Между прошлым и настоящим I

***

Мою любовь к лету и к его теплу не описать словами. Именно летом мы часто выезжали на разные базы отдыха всей компанией. Там мы купались в озёрах, гуляли в лесах. А самым любимым местом у нас с Майклом был тир. Боже, как же мы обожали стрелять по мишеням, спорить, кто из нас более меткий. Даже в детстве, когда все девочки играли с куклами, я с Майклом носилась по двору и стреляла в него из игрушечного пистолета и кидалась палками. Мы были настоящими шпионами… Забавно вспоминать такое, но в чём-то даже мило. Друзья не разделяли нашей любви к стрельбищам, и когда они ходили играть в теннис или кататься на лошадях, мы увиливали в сторону тира. Так мы поступили и сейчас. Взяв с собой инвентарь и еду, собираясь задержаться надолго, мы с Майклом стояли на опушке с несколькими мишенями вдали. Солнце разливалось по зелени и немного слепило глаза. — Упрись плечом и напряги, иначе отдачей тебе выбьет сустав, — произнёс Майкл прямо над ухом, стоя позади меня. Он поднял мой локоть одной рукой, а другой держал за плечо. Держать такую винтовку для меня было в новинку. — С пневматикой было легче, — глянув в непривычно мутный прицел, я опустила оружие и глянула на друга. — Дыхание… — напомнил Майкл, легонько погладил по спине и отошёл в сторону. — Знаю, — я сняла с предохранителя. — Правую ногу чуть вперёд. Локоть выше. Руку зафиксировать. Палец на курок. Выстрел! Пуля вылетела с характерным звуком. Мимо. — Сука, — прошипела я и в ярости опустила оружие. — Стой. Что-то с ней не так, — хмурясь, Майкл забрал у меня винтовку. С разочарованным вздохом я потянулась к лежащей на траве колонке, чтобы переключить трек. — Мой любимый трек был вообще-то, — сказал Майкл, осматривая оружие. — Знаю, поэтому и переключила, — язвительно показала язык, а в ответ Майкл закатил глаза. — У неё винты раскрутились. Пиздец, даже за оружием не следят, которое людям выдают, ебланы! — Парень отложил винтовку в сторону. — Надо было своё брать. — У тебя есть разрешение? — Да. Военка всё-таки окончена. — Куда дальше пойдёшь? — Пять лет обязательной службы, забыла? — ответил он с ярко выраженным недовольством и взял другое оружие. Осознание того, что ему предстоит, явно не приносило ему радости. — Ушёл от меня на первом курсе, столько времени найти себя не мог, и сейчас возмущаешься? — Ой, бля! Только не начинай! Я готов слушать это от кого угодно, но не от тебя, — быстро опустив оружие, вскрикнул Майкл и подошёл ко мне. — Прости, бусинка. — Я обняла его со спины. — Сама ты бусинка… — прошептал Майкл, погладив мою руку, лежащую на его животе. — Отойди, моя очередь, не хочу тебя задеть. Я отошла в сторону, отворачиваясь, и не смогла сдержать всхлип. Майкл обернулся. — Не понял… — Друг опустил винтовку и повернулся ко мне. Я стояла, понурив голову. — Эй-эй! Ты чего? О чём задумалась? — обеспокоенно Майкл поднял моё лицо, придерживая за щёки. — Ты такой взрослый, — вырвался смешок, и я начала тереть глаза. — Такой взрослый, широкоплечий парень теперь. Вымахал! Я задумалась о насущных проблемах и о будущем… Когда-то ведь у тебя будет семья, мы отд… — Никогда мы не отдалимся, — грозно перебил меня друг, хватая за плечи. — Слышишь?! Я всегда буду рядом… Всегда… Был, есть и буду. Ты моё солнышко во тьме ёбаного мира, а я твоё. Мы два самых близких друг другу человека. Тебя никто и никогда не заменит. Ты ж сама это понимаешь! Быстро кивая, я схватила Майкла за бока и крепко обвила руками. — Ты мой самый близкий человек… Никого, кроме тебя, нет… Всегда рядом, поддерживаешь, оберегаешь… Кто меня спасёт от проблем на задницу, если не ты? Ма-а-айкл… Эмоции, что вспыхнули внутри, я даже понять не могла. Слишком много проблем свалилось, а Майкл приехал и вырвал меня из серого, печального образа жизни. Скрасил всё вокруг… И ведь так было всегда. Всю мою осознанную жизнь он был рядом, переживал за меня и помогал в любых трудностях. Потому в последнее время я даже перестала многое ему рассказывать для его же спокойствия, ведь и его жизнь за последние годы без остановки била по нему трудностями и… скорбью по одному очень близкому человеку и по другу детства. Разлад в семье… Как и в моей жизни. Раньше, когда были ещё помладше, жизнь такой жестокой не казалась, потому все воспоминания, как ни крути, были солнечными, приятными. Но сейчас мы оба