Между прошлым и настоящим I

***

Слепящие лучи солнца потревожили мой сон. Они надоедливо резали глаза даже под закрытыми веками. Пошевелившись, ощутила, что конечности не затекли. Хотя бы в эту ночь кабан по имени Майкл не прижал меня к стене своей тушей. Сонно нащупав телефон под подушкой, я глянула в экран. Увидев, что на часах только восемь утра, откинула телефон на пустую половину кровати и отвернулась досыпать положенное мне время. Сон быстро окутал сознание, и я даже не обращала внимание на музыку из зала, что сочилась из щели приоткрытой двери. Ну Майкл словно повредничал, специально с утра пораньше зля меня такой мелочью. И себе в оправдание наверняка снова использует: «Нервная ты. Это же мелочь! Я просто не заметил!». Ну да-да… Конечно… Это же Майкл… Не был бы он собой, если бы даже сейчас, спустя пять минут после того как я вновь закрыла глаза, словно чуя моё недавнее пробуждение, не явился сам. Дверь приоткрылась, и ставшая более громкой музыка сейчас уже смогла потревожить мой сон. Майкл просто глянул в комнату, откинул телефон на стол и скрылся за дверью. Пять секунд тишины и назойливый, раздражающий звон будильника раздался из телефона парня. — Нууу… — Добро-о-ое утро, Ева! Майкл резко раскрыл дверь и с разбега запрыгнул на кровать, наполовину придавив меня. — Дурак?.. Я же сплю… — я недовольно промычала в попытке скинуть друга с себя. И безрезультатно. — Встава-а-ай! — Сдрысни, пока я тебя не убила. — Уже злая? Даже глаза толком не открыла. — Какой мне ещё быть? Я спать хочу… Ну, Майкл! Ты же тяжёлый! — Всё-всё! Нервная… Я уже завтрак приготовил, — Майкл недовольно поднялся с меня и сел рядом. — Яичница? — Конечно. Мой максимум. — Если мне попадётся скорлупа, то я тебя убью… — Отдашь мне, я съем, — рассмеялся Майкл, сдёргивая одеяло с моего плеча. — Точно дурак… — Ещё слово и я тебя за ногу в ванную потащу… Ева! Мы опоздаем! — Пять минут… — Бля-я-я, — спрыгивая с кровати, Майкл в секунду стянул с меня одеяло. Схватил за щиколотку мою ногу, словно предупреждая, что ещё пару секунд — и я окажусь на прикроватном коврике. И на нём, как в старые добрые, прокачусь из комнаты до порога в ванную. — Всё! Всё… Встаю-ю-ю… — Не завидую твоему будущему мужику, которому придётся будить тебя каждое утро. Это так тяжело, я отвык, — наблюдая, как я медленно поднялась в сидячее положение и спустила ноги с кровати, Майкл подал мне его халат, который я носила у него в гостях. — Не нужен мне мужик, что будет будить меня. Только вместе досыпать до последнего и только потом вставать. — Ну удачи в поисках. — С тобой этот поиск затянется в десятки лет, пока не помрёшь. — Я твоя сигнализация и охрана от долбоёбов, на которых твоё внимание падает. — У нас с тобой разные взгляды, — затянув пояс халата и нащупав ногами тапки, что на несколько размеров мне велики, я поднялась с кровати, сразу заправляя её и убирая телефон в карман. — И для тебя каждый прохожий мне не пара. — Что есть, то есть. Кофе? — выходя со мной за порог, спросил Майкл и дошёл до двери в ванную. — Чаёк. — Окей… Пять минут тебе даю. — Не успею. — Не моя проблема. Раньше вставать надо было, — потрепав волосы на моей макушке, Майкл включил свет в ванной и открыл мне дверь, пока я неспеша натирала глаза кулачками. — Не беси… Неторопливо покинув ванную, я первым делом услышала голос Майкла, который, по моим догадкам, записывал голосовое сообщение и сидел на диване. К моему удивлению приставка была выключена, что в доме игромана-Майкла редкость, ведь всё своё свободное время он проводил в играх. Как и в эту ночь, пока я засыпала в одиночестве. Да и не ворчала по этому поводу, ведь для него это любое занятие и отдых от выматывающего образа жизни — парень работал на нескольких работах. Даже любила поиграть с ним, но надолго меня не хватало. Зато любимому другу это было на радость. — Всё? — Майкл запрокинул голову на спинку дивана, глядя меня. — Ага… — погладив лежащего на лежанке пса Феникса, я прошла глубже в гостиную зону. — Тогда быстро завтрак в себя закинем и поедем. Вместе с другом