Фурри Ири

      В середине ноября Хагрид пригласил Гарри прогуляться и прямым текстом сказал взять мантию-невидимку. Тем же вечером у камина состоялся совет.       — Драконы. Хагрид показал мне драконов, — поделился главной новостью Гарри.       — Что ж, вполне ожидаемо, — промурлыкала Ири. — Максимально опасная тварь в роли стража, но сильно ограниченная в маневре местностью, — сказаное она дополнила мыслеобразом с видами подготовленной для первого тура площадки. Разумеется, ту оградили барьером и накрыли искажающими чарами, да только рассчитаны они были на любопытных детишек и в целом ориентированы на людей.       — Какие именно драконы? — Спросила Гермиона, волевым усилием справившись с эмоциями. Тренировки с Ири дали вполне заметный результат. В отличие от парней, стремительно прогрессирующих в грубой мощи и боевых возможностях, она развивалась в области тонких манипуляций.       — Шведский тупорылый, валлийский зеленый, китайский огненный шар и венгерская хвосторога, — ответил Гарри.       — Хвосторога самая опасная, может так хвостом ударить, что костей не соберешь, — подвигал челюстью Невилл.       Ставший немного более квадратным подбородок придавал ему вид волевой и внушительный. Во всяком случае, недавно он случайно услышал о себе именно это — и потом целый час корчил рожи перед зеркалом, пытаясь понять, так ли это, или девчонки смеялись. Разумеется, как истинный наследник рода Лонгботтомов, он не стал подслушивать и сразу же убрался прочь, когда понял, что речь идет о нем. И естественно, сейчас он жалел о поспешной ретираде. Можно ведь и тихонько уйти было. Неспешно так.       — Значит будем исходить из того, что мне придется сражаться с ней, — сказал Гарри.       — Не сражаться, а пройти мимо, — поправила его Гермиона.       — В центре очень примечательный камень, — муркнула Ири.       — Значит, забрать что-то у стража, — понимающе кивнул Гарри. Успехами Гермионы и даже Невилла в работе с тонкими планами и собственным сознанием он похвастаться не мог, все же Ири с ним больше в направлении обретения анимагической формы работала, но вытащить из памяти недавний мыслеобраз и рассмотреть его подробно не составляло большого труда.       — Задача понятна, противник известен, — фыркнул Живоглот, демонстрируя недовольство пустыми словами.       — Поразить уязвимые места дракона. Например, глаза, — предложил Невилл.       — Первый вариант, — кивнул Живоглот.       — Лишить подвижности, можно трансфигурировать камни в клетку, или использовать чары левитации и завалить, — сказал Гарри.       — Отвлечь с помощью иллюзий или големов, замаскироваться и выполнить задание, — поделилась своим виденьем Гермиона.       — Плохо, — резюмировал Живоглот.       — Героизм, часто есть следствие ошибки, а то и разгильдяйства, — промурлыкала Ири. — Зачем лезть в пасть дракона? — Конкретизировала она, и демонстративно зевнула, продемонстрировав острые зубки.       — Но ведь если надо что-то забрать, — Гарри замолчал, и с усмешкой посмотрел на посветлевшие лица остальных.       — Именно, — фыркнул Живоглот.       — Порадуй зрителей не паршивой иллюзией, а могучим патронусом, — посоветовала Ири.       — А теперь спать, утром тренировка, — скомандовал Живоглот, сворачиваясь клубком рядом с кошкой. Спорить никто не стал. Бесполезно, да и поздно уже.       Дни, оставшиеся до первого этапа турнира, прошли в отработке различных схем на трансфигурированных макетах и освоении соответствующих чар. Внеплановый перерыв пришлось сделать лишь на интервью чемпионов для Ежедневного пророка. «Мрр», — облизнулась Ири, при виде знаменитой и одиозной звезды журналистики. «Пф», — выразил отношение к недостойной добыче Живоглот. «Мяу!» — Возмутилась кошка. «Мяу-мяу», — вскинул лапы кот. Если его самка желала разобраться с Ритой Скитер, он не собирался мешать и был готов всячески помогать. Но после того, как Гермиона прочитала вышедшую статью, он впервые задумался о чем-то большем, чем быстрое и эффективное уничтожение врага. Теперь он куда лучше понимал желание Ири поиграть с добычей.       