выросли, потому и стресс от проблем не отпускал. И что бы ни случилось, наша дружба всегда спасала… Мы друг друга спасали. — Я люблю тебя, Майкл… — И тебя люблю, солнышко, — произнёс друг и поцеловал меня в лоб. — Я всё понимаю, но… Успокаивайся давай! Не люблю, когда ты плачешь. Выдумаешь что-нибудь плохое и загоняешься. Придумываешь проблемы на свою голову. Потрепав мои волосы, Майкл щёлкнул меня по носу и рассмешил, а после вернулся к оружию, а я к бутылке воды. Он соображал быстрее меня в стрельбе, и выстрел прогремел через пару секунд после того, как он взял винтовку. Есть попадание. — Неудивительно, — цокнула я и сделала глоток. — Я выиграл. Ты должна мне желание. — Ну, выкладывай. — Пообещай воспользоваться тем, что я подарю тебе на твой день. — Это и есть твоё желание? — ухмыляясь, я отставила бутылку и подошла к другу. — Да… Это оно…

***

— Майкл! — Ева в мгновение вскочила в сидячее положение и испуганно огляделась. Сидящий на краю подоконника Ривай дёрнулся в её сторону, сел рядом и коснулся плеча, разглядывая выражение лица. — Что случилось? — прошептал Ривай, касаясь щеки и замечая слёзы. — Почему ты плачешь? — Я… Кхм… Не знаю… — Ева растерянно начала тереть щёки, убирая руку Ривая и полностью стирая влагу. — Ясно. Сиди здесь, я сейчас приду. — Ривай опустился к плечу, невесомо касаясь губами, и отошёл в сторону. — Стой! — девушка резко схватила за запястье. — Осмотри моё колено с внутренней стороны. Это важно. Ева встала с кровати, повернулась к нему спиной, когда хмурый Ривай в недоумении опустился на корточки. — Что я должен там увидеть? — Тату. Надпись «Солнышко во тьме». — Здесь ничего нет. — Что?! Ты шутишь?! — ошарашенно произнесла Ева в попытке разглядеть собственную ногу. — Прекрати, — закатывая глаза вздохнул Ривай, наблюдая за нелепыми попытками Евы. — С чего ты взяла, что там должна быть надпись? Почему раньше об этом не задумывалась? — Я… Вспомнила… Майкл подарил мне на день рождение сертификат на сеанс у тату-мастера. Он подарил его, сказав, что если я набью эту фразу, то он набьёт такую же. Вот я и набила. Он ходил со мной, и после меня набил такую же. — Тогда сам собой навязывается вопрос… Где твоя наколка? — Я не знаю… — Хорошо. Ещё подумаем над этим. Ляжешь дальше спать? — приобняв Еву за плечи, спросил Ривай. — Без тебя — нет. Да и рассвет уже, — девушка повернулась к окну, наблюдая взошедшее солнце. — Хорошо. Тогда иди умываться. Я за чаем, — ответил Ривай, поцеловал в лоб и вышел. Прошло пару дней, и в этот раза пара ночевала в комнате у Евы. Да и сном это не назовёшь, так как девушку мучали кошмары, после которых отходить было тяжело. И ничего внятного в них не было. Обрывки. Крики. Мыло перед глазами. — Долго, — отметил Ривай, стоило Еве приоткрыть дверь. — Прости. Душ — святое. — Улыбаясь, девушка подошла к шкафу, чтобы вернуть вещи на место, но заметила изучающий взгляд Ривая на себе, перед тем, как переодеться в форму. — Отвернись, мне надо переодеться. — Я тебя ещё в первый день видел в белье… И не только… — Ухмыляясь, Ривай хлебнул чай и чуть запрокинул голову, не отрывая взгляд от девушки. — Нашёл, что вспомнить, — ответила Ева, закатив глаза и спряталась за дверцей. — Ладно, — вздохнув сказал он и отвернулся к окну. Переодевшись, Ева подсела к нему и хлебнула остывший чай. — М-м-м… Я его пробовала уже, Ханджи заваривала однажды. Она говорила, что ты ей его подарил. На лице Ривая появилась едва заметная улыбка. Он кивнул и хлебнул ещё. — Остыл. — От чего не стал хуже, — ответила девушка и потянулась к мужчине, чтобы поцеловать. Ривай ухмыльнулся и потянулся к ней в ответ. С примирения Ривая и Евы прошла неделя. Ева уже успела съездить с Ханджи за территорию и за стены. Побывала в городе, изучила жизнь людей, успела забежать в кафе на улице и отведать еду здешних. — Я думала, что здесь не так развито… как в типичных, полузабытых цивилизацией деревнях, — тихо произнесла девушка, проходя по улице с Ханджи. — Когда-то так и было, но как только остров перестал быть закрытым от мира, то и незнакомая нам развитость и сюда дошла. Не такая весомая, но отличия есть, и зависит от расположения в стенах. Чем ближе к центру, тем развитее. — Ну, забегаловки приличные… И да, в центре было так много разных красивых мест… — Это всякие бизнесмены понаехали… Лакомый кусочек себе забрать. Конечно, кто