По ту сторону горизонта

— Давай, Чонгук, ты сможешь. Просто разожми ладонь, — уговаривал старшего Тэхён, подставляя сложенные руки. — Мы должны проверить, верны наши догадки или нет, как мы иначе это сделаем? Чонгук отчаянно мотал головой, сжимая цепь медальона в обеих руках. Нет, он не может передать своё проклятие ещё и Тэхёну! Человека это никак не освободит, а если они не правы, то ещё и нимфа лишится своего прекрасного голоса! А у него он такой красивый, это будет преступление! — Гук-и, ну мы ведь сами видели, как песок вытягивал из него тьму, — гладил по плечам донсена Хосок. — И когда Чимин держал ключ от трёх реальностей он не потерял голос, даже после того, как его разобрал. Как нам понять, действительно ли исчезло проклятие из медальона, если мы не проверим этого? Или хочешь, я могу взять его у тебя. Парень начал мотать головой сильнее. Не заставляйте, ну не надо! Тэхён просто не знает, на что он согласился! Что с его ручками станет, когда их начнёт сжигать огонь? Конечно, Чонгук был уверен, что Тэ не попадёт под кару проклятия, но под его воздействие вполне мог! Как сам Гук много лет назад… — Разожми, — вновь попросил Тэ, подставляя руки. — Я правда готов, Чонгук. Ты ведь понимаешь, что нам сейчас важно знать, ушло проклятие с предмета или нет? Быть может, у нас получится вернуть тебе голос. Давай, Гук-и. Я очень хочу услышать, как ты говоришь… Чонгук нервно сглотнул, немного вытягивая руки вперёд, но всё ещё сжимая цепочку. Они правы, если сейчас не разобраться с проклятием, то шансы на его освобождение будут нулевые до конца его жизни. Прошло столько лет… А теперь проклятие могло не угрожать Тэхёну. Нужно ведь просто проверить, верно? Просто отпустить… Парень разжал ладони. — Есть! — поймал медальон Тэхён, проводя указательным пальцем по рубину. — Ого, он такой тяжёлый… Но очень красивый. Что мне ещё сказать нужно? Как быстро проклятие переходит? «Я в тот момент счёт времени потерял», — стыдливо признался Чонгук. — «Но точно знаю, что пламя появилось на руках, когда я выронил медальон». — Ага, понял, — кивнул Тэ и подкинул украшение высоко-высоко в небо, чтобы оно не находилось в руках нимфы как минимум пять секунд. Ни пламени, ни даже искорки. Руки не согрелись, а наоборот, замёрзли немного на морском ветру. Медальон приземлился в ладонь парня, и Тэхён крепко его сжал, чтобы тот не упал на палубу и не разбился. Золото золотом, но рубин было бы жалко. — Всё ещё говорю? — улыбнулся Тэ под довольный смех Хосока. — Мы правы оказались, с медальона проклятие ушло! — Похоже, тьма осталась лишь в этом следе, — Хосок расстегнул пуговицы на жилете Чонгука и убрал припарку с ожога. — Может быть, если шрам заживёт, то и ты сможешь говорить? «Не думаю», — печально вздохнул Чонгук, возвращая припарку на место. — «Если бы проклятие висело только на медальоне, то я бы мог его снять и избавиться от его воздействия. Но эту теорию мы проверили и опровергли с самого начала. Значит, и ожог тут ни при чём». — Зато теперь тебя обнимать не страшно, — улыбнулся нимфа, тут же притягивая друга в крепкие объятия. — Можно не бояться напороться щекой на «страааашное проклятие». И больше ни одно существо в мире от него не пострадает, здорово же! «С этим я уж точно согласен», — улыбнулся Чонгук, поправив длинные волосы младшего. — «Теперь в нашем мире на один тёмный артефакт стало меньше». Хосок усмехнулся, глядя на воспрявшего духом брата и утянул из руки Тэхёна медальон, чтобы рассмотреть и прощупать его получше. Да, тёмной магии теперь в нём не было, но этот факт означал лишь то, что рубин в центре медальона потерял свою силу. Однако, украшение — это не только камень. И, быть может, внутри ещё осталась хоть какая-то частичка магии, которую можно будет… перенастроить? — Когда мы закончим с чудесами и спасением магических существ, я обязательно займусь им, — пообещал Хосок, надевая медальон на себя. — Думаю, если вложить