Между прошлым и настоящим I

Наступили выходные. Оставшиеся члены Разведкорпуса вернулись. В конце следующей недели Ева должна будет поехать с Ханджи первый раз за территорию, что было единственной радостью за последние дни. Наконец-то увидит хотя бы кусочек мира за территорией. А мысль о поездке мотивировала просыпаться и нестись на работу каждый день. Но перед этим надо было выздороветь. Каждый проведенный в сыром подвале день сказался на здоровье. Тренировки и изнеможение дали свои пагубные плоды. Два последних дня Ева не могла нормально разговаривать и функционировать: горло ужасно болело, а температура подскочила. Уильям заставил остаться в своей комнате и лежать в постели, лишь бы не начались осложнения. Мария в свободное время навещала, но надолго Ева не позволяла ей задерживаться, чтобы не заразить. Ханджи приносила еду и подшучивала, что Еву с их распорядком для и загруженностью надолго не хватило, и они словно вернулись в первые дни их знакомства. Также проводила пару коротких занятий чтения и рассказывала новости. Дабы не помереть со скуки, днями напролёт девушка играла на укулеле, делая перерывы на практику в чтении книг. Конни и Флок в один из дней стащили из столовой пирог и принесли к Еве, отчего она еле сдержала слёзы умиления, а после заставила их принести ещё и чай, чтобы всем вместе съесть большой пирог. Всё закрутилось так, что весь вечер того дня Ева провела с друзьями, ведь по пути парни захватили с собой и остальных ребят, познакомив с одной девушкой, что приехала с моря. Микаса была достаточно сдержанной и тихой, но в диалоге с парнями вела себя более открыто, нежели с Евой. Комната Ривая за эти дни отворилась пару раз, что Ева могла понять по еле доносившемуся из коридора шуму, ведь сама проводила время в полной тишине, которую разбавляла редкой игрой на инструменте, больше уходя в практику чтения. Так и прошли три дня. В четырёх стенах. Горло болеть перестало, но температура держалась. В один из вечеров, в майке и в домашних тканевых шортах, после умываний перед сном, Ева сидела на привычном месте на подоконнике и снова разбавляла вечернюю тишину игрой на инструменте. Смахнув вновь пролившиеся слёзы с щёк, она хотела продолжить играть, но половицы за спиной скрипнули. — Ханджи, уже был отбой, мне лучше. Не волнуйся, — всхлипывая, Ева даже не глянула за спину, предполагая, что подруга вернулась, ведь она недавно заходила, а отбой уже наступил. — Не Ханджи, — послышался голос мужчины, который Ева даже не ожидала услышать в своей комнате. Тем более без стука. Он подкрался крайне незаметно, пока девушка рассеяно утопала в мыслях, покидая сознанием реальность. Когда она с каменным лицом обернулась через плечо, даже не показывая насколько шокирована его появлением, она увидела, как Ривай своевольно присел на край стола, что стоял впритык к подоконнику сбоку. — Что хотел? — Ева отвернулась обратно к окну, когда Ривай сам даже не поднял глаз на неё. — Узнать, как ты. — И всё? — Да. — Тогда уходи… От такого резкого, в чём-то грубого ответа и от неожиданности глаза мужчины на секунду расширились. После на лице появилась едва заметная ухмылка, сменившаяся полным безразличием и пустым взглядом. И он оторвался от стола, делая шаг в сторону. Молчание с обеих сторон. Взгляд Ривая был направлен в пол, руки упирались в бока и сам он молчал, будто утонул в своих мыслях. И Ева замерла, словно статуя, ожидая теперь чего угодно. А каждый может устать от долгого ожидания. Была готова ждать, когда Ривая не было на территории, но он ведь приехал столько дней назад. И дверь его напротив. Ева не делала шаг навстречу — лишь бы не навязываться. Ждала его и… Разочаровалась. Оставила несостоявшийся разговор и жила лишь надеждами на появление Майкла и мыслями о поездке за территорию. И, снова запутавшись в себе, не сдержала накатившие слёзы, едва шмыгая носом и накрывая ладонью лицо, лишь