проходя в кухонную зону комнаты, я уже догадывалась, что он на всех накрыл стол, но забыл столовые приборы. И знала, что они лежат не на своём месте, потому вытащила вилки и ложки из сушилки для посуды. Ну, конечно, это же самый ленивый человек из всех, кого я повстречала за свою жизнь. Убрать посуду на место — за гранью его возможностей. Особенно, когда дома есть я. Знает, что терпеть это не могу и уберу за ним уже без слов и пререканий. Сжились. Легонько треснув друга по затылку ложкой, я уложила её у его тарелки и села напротив. — Что там? — отпивая чай, спросила я, наблюдая напряжение в лице Майкла, который уткнулся взглядом в телефон. — По-моему, ты забыл правила за столом в своём же доме. Майкл прислонил к уху телефон, чтобы прослушать голосовое и приподнял палец, прося меня подождать. — Да Грант и работа. Телефон мне разорвали с утра. Потому и встал раньше тебя, — откинув телефон на кухонную тумбу позади себя, Майкл поднял столовые приборы и принялся завтракать. — Потому мы торопимся? — Да. Сначала на Ферстенерджи Стадиум. — Почему? — удивлённо спросила я. — В двенадцать же, нет? Путаю? — Матч перенесли ещё неделю назад из-за прогноза погоды. А идиот Грант не предупредил нас. Думал, мы сами в курсе. За телепатов принял. — Оу. И что мы будем делать? — На матч, потом я только вечером на работу. По этому вопросу сейчас решал. — Окей… — Потому-то я тебя и разбудил и сказал, что опозда-а-а-ем! — Мог бы сказать сразу. Феникса выгуливал? — Нет, ключи кинул, и он сам сбегал по своим делам… Что за тупой вопрос? — Под стать тебе. — Ха-ха. Да. Завуалированно меня тупицей назвала, молодец. Меньше слов — больше дела. Ешь. Приятного аппетита. — Приятного… Когда я стояла у зеркала уже одетая и вырисовывала тонкую, едва заметную стрелку на веке, Майкл подошёл ко мне и боком оттолкнул в сторону. — Отойди, лягушка! Вау… Кто это? Брэд Питт? — глядя в отражение, съязвил Майкл. — Ты идиот? Я в глаз подводкой ткнула. — Ну не проткнула же. Всё… Поехали… — Беси-и-ишь… Составлять планы заранее — всё равно что их сразу срывать. Когда у нас ещё месяц назад был запланирован матч и дела были отложены на другие дни, всё равно появились проблемы в самый последний момент. Ну не у меня, а у Майкла. Он всю дорогу отвлекался на без остановки вибрирующий телефон. Сегодняшний матч был очень важен для Гранта, потому мы и планировали всё заранее, чтобы поддержать друга. Сама я не сильна в американском футболе. А проще говоря, вообще ничего о правилах не знаю. За что не раз слышала в свою сторону: «Как ты можешь не знать?! Ты же спортсменка!». Эм… И что, что я спортсменка? Да, конечно, этот вид спорта крайне популярен, но в силу своих вкусов и интересов я им просто не интересовалась. Не привлекал он меня. Ни разу на матчах не была в осознанном возрасте. Но в памяти остались приятные отголоски из детства, когда отец был ещё жив и пару раз брал меня с собой на матчи. Но толком ничего, кроме возбуждённых криков трибун, я не помню. Лишь атмосфера запомнилась, которую я достала из дальнего ящика своих воспоминаний и уже зарядилась ею. И ещё сильнее меня погрузила обстановка, в которую мы попали, стоило найти место на парковке и с толпой пройти через охрану стадиона. Пустое поле только подготовили, когда мы прошли на свои места в первых рядах, так как Грант успел взять нам билеты на самые удобные места. И пока Майкл снова пропадал в своём телефоне, я скучающе наблюдала за окружающими и за всеми непонятными для меня процессами на поле. И спустя время стадион ожил, так как половина трибун была занята, а на поле начались финальные подготовки и речи. — Майкл, убирай телефон. Начинается. Майкл без слов закинул телефон в поясную сумку и застегнул её, чтобы вообще больше не отвлекаться. Но через пару секунд мой телефон навязчиво завибрировал, а на экране появился входящий звонок от контакта «Не отвечать!». Как только Майкл увидел звонок, то сразу выхватил мой телефон и сбросил. Следом открыл контакт, заблокировал его и закинул телефон к себе в сумку. — Майкл. — Я тебе сколько раз говорил