немного магии в исследование, то можно будет найти способ обратить проклятие. «Обратить? В Каком плане?» — нахмурился Чонгук, поправляя непослушный локон под банданой. — Когда проклятие из медальона исчезло, украшение стало полым сосудом, — пояснил Хосок, указывая на рубин. — Думаю, если покопаться в нём, то можно будет воссоздать обратный эффект. А именно — сделать так, чтобы медальон не заражал проклятием, а забирал его себе. — Отличная идея! — захлопал в ладоши Тэхён, пританцовывая на месте. — Чонгук, когда мы разберёмся с твоим проклятием, ты обязан со мной спеть! «Да я уже не помню как интонацией управлять, ну что ты», — засмущался смертный, закрывая лицо ладонью. — Мы потренируемся с тобой, я научу тебя всему заново! Сокджин спрыгнул на палубу с каната, оценивая, хорошо ли поставлены паруса, сливающиеся с голубым небом, и отошёл к штурвалу, проскальзывая мимо троицы. Вот бездельники, на галеоне дел невпроворот, а они дурачатся. — Уважаемый старпом, вы работать собираетесь? — шлёпнул по бедру Намджуна Джин, в два оборота отскакивая от него и усаживаясь на перила возле лестницы. — У вас в команде сплошные ленивцы, а вы и в ус не дуете! — Да пусть отдыхают, — хмыкнул мужчина, закрепляя штурвал и усаживаясь рядом, немного щекотя бок монхарда. — У них шок ещё не прошёл после путешествия в божественный мирок. — А мы-то с тобой так потрясающе его перенесли, — фыркнул мужчина, поправляя золотую повязку. Вернулась к нему, родимая… — Мы, видимо, просто умеем держать свои эмоции под бОльшим контролем. Даже в тех местах, где эти эмоции открыты для окружающих против нашей воли. Намджун согласно кивнул, подставляя лицо солнечным лучам. За последнее время у них ещё не было такого спокойного дня… Затишье перед бурей, не иначе. К завтрашнему дню они уже будут у южного побережья, там, куда компас указал. Возле третьего чуда. У затонувшего города… — Там было красиво, — вдруг произнёс Джин, поворачивая голову на Намджуна. — Ты успел насладиться этим? — Чем? Перламутровым морем? — вскинул бровь старпом, коротко усмехаясь. — Ну да, необычное зрелище. Калисто явно знает толк в красоте. — Да не в море было дело, — с улыбкой закатил глаза Сокджин, глядя в сторону тёмного пятна, которое ещё день назад выпустило их в родной мир. Удивительно, насколько близко они оказались к их цели! А ведь тот туман, в который они заходили в Ройневом море, был намного дальше этого. Гадать не хотелось… Но мысленно за это все поблагодарили Капитана Тигра. — А в атмосфере вокруг. Там призрак мог долей души ощутить наслаждение, которого не чувствовал двадцать лет. Там самое зажатое существо не стеснялось своих слёз. Атмосфера Страны Забвения… Меня поразила. Именно тогда, когда три её реальности соединились воедино. — Что ж, если с такого подхода глянуть, то да, атмосфера там была ничего такая, — кивнул Джун, следя за штурвалом. Крепление — не матёрый матрос, оно и подвести может. — Калисто для себя явно постаралась, нашла место, в котором может отдохнуть от дел нашего мира. Уверен, у неё забот побольше, чем у той же Элии. — Она одна из Древних Богов, конечно у неё дел побольше будет, — хохотнул Сокджин, почёсывая затылок. — Знаешь… Невзирая на то, что мы приплыли туда за Юнги, и что выбираясь едва не потеряли душу Тэмина… Я бы хотел однажды туда вернуться. Ненадолго, просто пару минут вновь постоять на золотом песке перед услужливым морем, где все мысли улетучиваются… На то она и Страна Забвения, верно? — Точно, попадёшь туда в одиночку — забудешь, что хотел уходить, — поддержал старшего Намджун, обнимая монхарда за плечи. — Так что, если у нас выдастся такой шанс, то я пойду с тобой. Будем напоминать друг другу о том, что здесь хорошо… Но в родном мире нас ждёт жизнь. — Отличная идея, Джун-и, — кивнул однофамилец, целуя Намджуна в щёку. — Если вдруг — то только так. — Чимин опять на камбузе, да? — принюхался старпом, чуть улыбаясь. — Ох, бедные