Короткие мгновенья

      Это было так в духе того парня, которым он был лет в шестнадцать: плюнуть на всё, влезть в свои любимые кеды и свалить в темноту, затаив обиду на мир. Казалось бы, он так хотел выглядеть серьезным и уверенным человеком — одним словом взрослым, а в итоге получается то, что получается.       Однако, если раньше Эдгар мог позволить себе выпить, только прячась по углам с ребятами, которые, как и он, увлекались паркуром, то сейчас… О-о, сейчас он совершенно волен в выборе способов очищения головы и успокоения нервов.       Какой-то особой причины для этого вроде как не было. Он не ссорился с Байроном, не выяснял отношений, не получал в свой адрес оскорбительных слов, он не получал от него… Да вообще ничего… Последние дни тот просто утонул в работе: мало того, что приходил он поздно, так и оставшееся время предпочитал проводить за своими бумажками и экспериментами.       Несомненно, Эдгар может понять, когда случаются завалы, когда начальник требует сдать проект или что бы там ни было к следующей неделе, но подобного не было. Ему просто нравилась эта работа, похоже, он был просто помешан на всей этой химической ерунде, парень видел, как у мужчины горят глаза, когда тот погружается в изучение очередных реакций элементов.       Конечно, брюнет и раньше замечал, как Байрона захватывает весь этот научный мир, но после его перевода в другой отдел, тот просто по уши погрузился в эту пучину. Эдгар выдержал почти неделю, не устраивал скандалов, ничего такого, думал всё рассосётся само собой, но, похоже, мужчину всё устраивало и он совершенно не видел проблемы. Он даже не подозревал, что глупая фраза: «Выбирай: я или работа!» — давно крутилась в голове парня, но тот так и не решился ее сказать, может, посчитал ее слишком уж идиотской, а может, в глубине души боялся услышать ответ…       Эдгар почти физически ощущал растущую напряжённость, холодную кирпичную стену, постепенно появляющуюся между ними, но ничего сделать не мог. Он чувствовал жгучую обиду, черный ком в душе, который копился там уже долгое время. Парень был словно брошенным под дождь котёнком, таким жалким и одиноким, сидящим на мокром асфальте и не знающим, что ему теперь делать.       Было так плохо, что он просто убежал, скрывшись на улицах вечернего города. Ноги сами привели его к какому-то бару, в котором парень и провел последние часа четыре, пытаясь избавиться от грустных мыслей. Получалось просто прекрасно.       Десятки сброшенных и тут же забытых вызовов, ничуть не помешали его времяпрепровождению. Ближе к двум часам ночи он наконец достиг стадии «возлюби ближнего своего», поэтому было принято решение все же взять вибрирующий телефон. — Да? — подставив ладонь под голову, Эдгар тяжело опёрся о стол, стараясь говорить как можно более внятно.       Похоже, на том конце трубки не ожидали, что вызов спустя столько сброшенных будет принят, поэтому произошла небольшая заминка. — Где ты? — наконец произнес мужчина. — Мм, а ты? — подавить смешок, к сожалению, не получилось. — Что за шутки? Я спросил, куда ты ушел и почему не отвечаешь на звонки? — голос стал более серьезным. — Да? А я спрошу, почему ты такой чёрствый сухарь? — парень тяжело вздохнул, будто ему было сложно продолжать этот разговор.       Во время паузы, которая за этим последовала, буквально можно было услышать, как происходит мыслительный процесс у собеседника. Через пару секунд Байрон все-таки пришел к единственному логичному для него в данной ситуации выводу: — Ты пьян? — больше утвердил он, чем задал вопрос. — Я пьян, — Эдгар улыбнулся и совсем по-глупому хихикнул в трубку.       