заблокировать её? Не отвечай, и пусть потеряется. — Я и не собиралась отвечать. — Тысячу раз слышал это. Почему она тогда не заблокирована? Хочешь её пьяный бред слушать?.. Хватит. Всё. Я столько лет терпел и наблюдал со стороны, как ты в синяках и слезах ходила. Но больше не собираюсь… Не смей. Иначе к ней уже наведаюсь я. — Всё-всё… Только Гранту не говори. Не хочу это и от него слушать. — Если ты окончательно оборвёшь с ней все связи. — Ладно… Ты же будешь мне объяснять, что происходит на поле? Я же вообще не понимаю. — Постараюсь, если сам буду понимать… О, выходят. На поле вышли команды, а кроме номеров и цвета формы на спине их ничего не отличало друг от друга. — Вон Грант. Квотербек… — среди команд я глазами нашла друга, что даже не глянул в нашу сторону. Да и знала, что у него на уме сейчас только матч. Он не раз говорил, как для него это важно и сейчас этот матч играл решающую роль в будущем их команды. Майкл на максимально простом языке вслед за матчем объяснял мне всё, что сам знал, ведь и его в своё время затянуло в флагфутбол, к которому он быстро потерял интерес. Таков Майкл. По жизни быстро загорался разными занятиями и не менее быстро охладевал к ним. Зато везде успел взять по чуть-чуть. И по сей день искал себя. Перед Грантом же такого выбора не было. Он в силу своей нелёгкой судьбы сироты обеими руками держался за возможность получить образование бесплатно. Ведь если ты выступаешь за свой университет, то проблема с оплатой пропадает сама собой. И это было единственной причиной, по которой его затянуло в спорт. Он нашёл себя, даже не подозревая такого исхода. И утонул с головой, получив проблемы с «работой на дядю», которая была единственным заработком в его жизни. Также проявились его качества лидера, что вывели команду на новый уровень. Сам тренер не раз выставлял Гранта в лидирующую позицию, ведь был уверен в нём и даже советовался с ним. И сейчас как никогда важный момент, что решит судьбу не только команды, но и самого Гранта. И я словно через всё расстояние между нами на стадионе, чувствовала волнение в нём и сама начала переживать и дёргаться на каждом волнующем моменте на поле. Это командная игра, но об ответственности, что лежит на его плечах, Грант мне не раз говорил во время наших бесед. И я была обязана быть рядом и поддерживать своим присутствием, ведь раньше никогда не приходила на их матчи. Дико переживала больше за состояние Гранта, ведь этот вид спорта достаточно травматичный. Конечно, экипировка команды была хороша и защищала их от травм. Но волнение внутри и напряжение могут навредить. Да и переживания за друга через край. В общем, нанервничалась я вдоволь. Но Грант на поле словно рыба в воде. Выкручивался, анализировал наперёд. — Грант! — вскрикнула я, когда друг в схватке отлетел в сторону, а я уже напридумывала себе десятки травм, которые он мог получить. Но нет. Он словно услышал меня. Встал на ноги и поднял большой палец, показывая судьям, что с ним всё в порядке. Казалось будто адресовал свой жест именно нам, лишь бы успокоить волнение, что дошло до него через расстояние. Но хромая походка первые пару секунд выдала его. Я сразу поняла: с ним что-то не так. Противники не отставали. Очень напряженный матч. И «ничья». Чёртова «ничья», из-за которой добавили пятнадцать минут, которые давали шанс вырваться вперёд. Но и в этот раз команды не уступили друг другу. Снова «ничья». Трибуны остались в полном недовольстве, а мы с Майклом волновались лишь за состояние Гранта. Он даже головы не поднял, когда мы подбежали как можно ближе к полю и помахали ему. Над ним словно была грозовая туча, что следовала за ним, когда команды покинули поле. И снова хромая походка, которую Грант не не смог скрыть. Пока мы ожидали Гранта в курилке за территорией стадиона, Майкл делал одну нервную затяжку за другой. И спустя полчаса парень показался на горизонте, когда мы были уже в машине. Приветственные объятия, и мы втроём прошли до машины Гранта. Он молча закинул сумку в багажник. — Ну. Говори. Что дальше с вами будет? Это