Смех продлевает жизнь

Так всегда происходит. Самое неожиданное происходит неожиданно (звучит весьма по-философски). Неожиданно люди находят свою любовь, неожиданно люди меняют свой курс по жизни, неожиданно умирают, неожиданно находят то, что искали всю жизнь. Но самое ужасное - это неожиданно влюбляться. Нет, чувство то прекрасное, но страшно. Страшно до покалывания кончиков пальцев, потому что никогда не можешь узнать, взаимно ли это. Хочется ли рушить то, что ты имеешь уже сейчас? Конечно, нет. Без прямого вопроса в лоб догадаться о чужих чувствах кажется чем-то невозможным. По факту так и есть. Вот Джисон и влюбился. Влюбился как девчонка (не в обиду девочкам). Он просто потерял голову и все его мысли сводились к одному человеку, о котором он раньше и не думал никогда. Это было странное чувство, заставляющее тебя улыбаться, находясь рядом с этим человеком, глупо шутить, дурачиться, но не смеяться. Знал бы кто, как сложно не смеяться. Как сложно подавлять в себе истерику, рвущуюся изнутри, когда Минхо делал что-то из ряда вон. А все потому что страшно. Все так стремятся найти своего соулмейта, быть с ним счастливым. А вот что делать, когда ты влюбился не в своего соулмейта, а вообще в человека, который испытывает теплые чувства только к своим кошкам? – Чего сник? – Хёнджин похлопал Джисона по плечу, возвращая в реальность. – Все нормально, Джинни, – теплая улыбка в ответ, говорящая о том, что у него все прекрасно - всегда была простой фальшью. Хван, скорее всего, это понимал, поэтому недоверчиво взглянул на друга, который явно вел себя подозрительно. – Ты мне врешь, я же вижу, – Хёнджин сел рядом с Ханом, который сидел на полу и пытался испепелить свое отражение отрешенным взглядом. – Я не вру, – Джисон не врал. У него все было хорошо, ибо он отлично справлялся с тренировками, был одним из лучших в их небольшой команде и не особо переживал из-за предстоящего дебюта. Просто в нем была уверенность, что все получится, что все будет хорошо. – Думаешь о Минхо? – Хван уловил нервное движение губ Джи и улыбнулся. Так легко было подловить друга, особенно влюбленного друга, который вообще не скрывал своих чувств; только Ли, видимо, не видел дальше своего носа или активно скрывал то, что видят все. – Думаю. А ты думаешь о Феликсе? – Парировал Хан. Конечно, он был осведомлен о том, что его друг тайно (нет) влюблен. Хван казался злым и отстраненным, но это было лишь прикрытие. Легко прикидываться злым и бесчувственным, ведь так больно не сделают. Но на самом деле Хёнджин был одним из самых добрых и отзывчивых людей, которых только встречал Хан. Он всегда был рядом, когда Джи было плохо, да и если хорошо, то тоже был. – Думаю, – устало выдохнул Хван и лег на пол, устремляя свой взгляд в потолок. Смысла скрываться перед своим близким другом не было. Он считывал его лучше, чем кто-либо из группы, не считая Чонина, но это уже отдельная история. – Что думаешь? – Что мы с тобой два влюбленных придурка, – Хёнджин потрепал по волосам Хана, поднимаясь с пола. – Пойдем, у нас сегодня собрание. Соревнование, если можно его так назвать, совсем скоро. – Мне так лень туда идти, хочу просто здесь сидеть и ждать, пока чудовище из зеркала меня сожрет. – Вставать Хан точно не собирался, ему нужно было чуть больше времени, чтобы все осмыслить. – Ты для чего в группу вступил, чтобы влюбленного дурачка из себя корчить? Пойдем, – Хёнджин потянул за руку Джисона и буквально потащил по полу, протирая им пыль. – Минус белая футболка, сенкс, – Хан надул щеки, но вставать не собирался. Хотелось просто рассмеяться. Почему-то была уверенность, что сегодня случится что-то, что перевернет его жизнь. Он еще не знал где и как, но был уверен в этом. Нутро не врет, так сказать. - А ты тяжелый, – Хван устало отпустил руку друга и сел перед ним на корточки. – Я сейчас приведу сюда Ли, он закинет тебя на плечо и понесет в студию, как в какой-нибудь сопливой дораме. – Все-все, встаю, уговорил, – Джисон резко подскочил, ударил Хвана по плечу и буквально выбежал из тренировочного зала. Шило в жопе заиграло, но Хёнджин был не промах и нагнал друга в три секунды, запрыгнув тому на спину. – Еще говоришь, что я тяжелый, лось. – Что за шум, а драки нет? – Феликс возник, как из-под земли. – Привет, Ликси, на собрание идешь? – Хёнджин даже глазом не моргнул, мол, привык, что друг (или