыре часа дня зашел Гаара, и они просидели еще два часа, заканчивая все неотложные дела. Конечно, все накопившееся документы они не успели просмотреть, потому что Наруто засобирался домой: в конце концов у Саске был день рождения, и они хотели посидеть вечером в семейной обстановке, пусть и без Итачи. По дороге домой Узумаки заехал в магазин, как они и договорился с Учихой, и купил пиццу и роллы: никому не хотелось готовить сегодня. Асами японскую еду не особо любила, поэтому она запросила итальянскую — сырная пицца была ее любимой. Также Наруто купил бутылку вина и сок для Асами. Домой он приехал к восьми часам — Саске и Асами уже доделали все уроки и накрыли стол. Мужчина расставил три тарелки и бокалы, а Наруто дополнил картину, выложив на тарелку роллы и две пиццы — одну сырную, а другую Пепперони для них с Саске. Ужин прошел в прекрасной семейной обстановке. Асами много рассказывала про школу и про свою подружку Ай — совсем недавно они участвовали в школьной олимпиаде, поэтому у нее было много впечатлений. Какаши сегодня как раз хвалил девочку за нее успехи в математике, а ее подружка отлично справилась с английским языком. — Так у нас тут великий математик сидит. — Сказал Наруто, целуя девушку в макушку. Он достал из холодильника соус и поставил на стол. — Будущий научный гений. — Засмеялся Учиха. Наруто вспомнил про подарок, который он пообещал передать от Итачи Саске. Ему пришлось идти в свою квартиру, чтобы забрать его — хранить его у Учихи было бы глупо. Вообще, когда Наруто узнал про этот подарок, он сначала опешил, не представляя, как Учиха отреагирует на него. Поэтому ему было особо интересно посмотреть на Саске в момент открытия подарка. Занеся в квартиру большую картонную почти плоскую коробку, Наруто поставил ее перед Саске и Асами. Те смотрели на это с нескрываемым любопытством и вниманием, и Наруто мог только ухмыляться: он-то знал, что в этой коробке. — Это мой брат решил мне преподнести? — Вскинул брови Учиха, когда Наруто распаковал коробку: внутри была запакована большая картина, которую для Саске создавали в течение трех месяцев. Изображенные на них Учихи были определенно срисованы с фотографии: Наруто видел ее однажды у Итачи. Асами обнимала отца за шею, прижавшись к его щеке своей, а старший Учиха стоял позади них, тепло улыбаясь в своей привычной манере — слегка прищурившись, с морщинками около глаз. Лица были идеально прорисованы, что делало картину просто невероятно красивой. Полотно было в бело-золотой рамке, что идеально сочеталось с интерьером в квартире Учихи. Подойдя ближе, Саске провел по полотну рукой, смотря на Наруто с блеском в глазах. Асами подошла вместе с отцом, и Узумаки не мог налюбоваться радостью на их лицах — Итачи удивительно точно выбрал подарок. Узумаки пришлось сделать, как и просил старший, несколько фотографий с подарком и отправить ему, а потом они с Учихами начали думать, куда бы повесить этот шедевр. Асами предложила повесить в ее комнате, но, конечно же, мужчины отвергли ее предложение в силу отсутствия там места. В спальне Саске не захотел вешать, поэтому Наруто предложил гостиную: там как раз было свободное место на стене. Учиха согласился, но вешать сегодня ее было уже не очень хорошо — на дворе был поздний вечер, поэтому мешать соседям не хотелось. Асами согласилась с решением взрослых, хотя первоначально вообще расстроилась, что эту картину не повесят у нее. За всеми заботами Наруто забыл подарить и свой подарок, поэтому ему снова пришлось бежать в свою квартиру, пока Саске укладывал спать свою дочь: за день ребенок устал и почти засыпал на ходу, поэтому они решили уложить ее и посидеть вдвоем. Пока Учиха укладывал Асами спать, сделав с ней все ночные процедуры, Наруто принес подарок, помыл посуду и убрал на столе. Он оставил пиццу, роллы и вино, чтобы они смогли спокойно пообщаться. Саске вернулся через двадцать минут, потирая сломанную руку: периодически она ныла и болела, что было совершенно нормально для его перелома. Наруто притянул его к себе поближе и, облокотившись на барную стойку, поцеловал. — Ты