бы не издать ни одного звука следом. Ривай всё это время стоял сзади и тяжело дышал. Вдруг вздрогнул, будто вышел из своих мыслей от всхлипа Евы, и встал прямо за её спиной. Его рука скользнула по русым волосам на спине девушки, отчего Ева резко выпрямилась и снова замерла. — Прости, — тон мужчины удивил Еву, ведь голос его звучал с сожалением. Казалось, что говорить ему удавалось с трудом, и сейчас он переступал через самого себя. — Прости, что заставил ждать меня. Нам нужно было время. — Нам?! О каких нас ты говоришь?! — вскрикнула Ева, поднимая голову, но и не поворачиваясь на мужчину. Чтобы сдержать вспыхнувшие эмоции внутри, она неосознанно впилась свободной рукой в раненую ладонь, которая предательски не заживала. А капли крови проявились на коже. — Я ясно дала понять, что уже всё для себя решила, когда осталась с тобой на балконе в ту ночь. Я осталась, Ривай… Хотела поговорить, а в итоге… Это даже сексом не назовёшь… Пф… И ты ушёл… Не вернулся. После так холодно со мной разговаривал, будто ничего и не было… — Я должен был поговорить о произошедшем, когда вот-вот мне надо было уезжать? Когда позади стояли люди? — перебил Ривай, заставив Еву на пару секунд уйти в размышления. — Да причём здесь именно та встреча?!.. Короче говоря, секс без обязательств или, как это называют, свободные отношения меня не устраивают. Никогда я не принимала и не начинала такие отношения. Или пара, или никто друг другу… Знакомые… И если я говорю об этом сейчас, значит, для себя я уже всё решила и принимаю свои чувства к тебе. Выбор за тобой, и я приму любой твой ответ. Потому уходи… И думай, — с последними словами с души пал огромный валун, оставляя чувство лёгкости. Ева высказалась максимально коротко и понятно, и всё равно сказанные слова её устраивали. Поняла, что сейчас тратить время на часовые разговоры о чувствах друг к другу не стоит, особенно с таким человеком, который ничего в ответ не скажет. Себя она поняла и приняла свою зародившуюся влюблённость, объяснилась. Выбор за Риваем, который после её облегченного вздоха замер, с тяжёлым вздохом запрокидывая голову. — Я решил, — выдал мужчина через пару секунд, отчего Ева шокировано едва повернула голову. — Я дала тебе время и прошу не спешить. — Боясь отрицательного ответа, Ева краем глаза глядела на мужчину. Отказ слышать никому приятно не будет, но она всё равно не строила иллюзий и готова была принять его. — А я похож на тугодума? Не задумывалась, почему я в первый раз ушёл, почему все остальные дни хранил молчание? Ты обдумывала, и я поступал точно так же, не торопя события… Принял твою взаимность, анализировал самого себя. Ты работала, и я. И никогда не стану ставить свои личные проблемы на первый план, а работу и ответственность на второй, учти это, — выдал Ривай и замолчал, дав понять, что это максимум его объяснений. И Ева даже была в чём-то удивлена, думая, что он объясняться, даже так коротко, не станет. Потому и кивнула, принимая его ответ. — И? Что ты решил? Если не хочешь говорить прямо, то можешь просто уйти. Я приму это за ответ «нет». — Я здесь… — прошептал мужчина, склоняясь к уху девушки, а на лицах обоих проявилась ухмылка. Чтобы избавиться от неловкости, не желая больше молчать и сдерживаться, Ривай собрал волосы девушки в хвост, закрутил вокруг ладони и оттянул, заставляя слегка нагнуть голову в сторону. Вдыхая запах кожи и волос, мужчина кончиком носа прошёлся по шее, замечая проявившиеся мурашки. Оставил лёгкий поцелуй у края пожелтевшего засоса. Замечая, как женское тело расслабилось после тяжёлого, но такого желанного разговора с приятным исходом, Ривай накрыл талию ладонями и сдавил, поворачивая к себе, а Ева поддалась и повернулась, свесив ноги у его бёдер. Прижал к себе, укладывая голову девушки на свою грудь, а она обняла его за талию и прижала к себе ещё сильнее. — Раздавишь, — тихо прошептал Ривай в макушку