Девочка Нотта

В конце ноября пошёл первый снег. Огромные снежные хлопья причудливых форм, кружась в незамысловатом танце, плавно ложились на землю, укрывая её белоснежным ковром. Студентов Хогвартса переполняли сказочные эмоции, которые даровал первый снег. Хотелось верить и ждать чуда. За исключением нескольких скептических персон. После уроков почти все дети собирались пойти на Чёрное озеро, поверхность которого покрылась толстым слоем льда, и покататься на коньках в эту прекрасную погоду. Грейс сидела на уроке и, подперев рукой щеку, мечтательно смотрела в окно на падающий снег. Мысли её витали где-то среди этих снежинок, она совершенно не слушала профессора Флитвика, который нудно рассказывал о заклинаниях уборки. Ей уже не терпелось взять за руку Нотта и пойти с ним на Чёрное озеро. Сидящая рядом Джейми вовсе спала, так как вчера вернулась в комнату среди ночи: их отношения с Блейзом вышли на новый уровень, в котором присутствовали интимные связи. У Грейс от подобных мыслей начинала кружиться голова. Она хотела близости с Ноттом, но в то же время жутко волновалась, до самой тряски в руках. Они очень часто целовались, а руки Теодора, видно, по привычке, позволяли себе многое, и с каждым разом Джефферсон чувствовала, что ему этого мало — он буквально рычал, когда она в очередной раз деликатно прерывала его. Поначалу ей даже было немного неприятно и обидно, что он так торопит события: создавалось впечатление, будто он упорно стремился переспать с ней. Грейс поделилась этими переживаниями с Джейми, и та доходчиво объяснила подруге, что Теодор — парень, живущий половой жизнью, так что он, скорее всего, сам не замечает, как направляет свои действия на удовлетворение этой потребности. И Джефферсон успокоилась, но ненадолго. Все чаще и чаще она начала думать о том, что хочет отдаться ему целиком и полностью, и если бы не стеснительность, она бы, возможно, давно сделала это. — Джейми, — девушка пихнула подругу, отчего та вздрогнула и стала озираться сонным глазами по сторонам. — Чего? — недовольно пробубнила Стюарт, снова положив голову на парту. — А это больно? — Что больно? — Ну... — щеки Грейс густо залились краской, — это... Джейми тихо засмеялась, снова оторвавшись от парты, чтобы не привлекать внимание профессора. А она уже думала, что они с Грейс никогда не заговорят на эту тему. Нужно было признать, что появление Теодора в Джефферсон жизни сильно поменяло её: Грейс стала намного увереннее в себе, больше не боялась разговаривать в обществе малознакомых людей, даже внешне она стала более привлекательной, ибо мужское внимание заставило её расцвести. — Ну, в первый раз приятного мало, — честно ответила Джейми. Сама Стюарт лишилась невинности ведомая больше любопытством, нежели под воздействием чувств. Это был гриффиндорец, который в том году уже закончил школу. И она не жалела, что выбрала именно его — он очень бережно относился к ней, но, как и она, не имел серьёзных намерений, поэтому, насладившись друг другом всласть, они тихо и мирно разошлись. Об этом знала только Грейс. Джейми бы хотелось предостеречь подругу о том, чтобы хорошенько все обдумала, прежде чем идти на такой шаг, но это было глупо, учитывая, что она сама так идиотски рассталась со своей девственностью. — Ну, может Нотт при своём богатом опыте сделает все безболезненно, — пожала плечами Джейми. — В любом случае, терпеть можно. Грейс задумалась, взвешивая «за» и «против», и окончательно решила, что хочет отдаться Теодору в ближайшие сроки.

