Фурри Ири

      Выспаться ребятам не удалось. С их появлением устроенный гриффиндорцами праздник обрел второе дыхание. Чемпиона и его друзей затянули в круговорот веселья. «Почему бы и нет», — решил Гарри, и Гермиона с Невиллом его поддержали. Как говорится — делу время, потехе час. Разумеется, от раннего подъема их это не спасло.       Живоглот организовал котяткам ранний подъем классическим методом холодного душа в постель. Заклинание сотворения воды — да как за ухом почесать. Возмущение новоявленных курсантов кот задавил на корню, приголубив объемным мыслеобразом. Гарри с Невиллом окончательно переварили его только у Черного озера. Как они до него добрались, потом сами вспомнить не могли. Впрочем, некогда им было отвлекаться. Рваный темп бега с периодическими остановками для отжиманий, работы с прессом и перепрыгивание заботливо подсовываемых Ири препятствий — какие уж тут воспоминания? И ведь это только первый круг.       На втором добавился бег с вращением, спиной вперед, захлестом голени и подниманием бедра — даже для регулярно практикующих подобное — мрак и жуть. Полчаса разминки, и одежду можно выжимать. Зато крайне эффективно. А кто не согласен — бежит еще один круг.       Живоглот дал котяткам немного отдышаться и собрать глазки в кучу, после чего сменил форму и, в образе неко-кота, показал Гарри с Невиллом комплекс упражнений на растяжку. Разумеется, такие мелочи, как некоторое несоответствие анатомии его не особо волновало. Впрочем, он и не требовал полного повторения. Парни, стиснув зубы, со слезами радости на глазах, приступили к освоению упражнений. «Мрр», — оценила их успехи Ири, подкинув немного энергии. Как раз для того, чтобы добежать до присмотренной полянки и познакомиться с трудами Гермионы: немного практической трансфигурации — и в распоряжении котят турник и брусья.       «Мяв», — скомандовал Живоглот. Что и как делать Гарри с Невиллом знали из полученного час назад мыслеобраза. Тридцать минут работы с собственным весом, и две измочаленные тушки лежат на земле, тихонько скуля и хрипло моля добить. «Слабаки», — резюмировал кот, и поделился с детенышами энергией, как раз достаточной для того, чтобы перейти к практике по наработке навыков уклонения. «Мрр», — кивнула кошка Гермионе, и та вручила мальчишкам два глухих шлема.       — Зачем это? — Простонал Гарри.       — Для развития чувства магии, пространства и ощущения опасности, — пояснила Гермиона.       — Передайте ба, что я ее люблю, — простонал Невилл, перед тем, как нацепить шлем.       — Мяу, — скомандовал Живоглот, и дернул ухом. Гермиона понятливо отбежала в сторону.       — Мрр, — кивнула ей Ири. Вздохнув, Гермиона принялась колдовать, создавая вокруг напряженно стоящих мальчишек подобие ринга.       Как только работа оказалась законченной, кот с кошкой принялись забрасывать Гарри и Невилла заклятьями. Особым разнообразием они не баловали, но оно и не требовалось. Ослабленный до предела и слегка упрощенный ступефай в исполнении кошачьих походил на удар плеткой. Быстрый, резкий, обжигающий и болезненный. И — никаких повреждений при максимуме ощущений. С одной стороны — более чем эффективно, чтобы не филонить и пытаться всеми силами увернуться, с другой — тренировка болевого порога без потери подвижности.       — Гермиона, не мешай, — муркнула Ири, послав обжигающий подарочек в мягкое место девушки.       — Ай! — Подпрыгнула та, потирая пострадавшее седалище. — Я не специально, просто волнуюсь за них.       — Тогда лучше наколдуй шлем и тренируйся отстраняться. Не надо пытаться им подсказывать, ты их сбиваешь.       — Я больше не буду.       — Мрр…       Живоглот с Ири не стали свирепствовать, погоняли котяток полчасика да и объявили тренировку законченной. «Завтра будет легче», — сообщил Живоглот, поддержав новоиспеченных кадетов экспресс курсов имени себя очередной порцией энергии. «Сегодня была оценка ваших сил», — пояснила Ири. «Ыгы», — с трудом выдал Невилл за себя и друга.       Торжественное вползание в замок двух стонущих тел завершилось в больничном крыле. Мадам Помфри ужаснулась, но быстро успокоилась и в пять минут залечила синяки и ссадины. Немного поколебавшись, она все же смилостивилась и выдала зелья для снятия боли и усталости. Совсем бодрыми и активными парни не стали, но до душа дошли уверенно и без страдальческой мины на лице.       Занятия прошли буднично, зато вечером героев ждал сюрприз. «Мальчики, у нас все готово», — объявила Гермиона. «Убей меня, брат», — попросил Гарри. «Не могу», — помотал головой Невилл в ответ. «Почему?!» — Страдальчески воскликнул Гарри. «Тогда некому будет убить меня», — развел руками Невилл. «Аргумент», — вздохнул Гарри. «Хватит паясничать», — фыркнула Гермиона, и распахнула дверь класса, оборудованного для тренировок самого молодого чемпиона Турнира Трех Волшебников.       — Мило, — оценил Гарри уютный уголок со столиками, стульями, диванчиком и камином.       — Угу, — кивнул Невилл, смотря на манекены, мишени, тренажеры и полосу препятствий. Чары расширения пространства превратили и без того немаленькое помещение в подобие стадиона. Во всяком случае, по площади.       — Сначала отдохнем, — обрадовала парней Гермиона, и повела в уютный уголок, где они и занялись выполнением домашнего задания. Еще никогда ранее Гарри с Невиллом не возились с ним так старательно. Но сколько веревочка не вейся, а тренировка неизбежна.       — Мяу, — объявил Живоглот, и объяснил котяткам суть предстоящего действия.       Ничего сложного, всего лишь шлем типа намордник и связанные руки. Можешь бегать, можешь прыгать, но лучше пытайся поставить щит. Чары щекотки ерунда, но только первые пять-шесть раз, потом начинаешь с нежностью вспоминать утренние «плетки». Там хоть орать можно, тут же приходилось в себя смеяться.       — Ири, а это не слишком? — Спросила Гермиона. — Для нервов ведь вредно.       — Мрр, — дернула ухом кошка и послала ей мыслеобраз, показывая, что происходит на тонких планах.       — Понятно, — потерла лоб Гермиона.       Побочным эффектом применяемых чар было общее ускорение тока маны. Конечно, более правильным было бы раз сто-двести поставить щит, так сказать, размять соответствующие каналы и настроиться, но Ири с Живоглотом продолжали тестирование котят. Им требовалось зафиксировать их базовый уровень, как бы сфотографировать для себя ауры и сделать что-то вроде оттиска энергетики на тонких планах. С одной стороны — они собирались вести нечто вроде дневника здоровья, с другой — проработать будущую анимагическую форму людей. Вернее, обратный переход.       Благодаря природным способностям, кот с кошкой могли легко помочь котяткам с обретением животного тела, в совсем уж крайнем случае достаточно было заменить ману праной. Худо-бедно, но более-менее близкое к нормальной форме таким образом получить можно. А вот обратное проделать не так-то просто. Собственно говоря, дело в энергетике. Прана и мана у каждого своя. Грубо говоря, это схоже с группами крови. Даже при совпадении групп и резуса, все равно имеются индивидуальные различия. И если с праной они играют не слишком значительную роль, то с маной все сложнее. Откачав прану и вернув ману, можно запросто получить нечто вроде недочеловека, вроде кентавра. Хотя, в данном конкретном случае стоило опасаться застревания в образе сфинкса.       