Динозаврики

— Я тогда так психанул, что чуть не заснул, если честно, – взбудоражено продолжал Асси, переставляя ноги на ножках стульев. Доми, жевавший макароны, кивнул в знак продолжения рассказа и ткнул вилкой в тарелку, когда Коффи, раскрасневшийся и готовивший суп у плиты рядом с нами, устало зевнул, заразив меня своей сонливостью. Я ковырял шваброй одну и ту же плитку на полу и слушал рассказы своих коллег. Потому что я чувствую себя комфортно рядом с этими людьми. У меня было такое необъяснимое чувство, когда вот видишь знакомых людей и хочется быть рядом с ними, только не наедине с незнакомыми. — Не знаю, куда смотрел тогда наш администратор, но это такой ужас, – махнул рукой связист и поправил красные наушники на макушке, свалившиеся от резкого движения. — Мы говорим о том, как однажды на нашем корабле была средневековая вечеринка с классической музыкой, или о том, какой у нас ужасный администратор? – пошутил Коффи, и мы оба прыснули со смеху одновременно, в то время как Доми чуть не подавился едой и закашлялся. Асси не совсем понял прикола и озадаченно нахмурился. — Не-е-ет, – протянул он. — Наша администрация и так ужасна. Я говорю о том, как это было тогда. Я же связист, а не ди-джей, ёмаё. Мне пришлось контролировать эту чёртову музыку. Классическую, чтобы её! Ещё пришлось переключить дюжину радиоприёмников, потому что здесь, в море, нет интернета, знаете ли, – от недовольства Асси активно жестикулировал и, не удержавшись в конце, затряс руки. Коффи насмешливо вздёрнул брови. — Если бы администратор услышал про «ужасность» его работы, то по его приказу мы бы приготовили из тебя вкусный бульон на вечер. Доми тихо захихикал в кулак. Я положил руки на кончик швабры и даже не стал вдаваться в подробности, потому что в то время меня там не было, и я мало что знаю о жизни этого корабля и его служащих. Через полчаса в общем холле будет ужин для пассажиров, но Коффи не Коффи, если в первую очередь не покормит своих коллег буквально с ложечки. Я подумал, не позвонить ли Асси и Доми, потому что они вчера всю ночь не спали, следя за камерами. Их друг в оранжевой куртке отказался от ужина и остался в Охранной зоне, прогнав вместо этого своих коллег, но пообещал, что присоединится к ним после того, как Доми вернётся на своё рабочее место. Я наблюдал, как Доми жуёт быстрее и часто поглядывает на часы. Его черные мешки под глазами, бледное, усталое лицо буквально кричат о том, что он очень устал, но в то же время взгляд спокойный, мягкий, будто его бессонница совсем не измучила. Боже мой. Они так устали. — Они так устали, – озвучил я свои мысли и посмотрел на Коффи грустными глазами. Тот взглянул на Доми, который виновато улыбнулся ему. — Простите за беспокойство, – зажмурился Доми и, придержав тыльной стороной ладони свою красную шапочку, благодарно поклонился Коффи. Шеф тут же яро помахал руками вместе с огромным половником: — Не-не-не-не, не стоит. Доми опустил вилку на край тарелки и поджал губы, спрятав руки под столом. — На самом деле там скучно. Сидишь всю ночь напролёт перед несколькими мониторами камер слежения, наблюдаешь за мрачными залами и коридорами, где совершенно ничего не происходит, – развёл он руками. — Но нужно. Ибо у администратора третий глаз откуда-то вылезет. Даже если его нет рядом, он всё равно узнает. — И на Связи тоже, – добавился Асси. Третий человек демонстративно кашлянул позади меня, привлекая к себе всеобщее внимание. Брови Коффи сошлись на переносице. Я обернулся и чуть не откинулся назад, когда увидел белое торнадо, стоящего с невозмутимым видом прямо за моей спиной. Доми