***

— Меня уже напрягает эта недотрога с Когтеврана, — собирая учебники, прошипела Дафна. — Долго Нотт будет с ней возиться? Паркинсон, которая видела, как Теодор смотрит на Грейс, хотела бы сказать подруге, что у неё нет шансов, ведь Тео отказался выполнять желание Малфоя, о чём Гринграсс не знала. А Пэнси не спешила говорить ей — боялась, что Дафна вновь сорвётся до истерики. — Ну, может стоит загасить эту... как её там... — Паркинсон нахмурила лоб, вспоминая фамилию Грейс. Дафна нашла это предложение заманчивым, поэтому всерьёз задумалась об этом. Она даже забыла, как её сочувствие к Грейс переросло в ненависть. Наверное, это было из-за того, что в глубине души она знала, что Нотт испытывает к чертовой когтевранке нечто большее, чем к ней. Нечто, что не позволит ему поступить с ней также, как с Дафной. Девочка, мать её, Нотта. У Гринграсс кровь закипала в жилах каждый раз, когда она слышала прозвище, которым нарекли Грейс. А ведь когда-то ей, Дафне, столько девчонок завидовало, что ей удалось охмурить такого ветреного по отношению к девушкам юношу. Ну, уж нет! Она сделает всё, что в её силах, но добьётся их расставания.

***

После последнего урока Теодор зашёл в Большой зал, но, прежде чем пойти за свой стол, подошёл к столу Когтеврана. Положив руки на плечи Грейс, он наклонился, целуя её в щеку. Пара когтевранцев, когда подошёл слизеринец, отодвинулись подальше, лишь бы не попадаться змею на глаза. — Чем займёмся сегодня? — спросил Нотт. — Пойдём кататься на коньках, — девушка улыбнулась, прожёвывая тыквенный пирог. — Точно? — нахмурив брови, уточнил Тео. — По-моему, это сомнительное удовольствие. Тяжело было признаться, что Теодор, который мог похвастаться множеством положительных сторон, не обладал таким элементарным навыком, как катание на коньках. Другое дело — полёт на метле на бешеной скорости. — Ну, я хочу пойти, — сказала Грейс, умоляюще посмотрев на слизеринца. И как ей отказать? — Только ради тебя, — кивнул он, слабо улыбнувшись. — Джейми, не ешь много, Блейз не любит толстушек. — А ты не будь козлом, Теодор, — Стюарт засмеялась. — У Грейс они тоже не в почёте. — Я учту, — Нотт усмехнулся. — Надеюсь, ты сможешь составить Грейс конкуренцию в катанию на коньках, она в этом хороша. Джефферсон улыбнулась, польщённая таким комплиментом от подруги. — Не сомневайтесь, я отлично езжу, — самодовольно ответил Теодор и ушёл за свой стол. Парень сел рядом с Малфоем и Забини, которые предусмотрительно заняли ему место рядом с ними. — Я вообще не умею кататься на чертовых коньках, — с лёгкой злостью сказал Нотт. Блейз засмеялся, а Драко лишь ухмыльнулся. — Тебя тоже Грейс тащит на озеро? — спросил развеселившийся мулат. — Да. Как будто других занятий нет, — всё также недовольно сказал Тео, принимаясь за обед. Многие студенты уже закончили есть, так как спешили на лёд, да и темнело сейчас рано, поэтому все хотели успеть насладиться этими волшебными мгновениями. Когда Тео и Блейз доели и вышли из Большого зала, Грейс и Джейми ждали их, сидя на подоконнике недалеко от входа во двор. Нотт чувствовал себя полным идиотом. Влюблённым идиотом, стоит заметить. Никому из всех своих прошлых пассий он не позволил бы затащить себя на ебаное озеро, чтобы кататься на ебаных коньках. Тем более, что это угрожало его чувству достоинства, ибо перспектива позорно распластаться на замёрзшей поверхности водоема была малоприятной. Но, даже несмотря на все это, он всё равно покорно шагал, при этом не забывая контролировать Грейс, чтобы у той не развязался шарф и всё в таком роде. На озере собрался почти весь Хогвартс; благо водоём был большим и с легкостью вмещал немалое количество учащихся школы чародейства и волшебства. Кругом разносился веселый смех, кто-то демонстрировал навыки фигурного катания, кто-то постоянно падал. Нотт взглянул на упавшего, но все