Мужчина раздражённо выдохнул и, похоже, что-то прошипел себе под нос. — Я заберу тебя. Скажи, где ты?       Конечно, парень мог и не говорить, мог продолжить свою ночную экспедицию в глубины разума, но… Если честно, ему очень хотелось внимания, в любом виде: пускай тот будет злиться, пускай будет смотреть с укором и отчитывать его, но только не молчать, он больше не выдержит тишины.       Спустя двадцать минут парня уже вел под руку к машине, пытающийся сохранять спокойное лицо, Байрон. — Можешь расположиться на заднем сиденье, — он открыл перед, неуверенно стоящим на ногах, брюнетом дверцу. — Я хочу сесть спереди, — тот упёрся, сложив руки на груди, всем видом показывая, что его ничто не сдвинет с этого места. — Я предложил заднее, чтобы ты мог лечь, если будет совсем плохо, — заметив, что слова не произвели никакого эффекта, он захлопнул дверь, открывая на этот раз другую. — Поступай, как знаешь.       Поступать было сложно, даже в свете фонаря очертания предметов расплывались, а потому точка опоры в виде крыши машины почему-то оказалась дальше, чем он думал, и махнув в воздухе рукой, Эдгар начал заваливаться набок, норовя удариться лбом об эту самую машину. Но ему не дали этого сделать, поймав за плечо и потянув в другую сторону. Равновесие было восстановлено, а над ухом послышался то-ли облегченный, то-ли раздраженный выдох. — Еще раз ты так напьешься… — такой шепот можно было бы сравнить с шипением змеи, но сейчас эта угроза не особо напугала парня.       Наконец с посадкой было покончено, и машина плавно выехала на дорогу.       Не прошло и минуты, как тишину нарушил Эдгар, сложивший руки на груди и пытающийся нахмуриться. — Даже не спросишь поч…почему я пил? — Нет. — Тебе совер…совсем плевать на меня, — подытожил тот, обидевшись.       Нескольких секунд тишины хватило для того, чтобы мужчина все-таки бросил в сторону своего пассажира быстрый взгляд, оценивающий его состояние. Видимо, решив, что парень принял всё близко к сердцу, он решился ответить. — Мне не плевать. От тебя сейчас ничего внятного не добьешься. Поговорим об этом завтра.       Тот, будто только и ждал, когда с ним снова заговорят, незамедлительно ответил: — Я очень внятенный, — парень открыл рот, обдумывая сказанное, затем поднес к губам руку с поднятым указательным пальцем и, словно сам себе дирижируя, повторил почти по буквам, — Внятный.       Байрон тяжело вздохнул. — Да, я заметил.       Помолчав еще пару секунд, брюнет не нашел, что ответить и уставился вперёд на дорогу. Однако долго это не продлилось. — А у тебя стекло мутное, — он глупо улыбнулся, указывая на него.       Мужчина раздражённо цыкнул, открывая окна в машине и впуская в салон холодный ночной воздух. — От твоего перегара запотели. Проветрись. — Не буду я проверяться… Проветриваться. — Просто воздухом подыши. — Не хочу дышать. Мне холодно.       Ещё один тяжёлый вздох со стороны водительского кресла, однако никаких комментариев за этим не последовало.       Эдгар всё-таки решил перевести свое внимание на дорогу перед собой. Клочки шоссе мелькающие в свете фар только прибавили к его состоянию ещё и тошноту, поэтому он поднял взгляд выше. Фонари, стоящие по обочинам дороги, яркими желтыми кругами чертили на асфальте границы своей территории. Однако света и без них было достаточно: яркие вывески магазинов, здания с ночной подсветкой, фары от пролетающих мимо машин, огни окон еще бодрствующих людей. Город и не думал засыпать, темнота здесь не имела силу, жизнь продолжала течь, хоть и медленнее, в каком-то своем темпе.       