По ту сторону горизонта

Ох-ох-ох… Похмелье щадящим не бывает, ох… Или это предсмертная агония, мука на пути к долгожданному освобождению?.. Нет, если бы последнее предположение было правдой, то солнце не жгло бы его щёку, крайне наглым образом вторгаясь в чужое личное пространство. Проклятье, где одеяло? Им бы было замечательно накрыться и со спокойной совестью никогда не подниматься… — Уже проснулся? Голос, раздавшийся где-то в стороне, взбодрил куда лучше ленивого солнца. Распахнув глаза, Хосок резко сел, тут же жалея о своём решении, поскольку от столь быстрой перемены положения тело нарисовало для себя невидимую железную перекладину, о которую стукнулась голова. Ощущения в любом случае были именно такие. Простонав от боли и завалившись на бок, Чон почувствовал щекой холодную росу, что соприкоснулась с его кожей. Он на траве? Не в замке? Как так, его же не могли выставить со вчерашнего празднества… Или могли? Что он кому наговорил? — А нимфа-то у Его Величества вон какой услужливый. Податливый, покорный. — Сальная усмешка скользнула по губам собеседника. — Интересно, как он его использует, для себя или для Королевы? Хотя, дураку ясно, что для себя. Такое личико не у каждой женщины есть… Многому ли мальчишка научился за эти годы? — Знать. Не. Могу… — с трудом сдерживая ярость произнёс Хосок, укалывая свой палец ближайшим ножом и протягивая герцогу бокал с изысканным напитком. — Но вы можете предположить, верно? Ведь людям так свойственно оценивать других по себе… Где тот герцог? Он велел выставить его из замка? Или же его уже нашли?.. Чёрт, Юнги-то знает? Что теперь делать? Правильно Капитан говорил, следить за языком — первая обязанность Чона в любом обществе, даже если они в другой стране! — Твоё выражение лица не в лучшей мере отвечает на мой вопрос. — Голос раздался снова и всё с той же стороны. С левой. Хосок перекатился на живот, разлепляя глаза и вытирая их влажной от утренней росы ладонью. Он точно за пределами замка, теперь в этом не было сомнений. И всё же это был какой-то сад, ведь всюду росли необычные цветы, а неподалёку слышалось журчание ручья. — Тэхён… это ты? — прошелестел Хосок, откашливаясь в кулак и вновь обессиленно роняя голову на траву. Теперь было немного неудобно, но на какой камень он улёгся проверять магу было слишком лень. — Где я?.. — В моём «доме», — улыбнулся нимфа, подползая ближе и гладя мужчину по голове. — Всё хорошо, всё хорошо… Ты в безопасности, гибель тебе уже не угрожает. Сейчас магия не запечатана внутри тебя. Нахмурившись, Чон развернулся на спину, стараясь осмотреться по мере сил. Миленький садик… Пусть по обе стороны от него внушительные каменные стены. Справа ограда, слева сам замок. Кажется, он видел этот сад, когда им проводили экскурсию по замку. Но разве Юнги не говорил, что на всей территории замка магия запечатана?.. — Как такое возможно? — Хосок поднял взгляд на нимфу, медленно переводя дыхание. С этого ракурса его спаситель выглядел точно ангел, посланник Богов, сошедший с небес. Особенно когда нежные лучи солнца отражались от его серебряных волос… Лишь крыльев за спиной не хватало, но воображение услужливо дорисовывало их в раскалывающейся голове. — Я ведь… То есть, почему? Ты живёшь не во дворце? — Во дворце, конечно, — убрал длинную прядь за острое ухо нимфа, укладывая голову больного к себе на колени и мягко поглаживая его по макушке. — Но этот сад мне подарил Король. Он не является частью королевской оранжереи, это место только моё. Страже запрещено сюда заходить, это место доступно лишь нескольким слугам и самому Королю. Даже принцессе Сурен не позволено входить в мои владения без разрешения. — И как давно у тебя этот закуточек свободы?.. — прикрыл глаза волшебник, наслаждаясь лаской. Даже боль начала куда-то отступать… — Чуть больше пяти лет. — Ответ был лёгким и беззаботным, как и улыбка, с которой была произнесена последняя фраза. — Король пусть и любит держать всё под контролем, но он понимал, что я не «домашняя зверушка». Он знал мой ореол обитания и когда мне стало совсем плохо в его дворце — выделил мне этот садик. Здесь я часто остаюсь подолгу, особенно в тёплые времена года, это место навевает мне приятные воспоминания о доме… А