Гарри с Невиллом не смогли поставить даже простейшего протего, зато прекрасно потренировались в ловкости и чудесно отработали навыки уклонения. Правда, обзавелись кучей синяков и ссадин, так ведь никто не заставлял их на полосе препятствий прятаться. Впрочем, нет худа без добра, теперь для них не станут сюрпризом подготовленные профессором Флитвиком неожиданности и ловушки.       При виде знакомого трио мадам Помфри только головой покачала, но говорить лишнего не стала. Быстро вылечила ребят, выдала зелий и тут Ири послала Гермионе мысль — пора. Та кивнула, сказала парням что догонит и обратилась с просьбой к медведьме научить основам первой помощи.       — Мисс Грейнджер, целительство очень непростое дело, — задумчиво смотря на девушку протянула Помфри.       — Я понимаю, но в ближайшие пару месяцев ребята будут дважды в день приходить к вам с уже знакомыми проблемами.       — Не слишком ли рьяно они взялись за тренировки, — покачала головой мадам Помфри.       — Гарри на три года младше, — вздохнула Гермиона.       «Мрр», — кивнула Ири, довольная ее ответом. Простая констатация факта, по сути, она ничего не сказала, но все нужное медведьма прекрасно додумала сама.       — Хорошо, — согласилась Помфри. — Но раз в неделю ко мне на осмотр.       Мисс Грейнджер спорить не стала, и всецело поддержала, заверив лично приводить, а буде потребуется — так и притаскивать за шкирку. Мадам Помфри на это улыбнулась, и показала не только комплекс чар для устранения синяков, ссадин, снятия крепатуры и прочего в том же духе, но и научила Гермиону паре заклинаний для успокоения буйных пациентов. Разумеется, та на этом не успокоилась, новой темой увлеклась, и отправилась к мадам Пинс.       Хранительница библиотеки выслушала девушку, улыбнулась, кивнула и выдала брошюрку по оказанию первой помощи. Причем, аж времен Второй мировой войны. «Заранее подготовила», — муркнула Ири. «Люди», — фыркнул Живоглот. «Мрр», — успокаивающе потерлась о него кошка. «Мрр», — лизнул он ее в носик.       Так дальше дни и пошли. Ранний подъем, тренировка на воздухе, лечение, плотный завтрак, уроки, обед, снова занятия, выполнение домашних заданий, ужин, работа в зале, восстанавливающие процедуры, посиделки у камина, отбой. Вроде и рутина, а на деле каторжный труд.       Первые результаты тренировок Гарри ощутил примерно через месяц. Перед очередным совместным зельеварением Гриффиндора и Слизерина, Драко решил подоставать своего недруга Поттера. Но, на беду задиры, Гарри пребывал в состоянии отрешенного созерцания мира и наслаждался отсутствием боли в измученном мохнатыми садюгами теле. Драко, пыжащийся со своими значками и сочащимися ядом словами, был ему совершено неинтересен. Гарри не только не отвечал, но и никак не реагировал на белобрысого павиана, кривляющегося перед ним. Он индифферентно смотрел сквозь Драко, который от подобного зверел и заводился все больше и больше. Последней каплей стало то, как Гарри молча обошел его и направился в класс.       Драко, выведенный из себя полнейшим игнорированием собственной персоны, храбро схватился за палочку и отправил проклятье в спину Гарри. Вот тут-то и сработали ростки рефлексов и навыков, которые Ири с Живоглотом старательно прививали котятам в последнее время. Гарри не понял, как и почему его тело резко ушло в сторону и в руке оказалась волшебная палочка. Зато он прекрасно понял, кто стал причиной травмы Гермионы. Короткий пас, и Драко, приложенный со всей полнотой чувств ступефаем, отправился в больничное крыло. Вперед ногами. Как Крэбб с Гойлом подхватили, так и понесли. Гарри повел туда же подругу, прикрывающую ладонями передние зубы, вытянувшиеся до подбородка.       — Минус десять баллов с Гриффиндора. И вечером отработка у меня, мистер Поттер, — словно из-под земли вырос рядом с кабинетом Снейп.       — Есть отработка, сэр, — равнодушно кивнул Гарри, проходя мимо. Снейп на это только рот открыл, закрыл, рыбу из себя изобразил, плащом взмахнул и остальным ученикам на класс указал.       В результате происшествия Гарри и Невилл воочию убедились в действенности тренировок и удвоили усилия. По крайней мере, стонать и плакаться практически перестали. Гермиона тоже вышла с прибытком, наконец-то получила передние резцы, отвечающие ее эстетическому вкусу.       «Конечно родители будут расстроены, все же стоматологи, профессиональные чувства и все такое, но, право слово, сколько можно страдать? В конце концов — это мои зубы и внешность», — решила она, и попросила мадам Помфри исправить, в общем-то, скорее надуманный, чем реальный изъян внешности. Медведьма не стала возражать, и быстро решила столь незначительный вопрос. «Давно бы могла недоразумение природы исправить — и чего, спрашивается, тянула?», — спрашивала саму себя Гермиона, смотря в зеркало после пары заклинаний и укрепляющего зелья, призванного восполнить несколько пошатнувшийся минеральный баланс организма.       — Добрый вечер, сэр, — поздоровался явившийся на отработку Гарри.       Как чемпион, он мог бы и проигнорировать Снейпа, но не стал. Вспомнил рассказанное Петуньей, посоветовался с Ири, и решил услышать хоть от кого-то нечто большее, чем общие вещи о похожести на отца, маминых глазах и прочих «их все любили».       — Котлы там, — указал на угол возле раковины Снейп, не отвлекаясь от проверки ученических эссе.       Гарри молча приступил к делу. Он не спешил, но и не мешкал, стараясь работать ориентируясь по уменьшающейся стопке непроверенных зельеваром работ. Мытье котлов оказалось довольно простым и приятным делом. Как-то он раньше не замечал этого. Впрочем, до недавнего времени у него не было альтернативы в виде тренировок с Ири и Живоглотом. Снейп закончил раньше, но лишь на пару минут.       — Я вымыл котлы, сэр, — сообщил задумавшемуся профессору Гарри.       — Свободен, — кивнул Снейп, и поджал на миг губы. Слишком мягко он это сказал. По своим меркам, разумеется.       — Разрешите вопрос, сэр, — продолжил играть роль солдата или кого-то вроде него Гарри. Леди Августа, учившая этикету с одной стороны, и тренер, вернее, все же инструктор, в лице Живоглота с другой, оказали на него довольно серьезное влияние.       — Спрашивайте, мистер Поттер, — немного поколебавшись, все же потрафил любопытству Снейп.       — Не могли бы вы мне рассказать о маме, сэр? — Спросил Гарри.       Профессор зельеварения Северус Снейп, более известный как Ужас Подземелий и Летучая мышь, вновь оказался вынужден играть нехарактерную для себя роль выброшенной на берег рыбы.       — Я поговорил с тетей, сэр, и она рассказала о вашей дружбе с моей мамой. Мне никто не рассказывает о ней. Отделываются общими словами о доброте и красоте, талантах в трансфигурации и прочей ерундой. Я совсем не знаю свою маму, сэр. Я хотел бы знать, каким она была человеком, — окончательно добил Снейпа Гарри, попутно приперев к стенке.       Конечно, тот мог бы послать мальчишку, да он и собирался сделать так в первый момент, но Гарри смотрел на него зелеными глазами. Ее глазами. И Северус Снейп как-то внезапно перестал замечать круглые очки, столь любимые Джеймсом Поттером, перестал видеть в Гарри черты его отца, и… Он вспомнил свою Лили. Веселую и озорную девчонку, которая подошла к угрюмому мальчику. Ту, кто стал для него всем. Ту, которую он любил всю жизнь. Ту, кто причинил ему столько боли. Ту, из-за кого он опутал себя клятвами и обетами, и за смерть которой он до сих пор не мог простить себя. Не было в жизни Северуса Снейпа ни одного дня, когда бы он не вспоминал Лили Эванс. И не было ни одной ночи, когда бы он смог уснуть без сонного зелья.       