Эдгар не любил большие города, в них было слишком шумно, но шум дневной не сравнится со звуками ночи. Они были тихими, перетекающими, словно сливающимися с самим воздухом. Шорох шин по шоссе, шум двигателя, задувание ветра в окно машины, щелчки переключения поворотников в такт мигающей зелёной стрелке и плавное скольжение руля в руках водителя.       Парень молчал уже долгое время, невольно погрузившись в атмосферу, которая словно затягивала в себя, просила остаться в ней как можно дольше. Он перевел мутный взгляд на Байрона, где-то на подсознании отмечая, как красиво отражаются огни в стеклах его очков. — Давай покатаемся по городу… — слова будто давались с трудом, ворочать языком теперь было сложнейшей задачей. Похоже, алкоголь делал своё дело, заставляя тело постепенно отключаться. — Не в этот раз, — мужчина остановил автомобиль на светофоре, повернув голову в сторону парня, критическим взглядом осматривая его. — Тебе нужно проспаться, чтобы прийти в себя. — Я в себе, — веки будто стали тяжелее и Эдгар из последних сил сдерживался, чтобы не потерять ощущение реальности, хоть оно и до этого было не таким уверенным.       Машина вновь двинулась с места, и он откинулся на кресле, бездумно разглядывая то, за что ещё можно было уцепиться вниманием, чтобы не отключиться совсем. Фонари за окном, проезжающие автомобили, неоновая вывеска магазина, зеркало заднего вида, изящный поворот руля, руки… — У тебя красивые руки, — парень произносил слова очень медленно, ещё сопротивляясь влиянию усталости. Протянув ладонь, он невесомо провел кончиками пальцев по кисти мужчины. — Эдгар, не отвлекай меня от дороги.       Брюнет тяжело и как-то грустно выдохнул, но руку убрал, отвернувшись в сторону своего окна, так, чтобы холодный воздух хоть немного бодрил его. — Дорога… — словно в пустоту произнес он. И тут же добавил совсем невпопад, словно мысли скакали у него в голове, сменяя друг друга, — Тебе ведь завтра на работу… Как обычно, да…       Слова его были проигнорированы, поэтому он продолжил излагать то, что передавал размягченный алкоголем мозг. — М…может не пойдешь?.. Пожалуйста?.. — Эдгар задумчиво начал водить пальцем по панели на двери машины, наблюдая в окне движение ночного неба. Помолчав ещё какое-то время, добавил, — Слышишь меня?.. Ты же слушаешь, да? — Слушаю. Только тебя здесь и слушаю, — спокойно прозвучало в ответ. — А. А я думал не слушаешь… — он вздохнул и, всё-таки поддавшись слабости, закрыл глаза, сквозь навалившуюся усталость еле слышно шепнув, что хочет домой. — Скоро будем…       Эдгар не застал момент, когда они наконец приехали, из дрёмы он вышел только, когда его пытались разбудить и помочь выйти из машины.       В квартире он чуть было не растянулся прямо на пороге, но ему, увы, не дали этого сделать, вовремя удержав поперек груди. — Пару минут, я расстелю кровать, — Байрон удалился в сторону спальни. — Рекомендую освежиться, душ в твоём распоряжении, — бросил он, уже скрывшись в другой комнате.       Однако последние слова брюнет уже не слышал, он прилёг на диван в гостиной и, свернувшись калачиком, провалился в сон без сновидений. Случись сейчас ядерная война, он, скорее всего, даже не шелохнулся бы. Поэтому, вернувшись, мужчина застал прекрасную картину в виде мирно сопящего парня. Не удержавшись, он присел рядом на корточки, убирая с лица упавшие пряди, и, быть может, позволил бы себе умилиться, если бы не почувствовал запах алкоголя, ударивший в нос. — Что же с тобой делать?..

