тот октябрь

Подойдя к столу, девушка взяла конверт. Достав палочку из внутреннего кармана пиджака одними губами она произнесла: - тергео палочка не принадлежала девушке, поэтому очистить от грязи и пыли огромное окно во всю стену удалось только с третьего раза. глубоко вздохнув девушка прижала письмо и палочку к груди, посмотрела на них и перевела взгляд на пейзаж за окном. море было не спокойным, бушевало, сразу вспомнились слова магловского поэта: « Когда я смотрю на море, мне кажется, что его волны уносят мою печаль. » именно сейчас печаль тут, в сердце, никакое море ее не заберёт. девушка почувствовала подходящие слёзы, и резко вскинула голову, чтобы помешать слезам выкатиться из глаз. спустя пару секунд все же опустив взгляд на конверт, отняла его от груди и пробежалась глазами по строкам на оборотной стороне. « Гермионе Джин Грейнджер, ныне Гермиона Джи Амелия » вздрогнув незаметно для себя самой, все той же палочкой Гермиона взмахнула вверх и письмо аккуратно вылетело из конверта. Дорогая Гермиона, Прошу извинить меня, не смог явиться лично, дела не ждут. Так вот хочу сообщить тебе, что с 3 октября, официально, во всех хранилищах ты становишься Гермионой Джи Амелия, полноправной и единственной наследницей своего рода, не считая твоих детей и будущего мужа. стоит сообщить тебе, что в ближайшее время в чащах судьбы из семи возможных мужей, тебе выпадет один. Ты должна будешь связать себя браком с этим человеком по истечении трёх месяцев. Твои родители будут там в полдень. Скоро увидимся дорогая, Твой Джин Грейнджер. Гермиона глубоко вздохнула. В последний раз бросив взгляд на горизонт, она подошла к камину, захватив горстку пороха произнесла: Хогвартс, кабинет директора Макгонагалл. В кабинете никого не оказалось, девушка тихо вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь. Она шла по коридорам замка и размышляла: как за такой короткий промежуток времени, все могло встать с ног на голову? Она, маглорожденная ведьма, вдруг оказывается дочкой одного из самых узнаваемых пожирателей смерти Джиндена Амелия, и его жены Гвинеи Амелия. « Ещё этот непреложный обет родителей, я жила семнадцать лет не о чем не думая, и вот на восемнадцатый день рождения родители сделали мне «подарок». Ну как подарок, ну как родители. Просто люди, которые воспитывали меня на протяжении восемнадцати лет, наконец открыли правду. Узнав новости, мои лучшие друзья, один лучше второго начали отдаляться от меня. За две недели они перестали: звать меня на завтрак, обед и ужин, начали отдельно уходить на занятия. Просто на просто избегать меня в коридорах Хогвартса. Все бы ничего, но мы дружили почти семь лет. Война наступает, Воландеморт набирает власть. Это пугает. Дойдя до гостиной Гриффиндора, девушка увидела своих друзей, мило общающихся между собой. Гермиона аккуратно прошла в центр гостиной и села на краешек дивана. Рон сидевший рядом показательно поморщился и отодвинулся от девушки. Юная Гриффиндорка перевела взгляд на Джинни, та опустила глаза. Гермиона поняла, что она тут лишняя. Оперевшись руками в бёдра, девушка встала и направилась в сторону женских спален. - Гермиона, ... - Что, Гарри? - с укором спросила девушка. - Оставь ты ее уже, пусть идёт! - Тебе так неприятно мое общество, Рональд? - Именно. Не вожусь среди пожирателей! - Рон! - одновременно воскликнули Гарри и Джинни. Гермиона обвела взглядом всю гостиную. Вот Невилл читает записи в своей записной книжке, и даже не обращает на нас внимание. Вот Дин и Близнецы о чём-то спорят. Никто не замечает, как рушится мир их друга. - С чего ты взял, Рональд, что я пожирательница смерти? Девушка сфокусировала взгляд на рыжем парне. - Ну как же?! Ты ведь теперь чистокровная аристократ... - Ты тоже, если за час который меня не было не успел стать полукровкой, являешься чистокровным волшебником. И когда у меня не было статуса чистокровной, а у тебя был, я не кричала на каждом углу, что ты приспешник Воландеморта. - Гарри, ну скажи же, что мы больше не можем ей верить. Она предала нас, ещё и замуж выходит. Любой из семи пожиратель! - Или ты... -Тихо произнесла девушка. - Не я! Я не свяжу себя и свою семью с дочкой пожирателей смерти. Мои дети не будут выношены женщиной, которая родилась подле воландеморта. - Рон, .. - Не Рон! Не Рон, Грейнджер... желаю, чтобы в мужья тебе достался Гойл. Гарри молчал, глаза его не выражали ничего. Он молча соглашался с каждым словом друга. Гермиона пошла дальше в свою спальню, было неожиданностью зайти в комнату, и обнаружить там вместо привычных двух кроватей - одну. Джинни тоже отвернулась от Гермионы. каждый завтрак, обед и ужин она проводила в своей комнате, теперь ее можно было полноценно так назвать, за неделю никто не изъявил желания поселиться с ней, но тоже как оказалось до поры до времени. В конце сентября голос подала распределяющая шляпа: - на моей памяти такого не было, но все же стоит сказать, сегодня будет перераспределение факультета Гермионы Джи Амелия! Профессор Макгонагалл медленно проглотила тыквенный сок, что отпила секундой ранее. Весь главный зал замолчал, уставившись на директрису и шляпу. Гермиону позвали в большой зал, все как на первом курсе, табурет и шляпа, они ждали ее в центре зала. Молчал каждый, до единого, всем было интересно. Гермиона селе на табурет, Директор Макгонагалл надела шляпу на девушку. - ну что дорогая моя, время пришло - что? - не успела спросить Гриффиндорка, как шляпа оглушительно вскрикнула - СЛИЗЕРИН! В зале стало ещё тише, не смотря на предшествующее молчание. Через пару секунд, стол Слизерина зааплодировал. - Самая умная ведьма своего столетия теперь в наших рядах! Воскликнул Теодор Нотт, но одна из Гринграсс заставила замолчать его взглядом. -но как такое возможно профессор, Грейнджер же маглорожденная. Спросил кто-то из толпы. - Ах да, - откашлялась профессор, Прошу любить и жаловать Гермиона Джи Амелия! Зал снова затих, Гермиона неудобно поежилась и ущипнула шляпу. Та в одно мнговенье растворилась. - Та самая Амелия?! Это дочь Пожирателя Смерти?! - ААААААААА!! Она опасна! Лаванда Браун теотрально завопила, изображая то ли страх, то ли истерический припадок, но Гермиона не обратила на это внимание, сейчас у неё в голове была одна мысль: « Чем ещё для меня обернётся моя чистокровность?»