Приключения металлистов в России

Темнота сгустилась резко из-за налетевшего ненастья. Тяжёлые тучи опускались всё ниже, пока первые капли дождя не застучали по окнам. Компания поужинав сидела в общей комнате и какая-то меланхолия охватила их. Далёкие раскаты грома заставили поёжиться Алису. — Кико, давай покажу, где твоё новое спальное место? — спросила она, прерывая общее молчание. Тот кивнул и легко встал. Алиса прихрамывая и ойкая, поддерживаемая гитаристом, вскарабкалась по лестнице, открыв небольшую дверцу в потолке. Войдя на чердак, она включила лампу-фонарь и повесила её на крюк. Рядом со стеной была застелена импровизированная постель из соломенного матраса и одеяла. Алиса соорудила из пары ящиков тумбочку и даже украсила мансарду найденной потрепанной игрушкой Чебурашки. — Прототип с твоей кружки! — объявила она и улыбнулась. — Ну, хорошей ночи, — добавила она, глядя на Кико чуть смущённо. Он сел на свою новую кровать и с любопытством смотрел на игрушку. Алиса направилась прихрамывая к лестнице, но тут услышала голос парня: — Посиди со мной. Она обернулась и, чуть помедлив, вернулась и села на матрас. Внезапно оглушительный удар грома сотряс всё вокруг. Погас свет и теперь лишь свет из окна хоть как-то освещал комнату. Алиса вздрогнула. Ей на плечи опустилась олимпийка и руки завернули в неё. — Замёрзла? — спросил девушку гитарист и покрепче сжал плечи. — Да. И я…грозы боюсь, — пискнула Алиса, втягивая голову в плечи от очередного оглушительного удара за окном. Кико обнял её за плечи и прижал к себе. — Не надо бояться. Это всего лишь стихия. — Да я понимаю, но все равно как-то… жутковато. — Это всё древние инстинкты. Как и этот. Он легко прикоснулся к ее губам поцелуем. Алиса замерла, не зная, как реагировать. — Ты это зачем? — спросила она тихо. — Мне показалось, что ты этого хочешь, разве нет? Девушка опустила глаза, и даже в тусклом свете фонаря стало видно, как заалели ее щёки и уши. — Алиса, я не очень понимаю, что произошло. Не верю в ваши рассказы в реалити и прочее, но ты мне с самого начала понравилась. Не буду расспрашивать — захочешь и все сама расскажешь. Я не знаю, что там Дэйв, но я решил расслабиться и получить все удовольствия от неожиданного отпуска… — И я вхожу в их перечень? — перебила девушка Кико. — Что? Ты не так поняла. — Да всё я поняла. Ты такой же как все. Думаешь, раз известный музыкант, звезда, то я прям повисну у тебя на шее? Все удовольствия, говоришь?! - Алиса возмущенно встала, и похромала к выходу с чердака, как вдруг вскочивший Кико догнал ее, развернул к себе, крепко обнял и начал страстно целовать в губы. — Какая ты глупышка, ничего ты не поняла. Его руки гладили ее по спине, а губы были такими горячими, и запах, какой-то совершенно особенный - его собственный запах, от которого кружилась голова, и возникало какое-то глубинное чувство, что это он — твой человек, что ты знаешь его миллион лет, и роднее нет на свете. Алиса обняла мужчину за талию и робко ответила на поцелуй. Ещё один оглушительный удар грома сотряс воздух. Алиса неосознанно ещё крепче прижалась к Кико. Он поглаживал девушку по спине, а после опустил руки ниже, сжав за талию. - Я … не могу так сразу. Мы мало знакомы, - пробормотала Алиса, чуть отстраняясь. - Хорошо, - улыбнулся Кико, поглаживая её по волосам. - Давай знакомиться ближе. Он мягко разжал руки на талии девушки, и окинул взглядом комнату, взяв Алису за ладонь, повёл к обнаруженному им старому книжному шкафу. Девушка с любопытством потянулась за парнем. Старинные фолианты манили одним своим видом. Алиса достала с полки покрытую узорами книгу. - Хиромантия, - прочла она на обложке и пролистала несколько страниц. - Покажи свою ладонь. Кико протянул ей руку и девушка в тусклом свете взглянула на линии. - Ага, вот «цепочки», - провела она по запястью, вот охранный квадрат. Девушка огибала пальцами пальцы музыканта и рассказывала о его жизни по ладони. Внимавший ей Кико больше смотрел на саму девушку нежели на свою руку, кивая в такт её словам. - Мне в своё время нагадали столько всего…Тут наши страны похожи - ворожба, хиромантия, наверное у вас тоже на кофейной гуще гадать любят. - Да. А ещё всякие разные гадания. Вроде: сожми мизинец - сколько полосок будет, столько