Гарри молчал, смотря зелеными глазами на восковую маску, давно заменившую Снейпу лицо. Он не требовал, и даже не просил, он просто ждал. Наблюдал за тем, как оживает пергаментно-желтое лицо. Как маска трещит, но не сдается, видел, как борется с собой Северус Снейп. Чувствовал, что тот стоит перед стеной. Интуитивно понимал, помнил о том, как сам недавно оказался на перепутье. Но ему было легче. Маска еще не приросла, не подменила собой «я», и у него были те, кто прикрывал тыл, поддерживал, верил в него и ждал.       — Лили, — сипло заговорил Снейп. — Я любил и до сих пор люблю ее, — выдавил он, заставив провернуться непослушный язык. — Мы… Я расскажу тебе о ней позже. Не сейчас.       — Спасибо, профессор. И извините… За все проблемы, которые доставляю.       — Иди… Гарри. Поздно уже.       Разумеется, Северус Снейп не стал вдруг белым и пушистым. Хоть люди и способны порой радикально измениться, но это все же редчайшее исключение. Тем не менее, на очередном медосмотре, мадам Помфри вручила Гермионе набор зелий и проинструктировала о том, как их правильно применять. Гадать о том, откуда вдруг взялась целая шкатулка с расширением укрепляющих и восстанавливающих эликсиров не приходилось. Да и мадам Помфри прекрасно поняла, для кого все это предназначается. И не только она.       — Северус, мальчик мой, ты хоть понимаешь, как это опасно? — Сверкнул очками Альбус, начиная разговор с вызванным на ковер Снейпом.       Настроение у директора Хогвартса оставляло желать лучшего. В Визенгамоте пили кровь сторонники Волан-де-Морта. Вот вроде много ли могут сделать комары? А когда их десятки? Не смертельно, но крайне неприятно. И министр магии этих кровососов всячески поддерживал, надеясь получить финансирование будущей избирательной кампании. Коллеги с гостями так же не давали расслабиться. Постоянно дергали по ерунде, открыв своеобразный третий фронт. Журналисты постоянно в школу наведывались и рядом крутились. И сами по себе мешали, и чары следящие беспокоили. Приходилось реагировать, а как же иначе, когда столько глаз за каждым шагом следит? Еще и авроры вели тайное расследование. Хотя, профанация там, а не расследование, но рядом крутились и безопасность обеспечивали. А то как же, Сириус Блэк ведь до сих пор не пойман. Какое уж тут изучение Кубка Огня, крестражи-то искать некогда толком. И ведь еще надо этапы турнира готовить, с русалками договариваться, место для размещения драконологов и их зверушек обеспечить, арену зачаровать, почву для лабиринта подготовить, и уйма всего прочего, что требует пригляда и контроля. Опять же, учебу никто не отменял. Еще и в Международной Конфедерации Магов грызня, многие недовольны тем, что Англия и финал Мирового чемпионата по квиддичу провела, и возрожденный Турнир Трех Волшебников принимает.       «Не те уже годы, не те силы, да и в молодости такое потянуть — голова кругом, а тут еще и Северус чудит», — вздохнул Альбус. И ведь понимает, что столь явным вмешательством может от Кубка Огня получить, но все равно лезет. «Да понимаю я, что ты через Помфри все сделал, понимаю», — мысленно скривился Альбус, слушая явно отрепетированную заранее речь Снейпа. «Да только она тебя об этом не просила, и сама прекрасно справлялась, ей-то ничего не грозит, она свою работу делает, а вот ты», — Альбусу оставалось лишь мысленно головой качать.       — Хорошо, Северус, я тебя понял. В следующий раз, просто спроси у Помфри, не нужно ли ей чего-то. До того, как начнешь зелья варить, спроси, — Снейп кивнул. — Ладно, чем там вообще Гарри занимается, что у него за тренировки? Мне, знаешь ли, вздохнуть не дают, некогда следить за мальчиком.       — Никто из нас и не может, это ведь явное вмешательство, — хмыкнул Снейп.       — Не так чтобы прямо очень уж явное, — огладил бороду Альбус.       — Уж точно на уровне моих зелий, — возразил Снейп, открыто намекая на нестандартную, но все же выволочку.       — Северус, — вздохнул Альбус и укоризненно посмотрел на собеседника.       — Он с Лонгботтомом и Грейнджер занимается. Они как сблизились весной, так и провели лето у Лонгботтомов. Вероятно, с ними занималась сама Августа, во всяком случае мальчишки сильно изменились. Теперь продолжают тренироваться самостоятельно. Грейнджер бегает по учителям, узнает заклинания и обучает друзей. Сами они налегают на физическую подготовку и регулярно дуэлируют. Во всяком случае об этом говорит характер травм.       — В лес-то они зачем бегают? Зала им мало? — Спросил Альбус, пока не находящий в словах Снейпа расхождений с уже известным и предполагаемым.       — Любой из учителей мог намекнуть, да и самим нетрудно сообразить — турнир не в зале проходить будет. Грейнджер наверняка уже все книги по теме проштудировала. Вероятно, летом Августа их по парку гоняла, вот и бегают по инерции. Грейнджер могла о подготовке магловских военных читать, или от отца слышать, — пожал плечами Снейп.       В конце концов, действия Гарри ничем не отличались от того, что делал Виктор Крам и прочие ученики Дурмстранга с первого утра после прибытия. Их опыт тут же перенял Седрик, который и так-то не ленился нагулять аппетит ранней пробежкой по квиддичному полю, теперь же он разнообразил ее с помощью друзей, которые швырялись заклинаниями и устраивали каверзы. Да все чемпионы так или иначе занимались. Та же Флер тоже на попе ровно не сидела, точнее, как раз сидела, медитируя и встречая восход, но делала она это на вершине астрономической башни, предварительно пробежавшись по длиннющей винтовой лестнице. Так что Гарри на этом фоне не только не выделялся, но и радовал Снейпа своей похожестью.       — А то я даже и не знаю, как удалось бы его на занятия сподвигнуть, — закончил излагать мысли Северус.       — Даа, — протянул Альбус, сняв очки и принявшись массировать переносицу, — совсем что-то старею, — вздохнул он. Вот что, позови Минерву, и извини за это, — обвел он рукой кабинет.       — Впредь буду осторожней, — признал и собственную вину в вызове на ковер Северус.       Проводив Снейпа до двери, Альбус вернулся за стол и задумался. Так, ареной для первого тура пусть займется Минерва. Все равно там в основном трансфигурация. Чаша побольше и поглубже, камней с валунами разных, чтобы было где укрыться, и трибуны для зрителей, вроде колизея. Защиту драконологи поставят, они в своих питомцах прекрасно разбираются, потом только проверю. Каркарова и Олимпию на Снейпа и Спраут спихнуть. Пусть займут. Мальчикам есть что обсудить, а Помона кого угодно своим гостеприимством утомит. Глядишь и ко мне бегать перестанут, боясь лишний раз ей на глаза показаться. С подводным народом пусть Крауч дела ведет. Он же у нас полиглот и официально главный инициатор, так пусть и отрабатывает. Все равно там осталось только детали согласовывать. И про вейл предупредить особо, все же вода с воздухом и огнем не особо дружат. Ничего, потерпят часок. Так, вроде бы неплохо получается. Не идеально, но время на континент трансгрессировать будет. На заседании Международной Конфедерации посижу, и главам фракций кулуарно сообщу о том, что не стану следующей осенью бороться за