И вот настал торжественный момент первого испытания Турнира Трех Волшебников. Первым вышел Крам и без изящества забил несчастную рептилию камнями. Конечно, не будь она прикованной, так просто у него бы это не вышло, но как говорится — если бы, да кабы. Что ж, подход банальный, кровавый, имеет право быть. Зрители оказались впечатлены, некоторые особенно чувствительные расстались с завтраком. «Это вам не сказочка», — фыркнула Ири.       Крам оказался еще тем куркулем. Ткнул волшебной палочкой в горло, усилил голос Сонорусом и объявил, что по старым и, разумеется, не отмененным до сих пор законам, а тако же по древним обычаям, да-да, так и сказал «тако же», он заявил претензию и право на тушу побежденного монстра. Судейская коллегия от такого поворота немного обалдела, но Крам был, как говорится, в своем праве. «Хм, с деньгами у него проблемы, что ли? В принципе, ничего против подобного подхода не имею и даже одобряю», — задумчиво пошевелила ушами Ири. С какой стороны не посмотри, но дракон трофей знатный и дорогостоящий. Не состояние, конечно, но деньги приличные. Пожалуй, при некоторой доле везения, распродать Китайского огненного шара можно на сумму большую, чем призовой фонд турнира.       Судьи требование Крама удовлетворили, так как деваться им по сути некуда было, но баллы явно занизили. Следующей вышла Флер Делакур. Ей выпало тягаться с валлийской зеленой. Девушка не стала ничего придумывать. Врубила на полную мощь очарование вейл и немного потанцевала. Самцы на трибунах взвыли, Ири с Живоглотом пришлось сдерживать охотничьи инстинкты, дракон, что называется поплыл. Птички, произошедшие от рептилий и ставшие далекими предками родни Флер, как-то неадекватно воспринимались крылатыми огнеметами. И француженка об этом прекрасно знала, иначе вряд ли бы она так смело и нагло пошла забирать золотое яйцо, лежащее на плоском камне в центре чаши. Справиться-то она бесспорно справилась, но оценки у нее оказались посредственные. С тем же успехом Гарри мог бы свою мантию-невидимку притащить или Седрик пушку с корабля Дурмстранга одолжить. Фактически, Флер победила за счет врожденных способностей и не использовала маны. Да она вообще никакой магии не продемонстрировала! А это, Мордред и Моргана, таки турнир волшебников!       Седрик, предупрежденный Гарри из корпоративной солидарности, порадовал публику трансфигурацией и красивой беготней. Созданные им животные отвлекали дракону, пока он сам пытался прорваться к цели. «Идиот», — фыркнул Живоглот. «Мрр», — дернула ушами Ири. Определенно, Седрик переволновался, иначе сложно объяснить, почему он упорно не замечал, как созданные им големы спокойно пробегают мимо золотого яйца-артефакта и не воспользовался очевидным способом заполучить его. После того, как парня чуть не поджарили в третий раз, он укрылся за камнем рядом с входом на арену и решил подумать.       Пока он занимался активным стимулированием мозга пятерней через затылок, шведский тупорылый передавил мельтешащих големов и прилег отдохнуть. На самом деле укрылся в засаде, демонстрируя недюжинную сообразительность, но одно другому не мешало. Стимулирования тыковки через маковку возымело положительный эффект. Кровь прилила к мозгам Седрика Дигори и… Он призвал метлу! «Мяу», — сказала на это кошка. «Пфыр», — дернул кончиком хвоста Живоглот. По разработанным ими схемам — план с метлой проходил как безвыходный и самый крайний вариант.       Седрик вновь наколдовав зверушек, вернее, одну зверушку, на большее видимо сил не осталось или приберечь решил, и приготовился показать мастер-класс. Пес, недавно бывший камнем, побежал к золотому яйцу, и испарился от ударившей сбоку струи пламени. Седрик кинулся на решительный штурм. Дракон не мог дать второй залп немедленно, и отчаянный маневр человека увенчался успехом. На данный момент это оказалось самое зрелищное и волнительное выступление. Оценки Седрик получил наивысшие.       