***

      Пробуждение было почти нормальным, если нормальным вообще может быть то состояние, которое появляется после «хорошо» проведенного вечера. С головной болью и желанием выпить как минимум литровую бутылку воды всё было ясно, но, если подумать, остальное проблем не доставляло. Тело не ломило, солнце не било в глаза, а оказался он вроде бы… Эдгар открыл глаза. Он дома и даже в своей кровати! Какое облегчение…       По ощущениям, сейчас утро, однако в комнате были закрыты жалюзи, что мешало оценить обстановку. Парень потянулся к тумбочке, пытаясь нащупать свой телефон, но его там вдруг не оказалось. Последнюю сонливость как рукой сняло. Он потерял его. Забыл в чертовом баре, оставил на столе или обронил по дороге. Могло произойти что угодно, но факт, что телефона нет, всё ещё бил по итак раскалывающейся голове. Чёрт, хуже может быть только то, что Байрон сочтет это ещё одним поводом укорить его. Кстати о нем… Он же вчера… Вчера!       Внезапно в ещё плохо соображающий мозг ворвались воспоминания прошедшей ночи. Он помнил, что ничего не сказав ушел из дома, пил в баре, а затем мужчина увез его домой. Да, он помнил все это, но не имел никакого представления, о чем они разговаривали тогда. Может быть, его уже отругали, и серьезного разговора можно больше не ждать? Нет, это вряд-ли.       Эдгар посмотрел на соседнюю половину кровати. Вроде немного мятая, хотя это мог сделать и он сам, ворочаясь во сне как обычно. Неужели Байрон и правда просто ушел с утра на работу, как ни в чем не бывало? Парень постарался прислушаться к звукам в квартире, сквозь шум в ушах. Тишина. Похоже, он и правда один. Стало до невозможного обидно, а в уголках глаз от чего-то защипало. Нет, нужно собраться и прийти в себя для начала, а затем уже думать над этим.       Жажда была невыносимой, потому Эдгар первым делом начал поиск воды. Для этого ему нужно было дойти до кухни. Но, как только он сел, коснувшись ногами пола, в голове тут же случилась новая вспышка боли, от чего парень тихо застонал и опёрся рукой о тумбочку, попутно свернув с неё что-то. Это «что-то» с глухим звуком упало вниз и почему-то покатилось к его ступням. Ещё морщась от боли, он перевел взгляд на этот предмет… «Вода!» На полу и правда теперь валялась бутылка воды. Брюнет резко подхватил ее. «Ещё и холодная!» Внезапная догадка или скорее надежда на что-то большее пришла в голову, и Эдгар бросил взгляд на то место, откуда она упала. Да, там лежала ещё и пара таблеток. А жизнь не так плоха оказывается!       Таблетки одним махом были отправлены в рот и парень наконец жадно припал к бутылке, чувствуя, как с каждым глотком, мир начинает вновь расцветать красками. — Доброе утро, — внезапно прозвучало в тишине комнаты.       «Какого…?!» — Эдгар вздрогнул всем телом и, подавившись, закашлял, проливая на себя часть воды из бутылки. Сердце от страха, похоже, пропустило пару ударов. — Не хватало ещё, чтобы ты здесь раньше времени умер, — совершенно спокойно отреагировал голос.       Пытаясь побороть рвущийся наружу воздух, парень разогнулся и поднял слезящиеся от кашля глаза. — Кх… Ты… Что здесь… — еле выдавил он из себя.       Байрон, а это был именно он, расположился в дверном проеме, вальяжно опираясь плечом, и совершенно невозмутимо помешивал ложечкой кофе, запах которого медленно обволакивал комнату. — Я здесь живу. Ты не знал? — он на секунду приподнял брови, изображая удивление, но тут же снова внимательно посмотрел на парня, отпивая из кружки.       Эдгар наконец справился с кашлем и теперь удручающе осматривал частично промокшую одежду, так и оставшуюся на нем со вчерашнего дня. — Я думал, что в доме один! Зачем так пугать?! — брюнет вытер рот тыльной стороной ладони, исподлобья смотря на виновника своего испуга. — Какого черта вообще ты не на работе?       Мужчина и правда не выглядел так, словно отпросился и на секунду забежал домой, совсем нет. Наоборот, он, похоже, вообще никуда не собирался идти, судя по виду, который Эдгар бы назвал «домашним». — Взял сегодня отгул. А что, ты бы хотел, чтобы я ушел? — он сделал ещё один глоток кофе, не меняя расслабленной позы, — Боишься, что буду злиться, м?       