со вчерашнего дня это место принадлежит ещё и тебе, пусть и временно. Со вчерашнего дня… Дня? Не вечера, не ночи… Какое сегодня число? — Сколько времени я был?.. Эм, сколько я проспал? — спросил Хосок, всё же находя в себе силы сесть ровно, пусть и немного придерживаясь за голову. Что к нему прилипло у виска? — Сегодня утро второго дня, — пожал плечами Тэхён, стряхивая прилипшую траву с лица старшего. — Тебе было очень плохо и я решил, что тут тебе полегчает. Свежий воздух, никакого шума, слияние с природой… Природа всегда помогает своим детям, особенно когда те болеют. — Не понимаю, о чём ты, — фыркнул себе под нос Хосок, машинально касаясь груди и шеи. Никаких застоев нет, он действительно чувствует свою магию… Взглянув на ладонь, он удостоверился, что и кожа его была обычного цвета, не бледная и даже не серая. Да что за странный комок грязи повис у него на волосах?! Тэхён же наблюдал за поведением волшебника. Следил за его жестами, действиями, за мыслями, что проскальзывали в голове. Очень странный маг… Таких он точно не видел прежде. Упрямый и грубый, весёлый и беспардонный, и всё это — маски! Хоть кто-нибудь хоть однажды… Видел это существо настоящим? Таким, какой он есть на самом деле? — Я дал тебе Свою заколку. — Столкнувшись с ничего не понимающим взглядом, Тэ указал на чужую голову. «Комок» действительно был слишком чистого цвета для простой грязи, и сняв его с волос, Хосок удостоверился, что всё это время он долбился о землю чужой заколкой. Вот молодец! Хорошо хоть не сломал. — Пока она на тебе — ты можешь не беспокоиться за своё состояние. Она не простая, этот пион сделан не из розового сапфира, как многие думают, а из драгоценного камня, который есть только в наших лесах, из саакольма. Помимо красоты этот камень содержит ещё и свойства исцеления, которые работают даже в месте, где недоступна магия. Саакольм возвращает телу то необходимое, что было утеряно и привело к болезни, вне зависимости от того, что именно утрачено. За месяц ношения украшения из саакольма можно полностью восстановить руку человека без магического вмешательства со стороны посторонних. А уж помочь с отравлением или лихорадкой моему камню вообще ничего не стоит. — Не знал, что у нимф есть свои драгоценные камни… — пробормотал Хосок, позволяя Тэхёну заколоть ему волосы вновь. Как он мог не заметить, что чёлка перестала ему мешать? Наверное, ещё не до конца очнулся после обморока… Точно, обморок! В голове начинало проясняться. Ближе к рассвету Хосок направлялся в свои покои, намеренно оторвавшись от друзей, чтобы те за него не беспокоились, однако у подножья лестницы сознание его покинуло… Неужели этот маленький нимфа сам его дотащил до сада? Без магии и без стражи? А путь-то не близкий, другое крыло, да ещё и через несколько дверей… Или же нет? Надежда умирает последней! — Твои слуги меня… сюда донесли? — спросил мужчина, почёсывая подбородок большим пальцем. — Ты сказал, что это место… — Нет, я сам тебя сюда доставил, — склонил голову на бок Тэхён, немного щурясь от солнечных лучей. — Мне было совсем не трудно, можешь не переживать за моё здоровье. Пусть я нимфа, но я не девушка, на тебя одного сил у меня вполне достаточно. Хосок негромко застонал, закрывая лицо руками. Он всё-таки его тащил! Не Юнги, не Намджун, даже не Сокджин! Этот маленький нимфа девятнадцати лет отроду! Всё, в этом дворце больше ни капли… И Чимину будет приятнее с ним общаться, и Тэхёну больше не придётся надрываться… — Значит, если я болен и мне не хватает магии в организме… Эта заколка позволит мне использовать волшебство? — уточнил Чон, касаясь двумя пальцами прекрасного древнего украшения. Тэхён утвердительно кивнул, наматывая свой серебристый локон на мизинец. Так непривычно, когда кто-то искренне интересуется твоей культурой… Хотя, нет, бред какой-то, он ведь про магию спрашивает, про своё здоровье. Камень ему без этих свойств и даром бы не сдался. Впрочем, как и кому-либо другому в этом замке. Никому не нужна болтовня о странных лесах и волшебных ожерельях, всем нужны свойства и технологии, а если их нет — то к чему разговоры? Тряпку в зубы и вперёд, делом заниматься… — Да, всё так, тебе заколка позволит использовать магию. — Парень поправил