Судьбоносная дверь

      Слабо сопротивляясь, но не содействуя, Кацуо старался справиться одновременно и с шоком, и с нахлынувшими чувствами, и даже со сном, который отступил лишь пару секунд назад. Отстранившись от мальчика и удобно расположив свои руки на ребрышках Кацу, Одашицу хмыкнул. — неужели такой парень как ты ещё ни разу не целовался? — со своей уже фирменной улыбочкой демон позволил себе отпустить некую 'шуточку-подкол'. Хотя после, он, будто бы примирительно чмокнул малыша в уголок губ.       Однако, Кацуо явно не стало легче. Даже если они и знакомы тринадцать лет.. Это не даёт право так делать! Хотя личное пространство не является чем-то особенно важным и значимым для него, но всё же, украсть его первый поцелуй было очень нагло, даже для такого, как Одашицу. Миямото резко встал, выбравшись из плена ониби и, фыркнув себе что-то под нос, зашагал прочь. Желательно, домой. — ну! Персик, погоди! — точно так же внезапно Ода поднялся и направился за Кацуо. Он взял его за руку и потянул обратно. — извини, я был рад, что ты пришёл, обещаю, что между нами такого больше не будет. Пожалуйста. Дружба? Кацу вырвал свою руку из лап ужасного демона и грубияна и снова направился по размытой дождём дороге. Пробежав вперёд, Одашицу повис на парне, одновременно с этим упав на колени. —ну пожааааааалста! Я тебя так долго ждал — грустно промямлил вроде как страшный демон, способный убивать людей за секунды. Но не суть дела. Мальчик, вздохнув, с презрением глянул в чёрные глазки и остановился.

***

— ну так зачем же ты пришёл? — всё ещё виновато произнёс ониби. — хотел спросить кое-о-чём. — Кацу сел на скамеечку напротив друга и притянул к себе свой рюкзак. — ты убивал? — Кацуо никогда не отличался способностью на структуированный и продуманный диалог.. Но чтобы настолько. Конечно, им движет любопытство и желание узнать о смерти бабушки, однако, было ли ему это важнее, чем желание узнать немного о Фурииму? Он и сам не понимает.. Помолчав, Ода подал свой звучный голос: — малыш, мне 297 лет, конечно, я убивал. Тебя только это заботит во мне? — нет, извини.. Просто было интересно. — Кацу что-то для себя отметил в голове. Взбрело, а как это - умирать? И видеть, как кто-то умирает? Когда внезапно умерла маленькая жёлтая птичка, живущая в клетке у ещё совсем маленького Кацуо, тот много плакал.. Но сравнима ли жизнь птицы с жизнью человека..? — Кацуу, земля вызывает Кацу — Одашицу щёлкнул перед его лицом пальцами и сел на место.

***

Спустя лишь N-ное количество вопросов (около двадцати пяти, помянем Оду), Кацуо успокоился и уже спокойно обсуждал с Одашицу то, как всё таки несправедливо с ним поступили родители. — а я рад, что тебя привезли сюда. — тихо сказал Ода, опустив взгляд. — хэй.. Я тоже рад видеть тебя, пусть и не особо помню. — Персик, сам того не понимая, приподнял голову друга, аккуратно взяв за подбородок. Пронзающим взглядом Одашицу провёл по лицу парня напротив. Эта неловкая пауза не слишком то и давила. Спустя минутку, демон решил, что снова лезет куда не надо и уж было хотел извиниться, однако Кацуо, слегка поддавшись вперёд, увлёк черноволосого в неумелый, но приятный, как мягкий оранжевый закат, поцелуй.

Странные и непонятные чувства молниями проносились по телу обоих, дурманя сознание.