Евы, получая в ответ смешок и лёгкий вздох. Так и замерли в этой позе, делясь своим теплом друг с другом, пока мужские ладони не накрыли щёки и приподняли лицо Евы. Аккуратным движением Ривай с хмурым видом коснулся губами лба девушки. — У тебя температура. — Да, поэтому не стоит. Заразишься, сильнейший воин человечества болеть не должен… — Я человек, в первую очередь. И сейчас хочу поступить, как желаю, а не как этого требуют обстоятельства. — И чего ты хочешь? — Побыть рядом с тобой и позаботиться хоть немного. Ханджи все уши мне прожужжала про твою болезнь, что ты лежишь с температурой, и сейчас как раз и убедился в этом. Но я всё время куда-то должен уезжать. Кстати, она знает? — Как она мне сказала, всё видит. Я ничего ей не говорила. Тебя это заботит? — Нет, и скажу сразу, что мне плевать, что и кто подумает. Весь этот Разведкорпус. Может, когда-то заботило, но не сейчас. Плевал я на чужое мнение. — Как грубо. — Честно, — со спокойным и серьёзным выражением лица Ривай перехватил руки девушки, которыми она цеплялась за ткань его рубашки, и чуть надавил, отчего Ева прошипела. Резко разжимая руки, Ривай развернул ладони девушки к себе. — У тебя кровь… Прости, не хотел. — Это не ты, — с лёгкой успокаивающей улыбкой Ева проследила за Риваем, когда взгляд его поднялся от ладоней к кисти, едва оглаживая почти незаметные, заживающие синяки. — Они почти зажили. Не волнуйся. — Сделал я, но оправдываешься ты. — Но они не приносили мне неудобств. Я смотрела на них и вспоминала тебя. — Мазохистка? Не они должны были напоминать обо мне, — произнёс мужчина, сжимая челюсть, будто злился сам на себя. — Есть немного… — с улыбкой на лице Ева наблюдала, как Ривай ладонями коснулся прохладной кожи плеч и согревающее растёр их, а после огляделся и сделал шаг назад. Всматривался в разные неосвещённые части комнаты, будто искал что-то. После чего подошёл к кровати, взял свёрнутый плед и вернулся к Еве, накрывая им спину и плечи. Осмотрел с ног до головы и взял на руки. — Куда? — удивилась Ева и крепче обвила плечи мужчины, наблюдая, как он пошёл в сторону двери. — Ко мне. Сегодня мы будем спать у меня. — Спать? У тебя?! — Ты не хочешь спать? — Я не хочу тратить время на сон, когда мы можем провести время вместе. Закрывая дверь в комнату Евы, Ривай словно сам для себя оставил всю тяжесть, связанную с недосказанностью, что и его беспокоила всё это время. Оставлял ли он вероятность того, что ошибся и сделал поспешный выбор? Конечно. Но спокойно принял условия Евы и за все дни в раздумьях на расстоянии понял для себя, что второй вариант его не устраивает. Где-то внутри дал себе шанс, впервые за столько лет страданий, попробовать что-то новое… С Евой. И когда Ева рассуждала о парах, что вспыхивали дикой страстью друг к другу, а только потом рассуждали о будущем этих отношений, осознавая влюблённость, она даже не подозревала, что сама пройдёт то же самое с Риваем. Когда они зашли в комнату, в нос ударил запах хозяйственного мыла и чёрного чая. Ривай усадил Еву на край кровати и двинулся к комоду, который стоял у изголовья, и начал копошиться в первой верхней полке. А Ева огляделась, рассматривая комнату чистоплюя-капитана: напротив кровати стоял внушительных размеров шкаф, рядом с ним висело зеркало, у стены, ближе к двери, стоял письменный стол, стеллаж стул и кресло. — Сначала надо продезинфицировать и перевязать твою рану, — произнёс Ривай и достал спирт с бинтами. — Не хочу. — Почему? — нахмурив брови, мужчина сел на корточки перед девушкой, переманивая взгляд на себя. — Больно будет. — Выбора не оставляю, потерпишь, — ответил Ривай и поднял руку Евы, раскрывая и укладывая на её колено. — Расскажешь, как это произошло? — Зубы заговариваешь мне? — хмыкнув, спросила Ева и отвела взгляд в сторону. — Нет, просто хочу узнать. Ты тогда сбежала, стоило мне зайти в здание. Как обычно… — Ривай словно специально сделал