мои продукты. — Да брось, он ведь только учится готовить, помог бы лучше! Смеяться каждый может. — Сокджин спрыгнул с перил, хрустнув позвоночником. Всего-то ничего посидели, а поясница уже затекла. Старость подкралась незаметно. — Да и запахи вкусные. — Я бы с удовольствием поддержал его, но учиться готовить лучше тогда, когда запас продуктов не ограничен, — отметил Джун, почёсывая живот. — А со специями почти всё будет пахнуть вкусно. Ну да ладно… Пойду его сгоню от нашего мяса, да обед пора готовить. Поможешь? — Если ты отправишь этих троих работать, — скрестил руки на груди монхард. Ох, с этим мужчиной спорить себе дороже… Во всём прав, мистер совершенство. Но возразить нечего, работать всем надо, пока Капитан в себя приходит после семидневного пребывания в… Божественном мире. Чимин негромко постучал в каюту, входя без разрешения и прикрывая за собой дверь. В эту каюту… Кажется, солнце проникает сильнее, чем когда-либо. Открытое окно ли тому причина или то, что хозяин «Горизонта» снова здесь… Загадка века, но факт остаётся фактом. — Все продукты перепортил на камбузе? — усмехнулся Юнги, не открывая глаз и поворачивая голову на подушке. — Джун нас пристрелит, если ему опять придётся рыбачить. — Да ну тебя, — проворчал младший, кладя компас на рабочий стол Мина и присаживаясь на край кровати. — Никакой от тебя поддержки, морской козёл. — Ого, у меня новая должность? — хохотнул мужчина, всё же открывая глаза и улыбаясь ликейму. — Твоя фантазия просто не знает границ. Чимин хотел что-то сказать, но передумал, сжимая зубы. Опять эта головная боль, как тогда, когда он искал лазейку, чтобы попасть в Страну Забвения. Тогда русал грешил на обезвоживание, да и в целом организм был истощён. Но теперь ведь с ним всё в порядке… Почему же так болит? — Нехорошо, маленький? — медленно поднялся Мин и коснулся затылка донсена. — Что с тобой? Боги, неделю не виделись, а ты стал таким одичавшим… Этим придуркам тебя доверить и на семь дней нельзя, что ли? — Я самодостаточное существо, не надо никому за мной присматривать, — буркнул Пак, всё ещё жмурясь. — По вискам очень сильно бьёт… — Сильно… — мужчина встал на ноги и отошёл к своему столу, выдвигая ящик и находя взглядом среди бутыльков нужный. Задвинув ящик пяткой, маг направился к ликейму, вытаскивая зубами пробку и капая несколько капель содержимого на два пальца, прежде чем закупорить бутылёк обратно, оставляя его на столе. — Должно помочь. Не использовал, пока меня не было? — Хотел, но не успел… — мотнул головой Чимин, пока Юнги массировал сперва один висок парня, затем другой, чтобы размазать масло, а после делая это одновременно. — Пришла идея, безумная совершенно… Мне очень помогли твои слова. И серьга… — Я очень рад, что помог, — улыбнулся пират, придвигаясь ближе, чтобы массировать было удобнее. Чимин, конечно, мог бы и сам, но… так приятно, когда о тебе заботятся. — Хотя бы таким образом. — Я тебя вообще убить хотел сперва, — сверкнул глазами ликейм, хлопая старшего по плечу. — Скотина ты такая… Я, конечно, соглашался попытаться закончить твою миссию, но уж точно не ожидал, что ты скинешь на меня свою работу в тот же день! Ещё и эти сделки, Боги… Будь я чуть менее сообразительным — все бы погибли. Зараза ты эгоистичная… Юнги с лёгкой улыбкой опустил голову, чтобы избежать взгляда парня. Рад, что вернул, но злится за саму ситуацию, и это справедливо. Мин и сам себя корил за произошедшее… Не ожидал он их так внезапно бросить. — Ладно, признаю, я зараза та ещё, — согласился мужчина. — Хочешь, можешь меня побить, возражать не буду. Мне уже получше, так что в обморок от пары тычков не упаду. Чимин прищурился, ударяя пирата несколько раз по груди и животу. Он и не думал его избивать, о нет! Хотел просто выпустить пар… А Юнги зря это предложил. — Чимин, я жить хочу! — Мерзавец ты эдакий, да я же чуть не поседел, когда тебя в эту воронку утащило! — хлестал старшего