нет?) появляется, когда ему вздумается. – А ты я вижу верхом скачешь… Идем? Чего застыли, – Феликс двинулся в сторону их студии. Разница в возрасте между Ликсом и Джисоном была ничтожно мала, но он все равно не мог понять этого парня. Феликс открытый и улыбчивый, но было в нем что-то такое… Притягательное? Ёнбок загадочный и задумчивый, но в тоже время самый открытый парень из всех ребят в команде. Они отлично ладили, были довольно близки, но Феликс никогда не делился своими внутренними переживаниями. – Хочешь я и на тебе поскачу? – Хёнджин поиграл бровями. – Какой ужасный подкат. Вы и ваши шутки ужасные, – Джисон следил за тем, как Феликс подавился воздухом и таращился на Хвана, который выглядел, как ни в чем не бывало. – Поэтому ты все еще никогда при нас не смеялся? – Раздалось из-за спины Джисона. – Ты решил, что седой цвет волос отлично подчеркнет черты моего лица? Ты ужасен, Ли, – Джисон скинул со своей спины Хвана, который моментально эпично приземлился на свой зад. – Я тоже рад тебя видеть, – Минхо ухмыльнулся. Ох уж эта ухмылка, сражающая сердце наповал. – Виделись недавно. У вас что, прикол такой, неожиданно появляться из-под земли, – Хёнджин потирал ушибленное место и медленно плелся в сторону студии. Сидеть ему, видимо, будет больно, а уж скакать тем более. – Радуйся, что это не зомбак какой-нибудь, а всего лишь я, – Минхо закатил глаза и протянул руку Джисону, беря того за запястье. – Чего тебе? – касания Ли были приятными. После такого легкого прикосновения по телу всегда пробегала дрожь, приятная дрожь. Возможно, это что-то значило в мире соулмейтов, а, возможно, Хан просто был безнадежно влюблен. – Мне уже тебя за руку взять нельзя, чего хмурый такой? – Минхо вопросительно смотрел на Джисона, который активно разглядывал носки новых кроссовок, знатно натирающих ногу. Ужасная боль. Но не такая ужасная, как безответная любовь. – Оставим женатиков, – Хёнджин потащил сопротивляющегося Феликса в студию, подальше от друзей, пытающихся разобраться в себе. Далеко уйти не получилось, так как рука Ли таки дотянулась до затылка Хвана и оставила там свой след. – Молчат - это когда рот закрыт. Я ещё до салфеток не добрался, так что тебе повезло, – убийственным взглядом Минхо смерил Хёнджина и повернулся обратно к объекту своей заинтересованности. – Хани? У тебя все нормально? – Да, все нормально. Просто устал сегодня. Пойдем к ребятам, думаю, сегодня Крис скажет что-то важное, – Джисон слегка потянул Ли в сторону студии, а тот и не собирался сопротивляться. Хан мог уже давно заметить, что Минхо (хоть и строит из себя колючку) очень тактильный человек, особенно, если ему приятен кто-то, прикасающийся к нему. Минхо мог спокойно подойти к Хану и сжать того в тисках или ненавязчиво потрепать по голове, потрогать такое драгоценное какао Джисона, из-за чего получал шквал негодования в свою сторону. Ли не умел говорить громких слов, но был очень громкий. Ли не умел сдерживать свой сарказм, но был очень добрым. Ли не показывал, что умеет привязываться, но каждое прощание отдавалось неприятным покалыванием в душе. Ли являлся тем человеком, который в своих поступках показывал насколько ему дороги отношения (любые). Наверное, в это и влюбился Джисон, который боялся доверять людям, говорящим громкие вещи, но доверился человеку, который делал много маленьких поступков. – Хании, ты можешь мне рассказать, – Минхо потянул друга на себя, останавливая и заставляя взглянуть себе в глаза. – Могу, но рассказывать нечего, – вранье всегда так легко давалось Джисону. Нет, он не врал на постоянной основе, но хорошо отыгрывал роль лжеца. – Врет и не краснеет, Белка, я не могу. Ну ладно, пойдем послушаем болтовню Криса, и я снова устрою допрос с пристрастием, – Минхо скрылся за дверью студии, а Джисон пытался успокоить ускорившееся сердцебиение, которое нагло его выдавало. Хан не был влюбчивым парнем, он всегда старался сторониться людей и вообще никому не доверять. Но он отчетливо понимал, что чувство, глубоко поселившееся у него в груди, - далеко не фантомный образ горячего рамена, а чувства, чувства к его лучшему другу. Отрицать их не было - глупо, сомневаться тоже. Что естественно, то не безобразно. Только он не знал, что делать с этими чувствами. Подойти и сказать: «Гена на»? Минхо же его засмеет… А может и нет. – В общем и целом, такая шняга. Джуп