Полуденная смерть

Джинн-действующий магистр, охраняющий город даже в ущерб себе. Она всегда ставит нужды людей выше своих, оберегая и защищая их ценой своего здоровья и жизни. Но при этом она известна как Рыцарь-Одуванчик. Справедливая и рассудительная, несет мир в город и справляется со всеми обязанностями лучше чем отлично. Только рыцари Ордо Фавониус действительно понимают какое бремя она на себе несет. Именно по этой причине, раз в год капитан кавалерии, то есть Кэйа, заменял ее на должности, во время праздника ветряных астр. Он разбирался с ее бумажной работой, утверждал нововведения, фиксировал экспорт и импорт, подписывал договора и многое другое. Обязанности главы города действительно сложны. Но Джинн ему полностью доверяла, хоть и часто не понимала о чем он думает, когда не узнав о, например, задании соглашается его исполнить. Бесстрашный человек, стоящий на стороне добра—на вес золото. Так же они могли быть открытыми друг с другом не так часто, с утра до ночи находясь при исполнении, времени не хватало даже на прием пищи, какие там разговоры по душам. И тем не менее, в нужное время каждый мог выслушать другого. Случалось это не так часто, примерно раз в 6 месяцев. Но этого было достаточно. Поддержка, оказываемая каждым давала сил на светлое представление о будущем, это один из залогов доверия в их отношениях. Сегодня Кэйа пришел в кабинет Джинн как раз с намерением серьезно поговорить и спросить совета. Он постучал перед тем как войти, по своему обыкновению, поздоровался на «вы». —Здравствуй, Кэйа. Ты с отчетом?—Спросила Джинн, не отрываясь от заполнения документов. —И да, и нет—Он сел напротив Джинн и положил бумаги на угол стола.—Мне нужен совет от спокойного человека с высоким интеллектом, которому я могу довериться и не пожалеть об этом никогда. Женщина подняла взгляд, отодвигая в сторону договора: —Что случилось? Я постараюсь помочь. Синевласый вздохнул и закрыл глаза: —У меня есть один человек в жизни, с которым ранее мы были очень близки, но сейчас мы не общаемся уже на протяжении многих лет. Недавно мы по случайности встретились...И после неприятной беседы решили все обсудить. И...Как бы ты вела себя, если бы тебе поступило такое предложение. —Знаешь, Кэйа, ситуация сложная... Это зависит от самого человека. Что ты хочешь ему показать при встрече? Я бы хотела поговорить открыто и без тайн, даже если больно через множество лет снова видеть друга. Иначе не избавиться от недопонимания. —А если этот человек меня ненавидит? —Думаю, тебе стоить прийти, уже будучи уверенным, что этот разговор только поможет вам.—Джинн мягко улыбнулась—Просто будь собой, эту простую фразу не воспринимала и я, пока Люмин не помогла мне осознать это, раньше я пыталась идти за духом Венессы, но теперь я Рыцарь-Одуванчик, я-это я. Так вот ты-это ты, поговори с ним как раньше, как бы ты смог сказать много лет назад без тени сомнения о том, что тебя осудят. —Libe-Libe...—Протянул рыцарь чуть различимо себе под нос, Джинн заметила прежний блеск в его глазах—Amore-Amore. —И вот что еще, не бойся открыться тому, кто был тебе так близок. Это ведь твой сводный брат, вы все детство вместе провели. И даже работали вместе. —Спасибо...Стой, как ты поняла?—Мужчина выпрямился и удивленно посмотрел на магистра. —У тебя хорошие отношения со всем городом, а с кем еще плохие? Он один. —Спасибо. —Я рада тебе помочь. А теперь работать! —А как же, Джинн... Очень помогла, с меня чай. —Буду ждать, не за что—Женщина прикрыла глаза с нежной улыбкой, после чего вновь погрузилась в работу, не дожидаясь ухода друга-подчиненного. *вечер* В горячей воде лежит рыцарь, благовония бережно наполняют комнату своими переплетающимися ароматами, зеркало уже давно запотело, но это и к лучшему, мужчина давно не может на себя смотреть. Были времена, когда он думал даже о том, что лучше бы он и не рождался(лол, у автора сейчас такие времена, спасибо, чао), но пережив трудное время и утратив единственного близкого человека, Кэйа понял, что лучше было бы остаться жить здесь, помогая гражданам для обеспечения их жизни. Именно по этому капитан никогда не отлынивает от выполнения обязанностей. И делает даже больше. «И что мне сказать, если так хотелось? Джинн права, надо расслабиться. Я-это я, никто другой? Да.»