Парень угрюмо уставился в пол, сжимая в руке почти пустую бутылку воды. — И вовсе я не боюсь… — он немного помолчал, а потом совсем тихо добавил, — А ты будешь…злиться? — Да, вообще-то собирался, — Байрон мягко оттолкнулся от стены, на которую опирался. — Однако сначала приведи себя в порядок. Жду тебя на кухне, — он развернулся и скрылся в коридоре, ведущем в другую комнату.       «Ха… И как быть?» Вроде и здорово, что мужчина остался дома ради него, но все равно боязно за предстоящий разговор. Хотя сейчас тот не выглядел особо разозленным или серьезным… Может, если ему объяснить причину?.. Ведь Эдгар не поступил бы таким образом без особого повода, а повод был. Так что вина за это лежит на Байроне. Придя к такому выводу, брюнет немного успокоился и наконец отправился в ванную.       Приведение себя в порядок заняло больше времени, чем тот ожидал. Вышел он, почти окутанный клубами пара, оставляя позади себя духоту и нарисованный смайлик на запотевшем зеркале. Мокрые волосы неприятно липли ко лбу, поэтому приходилось постоянно зачесывать их назад. Конечно, парень мог бы и высушить их феном, но времени и так было потрачено достаточно.       На кухню, к его удивлению, вели довольно манящие ароматы чего-то съедобного. Либо это галлюцинации, либо хорошо спланированная ловушка, что более вероятно. Идти туда все равно нужно было, к тому же этого требовал и голодный организм.       В отличие от их комнаты, кухня оказалась просто залита светом, из-за чего Эдгару пришлось прищурить глаза и порадоваться за то, что в спальне жалюзи были предусмотрительно закрыты, чтобы не добавлять ещё и слепящие лучи к раскалывающейся голове. — Выглядишь лучше, — Байрон обернулся к только вошедшему парню, оставляя тарелку на столе рядом с уже стоявшей там кружкой. — Аа… Я… — брюнет замялся, разглядывая непривычную для него картину. — Это ты приготовил?..       Мужчина тяжело вздохнул, наконец полностью выпрямляясь, сделал скептическую мину. — Нет конечно, специально заказал для тебя в мишленовском ресторане «Омлет по-домашнему», а в подарок шли сэндвичи с чаем, — он усмехнулся и изящно взмахнул рукой, указывая на ближайший стул, — Прошу…       Эдгар неуверенно присел, разглядывая еду перед собой. Чёрт, а ведь выглядит лучше, чем, если бы ее приготовил сам парень. Хотя от идеала это и далеко, он бы очень хотел посмотреть, как Байрон это готовил… Готовил для него. Ужасно приятно, особенно учитывая то, что завтракал брюнет в последнее время один, и вообще-то делал все сам, чем очень гордился.       Хотелось бы спросить, зачем вообще все это, ведь он вроде как доставил вчера проблем, провинился, и ожидать Эдгар мог что угодно, но не такой заботы.       Однако сейчас тот был увлечен поглощением пищи, не задумываясь о чем-то постороннем, пока наконец не приступил к последнему сэндвичу. Байрон, который до этого никоим образом не прерывал молчания, стоя спиной к парню и высматривая что-то в окне, видимо, расценил, что прошло достаточно времени, и теперь можно приступать к серьезным вещам.       Он развернулся и широким движением выдвинул стул прямо напротив брюнета. Сев на него, подставил руку под подбородок, опираясь на большой палец, и уставился на парня внимательным взглядом зелёных глаз.       Иногда Эдгара пугали его глаза, они всегда казались такими холодными, безразличными, как будто смотрящими насквозь, хотя большую роль в этом играл их оттенок. Это был совсем не тот желтовато-зеленый цвет, какой бывает у летней травы, а скорее что-то с примесью стали. Очень редко, но все же, он видел, как эта сталь плавилась, при взгляде на него, при особенных прикосновениях и словах… Но не сейчас. — Не хочешь поговорить о том, что было вчера? — прозвучало почти мягко, но Эдгар знал, что это напускное и может треснуть по швам из-за любой мелочи.       