украшение на волосах Чона и сел сбоку от него. Напротив сидеть было неудобно, было такое ощущение, будто он на допросе у Его Величества. Слишком уж пристальный взгляд у мужчины из-за его… змеиных зрачков. — Но если её надену я или кто-то другой — эффект будет иным. Кому-то в организме не хватает витаминов и саакольм будет подпитывать организм нового владельца ими, кому-то не хватает определённого органа, и наш камень будет его постепенно восстанавливать… — Я понял закономерность, спасибо, — кивнул Хосок, выпуская на свою ладонь небольшой шар энергии. Видно, что такой силы, какая была за стенами дворца, сейчас у него не будет, и всё же даже такая возможность использовать магию была потрясающей. Ведь теперь у них на руках есть козырь, о котором не догадывается Король… И лучше бы ему пока и дальше быть в неведении. Для собственного спокойствия! — Знаешь, я видел много магических существ. — Тэхён опёрся на левую руку, наблюдая за шаром энергии, что катался по ладоням собеседника. — До того, как меня забрали сюда, в нашем лесу жили не только нимфы, но и другие представители связанных с магией рас. Я видел полукровок, видел людей и чистокровных волшебных созданий, как разумных, так и не слишком. — Парень перевёл взгляд на лицо старшего. — Но никогда я ещё не видел, чтобы в отсутствие магии тело начинало убивать само себя… Хосок вздрогнул, выпрямляясь так, словно только что железную шпагу проглотил. Как он?.. Он же не мог понять это по своей заколке! Как он догадался, как понял? Нимфы же не могут читать мысли, особенно те, что лишены магии! — Как ты узнал?.. Такого вопроса Чон сам от себя не ожидал. Только что он приготовился вновь опровергать очевидное, уже почти придумал иное объяснение своему недугу, но взглянув в глаза… Поймав на себе взгляд Тэхёна, полукровка сам не понял, как спросил то, что действительно было у него на уме. Нимфам что, лгать нельзя? Но они же не русалки! — Не трудно было догадаться, — пожал плечами Тэхён, зарываясь пальцами в волосы собеседника на затылке. Какой повышенный интерес к его голове! — Думаю, твои друзья тоже заметили, как отсутствие магии влияет на твоё тело, просто они не связывают твоё состояние с твоей природой. Любой дурак увидев твои глаза догадается, с какой расой ты состоишь в родстве. А я не дурак и не слепой, и со змеями в своё время имел… Не назвал бы это враждой или дружбой, но у нас с ними были особые отношения. Я понимаю, что примерно с тобой происходит, но не понимаю как… и по какой именно причине. Чем генетика одарила твоё тело? — Ты правда хочешь знать? — усмехнулся Хосок и вытащил из своего сапога кинжал. Острый, поблескивающий на солнце… Такое чувство, что порезаться об него можно даже просто глядя на лезвие! — Я старался держать это в тайне ото всех. От друзей, от брата… Это бремя, которое я несу, я не хочу перекладывать на других. Если я расскажу тебе… ты сохранишь мою тайну? Нимфа быстро закивал, не сводя взгляда с кинжала. Было страшно представить, для чего он мог понадобиться волшебнику… Он же сейчас не собирается перерезать себе горло? Судя по выражению его лица, он вполне на такое способен… Но страхи Тэхёна не оправдались, ведь мужчина лишь порезал свою руку. Маленький надрез на ладони со стороны мизинца, из которого кровь потекла к центру ладони, всего-то, хах… Только минутку… Разве это кровь? Янтарная? Такая жидкая?.. — Тебе не кажется, — хмыкнул Хосок, наблюдая за тем, как нимфа в третий раз трёт глаза. — Всё так, как ты видишь. Это не кровь. В моём организме её просто нет. Знаешь ведь, сколь силён яд разумных змей? Мой дед был таким, моя мать принадлежала к их расе. Она связалась с простым магом… И родился я. Ты был прав, когда сказал, что генетика злую шутку со мной сыграла. Она одарила меня силой моего деда и отца, подарила красоту матери. Но плата за всё эта сейчас в моём теле и на моей руке. Вместо крови по моим венам течёт чистый змеиный яд. Тэхён нервно сглотнул, еле удерживая себя на месте и подавляя желание отодвинуть в сторону чужую кро… ядоточащую ладонь. Читать нимфа любил, а в замке Хаярда была прекрасная библиотека, где находились не только книги со сказками, но и энциклопедии с картинками. Оттуда парень и знал, какого цвета