наклонился ближе к Асси, очень даже «незаметно» ткнул пальцем в сторону доктора и прошептал: «Это же тот Призрак». — Хочешь поужинать? – спросил Коффи, потянувшись за чистой тарелкой, чтобы положить макароны. Но Ураган тут же отказался, покачав головой: — Нет, спасибо, – и посмотрел на меня. — Я пришёл за ним. — Что? Я? – выпучил я глаза, полностью повернувшись к нему всем телом, и ткнул пальцем на себя. — Что-то случилось? – забеспокоился Коффи и нахмурился. — Ничего срочного, – Ураган опустил глаза на металлические ножки стола, где сидели Асси и Доми, — я пришёл за своим пациентом. Как я вижу, аллергические пятна ещё не сошли. Троица оторвала взгляд от врача и почти одновременно посмотрела на мою шею, а я снова почесался. Мда. Зашквар. — Пошли, – хмыкнул врач и, не сказав больше ни слова, он повернулся и поспешно вышел из кухни. Я озадаченно посмотрел на шефа, надул губы, неопределённо пожал плечами. Оставил швабру на стене и поспешил за врачом. Пока я в панике смотрел на идущего впереди меня врача, тем сильнее возрастало моё волнение. Что-то колючее впивалось в кожу кончиков пальцев. В животе бушевал торнадо, как «Красное пятно» на Юпитере. Я чувствовал себя пятилетним ребёнком, который впервые идёт в больницу на укол, а рядом нет никого, который мог бы меня успокоить. Неужели толком незнакомые люди могут так сильно пугать человека? Но Ураган не незнакомый, а скорее знакомый, который незнакомый. А, что я несу… Я же часто замечал его в коридорах. Часто наблюдал за ним, чтобы сначала узнать его издалека. Замечал его забавные привычки: он слегка трясёт головой, когда чего-то не понимает или прикрывает глаза и запрокидывает голову назад, чтобы успокоиться. Не знаю, почему он меня так заинтересовал, но мне так хотелось с ним подружиться. Сначала мне было любопытно узнать про врача-чужестранца, очень замкнутом человеке, неохотно пускавшим в свой мир кого-либо. Но потом… словно в какой-то игре, он отделялся от меня каждый раз, когда я замечал его у себя на пути. Словно у меня снимались очки и добавлялись ему. Словно я играл не по правилам. И после случилось так, что я уже редко видел Урагана, и что-то необъяснимое начало происходить в моей голове. Я начал бояться этого, и думал, (и до сих пор думаю), что виной этому Ураган. Вот просто так. Без всякой причины. Меня всегда трясло, когда я случайно слышал от кого-то про «нового врача», – или ещё хуже – когда я видел этого врача перед собой. Мне всегда хотелось убежать куда-нибудь, где меня никто не найдёт. Как сейчас, например. Честно говоря, я никогда ещё в жизни так не волновался. Ураган придержал для меня дверь в свой медкабинет, пропустил меня и тихо закрыл за собой. Внутри, как ни странно, пахло уже не хлоркой, а мылом и кислыми витаминами. Или, может быть, я просто нанюхался ароматами блюд на кухне. — Всё ещё чешется? – поинтересовался он, кивнув подбородком мне в лицо. Я покачал головой. — Уже не особо. — Это хорошо, – нахмурившись и поджав нижнюю губу, Ураган подошёл к своему столу, вытащил из обёртки таблетку и протянул её мне вместе со стаканом с водой. — На, ещё выпей. Я раскрыл ладонь, и Ураган чуть не подбросил таблетку сантиметров на десять выше, как мячик, стараясь больше не касаться меня, и со вздохом, скрестив руки на груди, прислонился к столу в той же позе, что и сегодня утром. Я проглотил таблетку, запил её водой и досадно поджал губы. Да ещё всеми моими нервными, и не только, клетками я чувствовал, как врач некоторое время внимательно следил за моими действиями и, наверное, попутно замечал, как мои щеки покрылись красными пятнами. Если я подниму