председательское кресло. Эх, надо было в этом году отказаться, по привычке ведь кандидатуру выставил. По инерции. Да, теряю хватку. Ладно, пообещаю им поддержку, немного покапризничаю, и пусть бьются за право устроить смотрины кандидата. Мм, пожалуй и правда стоит уступить место, сейчас не до континентальных дрязг, надо только подобрать кого-нибудь поприличней. И помоложе. Да, именно что помоложе. Хе-хе. Спутаю им всем расклады, полгода будут разбираться и подвох искать, потом начнут клинья к новому главе подбивать, подходы прощупывать и одеяло перетягивать, а там и новое заседание с выборами председателя не за горами окажется. Года полтора с этой стороны проблем не будет.       Закрывающая вход горгулья крикнула, шевельнула каменными крыльями, нарушая стройный бег мыслей Альбуса Дамблдора. Он взмахнул ладонью, послав импульс магии в голема, и тот пропустил Минерву.       — Альбус, — кивнула вошедшая в кабинет сухонькая дама в возрасте, со строгим лицом прирожденного педагога.       — Присаживайся, — Альбус взглядом указал на кресло. — Лимонную дольку, чая?       — Спасибо, не хочу сбивать аппетит, — качнула собранными в узел седыми волосами Минерва.       — Как дела у Хагрида? Подобрал место для драконологов?       — Подобрал, но мне кажется, что оно слишком близко к школе, — ответила Минерва, тоном голоса и всем видом выражая отношение к выбору коллеги.       В душе она не считала недавнего лесника, произволом Альбуса ставшего профессором УЗМС, коллегой. Против самого Рубеуса Хагрида она ничего не имела, он ей даже местами нравился своей непосредственностью и прямотой, но вот его любовь к опасным животным и ужасная теоретическая подготовка в преподаваемом предмете…       — Ничего страшного, это не надолго. Попроси Грюма поставить защиту, или сама наколдуй сигнальные чары.       — Да уж непременно наколдую, — поджала губы Минерва, поняв, что место выбранное Хагридом будет одобрено.       — Мне надо будет ненадолго покинуть школу. Дела в МКМ требуют. Тебе придется заняться ареной для первого тура, о безопасности зрителей и участников пусть пекутся драконологи.       — Хорошо, но я попрошу осмотреть их работу Филиуса, он все же мастер чар.       — Конечно, — огладил бороду Альбус. — И пусть Помона займет наших коллег из Дурмстранга и Шармбатона…       «Так, а после конфедерации и проверки сделанного, займусь крестражами Тома. Хотелось бы Люциуса приструнить, но придется потерпеть. Этот дурак и сам дел наворотит, а Тома спугнуть нельзя. Пусть думает, что все идет по его плану. Интересно, а у него вообще остались мозги на то, чтобы хоть какие-то планы составлять? Вот найду крестраж и проверю. Так сказать, по малому оценю адекватность большего. Ох, как же я от всего устал. Еще и Северус разочаровывает. Если совсем размякнет, перестанет разумом руководствоваться, придется искать другого преемника», — вздохнув, Альбус отправился переодеваться к ужину.       Сегодня он планировал осчастливить детей еще одной пространной речью. Имидж чудаковатого старца и образ великого светлого мага требовал кучу времени и сил на поддержание. «А ведь еще в прошлом году не замечал, как же тяжело даются все эти глупости. Сдаю, совсем дряхлею, ладно хоть еще источник ярко горит и черноте в ближайшие лет сто его не поразить. Сто. Ха, да тут и два десятка прожить в тягость. Но надо, без преемника помирать никак нельзя», — оборвал самого себя Альбус. Вытащив из гардероба вырвиглазную мантию с анимированными звездами и бешено носящимися туда-сюда кометами, он принялся переодеваться.       «Колпак, это все же слишком театрально», — позволил он себе маленькую слабость. Впервые за последние десятилетия.