акцент на последних двух словах и исподлобья бросил взгляд на Еву, но сразу же отвёл на ладонь. — В столовой помогала Миле и уронила тарелку. Тс-с-с… — стоило Еве ответить, как ладонь обожгло спиртом, а она зажмурилась от боли. Ривай заметил её выражение лица и слегка подул на рану, отчего боль отступила. А Ева с умилением улыбнулась, замечая каким он был серьёзным при всех, но сейчас, когда они наедине, в его глазах блеснула доля беспокойства, и девушка утонула в его красивых серо-синих глазах. «Я никогда ещё не встречала такого цвета глаз. Они как глубокое, холодное море… Как ночное небо… Оторваться тяжело». И когда Ривай перевязывал ладонь, Ева отпрянула, замечая, каким был её любующийся взгляд, и спустилась им ниже по телу мужчины. — Чёрт… — Что? Туго затянул? — Нет… Твоя рубашка, я её задела. Пятно крови, — Ева кивнула на его талию, указывая на размазанное пятно. — Всё, закончил, — спокойно поднимая взгляд с рубашки на руку Евы, Ривай отпустил повязку и встал с места, сразу отходя в сторону. — Спасибо, — поблагодарила девушка, замечая лишь лёгкую улыбку в ответ, когда Ривай распахнул шкаф и принялся расстёгивать рубашку. Делал он это очень медленно, будто видел затылком, как Ева молча и смущённо следила за ним, даже не двигаясь с места, лишь бы не испортить царившую чистоту вокруг. После одёрнула саму себя и отвела взгляд на комод, на котором лежала книга. Взяла её в руку и открыла, перелистывая страницы и замечая ещё непонятные для неё слова, что занимали больше половины текста. — Очень тяжело даётся мне ваша письменность… — Есть успехи? — Ну… Не сказала бы, что существенные, но дело практики. Я оценила, что именно Эрвин дал приказ Ханджи начать меня учить. — Если кто-то однажды попросит тебя написать или прочитать… И если это будет полиция — головы нам не сносить. В правительстве подумают, что ты марлийская шпионка, и под трибунал отправят. Там же тебя казнят. Даже разбираться не станут… Они никогда не разбираются, — пояснил Ривай то, что они с Эрвином уже обсуждали наедине, снимая рубашку. Кинул её на спинку стула, накинул на себя другую, не застёгивая, и закрыл шкаф. От поднятой темы Ривай ушёл в свои раздумья о прошлом Евы, простояв перед шкафом пару секунд. После прошёл к Еве, выхватил из руки книгу и небрежно бросил на комод. Сел на корточки, кулаками упёрся в кровать с двух сторон и придвинулся так, что его нос был в сантиметре от носа склонившейся Евы. Своими резкими действиями заставил её напрячься. — Почему сейчас испугалась меня? — Я не боюсь. — Тогда почему так напряжена? — Ева не ответила и отвела взгляд на шкаф позади Ривая. — Ясно. — Ривай встал и отошёл к окну. — Но я не боюсь тебя! Просто… Смутилась. — С Грантом ты себя так не вела, ведь так? — сказал спокойно, но с долей недовольства Ривай и даже не глянул на Еву, уставившись на вид за окном. — Чего?! Ты хочешь сейчас о нём поговорить? — скидывая с себя плед, удивилась Ева, не отрывая взгляда от мужчины. — Нет, но я не хочу быть его заменой. Сначала, после поцелуя на входе, я подумал, что ты просто тоскуешь по нему и потому позволила мне поцеловать тебя. Чтобы заглушить боль... и к другим проявляла интерес. Но после поставил это мнение под сомнение… Просто усомнился, стоило порассуждать. Это одна из причин, почему мы так долго не разговаривали, но… — Ривай выдавал каждое слово с неким напряжением в голосе, будто это всё кружилось у него в голове не один и не два дня. А Ева поняла, как повлиял факт её отношений с Грантом, о которых Ривай знал, на нерешительное поведение мужчины. — Как можно не скучать по человеку, с которым была столько времени?.. Сейчас ты здесь… Тот альбом для него. Не говори, что не думала о нём… Не ври мне. — Ривай, да, я думала о нём. Но тогда я подпустила тебя к себе не из-за него. И ты ничего не знаешь о наших отношениях с ним… — Так расскажи, в чём проблема? Закроем эту тему здесь