конец? — Нет. Но от исхода матча не легче, — вздохнул Грант, облокачиваясь на багажник. — Поясните мне вообще что к чему, — недоумённо посмотрев сначала на одного друга, потом на другого, попросила я. — Нами была заинтересована Национальная ассоциация студенческого спорта. И этот матч показал бы наши возможности. Но сейчас… Всё встало под вопрос. — И всё равно это не конец. — Нет. Сейчас они всё равно будут анализировать запись матча. Наше поведение на поле. Набранные очки не показатель, ведь очень много решает слаженность и опыт команды. На каждого соберут характеристику. И… На меня… Блять… — Ты так переживаешь… — Конечно. Я вёл команду. И отвечаю за множество процессов в матче. — Ты был хорош. Я видела, какая была в тебе концентрация. Иногда ты будто знал наперёд. — Немалый опыт за плечами. Спасибо, — на лице Гранта едва показалась улыбка после моих слов, но сразу же пропала из-за пессимистичных мыслей в голове. — Всё нормально будет, — бросил Майкл. — Да меня это очень важно. И «нормально» меня не устраивает. — В тренера метишь. Бабла они срывают много. Но тебе туда, как мне до Европы пешком. — Майкл! Заткнись! Никакой поддержки от тебя. Демотиватор чёртов! — я резко ущипнула друга за плечо. Он отбежал и схватился за него. Я подошла к Гранту и коснулась его руки. — Не слушай его. У тебя всё получится. Всё сможешь, ведь так стараешься. Твой труд даст плоды. — Спасибо, Ева… — А что будет, если они всё-таки примут решение в вашу сторону? — На простом языке, мы выйдем на соревнования между штатами, и нашу подготовку будут финансировать… Но есть один минус. — Какой? — Я перееду. Курс на Индианаполис… — Ох… Ты тоже… — Да. Прости… — Не проси прощения. Это твоя мечта. А ты мой друг, значит, я с тобой и поддержу любое твоё решение… И буду так рада, что у тебя всё получится. А это обязательно произойдёт. Я верю в тебя. — Рад, что у меня есть такой друг, как ты, куколка, — аккуратно потянув меня за щёчку, Грант словно выдохнул от моих слов и стал заметно счастливее. — Фу… — Майкл подошёл к нам и закатил глаза. — Что «фу»? — Он ревнует, — ухмыльнулся Грант, переводя взгляд на Майкла. — Я?! Пф… Ревность говорит о том, что человек боится потерять. А куда эта мадама денется? У неё на всю жизнь оформлена подписка на пакет приключений на задницу. А кто её из этих приключений будет доставать? Конечно же я! — Дурак… — Погнали отмечать твоё так называемое повышение, — Майкл отошёл в сторону, чтобы вернуться к своей машине. — Ещё ничего не решилось. — А у них есть выбор? И с каких пор принимаешь мои подъёбки за правду? Я тоже верю в тебя! — Ага… Ну поехали… — В светлое будущее… Хах… — рассмеялась я, уходя за Майклом. А Грант лишь спокойно и уверенно кивнул мне вслед…

***

С вскриком Ева проснулась и вскочила в сидячее положение. Тяжёлая одышка не давала покоя, а в поиске успокоения девушка накрыла ладонью грудь. Глаза бегали по одеялу, пока мозг пытался осознать, что это был сон. Воспоминания резали по сердцу, напоминая прекрасные времена и их медленное завершение. Всех друзей накрыли трудности жизни. И пути постепенно расходились. В глазах мутнело от непонятных ощущений, и, хмуря брови, Ева коснулась щёк, на которые скользнули слёзы. Но они не появились сейчас… Она словно… Плакала во сне… Почему? Откуда эти слёзы? Ответа Ева не нашла, пала обратно на подушку и только сейчас осознанно расплакалась. Сейчас она бы так много отдала, чтобы снова лечь спать в объятиях лучшего друга. И плевать, если бы он снова прижал её к стене… Сейчас лишь на радость. Ведь он был бы рядом… Тоска отступала с каждым днём, но не покидала насовсем. Давала возможность Еве изучить новый мир и привыкнуть к нему, что она и делала. Каждый день старалась до тренировки элитного отряда тренироваться сама и возвращать форму. Проскальзывала мимо площадки, иногда замечая на себе одобрительный взгляд Ривая. Молча давала понять, что следует его наставлениям и принимает режим дня. Не избранная и ничем от других не отличается. Пару раз даже замечала ухмылку в свою сторону. И не была глупа, чтобы не