свёрнутой картой Пак, гоняя его по всей каюте. И плевать, что оба ещё не совсем в адекватном состоянии, если уж Чимин завёлся, то его хрен остановишь! — Ты понимаешь, что мог бы остаться там навсегда, если бы серьгу мне не успел оставить, а?! — Так, а ну отдай назад эту карту, нам по ней обратно плыть! — начал пытаться обороняться Капитан, ловя карту, как котёнок игрушечную мышь. Чимин уворачивался, словно уж на сковороде, всё норовя шлёпнуть пирата по мягкому месту. Вот так его, вот так! Будет знать, как к Богиням всяким сбегать! — Пак Чимин, ты мог взять любую Карту, ну почему эта?! — В следующий раз отшлёпаю тебя Указом Света! — запрыгнул ногами на стол Чимин, поднимая карту над головой. — Хочешь достать? Отними! Юнги странно хмыкнул, а после сильно ударил голенью по ножке стола, так, чтобы тот закачался. Не ожидающий такой подставы Чимин пискнул, теряя равновесие, и грохнулся на старшего, который любезно подставил ему руки и, в элегантном танцевальном развороте… Прибил к стене, сводя руки над головой и отнимая карту, держа пленника в захвате и прижимая его всем телом, дабы не сбежал. — Моя карта, — усмехнулся в лицо парню Мин и подбросил её вверх, щёлкая пальцами. Пергамент послушно перелетел в ящик стола, дабы больше его никто не потревожил. — Какой ты бешеный становишься, если волю тебе дать… Чимин тяжело дышал через приоткрытый рот, с вызовом глядя на Капитана. А что? Сам виноват, кто говорил, что от пары тычков в обморок не свалится? Русал его, между прочим, ни разу и не тыкнул! — Сам ты бешеный! Вымыть бы тебе рот с мылом, негодный морской конёк! Да будь мы на моей территории, я бы тебя уже давно!.. Закатив глаза, Юнги сжал запястья младшего сильнее и заткнул его рот поцелуем. Дыхания после беготни и так не хватало, поцелуй получался рваным, мокрым, злым немного. Кто-то кого-то даже за язык успел укусить! Но чем дольше длился процесс, тем меньше поцелуй походил на простой метод заткнуть младшему рот. Жар опалял кожу, чего с Чимином раньше никогда не случалось… — Почему я горю?.. — прохрипел Чимин, пока губы мужчины медленно перемещались на шею. — Ты на меня… Заклятие наложил? — Для таких заклятий магия мне не требуется, — сверкнул глазами пират, замечая, что у ликейма уже чешутся когти. — Хотя, позволю себе воспользоваться методом предосторожности. Вытянув зубами шнурок из рубашки младшего, Юнги чуть отступил, опуская руки донсена и в пару движений ловко связывая их вместе. Крепко, но так, чтобы Чимин не ощутил сильной боли. Стоило Паку почувствовать облегчение на пару секунд, как руки вновь вернулись в прежнее положение, а жар, опаляющий кожу, усилился вдвое, когда рука старшего пробралась под одежду. — Не думал, что люди так чувства проявляют… — признался ликейм, ощущая, как ноги начинают подкашиваться. Это ведь были лишь объятия и поцелуи! Но… Почему же от них дышать тяжело? Почему голова, что раскалывалась десять минут назад, теперь просто кружится, как волчок? — Ты многого не знаешь о людях, — констатировал факт Юнги, опуская руку ниже и оглаживая скрытое под тканью штанов возбуждение донсена. Как вздрогнул! Похоже, раньше он над своим человеческим телом экспериментов не ставил. — Нравится? — Мммх! — закусил губу до покраснения ликейм, извиваясь в руках старшего. Да и сам он, казалось, сейчас до кончиков ушей покраснеет! Кто вообще разрешал этому извергу его трогать?! Вот пусть только!.. Пусть только попробует теперь остановиться!.. — Я… — А я тебя не трогаю, — шепнул на ухо Юнги, игриво улыбаясь. — У тебя хорошие инстинкты, как я посмотрю… Русал что-то прошипел в ответ, но сам вскоре понял, к чему Юнги это сказал. Он ведь действительно его не трогал, теперь он держал ладонь рядом. А Чимин сам подавался навстречу, двигал бёдрами, стараясь урвать ощущение экстаза, хоть немного, хоть чуть-чуть! Дьявол… — Какой ты гибкий, — оценил Мин, когда младший прогнулся в спине, вновь доставая до руки. — Так