детей. Линия жизни - непрерывная или нет. А ещё, если взять на руке парня расстояние от кончика большого пальца до кончика указательного, максимально их раздвинуть, то можно вычислить, какой у него длины член, - заключила Алиса. Кико уставился на свою руку, растопырив большой и указательный пальцы. - М…похоже, - пробормотал он. Алиса с громким стуком закрыла книгу, расхохотавшись. - Ну почему все парни на это ведутся? Стоило озвучить - все тут же проверяли! Она положила книжку, повернувшись к Кико спиной - и вдруг почувствовала его пальцы на своих рёбрах. Девушка взвизгнула от неожиданности. - Только не щекотка! - воскликнула Алиса, но Кико и не думал отступать. Нащупав «уязвимость» он тут же воспользовался этим. Алиса пыталась вырваться, но пальцы Кико нещадно щекотали, крепко сжимая в объятиях. - А у нас есть другое гадание! Если щекотки боится - значит темпераментная! - воскликнул Кико, щекоча Алису. - Пусти, я сейчас … задохнусь… пожалуйста, - отбивалась девушка. В попытке вывернуться, она задела старое кресло и едва не упала. Руки мужчины удержали её. Раскрасневшаяся, хохочущая девушка старалась отдышаться, глядя в карие глаза бразильца. Они переливались задором и хитростью, оглядывая девушку. В тишине чердака слышны были лишь звуки дождя и дыхание двоих. Пальцы Кико поймали выбившуюся прядку волос Алисы и заправили её за ухо. Ладонь прошлась по щеке, нежно поглаживая. Взгляд девушки на секунду метнулся к красиво очерченным губам мужчины. Он увидел это замешательство, перемешанное с желанием - и наклонился к губам девушки. Дэйв нехотя поднялся, собираясь в свою комнату, после того, как Маша, пожелав ему спокойной ночи, скрылась у себя за дверью. Рыжий мужчина хмурился, думая о том, что они так толком и не поговорили после той «банной вечеринки» А хотелось. Хотелось поговорить, узнать, почему отступила тогда. Он не привык к отказам, и это не давало ему покоя. Дэйв продолжал думать, взяв акустику, которую заприметил на шкафу, и теперь сидел, перебирая струны. Вдруг резкий раскат грома нарушил его почти медитативное настроение. Свет погас. Дэйв выругался и, отложив гитару, вышел из комнаты. — Да что за еб вашу?! — донеслось до Маши. Она вышла из комнаты, прямо так, в ночной сорочке, и выглянула в окно. — Похоже во всей деревне вырубило! — резюмировала она и повернулась к Дэйву. Он как-то странно, уже не зло, смотрел на девушку и думал о чём-то своём. — Свечи есть, — сказала она и прошла на кухню. Взяв свечи и спички, она зашла в комнату Дэйва, ища, куда бы уместить подсвечники. — Мэри, я бы хотел с тобой поговорить, — серьезно обратился к ней Дэйв. — Говори, я слушаю, — ответила Маша не поворачиваясь и продолжая заниматься своим делом. — Если ты про нарушение ваших планов, похищение и все такое прочее, то не волнуйся, я уже сказала, что это не продлится долго. Концерт будет в срок, порепетировать можете тут, хотя инструменты не ваши, но хоть какие-то. Считай, что ты в пансионате. — Я не об этом. Хотел… извиниться. Последнее слово далось ему нелегко, видимо не слишком уж часто строптивый лидер Мегадет использовал его в жизни. Вот нахамить, обложить кого нибудь матом со сцены — это да, это легко. А извиняться, это уже сложный процесс, унизительный. — За что конкретно? За порку веником, побег, или… — Или. Маша молча зажигала свечи, расставленные в стаканы и на старые кривые подсвечники. Комната осветилась уютным живым светом, чуть подрагивали языки пламени от ветра задувавшего в раскрытую форточку и на стенах плясали тени. После того, как была зажжена последняя свеча, Маша осталась стоять спиной к Мастейну, задумчиво глядя на пламя. Он подошел, не решаясь прикоснуться, чтобы не спровоцировать очередной конфликт и обиду. — Я, похоже, сделал всё не так. Поверь, мне еще никогда не приходилось брать женщину насильно, против её воли. Просто все сигналы исходящие от тебя считывались, как то, что ты не против. Если был не прав… Она резко развернулась, оказавшись лицом к нему. Неверный свет делал его лицо более молодым, скрадывая морщинки. Она так близко видела его — героя своих грез, и решила говорить напрямик. — Все ты правильно считывал. Просто я не ожидала такого поворота. Да и моя вина есть — кто же идет в баню с мужчиной один на один? Да