первый обоснуется, те и завоюют рынок. Люди таких палками на рынках отбивают, прикрикивая: «А ну прочь отсюда! Ишь чего удумали! Мы тут годами свои гроши зарабатываем собственным трудом, а вы тут привезли всякого!». Привыкай, Ева. Хотя... что я говорю, когда сама не привыкла. — Но это же хорошо, что остров развивается. Люди узнают что-то новое, да и условия жизни простого люда улучшатся. Эволюция… — Ты права… Но всё равно… Привыкать придётся годами… За стенами находился секретный лагерь, и в нём когда-то числилось около сотни титанов. И Ева даже не предполагала, каким ужасом её накроет, стоит их увидеть. Огромные, с уродливыми лицами… вызывающие страх, отчего Еву стошнило, когда она еле отбежала в сторону, за дерево. А вот по Ханджи совершенно нельзя было сказать, что она их боится. Наоборот. Испытывала к ним сострадание, что Еву ещё сильнее напугало на протяжении всех опытов, на которых она позже старалась не присутствовать, а Ханджи не настаивала. Просто отпускала в палатки и наставляла практиковаться читать. Заверить Ривая, что это безопасно, было крайне тяжело. Только с Ханджи и с её исследовательским отрядом он не хотел отправлять Еву, отчего не раз заводились споры по вечерам. — Ещё одно слово, и я запру тебя в той же камере, где ты очнулась, — грозно повысил тон Ривай, прожигая Еву своим взглядом. — Мне нужно работать! Нужно… Изучать ваш мир, а как по-другому?! Это важно! — Насрать… — Не веди себя так! Это моя работа. Повисла напряжённая тишина. Ривай сидел на стуле в углу комнаты Евы и, уткнувшись взглядом в её ноги, размышлял, пока Ева молчала, скрестив руки на груди. — Моё мнение для тебя безразлично… — Мужчина встал с места и прошёл к двери, даже не глянув на девушку. — Делай, как считаешь нужным. — Нагло хлопая дверью, Ривай покинул комнату, а Ева прошипела, топнув ногой. — Делай, как считаешь нужным! Тьфу! — передразнила Ева и повторила походку Ривая до двери, а после в гневе развернулась и быстро прошла до кровати, падая на подушку. Исследовательский отряд вернулся через три дня, а Еву осчастливила новость, с которой её встретил Закариас на посту: Ривай и элитный отряд уехали в город ещё два дня назад и возможно в этот же вечер вернутся с Майклом. За прошедшую неделю до них дошла новость, что Майклом заинтересовалась полиция, что никак не радовало, хоть его новые документы были тоже готовы. Его задним числом причислили к кадетам. А все остальные проблемы, связанные с другом, Эрвин умолчал на собрании. Когда пара осталась наедине, Ривай успокоил Еву, убедив в том, что в них ничего пугающего для девушки нет, ибо вся суть проблем в решении несостыковок в больнице, лишь бы правдивая информация о друге не просочилась дальше. Узнав новость, Ева убежала доделывать дела с Ханджи, уже давно мечтая о душе и чистой одежде, но дела не ждали. Ханджи как назло, стоило Еве сделать одно, давала другое поручение. Но всё-таки к ужину Ева успела, решила его пропустить и умчалась в душ. «Как мало нужно для счастья. Просто душ», — с этой мыслю девушка зашла в комнату. — Добрый вечер. — Сидевший в темноте на краю кровати Ривай выглядел напряжённо, как и сама атмосфера была неприятной после разлада перед отъездом. — Добрый. — Ева спокойно подошла к нему, когда мужчина поднял на неё глаза, коснулся рукой ещё немного влажного бедра, прошёлся выше по халату до талии и встал с места. Накрывшая шею ладонь скользнула к затылку. Ривай вздохнул и притянул к себе, сминая губы в страстном поцелуе. Поцелуй был пропитан нежностью и тоской друг по другу за период разлуки, хоть и расстались они на неприятной ноте и виделись только на посту, когда Ривай сухо проводил Еву, усадив в повозку. Но, поступая (по своему мнению) мудро, Ева не стала с порога заводить эту тему и показала, как соскучилась по мужчине. И они не могли отлипнуть друг от друга. Ривай усадил её на стол, чуть замедляя поцелуи. Ослабив свою хватку на бёдрах, огладил их до ягодиц и остановился ладонями на талии, грубо сжимая её. — Я скучал, — оторвавшись от губ прошептал Ривай, заглядывая в глаза Евы. — Я тоже. — Ева хотела встать с места, но Ривай придержал её, устало пал на стул и перетянул на свои колени. Упёрся своим лбом в висок девушки и замолчал. — Что-то случилось? — спросила Ева, обеспокоенная таким видом мужчины, и одной рукой зарылась в его волосы. — Да… Майкл пропал.