сильно хочешь? — Да, дааа! — простонал ликейм, водя плечами и пытаясь освободить руки, чтобы прекратить сладкую пытку. Но либо сил было недостаточно, чтобы порвать шнур, либо желание прекратить было не более чем маской. И второй вариант, очевидно, был более вероятным. Поймав донсена зубами за серьгу, Мин лизнул мочку уха младшего, опаляя горячим дыханием его кожу. Рука несильно сжалась на члене ликейма, выбивая из его груди новый стон. — А я-то как хочу… — шепнул мужчина, упираясь своим внушительным возбуждением в бедро донсена. Даже через одежду Чимин явственно чувствовал желание старшего, от одного представления перед глазами мелькали звёзды! — Так что, ты не против, если мы чуть ускорим процесс? Не хочу, чтобы ты кончил без меня. Опустившись на колено перед Чимином, Юнги расстегнул его штаны, спуская их вниз. Пак послушно переступил с ноги на ногу, чтобы помочь старшему избавить его от ненужной одежды. В них всё равно неудобно… Из груди парня вырвался высокий писк, когда горячие губы оказались совсем рядом с его членом! Юнги не прикасался к нему руками, лишь водил языком по чувствительным местам, оставляя главный орган без внимания. Изводил его, негодяй! Но как только Чимин почувствовал, что вот-вот достигнет пика, мужчина отстранился, поднимаясь на ноги и отходя к столу. — Ну ты и мерзавец… — выругался Пак, делая тщетную попытку восстановить дыхание. — Грязно играешь… — Да? Тогда сменим локацию. — Сбросив с себя рубаху, Юнги взял Чимина за шнурок и притянул к своему рабочему столу, вынуждая улечься животом на деревянную поверхность. — Мх, отпадно смотришься в подобной позе… — Ты там что замыслил? — приподнялся на локтях Пак и получил лёгкий шлепок по ягодицам. — Хэй! — Расслабься, Жемчужинка. Я ведь не хочу сделать тебе больно. — Взяв со стола бутылёк масла, который не так давно спасал их обоих от головной боли, Юнги налил небольшое количество янтарной жидкости на свою руку, отставляя стеклянный флакон подальше. Приподняв и откинув мизинцем ткань рубашки младшего с поясницы, мужчина провёл чистой рукой по позвоночнику ликейма, заставляя его немного порокотать от удовольствия, в то время как вторая рука опустилась ниже. Чимин резко втянул воздух сквозь зубы, когда ощутил внутри себя чужой палец. Он проник так легко, что у Пака это больше вызвало удивление, чем негодование за вторжение в личное пространство. Продолжая вырисовывать на пояснице младшего узоры, Юнги разминал мягкие стенки ануса, дабы после ликейму не пришлось краснеть ещё и перед Хосоком, объясняя, где болит и почему. Младший сжал ладони в кулаки, цепляя зубами клочок какой-то карты, что осталась лежать на столе. Порвётся — это не он виноват, это Юнги свои вещи в неположенном месте разбрасывает… Но на первый раз простить можно… Такого удовольствия ни от одного поцелуя ликейм не получал. А целует его Юнги довольно часто! Добавляя второй палец, Мин скользнул свободной рукой к застёжке на своих брюках, еле сдерживая собственное желание обладать этим неземным существом. Он ведь не евнух, перед ним немало людей побывало примерно в таких же позах, но разум отказывал только при виде него… — Юнги, не изводиии… — прохныкал русал, прогибаясь в пояснице, когда мужчина ввёл три пальца одновременно. Пусть Пак и не видел того, что было у него ниже пояса, но он чувствовал, как собственный член задевает нижнюю поверхность стола, требуя к себе внимания. Благословите Боги того столяра, что изготавливал этот стол, будь в нём хоть одна заноза!.. — Ну какая ты прелесть… — на выдохе произнёс Капитан, замечая, что Чимин уже на носочки встал, махая пяткой в воздухе от нетерпения. Впечатлить его даже слишком легко! Но интерес от этого абсолютно никуда не пропадает. — Так и быть, изводить не буду… Если хорошо попросишь. Руки исчезли. — Ах ты!.. — вскинул голову Чимин, негодуя с того, что не может видеть, чем сейчас занят Мин. — Мрх… Хён, пожалуйста… П-пожалуйста… — Ну-ну-ну, чего