С радостной улыбкой и потряхиваемый адреналином, он сделал круг почета над головами вопящих и машущих руками зрителей. «Пф», — фыркнул Живоглот, проводив взглядом героя, улетевшего в палатку колдомедиков. Дракон сумел достать Седрика в момент ретирады, немного опалив тыл. Но заранее наложенные на одежду чары успешно справились со своей задачей. У парня даже количество волос на затылке не уменьшилось. «Ты несправедлив, достойное выступление», — промурлыкала Ири. «Неоправданный риск ради жалких баллов» — «Люди», — асинхронно дернула ушками Ири.       Хоть Гарри и имел аж три основных плана действий, он все же волновался. Одно дело теория и тренировки, и другое — здоровенная и злющая венгерская хвосторога, бесящаяся от ошейника, цепи, шума, и всего происходящего. «Спокойно», — сказал самому себе Гарри, и усилием воли попытался подавить эмоции, как бы отстранившись разумом от тела. Вероятно, у него бы все получилось сразу, но дракон не собирался ждать и возиться с человеком. Не тот настрой у него был. Мощная струя пламени понеслась к Гарри, и тому пришлось уклоняться. Разумеется, организаторы не планировали позволять драконам жечь чемпионов на выходе, но волну раскаленного от жара воздуха они недооценили. Опять же хвосторога саму себя превзошла.       «Страх убивает разум. Страх — это малая смерть, несущая забвение. Я смотрю в лицо моему страху, я дам ему овладеть мною и пройти сквозь меня. И когда он пройдет сквозь меня, я обернусь и посмотрю на тропу страха. Там, где прошел страх, не останется ничего. Там, где прошел страх, останусь только я», — забормотал откатившийся за камни Гарри, внезапно четко вспомнив виденный летом фильм. Он настолько ему понравился, Гермиона так восхищалась главным героем, что Гарри не поленился прочитать первоисточник — книгу Фрэнка Герберта «Дюна».       — Мяу? — Посмотрела на Живоглота Ири.       — Мрр, — довольно зажмурился тот в ответ. Ему прочитанное Гарри так же понравилось и нашло отклик не только в душе, но и памяти предков. Довелось самцам по его линии в пустынях родного мира повоевать. Лет двести в барханах кровь лили, пока очередной прорыв не сделал пески окончательно непроходимыми.       Справившись с эмоциями, Гарри использовал заклинание патронуса. Могучий лев, сотканный из света и чувств создателя, произвел фурор среди зрителей и заставил отступить даже разгневанного дракона. Величественно выйдя из-за камней, патронус рыкнул и прыгнул на крупный валун. Хвосторога тряхнула мордой, ведущая от ошейника массивная цепь звякнула, и сбросивший мимолетное наваждение дракон полыхнул огнем. Лев увернулся, отпрыгнул, и тут же побежал. Прямо по воздуху. Чихать хотело порождение магии на гравитацию. Дракон оказался ошарашен, растерян, и даже не пытался атаковать. Он лишь внимательно следил за бегом льва. Впрочем, не он один.       Никто не заметил, как остающийся в укрытии Гарри взмахнул волшебной палочкой и превратил скол камня размером с кулак в примитивного голема. Внешне это чудо выглядело как груша на четырех паучьих лапках с парой хватательных клешней и глазом на конце стебелька. У Гермионы уродец выходил более эстетичным, но, в общем и целом, созданное Гарри вполне эффективно работало. Пауко-крабо-груша, шустро семеня лапками, добежала до цели, подхватила ее и поспешила обратно к хозяину. На все про все ушло не больше минуты.       К разочарованию зрителей и под дружный «ах», патронус исчез, распался на мириады блесток и вихрем гаснущих звездочек полетел к дракону. Тот неуверенно пыхнул огнем, но и того, что добралось до него хватило, чтобы успокоить. Порыкивая, словно ворча, Венгерская хвосторога, опаснейший дракон, потопталась на месте и улеглась. Глаза дракона смотрели в небо, и чувствовалась в них такая тоска, что многим на трибунах стало не по себе, а кое-кто и вовсе устыдился, увидев себя и весь этот тур в ином свете.       Гарри получил наивысшие оценки. Еще бы, он и высшую магию продемонстрировал, и отличное владение трансфигурацией, все же пусть уродливый голем, но нестандартный, и здравость с разумностью, да и определенное понимание момента сыграло. Однако, у столь бескровной и внешне легкой победы имелась негативная сторона.       