Полуденная смерть

—Да, мистер Дилюк, мы обязательно зайдем к вам, как все выполним—Пообещала юная девушка со светлыми волосами, убирая коробку с лимитированным вином в сумку, перевешенную через плечо. —Положитесь на нас, капитан справедливость!!—Заголосила Паймон и описала круг над головой красноглазого мужчины. —Я вам очень благодарен, спасибо за помощь, дел на винокурне много, а времени нет. Не волнуйтесь, в долгу не останусь—Дилюк сдержанно кивнул —Разве речь идет о вознаграждении? Вам стоит чаще отдыхать—Люмин нежно улыбнулась—А нам с Паймон уже пора, простите. —Я все понимаю, береги себя, путешественница, спасибо. Как только владелец винокурни договорил, девушка попрощалась и побежала в сторону Ли Юэ со срочной посылкой для партнеров. Дилюк доверял путешественнице, поэтому в подобных вопросах мог не тревожиться, она честная, а если врет, то не выходит. Именно по этой причине, он просит пересказ о ходе задания. Ведь если она не встретила кого-нибудь или что-нибудь, препятствующее ей, то это ведь уже не Люмин? Но сейчас не о ней. Дилюк, в свою очередь, направился прямиком в здание винокурни. Снова было много работы, разгребать все владельцу. Как только он зашел, то проверил чистоту помещения, воздух душен и тяжел, а пыль с мелких предметов нужно бы вытирать, да, даже с той вазы, которую подарил Кэйа. Владелец подозвал персонал спокойно спросив: «За что я вам плачу, если пыли на предметах так много? И чем вы занимаетесь?». Ответа не последовало, ни оправданий, ни аргументов, виноватого взгляда хватило. Горничные извинились и принялись за работу. Тем временем Дилюк открыл все окна, после чего прошел в свой кабинет. «Бумаги, только бумаги, а потом еще и ночной образ жизни для Мондштадта. Наверное, у него опять все хорошо... Как всегда, убивает себя изнутри, а снаружи снова ослепительная улыбка. Много воды утекло...» И мысли красновласого часто уходили именно в эту сторону, многие воспоминания детства часто преследовали его, особенно, связанные с Кэйей... Когда его привел отец, оба мальчика ничего еще не понимали, но разве это нужно детям? Оба впустили друг друга в свои сердца, будто всю жизнь родными и были, через месяц НИКТО из семьи Рагнвидр не помнил об отсутствии Кэйи. Родители любили обоих, а братья всегда были заняты, вместе не скучно. Они учились, играли, делились секретами вместе, никогда не отходя друг от друга. А потом все изменилось...В тот день, когда отца не стало. Дилюк принялся разгребать кипу бумаг, лежащую на столе, он хотел закончить с этим сегодня, так как глаза и без этого мелкого шрифта болят, а дела на винокурне состоят не только в бумагах. «У нас лучшее вино, так сделайте так, чтоб ни одна бутылка не была с дефектом. Мы должны оправдывать ожидания»—Этой позиции придерживался мужчина, управляя работой. Через несколько часов он закончил на винокурне, а Люмин все еще не было. Путь долгий, может, она только завтра вернется. Настроение было не таким уж плохим, даже не устал. «Почему бы не сменить сегодня Чарльза? Он всегда на смене и выполняет работу, пусть отдохнет, да и происшествий около города нет»—Эта мысль действительно понравилась Дилюку, с хорошим настроением, он направился в таверну. Как он зашел, сдержанно кивнул Чарльзу: —Можешь отдохнуть сегодня, я сменю. Бармен был рад видеть начальника, так как человек он приятный, да и значило это, чаще всего, именно выходной. Но он всегда волновался о владельце винокурни, ибо точно знал, что дел у него куда больше, чем у простого бармена. —Мистер Дилюк, вы могли бы не нагружать себя так, я еще могу поработать—Чарльз обеспокоено заломил кисть руки. —Не волнуйся, я уже всю работу сделал, а в добавок, сегодня у меня хорошее настроение. Иди домой и проведи время с семьей —Спасибо, сэр—Чарльз улыбнулся и тотчас вышел из-за стойки, прощаясь с боссом. «Вот и славно, посмотрю, как продается вино воочию» Особенно нравилось Дилюку видеть довольные лица покупателей, хотя и противно в тот же момент, как можно тратить все свои деньги, пуская их на алкоголь, но такова винная индустрия. И с той самой монополией, которую он имеет со своим бизнесом, перенятым от отца, явно не нужно жаловаться на горькую жизнь. Все шло прекрасно, когда колокольчик на двери прозвенел, а за ним вошел постоянный гость... Их взгляды встретились и оба прочитали мысли человека, стоящего напротив. Взгляд сначала был туманен и печален, но после яро засияла в нем...ненависть? Нет, это было желание показать, что у каждого нет переживаний о минувшем, но они оба были заложниками воспоминаний. Их обоих печалило отсутствие взаимопонимания, но нет, на самом деле оно было. Проблема заключалась в другом, в нежелании высказаться, если бы они просто поговорили, то столько бы вопросов смогли обсудить. Но нет, эта гордость в каждом так и кипела. Кэйа сел за стойку, заказав напиток покрепче, что назывался «Полуденная смерть», он являлся любимым напитком капитана. Дилюк поставил стакан и налил его до середины, бросив пару кубиков льда. Они смотрели друг на друга, обоим было незачем начинать разговор, так они смотрели и молчали, понимая все. И каждый хотел поговорить о том, как сейчас живет другой, просто заговорить так, будто и не было ничего... Кэйя после третьего стакана наконец набрался алкоголя в крови, взглянул на Дилюка и начал: —Мы давно не общались.—Вымолвил он сухо, но не с той же улыбкой на лице, которую обожал весь город. Он улыбался, но мягко и даже грустно. —Да.—Отрезал красноглазый мужчина, натирая до блеска стакан. —Мы могли бы поговорить.—Рыцарь поболтал лед в стакане, который забренчал о стекло. —О чем нам говорить, ты уже настолько пьяный, что решил начать разговор? —И вовсе нет, я не пьян. Когда-нибудь мы поговорим, но не сейчас и не сегодня. И будь уверен ты мне расскажешь все, ровно так как и я.—Моментально допив содержимое, Кэйа отдал мешок, наполненный морой, за сегодняшний вечер. После чего спокойно удалился Дилюк понял, что тот самый день «х» близко. От разговора никуда не уйдешь, тем более, когда ты желаешь его больше, чем собеседник. Следующее действие было сделано механически, мужчина сам не заметил, как выбежал из таверны и догнал Кэйю. Он остановился сзади. Да и рыцарь сам встал на месте, уже зная, кто это, он не оборачивался. —На винокурне ровно через месяц. —Не забуду.