Глубоко вдохнув и отложив в сторону недоеденный сэндвич, он выдал первое, что представляло на данный момент проблему для него. — Я, похоже, потерял телефон в баре… — Телефон? — мужчина недоуменно моргнул. — Я поставил его на зарядку, ты выронил вчера на сиденье машины. Это сейчас вообще не важно! — он нахмурился, располагая ладони на столе. — Расскажи про свою вчерашнюю выходку. К чему это всё? — Я хотел проветриться. Успокоиться, — парень начал отвлеченно водить пальцем по столу. — Ты не знаешь даже, как мне было плохо! — Плохо тебе было из-за алкоголя в крови… — Мне было плохо из-за тебя!.. — голос невольно сорвался на крик. — Меня? — Байрон откинулся на стуле, выгнув бровь. — Ты… Ты не замечаешь, что мы почти перестали общаться? Твоя чертова работа не может требовать столько времени, сколько ты ей отдаешь. А я будто остался брошен, — конец фразы Эдгар произнес уже совсем тихо, опустив глаза.       Мужчина пригладил волосы и, тяжело выдохнув, поджал губы, раздумывая над чем-то. Секунды тянулись вечностью, наконец он нахмурился и подался вперёд, аккуратно прикасаясь ладонью к сложенным на столе рукам парня, вынуждая посмотреть на него. — Я и правда не заметил, ты прав. Иногда я слишком увлекаюсь своим делом… — Скорее теряешь ощущение реальности, — фыркнул Эдгар, перебивая. — Я понимаю, что это твоя страсть и прочее, но все же нужно видеть границы, — совсем осмелев парень с укором уставился на Байрона. — Ладно, я понял, вот такая вот я сволочь, — он приподнял руки, словно сдаваясь. — Как мне загладить свою вину?       О, парень был бы чертовски рад, если бы тот вообще больше никуда не ходил, просто уволился и забыл об этом, проводя все свое время с ним, но, это было как минимум эгоистично — отнимать то, что заставляет глаза мужчины блестеть, хотя иногда и слишком фанатично… — Ну… На самом деле мне было приятно, что ты сегодня остался дома… — Эдгар смущённо потёр висок, отведя взгляд. Но заметив, как самодовольно улыбнулся мужчина, тут же вновь посерьёзнел. — Если бы ты ещё не засиживался дома с этой работой, было бы просто прекрасно. — Ты же понимаешь, что мог бы просто сказать мне это раньше? Знаешь, скольких проблем можно избежать простым разговором? — он словно задумчиво начал постукивать пальцами по столу, разглядывая лицо парня, — Но я понимаю, что ты не ищешь легких путей. Тебе всегда нужно заморочиться, перевернуть ситуацию и наконец привести спектакль к его финалу. Интересный подход, не спорю. — Будто бы ты меня послушал, — обиженно пробормотал парень. — Видимо, я очень хорошо слушаю, когда ты пьян, да? — уголки его губ слегка дрогнули. — Решил пойти в случайный бар поздно вечером… И как, помог тебе алкоголь? — Наверное… — Нет, никаких «наверное»! Это ничуть не помогает, не вздумай больше пить, — прозвучало довольно угрожающе, особенно, когда тот совсем не по-доброму прищурил глаза. — Ладно, прости… — тот совсем стушевался, но через пару мгновений, словно придя к какой-то мысли, довольно улыбнулся, — Но ведь, именно благодаря этому, ты остался дома? — Что? — опешил от такого вывода Байрон. — Благодаря тому, что ты напился? Нет, нет, даже не вздумай проводить здесь параллель! — Да-а? Почему же? — Эдгар совсем расслабился, качаясь на стуле и продолжая нахально улыбаться, дразня того. — По-моему, тут прямая взаимосвязь. Чем больше алкоголя, тем больше твоей заботы! — он рассмеялся, вставая с места. — Эдгар! — тот пытался нахмуриться, но вид радостного парня рушил эти попытки. — Боишься, а? — брюнет обошел стол и навалился на плечи мужчине, ухмыляясь. — Стану заядлым алкоголиком, чтобы ты вечно сидел дома! — Уже не смешно, Эдгар, — он сделал нарочно серьезное лицо, скрывая улыбку в уголках губ. — Я остался потому, что ты меня попросил.       О, такого парень не ожидал… Как минимум из-за того, что не помнил о чем они вообще вчера разговаривали. Но это было приятно, да. — Тогда еще лучше. Буду всегда просить тебя об этом, — Эдгар щекотнул дыханием висок Байрона, но внезапно оттолкнулся от спины вставая так, чтобы быть в поле зрения. — Или нет, я знаю! Буду просить тебя, чтобы ты купил алкоголь, чтобы я стал алкоголиком, чтобы ты оставался дома. Беспроигрышный вариант, — он заулыбался, довольный своей шуткой. — Гениально. Только ты мог прийти к такому потрясающему решению, — тоже улыбнулся тот. — Но давай пока ограничим полет твоей фантазии. — С одним условием — сегодня ты будешь сам готовить для меня еду.       Хоть когда-то, но он обязан был это увидеть!