еще когда оба раздеты, — Маша улыбнулась краем губ — в общем, ты тоже извини. — Ну вот мы все и выяснили, да? Значит все-таки… Можно? — Дэйв протянул руку не дотрагиваясь. — Нужно. И девушка сама положила ладони ему на плечи, и приблизившись пристально посмотрела в глаза. У обоих в зрачках плясали отражения огоньков свечей, и это выглядело, словно сама страсть светилась в глазах. Она провела кончиками пальцев по рыжим кудрям. «О боже, сколько девушек бы сейчас мечтали оказаться на моём месте!» - подумалось ей. Потом прикоснувшись к лицу, провела по щеке. Дэйв все это время молча смотрел ей в глаза. Когда пальцы коснулись его губ, он взял ее за руку и, остановив движение, поцеловал ладонь, надолго прижавшись к ней губами. Сердце заколотилось как бешеное, когда мужчина обхватил ее одной рукой за талию, запустил пальцы другой в волосы, и прижав, стал жадно целовать. Его язык требовательно раздвинул губы девушки и проник в рот. Она отвечала на поцелуй, прижимаясь всем телом, мелко дрожа от безумного желания. Дэйв прервав поцелуй, быстро скинул майку, и проведя по ее телу снизу вверх стал снимать сорочку. Маша подняла руки, и через секунду осталась в одних трусиках. Губы и руки Дэйва были словно везде одновременно, он целовал ее шею, покусывал мочку уха и она чувствовала его возбужденное тяжелое дыхание, от чего все тело покрывалось мурашками. Рукой он оглаживал ее по животу и груди, задерживаясь на сосках, от чего она ахала и запрокидывала голову жмурясь от острого удовольствия. А она легко прикасалась к нему, лаская в ответ. Эти плечи, эти руки, волосы… Такой желанный, теперь она не струсит и не отступит! Дэйв подтолкнул ее легко к кровати и через секунду они, уже оба обнаженные лежали на постели, исследуя друг друга, теряя рассудок от удовольствия и наслаждения. Маша робко прикоснулась к члену Дэйва и обхватила его пальцами: "Ох, а он хорош, приятный сюрприз", успела подумать она, за секунду до того, как он провел меж ее бедер. Захлебнувшись в собственном вскрике она задохнулась, застонала, выгнувшись и подавшись навстречу руке. «Я сейчас просто сойду с ума или потеряю сознание», — подумалось ей. Мужчина продолжал целовать её, пальцы проникли внутрь, и мир сузился до точки, ничего и никого больше не существовало вокруг. Только он и она. Только их стоны и горячее тяжелое дыхание. В сознание ее вернули его слова: — Боже, какая ты мокрая, детка, как же ты хочешь! — Дэйв, пожалуйста! Маша вцепилась в его плечи и уткнулась в шею, покрывая ее поцелуями, его длинные волосы щекотали лицо. — Пожалуйста, войди в меня! Его пальцы ритмично и властно двигались в ней, утверждая право мужчины на ее тело, и каждое их погружение вырывало из нее стон. — Горячая, страстная, ты просто чудо, — шептал он хрипло. — Дэйв, ну же, пожалуйста, я не могу больше! Раздвинув коленом ее ноги, он направил рукой в нее свой член и одним движением вошел до конца. — Ох, Дээээйв… Перед глазами заплясали звездочки. — Я люблю тебя, прошептала она по-русски. — Да, говори, говори на своем языке, это сводит меня с ума. Он двигался, стоя над ней на локтях, лоб покрылся бисеринками пота, а она отвечая его движениям, гладила его грудь, шею, лицо и глядя глаза в глаза говорила на незнакомом ему языке то, что никогда бы не решилась сказать на английском. — Я люблю тебя, Дэйв. Я всегда тебя любила. Ты недостижимая моя мечта. О боже, как хорошо, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, только не останавливайся! В ее голосе слышались умоляющие нотки, и даже не зная, что она говорит, Дэйв чувствовал эту страсть, а слово «люблю», он знал прекрасно из выкриков русских фанатов и выучил в первую очередь. Она увидела как он зажмурил глаза и сжал зубы. Ритм ударов стал быстрее, резче, он хрипло дышал. — Поцелуй меня, — произнесла она на его родном языке. Он опустился на нее всем телом, влажным горячим, кожа к коже, губы к губам, и слился в страстном, где-то даже жестком поцелуе. Он прикусывал ее губы до боли, кусал, а потом лизал место укуса, словно извиняясь и залечивая. Маша почувствовала приближение оргазма — внизу живота словно огнем налился тугой комок сладкой боли, которую хотелось выплеснуть из себя, выпустить на свободу. Дэйв сделал еще несколько движений и со стоном