***

Отступив, персиковый мальчик сильно покраснел и опустил взгляд вниз. Одашицу улыбнулся, взглянув на всю эту большую смущающуюсяя милость, ввиде этого малыша. Да, несмотря на то, что они практически одного роста. — не переживай.. — на ушко шепнул ониби, затем поцеловав Кацуо в шею. — ..я тебя научу. Что оставалось Миямото, кроме как довериться и хотя бы попытаться получить удовольствие? Снова сбежать, но что, если он не хочет? Насколько это неправильно? Ода снова проник языком в чужой рот, нагло, но нежно изучая каждый его уголок, проводя по язычку, нёбу, щекам и зубкам. В это же время демон снял свою черную ветровку и раположил её на круглом деревянном столике. Стягивая ненужную и ужасно-мешающую одежду, Одашицу с тихим рыком покусывал шею Кацу. Толстовка, штаны и обувь полетели куда-то на скамейку, они ещё долго будут лежать без дела.       Лицезреть тело этого малыша было и вправду, словно употребление наркоты.. Ещё! Нужно ещё! Каждый изгиб, каждая впадинка.. А что уж говорить о его розовых сосочках? Ода прикусил один из них. Получив сладкий и тянущийся стон Персика, демон сильнее завёлся и оттянул пальцами второй, получая вторую порцию удовольствия ввиде стонов. Пальцы сами тянули к этому мальчику, заставляя руки блуждать у бёдер, на спине и животе. От горечего дыхания Фурииму у Кацуо словно горела кожа, но пожар был совсем не там, а чуть ниже.. Когда на шее, плечах и ключицах пассии практически не осталось свободного места, Кацу в полустоне произнёс: — Ода, у м-меня это.. — тшш, я знаю. — Одашицу 'заткнул' его нежным поцелуем, как бы говоря, что будет аккуратен. Почувствовав немного облегчения, Миямото слегка обнаглел и полез снимать с демона его майку. Оценив это решительное действие, Ода слегка помог себя раздеть, но после снова припал к телу пассива. Расположившись меж его сочных бёдер, ониби выстроил дорожку из поцелуев от шеи и ниже, постепенно опускаясь вниз. Всё это ужасно смущало Персика, однако, этого не скажешь о его теле. Вставший от одних прелюдий член, соски.. Засосы, оставленные по его воле и милости духа.        Демон, добравшись до паха паренька, крепко зацепил зубами оставшуюся ткань и ловко стянул вниз. Его руки всё блуждали в области груди, поэтому пришлось идти на эти приятные меры. Страстно облизнув 'стержень' третьеклассника, а после взяв его в рот, с довольным видом закрыл глаза. Томный, тянущийся как сладкий мед, стон Кацу приятно ласкал слух ониби, заставляя его жаждать ещё. Больше стонов богу стонов!        —Будь так добр.. — немного пристав Одашицу посмотрел в глаза пассии и, оттянув ему нижнюю пухлую губу, просунул внутрь три пальца. Послушно и активно Персик обильно смазывал конечности духа, прикрыв глаза. Он понимал, что лучше так, нежели насухо.. Движения языка и вязкая, горячая слюна вынуждали возжелать их обладателя ещё сильнее, взять его так страстно, как только было возможно. И, спустя долгие томительные секунды, складывающиееся в минуты, Ода вынул пальцы, а после сразу приставал их к заманчиво-розовому колечку мыщц. Растягивать малыша было сложно. Его неподготовленное тело заметно бастовало против 'вторжения', так ещё и сам девственный мальчик со страху и непривычки вскрикивал в полустоне и сжимался внутри. Ониби это совсем не радовало, а все его попытки физически успокоить Кацу не увенчались успехом. — послушай, — тихим, удивительно спокойным для данного положения дел, тоном, актив вызывал к себе внимания. Он положил голову на плечо любовника и продолжил сладкие, успокаивающие речи, — я обещал быть аккуратным, бы помнишь? Доверься мне.. Пожалуйста. И Миямото доверился.

Так странно, но так сильно доверился. Было ли это из-за его внутренних давних чувств, которые хранились на подсознательном уровне? Он и сам не понимал. И пусть его грудная клетка, усыпанная укусами и засосами, всё так же поднималась вверх от частого, разрывистого дыхания, пусть тело явно не могло привыкнуть, но теперь всё иначе.

***

— а я и не думал, что с тобой будет так сложно, — усмехнулся демон, подставляя свой агрегат к подготовленому аналу мальчишки. Медленно стал входить.. Каждое его действие было наполненно лаской и осторожностью. Спугнуть этот пташку от себя было бы воистину величайшей его ошибкой. Вздохи и стоны наполняли старую беседку, а в воздухе витал сладостно-соленый запах возбуждения.        Одашицу вошёл полностью и дал Кацуо время, дабы привыкнуть. А привыкнуть было сложно: отсутствие смазки и 'первый раз' сыграли большое значение. Спустя пару минут, когда сдерживать желание уже не было сил, пассия сам стал неуверенно двигать бёдрами и насаживаться на член. Казалось, словно толчки восполняли внезапно осознанную пустоту внутри.

Персик излился себе на живот. Пару капель даже попало на стол, довольную улыбку Фурииму было невозможно не заметить, однако тот экстаз и наслаждение так ослепили малыша, что ему было уже всё равно.

***

Продолжая толкаться, Одашицу только самолюбиво прошептал: — быстро ты~ и вновь отдался чувствам и ощущениям, накрывающим с головой. Постепенно темп становился всё быстрее и быстрее, оставаясь всё таким же плавным. Дело близилось к разрядке, Ода чувствовал это, чувствовал, как пульсируют их половые органы. Его рука опустилась снова вниз, чтобы стимулировать Персика опять кончить, а то как без рукоблудства? Спустя всего парочку толчков, ониби в последний раз спровоцировал шлепок мокрых, разгоряченных тел....