немножко… охренели и сократили нам сроки. Нужно будет срочно что-то придумывать и решать, – Крис, наверное, впервые выглядел таким уставшим. Обычно у этого парня глаза горели, и улыбка всегда теплая была, а сейчас он был похож на приведение. – Номер придумать? – Уджин устало вздохнул. Он был частью хён-лайна и в какой-то степени тоже нес ответственность за всех собравшихся здесь детей. Минхо всегда считал, что Уджин был темной лошадкой, которая больше делала, чем говорила. Возможно, в этом они были похожи. Ким, правда, не язвил практически никогда. – Ну, у нас же есть наброски, осталось только из скелета сделать что-то стоящее, – лидер выдвинул чуть вперед ноутбук, лежащий до этого у него на коленях и принялся куда-то щелкать мышкой. – Изи пизи лемон сквизи, – Феликс попытался разрядить обстановку, но получилось довольно плохо, из-за чего Джисон ободряющее похлопал его по плечу. – А что там с названием группы? Есть идеи у кого? – Сынмин выжидающе посмотрел на окружающих, ожидая хоть какой-нибудь реакции на свой вопрос. – Я подумал, что у нас должно быть название, объединяющее всех нас, – Чанбин достал блокнот из кармана и стал зачитывать. – Я перебрал много разных вещей, но у нас будто буквально не было ничего общего, кроме того, что мы стремимся дебютировать. – Я все еще хочу плохо шутить, – Минхо положил голову на плечо Хана, обняв его за талию. Джисон в эту секунду готов был умереть со стыда, потому что отчетливо понимал, что старший слышит, как беспощадно его сердце бьется о грудную клетку. – Не позорься, Ли, ты уже как-то пытался, а вызвал у всех лишь чувство стыда, – Хёнджин активно замотал головой, останавливая хёна. – Ты про тот момент, когда я штаны с тебя стянул? – Минхо ехидно улыбнулся, вспоминая тот злополучный день, когда Хван его так достал, что Ли молча, без предупреждения сорвал с парня штаны и ушел из танцевального зала. Что им тогда двигало даже сам Ли не скажет. – Хорошо, что не глаз на жопу натянул… В этот момент по телу Джисона пробежал табун мурашек, а руки мелко затрясло. В этот момент Ли широко открыл глаза, пытаясь уловить откуда звук. В этот момент Хёнджин и Феликс испуганно переглянулись, а остальные парни сидели с застывшим в глазах вопросом. Смех. Они слышали смех. Шутка Чонина оказалась роковой. – Парни, вы чего? – Крис переводил взгляд с ахуевшего от жизни Ли на ахуевшего от жизни Хана, потом на Феликса и на Хвана. Суть в том, что вся эта четверка выглядела ахуевшей. – Вы… Тоже слышали? – Джисон неуверенно обернулся на человека, голова которого секунду назад покоилась на его плече. – О боже. Минхо был в растерянности. Теперь он мог слышать смех окружающих. Теперь он мог слышать свой собственный смех и смех фанатов, которые в скором времени у них появятся. Он был в шоке. Да, кто не был бы в шоке, если бы узнал, что уже давно бродит возле своего соулмейта и даже не подозревает об этом? Балдеет вся страна. – Среди вас есть соулмейты? Чего? – Сынмин выглядел пораженным. Это правда какое-то чудо - стать айдолом и найти в этой же группе своего истинного. Они все-таки в реальном мире, полном боли и разочарования живут, не может же людям так везти. – А.. Кто чей? – Феликс как-то косо посмотрел на потенциальных претендентов на его сердце и тяжело вздохнул. – А кто тебе нравится больше? – Чанбин лукаво улыбнулся, наблюдая за сложившейся ситуацией. – Очень смешно. Твои шутки на уровне шуток Минхо, ей богу, – Феликс закатил глаза и глупо уставился на ребят. Догадаться кто кому соулмейт - невозможно. – Мы что, обязательно должны прям сразу начать встречаться или что? Давайте просто отложим это, а дальше посмотрим, – Хёнджин встал и вышел из студии, громко хлопнув дверью. Он был раздражен просто потому что Феликс даже не взглянул на него, даже виду не подал, что заинтересован в том, что они могут быть соулмейтами. Одно было известно точно: Хван и Хан не могли быть соулмейтами, так как вместе угорали над какой-то комедией, перед этим надравшись в дрова, так что этот вариант сразу отпадает. Оставался Минхо и Феликс. Конечно, для Хвана было бы желательно, чтобы его соулмейтом оказался Ликс, но они были весьма похожи с Ли и излучали похожие вайбы, когда с Ёнбоком они были совершенно разные и так дополняли друг друга. Ли даже не размышлял над этим. У него была уверенность, что это его Белка; Белка, которая ему просто