Многие ученики считали Гарри обманщиком, и чуть ли не треть школы таскала слизеринские значки. Довольно много, если учесть, что примерно столько же ходило с символами в поддержку Седрика. Единственные, кто открыто и искренне болели за Гарри — члены его фан-клуба. Правда, в силу недостатка знаний из-за преимущественно юного возраста, и отсутствия серьезных финансов, они не могли похвастаться качественной атрибутикой. Брали энтузиазмом и активным штудированием библиотечных книг по артефакторике и чарам. Тоже, кстати, неплохое дело.       Хоть выступление Гарри и поколебало общественное мнение, но не слишком кардинально. Четверть Хогвартса по-прежнему считала его выскочкой и обманщиком. Довольно странная с точки зрения логики и здравого смысла позиция, но вполне понятная с точки зрения эмоций — зависть, чего уж лукавить-то. Не зря же она одним из смертных грехов считается. «Увы, но даже выступление Крама детишек не напугало», — резюмировала Ири. «Воспитатели», — презрительно скривился кот, смотря на преподавательский стол под собой, — большинство котят теперь уверены в том, что дракон нестрашно и ерунда, а эти молчат и не понимают ничего. Это может аукнуться в будущем», — раздраженно махнув хвостом, Живоглот отвернулся. «Мрр», — потерлась о него кошка, посылая волны тепла и спокойствия. «Мрр», — заурчал он спустя пару минут.       — Гарри, давай сходим к Хагриду и поговорим с братом Рона, мне все это не нравится, — сказала Гермиона, кивнув на спорящих мальчишек. Раздухарившихся и нетрезвых. Подбивающих друг друга на авантюру глупым «слабо», покалечившим и убившим наверно больше, чем самое черное проклятье.       — И что мы им скажем? Нам и так лекции прочитали, с наглядными пособиями познакомили, и Грюм защиту поставил. Да и сами драконологи всегда начеку и чары разные используют.       — Не знаю, но они ведь собираются на драконе покататься, а это ни в какие ворота, — Гермионе чертовски не нравилось то, что улавливал ее обострившийся слух.       Побочные эффекты от первых успехов в анимагии давали о себе знать спонтанными проявлениями, порой, как сейчас, приводящими к последствиям. Не услышь Гермиона спор однокашников, она бы и не волновалась. А если бы что-то случилось, всегда могла утешиться тем, что ничем не могла помочь из-за банального незнания.       — Проще сдать тайничок Снейпу. Вместе с этими героями, — Невилл покосился на отрыгивающих огонь парней и поправил отросшие волосы, за которыми в данный миг прятались измененные уши. До создаваемых Гарри лап он еще не добрался, но Гермиону на ниве анимагии превзошел, перейдя к этапу сознательных изменений частей тела.       — Тогда нам придется ходить с оглядкой, — покачал головой Гарри. — Проще самим запасы огневиски перебить.       — Толку-то, они ведь сегодня идти собираются. Сейчас, — последнее Гермиона прошипела, словно рассерженная кошка. Гарри с Невиллом переглянулись и дружно усмехнулись. Кровожадно так, на пару изменив клыки.       — Вы что задумали? — Тут же насторожилась Гермиона.       — Солнышко мое, а ты подумай, кто может остановить храбрых и пьяных гриффиндорцев, — промурлыкал Гарри. Ответом ему стал удивленный взгляд, сменившийся озарением и завершившийся шлепком ладони по лицу. — Ну-ну, Герми, это не ты поглупела, это просто этап такой.       — Да понимаю я, — вздохнула она, — потом и вовсе окошачивание будет. — Гермиона повела плечами, опасаясь будущей весны и предстоящей борьбы с инстинктами.       — Не все так страшно, — обнял ее Гарри, — не так уж и сильно на нас подействует анимагическая форма, мы же закаленные уже, — он постучал пальцем по своему лбу и направил Гермионе волну своих чувств.       — Туплю, просто туплю, — вздохнула она, прижимаясь к Гарри.       — Ментальный слой перестраивается, нельзя быть четвероногим и оставаться только человеком, — Невилл положил руку на ладонь Гермионы и сжал пальцы, направляя через касание тепло и поддержку.       — Спасибо, — счастливо улыбнулась Гермиона. — Я сейчас Ири с Живоглотом предупрежу.       Закрыв глаза, она тщательно проработала мысленное послание, и направила его по энергетическим каналам, ведущим к коту и кошке. Через пару секунд пришел ответ. Короткий импульс предвкушения и веселья от Ири, и обещание хорошенько всыпать неразумным котяткам от Живоглота. «Теперь я совершенно спокойна», — подумала Гермиона, и волевым усилием отбросила мысли о идиотах. Зачем думать о чужаках, пусть и из родственного прайда, когда своих забот хватает. Им с Гарри предстояло открывать Святочный бал, и в этот раз они собирались выступить достойно.       После первого этапа турнира школьные будни заиграли новыми красками. Ученикам объявили об открытии факультатива по бальным танцам и огорошили новостью о Святочном бале. Посещать занятия считалось делом добровольным, но это не касалось чемпионов, которым предстояло этот самый бал открывать. С выбором партнерши у Гарри и Невилла проблем не возникло. Стоило директору Хогвартса закончить длинную речь и поздравить всех с грядущим праздником, как Гарри прямо в большом зале пригласил Гермиону. Естественно, она ответила согласием. Таким нехитрым образом, в полном соответствии с традициями, они наконец-то стали парой де-юре.       Невилл, которому Ири с Живоглотом давно предоставили список наиболее подходящих в плане энергетики кандидатур, не стал тянуть резину. Пока все смотрели на Гарри с Гермионой и осмысливали случившееся, он подошел к столу пуффендуйцев и пригласил Ханну Аббот. Она ему давно нравилась, вот и сделал решительный шаг к приятной во всех отношениях девушке. Та мило засмущалась, и кивнула. «Да она сама к нему неравнодушна», — фыркнул Живоглот, вольготно разлегшийся на балке и помахивающий хвостом. «Мрр, — согласилась Ири, — еще одна глупенькая самочка, считающая себя недостойной», — добавила она. «И что они все в себе сомневаются?», — проурчал кот. «Люди», — ответила ему Ири. Свесив мордочку и наполнив магией глаза, она с интересом наблюдала за начавшимся в Большом зале броуновским движением. «Люди-то люди, но все же маги», — пошевелил вибриссами кот. «И это хорошо, почти никто не ошибается. Сильно», — добавила кошка.       Домовитая и открытая Ханна прекрасно поладила с Гермионой, и ударными темпами становилась для нее лучшей подругой, с успехом оттесняя жалкие потуги на эту роль Джинни Уизли. Барсуки всегда умели дружить, так что рыженькая, и так-то лишь шапочно числившаяся на этой важной девчачьей должности, стремительно теряла те крохи влияния, которые имела на Гермиону. И это обещало стать проблемой. В будущем.       — Парни, а может ну его, драконов этих? — шепотом спросил Симус. Холодный ночной воздух благотворно сказался на его разуме, и хмель почти покинул его.       — Струсил, — презрительно бросил Томас.       — Тише вы, мелочь, — осадил его Джон.       — А хоть бы и так, — окрысился Симус. — Фиг с ними с драконами, нас за непростительное в Азкабан упечь могут.       — Никто нас не упечет, на животных применять можно.       — Ага, можно, а объяснять ты как будешь, а, Смит? Тебя же отец первый и выпорет, наколдует на палочку приори инкантатем, увидит империо и потом неделю на пузе спать будешь, — добавил он.       — Мелюзга, зачем только согласились вас с собой взять, — выругался Смит.       — Делетриус используем и все, никто ничего не докажет и не найдет, — пояснил Джон.       — Слушайте, парни, давайте хоть не будем на драконе кататься, — Симус понимал, что самое разумное сейчас развернуться и уйти, но, во-первых, не хотелось прослыть трусом, во-вторых, страшно было пробираться одному через Запретный лес в Хогвартс.       — Да никто и не собирался, — хохотнул Джон.       — А чего тогда поперлись? — Возмутился Томас.       — Я у Колина колодкамеру одолжил, подчиняем непростительным дракона, делаем фотки и сваливаем. Ясно? — Спросил Смит.       — Угу, — ответил немного успокоенный Симус.       — Круто, — представил себя стоящим с ногой на голове дракона Томас.       На расписание Ири и Живоглота дополнительные занятия котят танцами особого влияния не оказали. Кот с кошкой компенсировали его за счет вечерних посиделок на неделе, но палку не перегибали, оставляя молодежи выходные. Гарри, Гермиона и Невилл не роптали, прекрасно понимая — это ненадолго. После бала все опять вернется на круги своя. К тому же, они видели и интуитивно ощущали, насколько тяжело Ири с Живоглотом дается выдерживание собственного графика. Кот с кошкой давно уже перешли на ночной образ жизни, отсыпаясь в часы школьных уроков. Все время, которое они не тратили на занятия с котятами, Ири и Живоглот тренировались. Они заучивали десятки заклинаний до полного автоматизма, такого, чтобы применять не раздумывая и без проблем в кошачьей форме.       Кучка постепенно трезвеющих подростков выбралась на полянку. Смит положил на ладонь волшебную палочку и уже собрался скомандовать «Указуй», но не успел ничего сделать. Его разум помутился, и он замер безвольной куклой с остекленевшим взглядом. Та же участь постигла и остальных ребят, отправившихся искать приключения на седалище. Что ж, они их нашли.       — Тренировать Империо на детях, — вздохнула Ири, опуская волшебную палочку.       — Само по себе безвредно, — шевельнул ухом Живоглот.       — В чем-то даже справедливо, дракон бы их мог покалечить, а то и убить.       — За все надо платить, — кивнул Живоглот.       — Начинаем фотосессию? — Спросила Ири, подставляя лапу под летящую к ней колдокамеру.       — Мрр… — Сверкнул глазами Живоглот.       — Так я же и не говорю, что мы ангелы, — фыркнула Ири.       — Пф, — возмутился сравнением с кем-то, кто имеет перья кот.       Симус, Томас и Джон со Смитом вернулись в Хогвартс под утро. Уставшие, продрогшие, протрезвевшие, но свято уверенные — у них все получилось. Венгерская хвосторога склонилась перед мощью непростительных чар и вела себя словно послушный песик, безропотно выполняя команды «лежать», «сидеть», «дай лапу» и прочие «голос».       — Не, ну когда она огнем пыхнула я реально испугался, — веселился Симус.       — Да я сам чуть штаны не намочил, она же в метре от меня, жуть короче, — улыбался Джон.       — Так, парни, пока никому ни слова. Сначала колдофото сделаем, а уж потом…       — Слава о нас будет греметь на всю школу, — рахохотался Томас, перебивая Смита.       — Клянемся молчать, — торжественно поднял руку Джон.       — Давайте магический обет дадим, чтобы точно никто не проговорился, — предложил Симус.       — Да ну, по такой ерунде, — скривился Томас.       — Струсил, или хочешь поскорее растрезвонить? — Вернул должок Симус.       — Пф, хочешь, так давай обет, — фыркнул Томас.       — Не дурите, мелочь, Мать Магия может и наказать, — привнес толику здравомыслия Джон.       — Но если кто станет языком трепать, — Смит хлопнул внушительным кулаком по лопатоподобной ладони. — Зубы новые растить придется.       — Да я могила, — заверил Томас.       — И я, — поддакнул Симус.       — Все, разбегаемся, завтра посмотрим на колдофотки.       Магический обет парни все же дали, и Колина заставили поклясться, что он никому и никогда не расскажет о том, что увидел. На самом деле, ничего особенного на магических фотографиях не было. Подумаешь, лесная полянка, лунный свет, и четверо парней, то отплясывающих Канкан, то вальсирующих друг с другом, то выдающих зажигательную джигу. Они ведь даже не голыми это делали. Сущая ерунда, о которой никому из новоявленного квартета танцоров почему-то не хотелось рассказывать. Видимо решили еще над техникой поработать, и уж потом блеснуть так блеснуть. А может у них и какие-то иные соображения имелись.       Ири с Живоглотом проводили хитрыми взглядами четверку парней, чуть ли не пробежавших через гостиную гриффиндора, и улеглись в любимое кресло. Немного пофыркав, они успокоились и мирно задремали, довольные проведенным уроком. И сами научились, и других научили. Идеально.