равно смеющегося юношу, и с отвращение подумал, как же глупо и унизительно будет выглядеть он. Может стоило признаться, что он не умеет кататься? Да, пожалуй... — Грейс, может я вас на берегу подожду? — несколько неуверенно спросил слизеринец так, чтобы слышала только одна Грейс. — Почему? — девушка удивлённо посмотрела на Нотта. Тео многозначительно посмотрел на неё, надеясь на догадливость Джефферсон, а то уж слишком не хотелось произносить вслух тот прискорбный факт, что он не умеет кататься. Когтевранка, слегка прищурившись, внимательно вглядывалась в лицо Нотта, и, поняв в чем дело, заулыбалась. — Я научу, там нет ничего сложного, — она достала палочку и трансфигурировала свою и слизеринца обувь в коньки. Держась за руки, они ступили на лёд, и только Теодор сделал первый шаг, как потерял равновесие, но, благо, на ногах удержался, спасая себя от публичного падения. Пару раз Тео хотел бросить эту затею, но постепенно, когда он смог расслабиться, ему самому стало весело. Из Грейс вышел хороший учитель, так что Нотт, у которого появились успехи в катании на коньках, больше не считал это занятие таким уж бессмысленным и скучным. Время на льду шло быстро. Снег шёл, не переставая, дул легкий ветер. Сократившийся день уступал своё место вечеру, и начало быстро темнеть, из-за чего многие молодые люди уже покинули замерзшую поверхность озера и спешили в замок переодеть промокшие вещи. — Все, пошли, — сказал Теодор, потянув Грейс за руку на себя. — Давай ещё немного? Нотт осмотрел лицо девушки; на ее ресницы ложились и тут же таяли снежинки, влажные волосы свалялись, а губы посинели. — Нет, — отрицательно покачал головой он. Грейс не стала спорить — всё равно Тео выходит победителем из любого спора. Раньше она, конечно, старалась доказать свою правоту или добиться своего, но все старания оказывались тщетными, поэтому сейчас она и время на это тратить не стала, тем более что слизеринец был прав, она действительно замёрзла. Сойдя со льда и трансфигурировав коньки обратно в обувь, они побежали в замок, взявшись за руки. Тео и Грейс были одними из тех, кто последним покинул озеро; оставшихся можно было сосчитать на пальцах одной руки. Хоть и Хогвартс не был достаточно тёплым местом по той причине, что построен был из камня, сейчас в стенах древней школы доказывали обратное. — Встретимся в классе истории магии после ужина? — спросил Теодор. — У меня доклад на понедельник, а все источники с информацией профессор Бинс оставил в своём классе. — Я что, впервые увижу, как ты делаешь домашнее задание? — девушка засмеялась. Нотт никогда не тратил время на такие задания, как доклады. Обычно, их писала для него Дафна или другая девчонка, но сейчас он не мог и не хотел никого просить. — Да, тебе везёт, ты станешь первой наблюдательницей моего мозгового штурма, — усмехнулся Теодор и, наклонившись, мягко коснулся губ Грейс. — После ужина сразу пойдём. Грейс пошла в башню Когтеврана, по дороге размышляя о том, что они, возможно, сегодня окажутся наедине в пустом классе. Если она знала Теодора достаточно хорошо, то он, скорее всего, не упустит возможности вновь зацеловать её до потери пульса, и она решила, что не остановит его, позволив дойти до конца. Но от одной мысли об этом мурашки пробегали по всему телу, словно девушку кто-то окатил ледяной водой. Грейс было интересно, а думает ли об этом сам Теодор? Если да, то почему с его-то решимостью и прямолинейностью он до сих пор не заговорил с ней этом? Хотя помимо этого он также был понимающим, что было несвойственно для слизеринца, и это добавляло его натуре контраста и делало его ещё интереснее и привлекательнее. Но в этом случае непредсказуемость Тео была не кстати для Джефферсон, ибо она хотела предвидеть его действия. Ей только начинало казаться, что она узнала его достаточно близко, чтобы суметь предсказать