друг, которая всегда рядом и которая изначально дружить даже не хотела. Откуда ему это известно? Да потому что, когда они заржали, он сидел вплотную прижавшись к Хану и мог поклясться, что по его телу пробежал ток, как только он услышал заливистый смех Джи. Только не было уверенности в том, что самому Хану вообще это надо. – Ты так сильно расстроен, что я твой соулмейт? – Прямой вопрос в лоб задает Минхо. – Почему ты не берешь в расчет то, что это может быть Феликс? У нас с ним дни рождения очень близко и по характеру мы больше похожи, – сам не знает зачем, но Джисон отталкивает Ли. Мозг активно отрицает то, что в жизни ему могло так повезти: первый человек, в которого он влюбился, и сразу соулмейт. Так не бывает. Только не с ним. – Потому что глупо так считать. Мы с Ликсом даже толком не пересекаемся и ток по телу не бежит от его прикосновений, – Минхо продолжал гнуть свою линию, тем самым давя на потерявшегося в себе Хана. С одной стороны, он так сильно хотел, чтобы его истинным был тот, о ком он давно не мог забыть, а с другой стороны было страшно. – А я вот не могу ответить тебе тем же, – Джисон встает и уходит вслед за Хёнджином, надеясь разобраться со всем этим потом, когда-нибудь, после дебюта (будто Ли предоставит ему такую возможность). – И что это, блять, было? – Чанбин был крайне возмущен таким поведением парней. – Вы только что нашли своих истинных, с которыми проводите практически целые сутки и еще о чем-то думаете и сомневаетесь? Извини, Минхо, но я уже давно заметил, как Джисон слюни на тебя пускает и глаза отводит, когда ты пристально смотришь. – Да ты ему это объясняй, а не мне. Как видишь, я тут сижу и даже не думаю с места двигаться, – Ли прикрывает глаза и глубоко вздыхает. – Ну звездец, что творится. – Твой соулмейт, сам с ним отношения и выясняй, – Чанбин утыкается в ноут Криса, который, видимо, потерял дар речи и даже не пытался найти подходящих слов, чтобы описать сложившуюся ситуацию. Легко жить, когда ты просто безответно влюблен, оказывается. Страшнее, когда понимаешь, что это взаимно, а что делать с этим - никто не знает. И вроде все хорошо должно быть, все там счастливы и все такое, но… А все, что идет до «но» - лошадиное дерьмо. Если в фразе есть это отрицание, то половину слов можно просто отнести в мусорку. – В гробу видал выяснения отношений, – закатывать глаза является обычным делом Ли. Зачем соулмейты вечно все усложняют Минхо не знал. Ему всегда хотелось так: раз – влюбился, два – женился и никаких проблем. А вот эта вся беготня от чувств, судьбы, такая детская возня, могли бы время на что-то более интересное тратить. – Ли, сходи за ним. Я понимаю, что вы в шоке и все такое, но у нас есть проблемы и посерьезнее, – Кристофер умоляюще посмотрел на Минхо, который не собирался бегать за взрослым парнем, который не может разобраться в себе. – Пойду только потому что мне слишком дорога эта группа, – Ли встал и вышел из студии, намереваясь по зову сердца найти своего суженого, который не хотел принимать жестокую реальность. – Куда же спряталась моя Белка, – вопрос в пустоту, заданный самому себе. Только вот «Моя» эхом отдалось в голове. Звучит так по-собственнически. Так в стиле Минхо. Он точно не собирался отпускать Хана. Он был уверен, что его соулмейт - Джисон. Да даже если это не так, то это будет так. – На дереве ищи, – раздался тихий голосок откуда-то из-за угла. – Далеко не упрыгал. Ну и чего ты убежал? – Минхо подошел к Хану предельно близко и взял его руки в свои, пытаясь унять дрожь чужих пальцев. – Я не такой не эмоциональный камень, выражающий лишь презрение. Я испугался, – Джисон успокаивался, находясь рядом с Ли. Так было всегда, точнее, с того момента, как они нашли общий язык. С хёном всегда было спокойно, как дома. Он напоминал ворчливого, но до боли любимого деда. – Не хочешь быть моим соулмейтом? – Страшно, что это можешь быть не ты, – Джисон опустил голову, притворяясь, что носки его кед имеют интересный рисунок, который нужно тщательно рассмотреть прям в эту секунду. – Глупый, даже если это не я, это все равно я. Минхо поднял лицо Хана за подбородок и прикоснулся своими губами к чужим, но слишком родным. Поцелуй вышел точно невесомый, успокаивающий, взывающий прийти в себя и не бояться будущего, с которым они точно справятся вместе. – А если это не я? – Это все равно будешь ты.