и сейчас. — Я не любила его, и понимаю сейчас это. Мы были хорошими друзьями, а переход к отношениям был ошибкой. Я не люблю и не любила. Ничего к нему не испытываю, только друг. Я бы давно уже, с удовольствием, сожгла этот альбом, но он у Эрвина. Прости, если дала повод сомневаться в моих чувствах к тебе… Всё это правда, я не вру. Ривай не проронил ни слова, пока Ева вглядывалась в его профиль. А после не сдержалась и встала с места, подошла на носочках к нему и обвила руками со спины, оглаживая кожу живота, но Ривай коснулся их и оттянул от себя. Когда доля разочарования отразилась на лице Евы, мужчина развернулся к ней и, молча вглядываясь в её выражение лица, думал о своём. Заправив локон за ушко девушки, Ривай глубоко вздохнул, едва заметно кивнул самому себе и наклонился к губам. И Ева ответила взаимностью. Нежный, медленный поцелуй не хотелось разрывать. Женские ладони оглаживали кожу, которая в ночном свете луны становилась ещё бледнее. Его руки крепко обвили талию и подняли вверх, из-за чего Ева повисла в воздухе. Несколько шагов в сторону, и мужчина уложил Еву на кровать, нависая над ней, покрывая лицо поцелуями, а после остановился, останавливая взор на глазах девушки. — Что? — с милой улыбкой спросила Ева, оглаживая скулы мужчины. — Ты мне снилась. — Вау, — смеясь, Ева накрыла рот рукой, замечая закатившиеся глаза. — Не смейся, я отношусь к этому серьёзно. — Расскажешь? Ривай кивнул и лёг рядом, подкладывая руку под голову Евы и притягивая к себе на предплечье. — В нём я оказался в каком-то месте, где все танцевали под громкую музыку и пили… Не помню название этого места… — Клуб? — Да, клуб. Вспомнил… Я услышал твоё имя, двинулся в его сторону и столкнулся с пьянчугой, что пролил на меня алкоголь, а я снёс его с ног и ударил… Он сказал, что мне не место в клубе. Потом я прошёл ещё глубже и увидел тебя в компании тех друзей из альбома… — Ривай взглядом уткнулся в поток, вытаскивая все воспоминая до мелочей, а Ева не перебивала и вглядывалась в его профиль. — Ты была в красном, слишком коротком платье, пила и... увела, как я понял, Гранта в толпу. Танцевала с ним, целовала его… Он стоял и просто наблюдал за тобой. Я стоял и смотрел на это, хотел подойти, но мои ноги не двигались. Потом ты осталась одна и долго танцевала, после чего огляделась и заметила на меня. Ты произнесла моё имя и… всё. Дальше я очнулся в своём кабинете. — Не припоминаю такого… — Это просто сон. Не бери в голову, — ответил он, чуть хмурясь и прерывая поток мыслей. Риваю стало легче. Словно выговорил всё, что долго обдумывал. Хоть сказанное его и волновало, он не был любителем как-то показывать свои переживания. Однако и тема Гранта, и сон связаны с Евой, потому она имела право знать. Девушка улыбнулась и потянула руку к его лицу, огладила линию подбородка. Любовалась его лицом, ведь оно было таким красивым: глубокие глаза с заметными синяками под ними, прямой нос, чётко выраженная линия подбородка, тонкие губы, хмурые брови и аристократично-бледный цвет кожи. «Теперь я поняла, почему девушки влюблялись в него. Он сильный, мужественный, грубый, харизматичный, полный решимости мужчина. К такому хочется тянуться, восхищаться им. Заслужил уважение людей вокруг, несмотря на сложный характер. Не зря он считается сильнейшим воином человечества». — О чём ты думаешь? — прошептал Ривай, замечая взгляд Евы. «О тебе». — Ни о чём. — Я тебя просил не врать. — Тогда не спрашивай, — хихикнула Ева, переворачиваясь на живот. — Ты мёрзнешь… — Ривай коснулся плеча Евы и поднялся в сидячее положение. — Привстань, — попросил он и встал, выдернул из-под Евы одеяло, снял рубашку и лёг обратно, накрывая Еву и себя одеялом. Ева сразу прижалась к его горячему телу, а Ривай приобнял её одной рукой, чтобы согреть. Ночевать не в одиночку было непривычно, в чём-то неудобно, но Ривай через силу боролся с личными заморочками в голове.