последующий шаг, как Тео, вопреки её ожиданиям, поступал совершенно иначе, выбирал вариант, который когтевранке даже в голову придти не мог. Грейс зашла в комнату. Джейми сидела на кровати и терпеливо ожидала подругу, потому что знала, насколько сильно Джефферсон не любит есть одна. Брюнетка переодела влажную от снега одежду и, высушив волосы заклинанием, и когтевранки направились на ужин. — Эй, игрушка Нотта! — крикнул девичий голос, когда подруги почти дошли до Большого зала. Грейс уже привыкла, что её называли девочкой Нотта, но так прежде никто не обращался к ней. Стоило бы не обращать внимания, ведь эти слова были вызваны ничем иначе, как ревностью или завистью. Но Джефферсон обернулась, встречаясь взглядом с Дафной. — Прости? — Уже попробовала его в постели? Или он до сих пор обрабатывает тебя? — ядовито усмехаясь, спросила Гринграсс. Грейс, которая не ожидала подобного, не знала, что ответить, и покраснела до кончиков ушей, когда стоявшая рядом с Дафной Паркинсон засмеялась. Благо рядом была Джейми. — А это уже нужно спросить у тебя, — с вызовом ответила Стюарт, делая шаг в направлении слизеринки. — А, хотя, подожди... он довольно давно тебя бросил, ты, должно быть, не помнишь. В точку! Дафна сузила глаза, а её губы напряглись, но Гринграсс демонстрировала отличную выдержку и полный контроль над своими эмоциями и действиями в данный момент. — Жди, когда Забини поступит с тобой ещё хуже, грязнокровка! — вмешалась Пэнси, которая решила помочь подруге. — Что толку от чистой крови, когда мозгов у тебя, как у канарейки? — хмыкнула Джейми, всеми силами стараясь не показывать обиду, вызванную упоминанием её родословной. — Пусть так, но явно больше, чем у тебя! — усмехнулась Дафна. — А ты что молчишь, Джефферсон? Или ты привыкла открывать рот только тогда, когда Нотт расстегивает ширинку? Казалось бы, куда больше, но Грейс покраснела пуще прежнего, ей хотелось уйти, она дергала Джейми за рукав мантии, призывая отступить, но Стюарт оставалась непреклонной, не собираясь проигрывать слизеринкам в этой словесной перепалке. — Ты, чертова кобра! — палочка Джейми тут же оказалась в её руке, и девушка кинула в Гринграсс жалящим заклинанием, но Дафна, которая была старше когтевранок на один курс, ловко отбилась от него. Наверное, они бы продолжили этот неравный бой, если бы не подошёл Забини, который как раз шёл в Большой зал мимо них. — Какого хера?! Давно взысканий не получали? — процедил Блейз, встав перед Джейми на её защиту. — Достаточно, Дафна. — Угомони своего питомца, Забини. Иначе это сделаю я, — сказала Гринграсс, и Стюарт, если бы не Блейз, расцарапала бы ей лицо. — Тебе нужно к колдопсихологу, Гринграсс, у тебя окончательно крыша поехала, — довольно хмыкнул Забини и повернулся к когтевранкам. — Пойдёмте, вдруг это заразно. Мулат увёл Джейми и Грейс подальше от слизеринок и проводил их до стола Когтеврана, после пошёл искать Нотта. Тео и Драко уже ужинали. — Дафна с катушек, по-моему, съехала, — сказал Блейз, садясь рядом с друзьями. — Я знал это, — ухмыльнулся Малфой. — Я только что разнял её и Джейми в коридоре. Теодор сразу посмотрел на него, переставая есть. Забини рассказал другу всё, что увидел и услышал, и едва он договорил, как Нотт резко встал из-за стола и пошёл к выходу из Большого зала, где столкнулся с Гринграсс. Грубо схватив блондинку под локоть, слизеринец под недовольные вопли девушки отвёл её в сторону. — Ты что, Гринграсс, зазналась?! — рыкнул Теодор. — Что ты там наплела Грейс? — Я бы на твоём месте вела себя более любезно, ведь то, что я сказала ей в коридоре, — ерунда по сравнению с тем, что я могу сказать о вашем пари с Малфоем. Кровь в жилах слизеринца забурлила от злости; парень сжал кулаки настолько сильно, что побелели костяшки. Но он взял себя в руки и, наклонившись к уху девушки, медленно, выделяя каждое