какой-то любвеобильный, Узумаки. — Фыркнул Саске, отстраняясь. Блондин чмокнул его в щеку, а потом дотянулся до стоящего на столе маленького пакета. — Это тебе небольшой подарок. — Наруто… — Я не мог оставить тебя без подарка в твой день рождения. В пакете обнаружилась длинная бархатная синяя коробочка — не трудно было догадаться, что там находилось. Саске открыл ее, и перед его глазами оказался великолепный браслет: серебряная цепочка с двумя пластинками, которые пересекали друг друга, посередине. Пересечены пластинки были неровно: одна была черной и широкой, другая — узкой и серебряной. На маленькой были вставлены черный камень и выгравирована дата. — Это черный оникс. — Тихо сказал Наруто, когда Саске провел пальцем по серебряной пластинке. — А это дата нашего знакомства, да? — Спросил Учиха, подняв глаза на своего мужчину. — Ты помнишь? — Парень предпочел не отвечать на вопрос. Отложив коробочку в сторону, Саске просто поцеловал своего возлюбленного, благодаря за подарок. — Знаешь что, Наруто Узумаки? — Спросил парень, отстраняясь от блондина. Мужчина что-то промычал, ожидая продолжения. — Люблю я тебя. — Я тоже тебя люблю. *** Наруто устал. Это можно было назвать эмоциональным выгоранием, поскольку Узумаки абсолютно ничего не хотел делать, не хотел ничего слушать и вообще существовать — его эмоциональный диапазон варьировался от состояния «насрать» до состояния «поебать», что, в принципе, было недалеко друг от друга. Единственное, что не позволяло ему плюнуть на все, — это его безграничная любовь к Учихам и чувство долга перед сотрудниками. После дня рождения все завертелось и закрутилось и им пришлось входить в рабочий режим. Саске почти полностью оправился после аварии, если не считать руки. Его периодически мучали бессонница и головные боли, но это было лишь небольшим неудобством. В целом и в общем, после двух недель нахождения дома и соблюдения всех рекомендаций Цунаде, Саске вернулся на работу — не на полный день, но с полным погружением, так сказать. Из-за долгого отсутствия накопилось много дел, которые Саске было необходимо решить самому, так как его брат все еще находился в больнице. Под чутким надзором Наруто Саске выполнял все рекомендации Цунаде. Узумаки, взяв еще две недели отпуска, полностью посвятил себя заботе об младших Учихах. Саске возмущался, конечно, но после взбучки от Наруто и их небольшой ссоры смирился и принял помощь. А помощь ему действительно была нужна — так как Саске не мог пользоваться одной рукой, то его действия были ограничены. Он не мог водить машину, а из готовки ему давались только наипростейшие блюда, отчего он психовал и злился. Наруто продолжал возить Асами в школу, однако забирал Саске ее сам — они ходили пешком, что было обоим непривычно. Но Цунаде говорила больше находиться на улице, поэтому Учиха совмещал приятное с полезным — с дочкой общался и воздухом дышал. Готовка была полностью на Наруто. По большей части все дела в доме — и жил блондин у Саске — были на Узумаки — он периодически прибирался при помощи двух Учих, готовил, постепенно превращаясь в домохозяйку. Саске же занимался ребенком — вместе они делали уроки, разбирали что-то непонятное, о чем-то шушукались — все как обычно. В целом и в общем, всех все устраивало, и Наруто действительно ловил некий кайф от заботы о своих Учихах. Хотя крутился Наруто как белка в колесе. Помимо домашних дел, у него были дела рабочие, которые никуда не исчезли в силу отпуска. Его довольно часто дёргали Гаара, Ирука и Минато, так как горел важный контракт, его дёргал Неджи со своими проблемами в отделе, ему ежедневно присылали отчёты, в который Наруто не находил ничего утешительного — все кричало о том, что ему пора выходить на работу. Когда Цунаде дала добро на возвращение Саске к работе, они единогласно решили, что Наруто тоже может возвращаться. Им пришлось скорректировать и синхронизировать свои графики, чтобы им удобно было работать, забирать и отвозить Асами со школы и навещать Итачи, принося ему передачки и слушая жалобы от Цунаде. Для домашних дел им пришлось нанять временную