самый смертоносный змеиный яд, капля которого может убить роту солдат, если не больше. Одна капля!.. А сколько таких капель в одном таком сосуде с именем Хосок?.. — Ты уже знаешь, да? Уже понял. — Невесёлая улыбка тронула губы волшебника и он, сбросив вытекший яд с ладони на траву, взмахом пальца залечил порез. Трава, на которую попала горстка яда, с шипением иссохла, оставляя на месте поражения лишь голую землю. — Да, этот яд в моём организме с самого моего рождения. И мне он жить не мешает, ты не подумай… Моя магия для того и была дарована мне, чтобы нейтрализовать действие яда на тело. Да и в принципе за столько лет мой организм привык к ежесекундному отравлению, поэтому, когда магия в стенах этого дворца меня оставила, я не рухнул сразу же. Удивлён, как меня хватило на двенадцать часов… — И всё же… Яд вместо крови на тебя влияет. — Парень мысленно помянул травку, некогда растущую на теперь голом месте. — И очень сильно. В чём именно это проявляется? — Зачем тебе это знать, Тэхён? Не засоряй свою прекрасную голову мыслями о существе, который в любой момент может отправиться к праотцам, коль удача от него отвернётся. — Хосок откинулся на спину, убирая руки за голову и глядя на чистое голубое небо. — Когда наше с ребятами приключение закончится, мне будет кому оставить Чонгука. Но сам я им вряд ли уже буду нужен… Вечно всех достаю, нервирую, огрызаюсь, подставляю… Иногда даже специально, нарочно. Кому нужен такой отвратный друг, как я? Всем будет лучше, если меня не станет… Подумав несколько секунд, Тэхён собрался с духом… и улёгся сверху на старшего, укладывая подбородок на сложенные в замок пальцы. Удивлённый взгляд волшебника точно стоил этой выходки. — Я понял, как именно влияет на тебя яд, — самодовольно усмехнулся нимфа, болтая ногами в воздухе. — И я знаю, почему ты мне рассказал о том, о чём молчал с другими. Яд травит не твоё тело, Хоби-хён, а твой разум. Он настраивает твоё сознание на мысли о смерти, поскольку иным способом, если магия тебе подвластна, ему тебя не убить, а у яда от природы такая цель — уничтожать. Чем дольше яд в тебе, тем сильнее твоё желание умереть, тем сильнее ты убеждаешься в собственной никчёмности, но поверь мне, так считаешь только ты. Я слышал разговоры Сокджина и Юнги, видел, о чём беседуют Чимин и Чонгук. Пока ты был бессознания, все их разговоры были о тебе. Им всем страшно тебя потерять, им больно оттого, что ты не можешь доверить им свою боль и своё состояние. Согласись, тебе ведь сейчас легче, чем раньше, да? — Допустим… — пробормотал Хосок. — Это не из-за моей заколки. Она всего лишь магию тебе вернула, — продолжал Тэхён. — Просто я — незнакомец, за это непродолжительное время мы ещё не успели с тобой как следует подружиться. Ты знаешь, что такие известия о тебе меня не ранят так сильно, как твоих друзей, ведь нам, как разумным созданиям, куда легче поделиться своей болью с посторонним, нежели с близким. Хосок тяжело вздохнул, глядя на свою ладонь, по которой некоторое время назад струился яд. В точку. Каждое его слово… Правда до последней гласной. Он трус, который боится признаться даже самому себе в том, какому влиянию подвержен его разум… — Поговори с друзьями, — посоветовал Тэхён. — Вместе вы сможете найти выход из сложившейся ситуации. Просто держи в голове мысль о том, что в твоём теле яд. Желание умереть — это не твоё решение, а болезнь. Не давай яду распоряжаться твоей жизнью. Ты справишься со всем, вместе у вас всё обязательно получится. Я в вас верю! — Спасибо, Тэхён, — улыбнулся Хосок, смаргивая слёзы, что скатывались на траву и смешивались с утренней росой. — Я боялся такого разговора, но… спасибо тебе… Я правда очень боюсь смерти, поэтому и не накладываю на себя руки, но это желание… Тэ, мне так плохо… — Чшшш… — парень скатился в бок с тела полукровки и мягко поцеловал его в щёку в знак поддержки. — Это нормально, хён. Это хорошо. Поплачь, выплесни эмоции… Тебе станет куда легче. Хочешь, я тебя обниму? Хосок кивнул, в следующий миг ощущая как мягкие руки обнимают его талию, а голова мирно покоится на подрагивающей груди. Боль, идущая с ним рука об руку на протяжении всех тридцати лет, начинала отставать от него… Это было самое настоящее чудо…