слово, шепотом сказал: — Сделаешь это, и я проломлю тебе голову. Ты знаешь, что я предупреждаю и даю шанс лишь раз. Советую воспользоваться этим. После этих слов Теодор резко отпрянул от неё и ушёл обратно в Большой зал, оставив Дафну в полном шоке, ведь она никогда не думала, что станет мишенью темной стороны Нотта. После ужина, как и договорились, Теодор встретился с Грейс, и они пошли в класс истории магии. Как и предполагал слизеринец, класс пустовал, ведь кому нужно тратить вечер пятницы на доклад, когда впереди есть ещё два дня, которые Тео хотел потратить на отдых и Грейс, поэтому и решил сделать всё сегодня. Пока он собирал всю нужную информацию с книг, соединяя всё в общую картину, Джефферсон молча наблюдала за ним, чтобы не отвлекать. Джейми сказала ей, чтобы она непременно рассказала о случившемся в коридоре инциденте с Дафной Теодору, чтобы он приструнил свою разбушевавшуюся бывшую девушку. Но Грейс, не зная, что он уже это сделал, не могла жаловаться ему. А вот Тео ждал, когда девушка расскажет ему о своей обидчице, ибо хотел быть уверен, что, если Грейс кто-то обидит, она даст ему знать об этом, а он, в свою очередь, даст пизды тому, кто посмел хоть как-то навредить его девочке. — Что у тебя с настроением? — спросил Теодор. — А что не так? — девушка постаралась улыбнуться. — Ты слишком молчалива сегодня, поэтому я и подумал, может что-то случилось. — Нет, я просто не хотела тебя отвлекать. Тео никогда бы не подумал, что Грейс способна на ложь, и это открытие отнюдь не радовало его. Он громко захлопнул книгу, лежащую перед ним. Настолько громко, что эхо пробежалось по пустому классу, и Джефферсон вздрогнула. Резче, чем сам планировал, слизеринец встал со стула и подошёл к девушке, заставив её от неожиданности попятиться назад и опереться на парту. — Я дам тебе ещё один шанс, второй, а ими я не раздаюсь, — начал Теодор, смотря на девушку, и, достав сигарету, закурил. — Что у тебя с настроением? Он повторил свой вопрос, делая тягу и выпуская изо рта дым, который обволок его и когтевранку, въедаясь своими едким запахом в их одежду и волосы. Грейс вообще раздражала привычка Нотта курить, но толку говорить ей об этом — опять всё будет так, как он сказал, с его-то способностью прогибать ситуацию в свою пользу. Даже сейчас он знал о произошедшем в коридоре, хотя это неудивительно, ведь там был Блейз. Глупо было пытаться укрыть это от Тео. — Гринграсс достаёт. И вообще, это мне нужно на тебя повышать голос, ведь это твоя бывшая пытается мстить мне неизвестно за что, — Грейс высказалась и сложила руки на груди, явно обидевшись на слизеринца. Это был её самый надежный козырь, хотя обижаться долго она не могла. Теодор усмехнулся, сделав три затяжки быстрых и, выкинув сигарету на пол, затоптал её. — Если она ещё раз даже хотя бы косо посмотрит на тебя, ты сразу говоришь об этом мне, а я устраняю неприятность. — Нет уж, — Грейс фыркнула, — твои способы устранения неприятностей уж очень неприятны и жестоки, а она все-таки девушка. — Зато действенны. Поверь, я учёл, что она девушка, и немного смягчился, — Тео довольно хмыкнул. — Может просто поговорить? — А я уже поговорил, дальше сделаю больно, — слизеринец пожал плечами; Грейс поразило то, с каким спокойствием он говорил об этом, словно применение насильственных действий было в порядке вещей. Она хотела возразить, но Тео впился в её губы требовательным головокружительным поцелуем, и она почувствовала вкус крепкой сигареты, которую он только курил, и «его» запах. Наконец-то она предугадала действия парня, когда днём думала, что Теодор не упустит возможности в пустом классе насладиться поцелуями. Сам же Нотт давно хотел перейти к более решительным действиям, так как боялся, что, оттягивая до последнего этот момент, Грейс загасит искру чувств в Теодоре, как это было с Дафной. Он усадил её на парту