под крыльями серого ворона

— Джинни, дорогая, вы можете вести себя чуточку потише?       Громкий разговор прервался, и три девичьих головы как по команде развернулись в одном направлении. — Я сутки без сна, так еще и на ногах. Я, конечно, все понимаю, у вас лучшие годы жизни: вечеринки, сплетни, — но... — О, мам, ты вернулась с дежурства! — воскликнула кучерявая голова, перебив и без того уставшую женщину. — Присоединяйся, у нас есть кола, пицца, роллы, мармелад и твое любимое шаааммммпанское! — в голосе прозвучали заговорщицкие, завлекающие нотки.       Голосок был сладкий настолько, что никто бы не устоял и присоединился к этой компании девчат, отмечающих выход подруги из токсичных отношений. Но только не Грейс Гибсон, нет. Она — непоколебимая машина, твердая и упертая. Но тем не менее — обожаемая душа этой трехглавой компании, присутствие которой ждут как своей, такой же юной, ветреной и свободной головы. Ее дочурка Джинни, впрочем, не сильно отличалась по шальному характеру от матери, а потому в два прыжка оказалась у двери с бутылочкой игристого, и также твердо и уперто, совсем как настоящая Гибсон, принялась уговаривать маму расслабиться и кайфануть с ними. — Нет, Джи, к сожалению, не сегодня. Я устала, пойду на мансарду спать, чтобы мне ваши сопли-вопли не мешали. И все же постарайтесь не шуметь. Ну и не перебрать с алкоголем по возможности. Кстати, а по какому поводу пьянствуем? — Наша Мия наконец-то нашла в себе силы кинуть этого придурка Гарри! — крикнула вторая голова, кивнув на третью, весьма зареванную, и, завалившись в сторону от того, что явно была рада такому раскладу событий как очередному поводу побухать, теперь нажралась куда приличнее "виновницы" торжества. — Да моя ж ты хорошая! Горжусь! Эй-эй-эй, детка, утри свои слезки! Этот папенькин сынок тебя явно не достоин. Если уж и стоит по чему-то плакать, так это по деньгам его отца! Эххх, богатый был бы жених! Ну слууушай, ты ж вроде с его отцом была в неплохих отношениях? А что? Он взрослый серьезный мужчина, неженатый, в годах. Ты бы присмотрелась, а?       Прочитав по недоумевающим лицам дочери и ее подруг, что шутка явно не зашла, Грейс попыталась ретироваться: — Так, ой, что-то меня переклинило. Что я, совсем уж превратилась в старую меркантильную суку? "Кааакой уууужас, да какое влияние оказывают на тебя эти Гибсон?!" Так ведь запричитает твоя мама, если узнает, какие советы тебе дает тетя Грейс? А и черт с ней! На, не плачь, лови! — в Мию прилетела пачка Мальборо с виноградной кнопкой. — Я помню, что они твои любимые! — женщина заговорщицки подмигнула, словно посылая по воздушным каналам сообщение: "А твоей маме знать необязательно". Затем посмотрела на время и спохватилась: — Ох, девочки, вашей мамочке пора на спокойный отдых. Желательно в пансионат. А вот это, — из рук Джинни магическим образом исчезла бутылка, — я, пожалуй, изымаю. Всех люблю! — Грейс, ты лучшая! — выдавила из себя сдавленный, всхлипывающий смешок Мия. — А то! — одновременно подтвердили прекрасные и неповторимые Гибсон.       Они стояли в дверном проеме, как две сестры. Одинаковые каштановые кудри, до ужаса глубокие янтарные глаза. Две ослепительные улыбки, казалось, могли своим блеском заменить светодиодные фонарики в комнате Джинни. На левых щеках ямочки, от взгляда на которые таяли мужские сердца, и россыпь веснушек на смуглой коже. Да, хороши были эти Гибсон. А младшей наверняка бы удалось заполучить в мужья самого отца Гарри, не будь она закоренелой лесбиянкой. — Новостей о маме нет, — майор полиции задержалась в дверях, почувствовав на себе испытывающий, полный надежды взгляд, — Извини, но так ничего и не продвигается. Не хочу тебя расстраивать, но и обнадеживать не буду, скажу, как есть: дело скоро закроют. Ты как? Держишься? Как папа? — Ахх, я в порядке, правда, спасибо, — та самая вторая сильно зажмурила глаза, чтобы из них не выкатилась предательская пьяная слеза — она должна быть сильной для отца. И для самой себя. Наверное. Но тут координация подвела ее еще раз, и из положения йоги она снова полегла на правый бок. — Папа тоже в порядке, — продолжила она уже из положения лежа, — Наконец нашел себе работу и вышел из запоя. Мы справимся! — Чудесно! Я рада это слышать. Думаю, мама хотела бы, чтобы вы продолжали жить и не ставили на себе крест. Ладно, девочки, я вас всех троих безмерно обожаю, а моим дряхлым косточкам пришла пора покинуть вашу слишком современную пати. Повеселитесь тут! Но тихо, — шепнула "mommy" и приложила палец к губам, сощурив глаза и обнажая тем самым на лице не видные прежде складки и морщины.       Так и не скажешь, что Грейс почти стукнуло сорок семь, а не двадцать пять, но годы нещадно, хоть и честно, брали свое...       Джинни поцеловала маму в щеку, отчего родительница расплылась в нежной улыбке. — Приятного отдыха, мам. Мы постараемся не мешать.       Кудряшка выпроводила мать, закрыла дверь на замочек, ухмыльнулась и, окинув подруг лисьим взглядом, достала из-за шкафа еще четыре бутылки с градусом, после чего звонко цокнула их друг о друга, на что получила одобрительные возгласы своих юных собутыльниц и предупредительный стук в дверь из коридора.