домработницу: милую женщину средних лет, которая убиралась и готовила для них. Саске, конечно, не понравилась такая затея, но он прекрасно осознавал свои возможности и возможности Наруто: ему все еще были противопоказаны физические нагрузки, а Узумаки и так крутился. В общем они работали как единый организм, чтобы успевать везде и всюду, а еще и не перенапрягать Саске, которому нервы и стресс в принципе противопоказаны. Они настолько переплели свои жизни, что существование одного без другого было просто нереально. Наруто старался делать все, чтобы Саске спокойно восстанавливался — совсем скоро ему должны будут снять гипс, что приведёт к курсу реабилитации. Цунаде предупреждала, что перелом у Саске сложный и все это выльется в долгий процесс восстановления. Наруто оставалось только поддерживать и помогать, пока Учиха недовольно ворчал. Если говорить о другом пострадавшем Учихе, то тут дела обстояли проще и лучше. Как и сказала Цунаде, Итачи быстро шел на поправку. Он уже во всю ходил по больнице и отвлекал всех своей харизмой и обаянием. Сенджу грозилась выгнать его, если он продолжит сводить с ума ее врачей и медсестер. Итачи сидел на специальной диете, ходил на физиопроцедуры, регулярно сдавал кровь и проходил какие-то тесты. Цунаде была довольна его состоянием, поэтому должна была выписать со дня на день. Выходить на работу, конечно, она категорически запретила, пока тот не пройдёт полный курс реабилитации и восстановления, а его швы полностью не заживут. Итачи был недоволен данным фактом, но спорить с Наруто, Цунаде и Дейдарой одновременно было выше его сил — эти трое блондинов вынесли ему мозг настолько, что о работе даже думать не хотелось. Саске с Наруто ежедневно приезжали к нему, привозили что-то поесть, что соответствовало его диете, почитать и так далее. Асами тоже приезжала несколько раз, но в основном они разговаривали по видеосвязи, потому что никто из них не хотел лишний раз таскать ребёнка по больницам. За всеми этими переживаниями, проблемами и делами, Наруто совершенно упустил момент, когда он окончательно заебался. За абсолютным безразличием последовала другая стадия — злость. Его настроение в последние дни стало скакать похлеще, чем у беременной женщины. Стоило ему выйти на работу, как на него свалилась целая гора документов, которые нужно было проверить и подписать, а также сроки сдачи проекта партнёрам, новый контракт и совет директоров поджимали по срокам — в конце концов он разрывался между домом и работой. Делам в офисе не было конца, Наруто брал документы домой и работал тогда, когда Асами уходила спать. Саске обычно сидел рядом с ним, молча поддерживая и иногда помогая, — в некоторой степени он чувствовал свою вину. Однако Наруто пресекал любые попытки заговорить об этом, считая его переживания полнейшим бредом — Саске не мог предотвратить аварию, а Узумаки не мог поступить иначе в ситуации, когда близким людям нужно его помощь. Он так и сказал Учихе. Так что в данной ситуации Саске мог только поддерживать Наруто, как тот поддерживает его, и не давать совсем забыть о себе. Учиха часто просто мог подойти и поцеловать в макушку Наруто, обнять со спины или прошептать что-то на ухо, отчего Узумаки становилось немного легче. Однако они оба пропустили момент, когда Наруто действительно выжал из себя все соки. Первым звоночком для Саске стал тот факт, что Узумаки ушел ночевать к себе в квартиру, хотя сам говорил, что ему там последнее время одиноко и холодно. Вторым звоночком стал отказ Наруто съездить к Итачи, что уже заставило Саске поволноваться — Узумаки искренне считал своим долгом навестить старшего в больнице. Чем дальше, тем хуже — Наруто, убедившись, что у Учих есть все необходимое, начал уезжать на работу и ночевать там. Точнее сказать — работать без продыху, а с утра ехать за Асами. Саске не на шутку так испугался за своего возлюбленного. Все эти изменения произошли буквально за полторы недели, хотя, должно быть, началось все с аварии. — Привет. — Саске решил, что другого выхода нет — Гаара знает Наруто гораздо дольше и может посоветовать, что