и своим телом попробовал толкнуть девушку, призывая тем самым лечь на парту, и каково было его удивление, когда она поддалась, а девушки пальцы потянулись к застежке его мантии. Слизеринец, миновав секундный ступор от решительности Грейс, снял с себя мантию и навис над Джефферсон, целуя её скулу, затем шею, а его рука, задрав форменную юбку, стала оглаживать бёдра. Когтевранка изогнулась в спине, поддаваясь его действиям и томно выдохнув. Она прикрыла глаза из-за приятных ощущений, которые вызывал Нотт, и всячески старалась не думать о боли. Тео всё делал с невероятной нежностью, от этого волны возбуждения прокатились по всему телу Грейс и собирались внизу живота, создавая собой дикое желание, которое она уже не сможет подавить. Она даже не заметила, как Тео оставил её в одном нижнем белье, и румянец выступил на щеках, когда парень осмотрел тело голодным взглядом. Нотт снял с себя форменную безрукавку, а следом и рубашку, выставляя свой торс на обозрение Грейс, и вновь поцеловал её, прижимаясь телами друг к другу. В отличии от него, молочного цвета кожа Джефферсон была горячая. Стояк уже больно упирался в ширинку брюк, и слизеринец, не разрывая поцелуя, избавил себя от штанов, а после, просунув руку под спину девушки, снял с неё лифчик. Грейс уже собиралась прикрыться руками, но Теодор ловко перехватил её за запястья и завел их над головой девушки. — Даже не думай, — усмехнувшись, прошептал он. — Но... — Не «но», ты очень красивая, никогда не стесняйся меня. Грейс молча кивнула, и Теодор, отпустив запястья, ладонями провёл по её рукам, шее и ключице, дошёл до небольшой упругой груди, слегка сжал в ладони и стал покрывать влажными нежными поцелуями, вырывая из уст девушки протяжный тихий стон и заставляя её изогнуться в спине на встречу его губам. Когтевранка положила руки на его плечи, а ногами обхватила его пояс, плотнее прижимая к себе. Когда Тео упёрся налитым кровью членом в промежность девушки, он больше не мог терпеть. Нотт приспустил своё нижнее белье и посмотрел Грейс в глаза. — Не бойся, я осторожно. Джефферсон кивнула и, когда Тео смочил своей слюной головку своего полового органа, затаила дыхание. Она ожидала медленных действий, но, вопреки ожиданиям, Теодор, отодвинув её трусики в сторону, вошёл в неё резко, моментально прорывая девственную плеву и заполнив девушку собой. Грейс вскрикнула, а Тео сразу стал покрывать её щеки, скулы и подбородок быстрыми поцелуями. — Тш... — шептал он, давая ей привыкнуть к чувству наполненности в себе. Спустя некоторое время, Нотт сделал первый маленький толчок и внимательно следил за реакцией девушки. Не увидев признаков боли, он стал осторожно двигаться в ней, не переставая целовать её губы и шею. Поначалу Грейс было немного неприятно, но она не подала виду, вследствие чего она начала тонуть в блаженстве от движений Тео в ней, впиваясь ногтями в его плечи. Неизвестно, как Теодор сдерживал себя, ибо Грейс была очень узкой и горячей внутри, и очень хотелось кончить после первых десяти минут, но он терпел, периодически прекращая толчки, потому что хотел довести до пика блаженства и Джефферсон. Когда стоны Грейс стали немного громче, Теодор стал двигаться быстрее. Джефферсон вдруг почувствовала приближение чего-то, и от приятности этого предвкушения у неё сносило голову; она кусала собственную нижнюю губу, чтобы не закричать от удовольствия, царапала спину Нотта, и выгибалась в спине, позволяя ему проникнуть в себя ещё глубже. Ещё пару движений, и оргазм накрыл Грейс с головой. Следом за ней, когда её влагалище начало сокращаться вокруг члена парня, кончил и Теодор, вовремя успев покинуть тело девушки и изливаясь на парту между её ног. Нотт обессилено лёг на девушку, положив голову на грудь, а она запустила пальцы в его волосы, пытаясь восстановить дыхание. Что ж, доклад Теодор так и не доделал.