ты испугался? — мурлыкнул на ушко старший, спуская рубашку парня с плеча и оставляя на его родинке мягкий поцелуй. — Не бойся, в таком состоянии я тебя точно не брошу. Вновь убрав бутылёк с маслом на место, Юнги провёл сверкающей от солнечных лучей рукой по своему члену, делая его скользким и безопасным для разработанного колечка мышц Чимина. Опустив руку на поясницу изнывающего от нетерпения ликейма, Мин провёл краснеющей головкой члена по аппетитным ягодицам младшего, ловя последние стоны его мук. — Аааааах! — ударил кулаками по столу Чимин, прикусывая язык от неожиданных ощущений. Пальцы!.. Короче же были!.. Шумно дыша носом, парень упёрся лбом в запястье, сдерживая режущиеся когти. Так и хотелось что-нибудь поцарапать, срочно, вот прямо сейчас! Но это желание его оставило в тот же момент, когда пират начал двигаться внутри него. Сперва неспешно, давая привыкнуть к себе и своему размеру… А затем всё быстрее и быстрее, сильнее, чувственнее! Если бы Чимин и пытался сдерживать свои стоны, то сейчас у него бы это явно не вышло. Ноги просто разъезжались в разные стороны, когда головка члена старшего начала доставать до самой чувствительной точки! Пак вцепился в стол и даже забросил на него одну ногу, согнув её в колене, чтобы хёну было удобнее. Так горячо, так жарко, так страстно и глубоко!.. — Хён, хён! — изнемогал парень, мотая головой из стороны в сторону. — Боги, хён, не останавливайся! — Ни за что! — рыкнул Юнги, сжимая таз младшего сильнее. Сделав шаг назад, он придвинул донсена чуть к себе, чтобы его член не прятался больше под столом и русал мог его почувствовать нижней частью живота. От такого ощущения Пак ударился лбом о стол, едва не теряя равновесие. — Развяжи, развяжи меня!.. — простонал Чимин, заводя руки за голову. — Я больше не могу, хён, развяжи!.. Ах, как это было приятно! Русал ведь мог разорвать этот шнурок самостоятельно, сил у него на это более чем достаточно. Но он попросил, ведь помнил, кто его связал… Думает не только о себе… Дёрнув узел, пират в одно движение освободил руки младшего и, ненадолго его покинув, поднял Чимина со стола, переворачивая и укладывая на спину, забрасывая ноги на свою талию. — Сам попробуешь или помочь?.. — сверкнул глазами Капитан, входя в донсена до предела и касаясь большим пальцем чувствительной головки русала. — С-сам… — решил рискнуть младший, обхватывая одной рукой свой член и инстинктивно сжимая Юнги изнутри. — Мх!.. — Не спеши сразу, — направлял ликейма Мин, опуская руку на чужое запястье и помогая Чимину подстроиться под его ритм. Так было куда приятнее! — Вот так, умница… Не отставай от меня, а я под тебя подстроюсь… Пак прикусил язык до крови, следя за своей рукой и чувствуя темп старшего. Он уже не сомневался в том, что его лицо красное, как наливное яблоко. Он задыхался от этого странного желания, от этих земных чувств, он едва контролировал своё тело! Ну же, ну… Ещё совсем немного, чуть быстрее!.. Сжав головку своего члена, Чимин конвульсивно дёрнулся, с громким стоном изливаясь горячим семенем на живот. Тело обмякло, разморённое такой страстной физической нагрузкой. Но было чертовски приятно ощутить чужой экстаз внутри себя, осознавая, что именно ты тому причина. — Ну что?.. — с улыбкой выдохнул Юнги, убирая мокрую прядь волос со лба младшего. — Понял, как выражают чувства на суше? — Я понял, почему вы так прекрасно размножаетесь, — засмеялся младший, когда Юнги покинул его тело, стягивая русала со стола и усаживаясь с ним в кресло. Прибираться пока сил не было, как и до кровати дойти. Они потом. Немного позже. — Спасибо, что рубашку не порвал, она мне нравится… Мин нежно поцеловал свою уставшую Жемчужинку в висок и обратил внимание на стол. Так-так-тааак… — Карту мне погрыз? — вскинул бровь Капитан, слыша в ответ нервное «хех». — Вот ты гусеница. Значит, теперь моя очередь хлестать тебя свитком. Где там мой Указ Света? — Ну Юнги!..