делать в такой ситуации. А то, что нужно было что-то делать, Учиха не сомневался. Собаку но же взял трубку почти сразу. — Как раз хотел звонить тебе сегодня. — Сказал Гаара. — По поводу? — Подожди секунду, я дойду до кабинета. — Буквально сразу послышалась возня и хлопок двери, отчего Саске решил, что до кабинета тот все-таки дошел. — Как у тебя дела? Как Итачи? Я был у него неделю назад, а вот к тебе все не успеваю вырваться. — Все нормально, Итачи в порядке. Я тоже. — Коротко сказал Саске. — Вообще я хотел поговорить по поводу Наруто. — Я тоже. — Гаара на том конце провода ругнулся, а потом попросил повисеть на телефоне. Учиха услышал, как Собаку но с кем-то ругается, а затем посылает этого человека на три весёлые буквы, отчего у Саске брови взлетели вверх — Учиха даже не думал, что всегда хладнокровный Гаара может так делать. — Как же он меня сегодня достал, не представляешь. Давненько я не видел его таким злым и недовольным. — Ты про Наруто? — Не про Папу Римского же. — Психанул Гаара. — Ты не представляешь, что тут твориться. Сегодня эти долбоебы потеряли оригинал того самого контракта, который мы должны пописать послезавтра, и Наруто рвет и мечет. Он злющий, как стая голодных волков, и срывается на мне или Темари, очевидно, единственных не боящихся заходить к нему в кабинет. — Саске даже не знал, что сказать. На самом деле он никогда не слышал столько слов от Гаары за раз, отчего не пребывал в шоке. Не сказать, что они с Собаку но были близки, но Саске, не кривя душой, мог назвать его своим другом. За эти месяцы они установили довольно тёплые и доверительные отношения, и Саске искренне гордился своей коммуникабельностью и общительность — однако все понимали, что это его предел. Он и так впустил в свою жизнь слишком много людей в последнее время. — Если ты когда-нибудь видел Наруто в ярости, то увеличь свое впечатление на два. А если не видел, то не рекомендую проверять. — Вздохнул Гаара. — Слушай, он практически не спит, ночует на работе, а дома появляется только если понимает, что я что-то не смогу сделать в силу обстоятельств. Он перестал разговаривать со мной, правда, при Асами старается вести себя как обычно. — Он просто очень устал за последнее время. Наруто не позволял себе выплеснуть эмоции после вашей аварии и полностью посвятил себя вам. Он ни с кем не говорил об этом, даже со мной или отцом. В крайнем случае — с Неджи. Абсолютно ни с кем, а Наруто так нельзя — он человек эмоциональный, общительный, открытый. Он привык справляться с проблемами сам, не позволяя никому помочь. Он считает, что вы с Асами — его ответственность. Наруто буквально убедил себя в этом. — Черт. — Он любит вас, действительно очень любит, поэтому так и поступает. Наруто всегда хотел дать своим близким все самое лучшее, чтобы они знали, что у них есть надёжная защита. Но он никогда не бережёт себя в погоне за этим. — Продолжал говорить Гаара, а Саске сейчас с новой силой ощутил свою вину за все происходящее с Наруто. Он прекрасно понимал, что Узумаки взвалил на себя слишком много в силу обстоятельств. — Он же себя доведет. — Вздохнул Учиха. — Было с ним уже такое, когда у меня были проблемы в семье. Он старался помочь мне и совсем забыл о себе. — Поделился Гаара опытом. — Ты только не думай винить себя. Бывалые — знаем. Ни к чему хорошему это не приведет. — Гаара, я серьёзно в отчаянии. На работе полнейший завал, брат все еще в больнице, ребёнок требует моего внимания, а Наруто сходит в ума. Мне нужно видеть его живым и здравомыслящим. А еще и у Асами скоро день рождения — она точно расстроится, если Узумаки будет не в себе. — Будет твой Наруто в порядке. Есть у меня одна мысль. Возможно пару дней придется потерпеть, но оно того стоит. — О чем ты? — Есть у нас с Наруто один старый друг, который один раз уже вправил ему мозги. — Хмыкнул Собаку но. Что это был за человек, Гаара не уточнил, однако Саске и не стал спрашивать. Они оба надеялись, что это поможет, потому что всем нужен был адекватный Наруто Узумаки, а не озлобленный и пассивно-агрессивный человек, коим он является сейчас.