понять, когда проходила мимо стола в столовой, где сидел Эрвин и Ривай, что обсуждали они именно её. Было видно по взглядам. Да и Ривай этого своим видом не отрицал. А после элитный отряд снова покинул территорию во главе с капитаном. Мария помогала и посвящала в жизнь кадетов всё больше и больше. Знакомила с другими ребятами и тренировалась за компанию по вечерам, несмотря на усталость после дневных тренировок. Обеим нравилось проводить время вместе. Узнавать друг друга. И Ева вливалась, принимая новый мир. Обстановка начинала играть новыми красками, когда окружение становилось изученным и привычным. Также Еву начали вовлекать в несложную уборку территории, в которой она с радостью участвовала и помогала другим. Уже не ловила на себе взгляды окружающих. Становилась частью общества, как и другие новобранцы. Сливалась, поддерживая образ новобранца с Маре. Практически каждый вечер с Марией ходила в конюшню. Там они ухаживали за лошадями и убирались в стойлах. Там же Мария познакомила с несколькими парнями и одной девушкой из казарм. Одного из парней звали Конни, он был позитивным весельчаком, светился изнутри. Солнышко. Девушку звали Сашей, кодовое имя — Картофельная. Эта компания напоминала Еве её компанию из прошлого. — О, а вот и мой любимый конь решил объявиться! — вскрикнула Мария, глядя Еве за плечо. — Опять ты за своё… — прошептал высокий парень и зашёл в конюшню. — Жа-а-анчик… — пропищала девушка и кинулась ему на плечи. — Ой, фу, ты такой вспотевший. После тренировки? — Да. Я тебя сейчас стукну. Я же просил не называть меня так, — недовольно бросил он и приобнял Марию. Он поздоровался со всеми, и когда очередь дошла до Евы, он сначала улыбаясь осмотрел её и только потом заговорил. — Это ты та самая Ева? Я Жан Кирштайн. — Да, та самая Ева. Приятно познакомиться, — хихикнув ответила Ева и протянула руку в ответ на его протянутую руку. — Значит это ты однажды следила за нашей тренировкой. Понятно, — сказал он, выхватив вилы из рук Саши, и начал помогать ей. — Ты из элитного отряда? — Да, ты следила за тренировкой и, хочешь сказать, не заметила меня? — Эм, нет. — Жан, ты не единственный красавчик в разведкорпусе, а элитный отряд — отряд красавцев, — произнесла Мария, отбросив сено в сторону. — Отвали. Все рассмеялись и отбросили вилы. Компания с Евой вышла из конюшни и побрела к беседке. На улице уже стемнело. Зайдя в неё, все устало расселись на скамейки. Кто-то закурил, другие начали хлебать воду. — Надо что-нибудь придумать, — заговорила Мария. — На этих выходных у меня день рождения, и просто отсидеться в казарме я не намерена. — Можно посидеть на крыше, в карты поиграть. Я как раз завтра в город поехать собирался. Найду что-нибудь спиртное, — ответил Конни, ехидно произнеся последнее предложение. — Хорошая ид… — Нет, скучно, — перебил Марию Жан. — А у тебя есть другие идеи? — Нет, но мы так делаем год, — ответил Жан, закидывая руки за голову. — Ну тогда можно не просто в карты играть и бухать. Можно и в другие игры поиграть, — произнесла Ева. — Что, например, прятки? — хохоча ответил Жан и резко хватился за живот. — Пресс боли-и-ит. — У тебя его нет, — хмыкнул Конни. — Завались, — ответил Жан и закатил глаза. — Ну так что, какие игры будут? — спросила Саша. — В Дурака на раздевание! — прокричал Конни и вскочил. — Да! — вскрикнула Мария, и они начали дурачиться. — Идиоты, боже, — тихо сказал Жан, закрывая лицо рукой. Саша присоединилась к ребятам и тоже начала дурачиться. — Пошли уже. Отбой уже был, — сказал Жан, выталкивая ребят из беседки. Ева тихо хихикнула и пошла за ними. Разойдясь опять у казарм, Ева с Жаном двинулась в главное здание. А после осталась на ступеньках у входной двери. Уверив парня, что с ней всё хорошо, она махнула рукой, и тот скрылся за дверью. Ева долго сидела на ступеньках, вглядываясь в ночное небо, что делала не один раз за последние дни, желая побыть на свежем воздухе подольше. И впечатления после активного дня не оставляли её. С каждым днём нравилось всё больше. — Избегаешь меня? — прошептал кто-то за спиной…