прошептал: — Детка, ну давай же! И тут Маша вытянулась как струна, напрягшись всем телом, почти до судороги, выпуская всю эту скопившуюся энергию, в крике соперничавшим по громкости с прогремевшим за окном громом. Дэйв зарычал запрокинув голову, рык перешел в стон — протяжный, словно болезненный, постепенно затихающий и она почувствовала, как он кончает в нее, и его сперма входит в нее толчками. Он, все еще постанывая, без сил опустился на нее. Маша целовала его лицо, гладила влажные, спутанные рыжие кудри, проводила руками по спине. «Боже, какое чудо, какое счастье, какой он… самый лучший!» - , думала она восторженно. Надо запомнить этот миг. Это все, что у нее останется. Память о Дэйве. О его глазах, губах, его теле, о его страсти. Эта ночь. Их ночь. А может и не единственная. Впереди еще столько времени! Они лежали, остывая, приходя в себя после такой яркой вспышки, слушая как дождь барабанит по окнам и отдалённо гремит гром. Маша открыла глаза. Ореол рыжих волос стал ещё ярче над ней. «Какой же он красивый» — подумалось Маше. Сияние становилось ярче. «Я что сплю?» — промелькнула мысль — и тут она увидела огонь — не жар от страсти, не рыжину волос, а пляску язычков пламени на тумбе. — Дэйв, мы горим! — завопила она, вскакивая. — Что за черт? — рыжий мужчина метнулся в сторону огня, быстро хлопая по источнику подушкой. — Кажется что-то случилось, — пробормотала Алиса, прервав поцелуй. — Маша кричит! — девушка вскочила — и тут же с воплем упала. Приземление в этот раз было мягким — руки Кико крепко держали её. — Ты всегда такая шебутная? — спросил он, усаживая девушку на кровать. В его голосе не было злости или упрёка, нет. Скорее заботливый интерес. Алиса кивнула. — Кико, нам надо скорее узнать, что случилось! А вдруг? — она не договорила и похромала к лестнице. Девушка замерла на полпути. Она услышала глухой стук по дереву и обернулась. С крыши прямо рядом с кроватью Кико капала вода. - Кажется крыша течёт, - сказала она, ища глазами какую-то ёмкость. Ведро нашлось совсем быстро и Алиса подставила его под капель. - Да, сегодня тут явно не поспишь! Пойдём устраиваться вниз, - добавила девушка и похромала к лестнице. Покачав головой, бразилец осторожно начал спускаться за ней. Запах дыма насторожил их обоих. Окна теперь были распахнуты. Маша в ночнушке и Дэйв в одних трусах, убирали последствия «романтики» — Вы что шашлык решили дома сварганить? — спросила Алиса, кашляя от дыма. — Ага, человеческий, — мрачно ответил Дэйв. — Свечка упала. Кико хотел было спросить, зачем им в ночи понадобилось зажигать свет, но вовремя спохватился, глядя на хоть и растревоженных, но очень довольных Мэри и Дэйва. — Так, сегодня наверх больше не полезем, там крыша течёт. — решительно заявила Алиса. — Девчонки, ложитесь на кровать в комнате, где вы с Мэри, а мы тогда там же на полу, — предложил Кико. Руки мягко лежали на плечах девушки, поглаживая. Дэйв хотел было хмыкнуть, но только от того, что и сам бы сделал так. — Или вы двое ложитесь на постель, — предложила Маша парням. — Ну нет, мне хватило прошлой ночи! — решительно заявил рыжий, собственнически кладя руку на талию Мэри. — Ну давайте тогда парами устроимся! — ответил Кико и повернулся к Маше: — Есть ещё один комплект белья? Она кивнула и вышла ненадолго. Дэйв, постояв, пошёл за ней. Стоя в тишине, парень и девушка не произносили ни слова. Алиса мягко опиралась спиной о грудь гитариста, успокаиваясь и наполняясь теплом. Руки Кико обвивали и гладили плечи девушки. Когда он наклонился к её щеке, то увидел, что девушка задремала, согревшись и прижавшись к нему. Скрипнула дверь. Маша и Дэйв вернулись,она несла бельё, а он свернутый матрас. Рыжий мужчина вместо обычных язвительных комментариев лишь отвёл взгляд, не мешая нежности. Он, порой, очень трудно реагировал на отношения окружающих. Задевать Кико сейчас не хотелось. Маша же, заметив, что подруга спит, только улыбнулась. Вдвоём застелив спальное место на на полу сбоку кровати, они легли, повернувшись друг к другу спиной. Кико осторожно донёс свою хрупкую ношу до кровати и бережно уложил на простыню. — А? — девушка сонно открыла глаза, потеряв на несколько мгновений источник тепла. — Всё хорошо, — шепнул ей Кико, ложась рядом и вовлекая в объятия.