на него глаза, он тут же отвернётся, отступит, замкнётся в себе. Вот странно. Вроде он такой... Как-то... Не похожий на того, от кого можно бояться. Не знаю. И узнать бы причину, почему я его боюсь… Может быть… — Если утром будет так же чесаться, то приди ко мне, хорошо? – прохрипел он, и я старался не подпрыгивать от стада крупных мурашек на спине. Его голос... Ужас, ужас. Чем он пожертвовал, что природа дала ему такой прекрасный голос? — И ещё, – напомнил он, – не рекомендую есть больше грибного супа, да и грибов вообще. Ураган склонил голову набок и выжидающе посмотрел на меня, слегка приподняв брови. Я как-то пропустил его слова мимо ушей, поддавшись какой-то дрожи волнения и страха, когда понял, что он смотрит прямо мне в глаза. А он так делал вообще никогда. И он пока не собирался отводить взгляд, просто чтобы получить от меня обещание. Явно профессиональным методом. Я кивнул, обещая, что больше не буду. Ураган, казалось, вздохнул с облегчением, но все ещё смотрел на меня, как робот, анализируя какую-то информацию в своей голове, в то время как я изображал бурную деятельность, теребя ниточку на кармане джинсового комбинезона. — И правда «Сырочек», – он задумчиво хмыкнул, уже глядя на натянутую нитку ткани, которую я нервно теребил. — М? Как же он мило картавит! Вот бы он больше говорил, хоть с кем-то, но говорил! — Да, я часто слышал о тебе от сотрудников, пока разбирался с новыми обязанностями. Всегда думал, кем этот «Сырочек» является, раз все от него так умиляются. Я поймал себя на мысли, что Ураган неосознанно рифмует, и посмотрел на свой джинсовый комбинезон, стряхнув несуществующую пылинку с плеч жёлтого полосатого свитера. Неужели он слышал обо мне хоть откуда-то? Это немного радует. Но вот только... Чувствуя, что диалог между мной и Ураганом нормально никак не выстраивается, мне очень хотелось ударить себя и покинуть эту напряжённую обстановку. То он молчит, то я молчу. Вот что это значит: два интроверта встретились, как два Человека-паука из популярного мема. Один боится второго, а другой, по-видимому, испытывает дискомфорт рядом с первым. Замкнутый круг какой-то. Даже если мы «боимся» и «отстраняемся», мы всегда почему-то оказываемся в одной комнате и обмениваемся короткими фразами, но опять же боимся смотреть друг другу в глаза. Я хотел бы узнать о нём многое, чтобы свести к минимуму зону общего непонимания. — М-м, – сначала я разбил тишину, заполнившую нас, и после поинтересовался. — Позволь спросить. Как ты попал на этот корабль? Ураган прищурился, наконец, отвёл взгляд и задумчиво хмыкнул. Я знал, что он не ответит сразу. — Я здесь по рекомендации друга... – я сам ответил на свой вопрос. — Он работал здесь в прошлом сезоне. Но его повысили и перевели на «Алый корабль», а там, знаешь ли, очень много работы, зато платят хорошо. Так вот, я пришёл сюда, чтобы работать вместо него. Я люблю море, всю жизнь прожил на пирсе. А вот готовить – нет, – признался я, вытянув буквы сквозь зубы. — Интересно, – Ураган снова хмыкнул. — Я пересмотрел «Титаника», поэтому я здесь. — В случаи беды? – осторожно поинтересовался. — В случаи массовой смерти. — Оу. Вот, собственно, и всё. Лимит на разговорную речь исчерпан. И всякий раз, когда это происходит, взаимопонимание между мной и Ураганом ухудшается. Мы не можем быть друзьями. Вот просто никак. Никаким образом. Ураган просто не хочет вступать в контакт. Я думал... Он здесь так же одинок, как и я, и я подумала, что мы могли бы стать друзьями, даже если я его в чем-то боюсь. Иначе как объяснить тот факт, что я дрожу, когда вижу его? Вот что меня пугает. Призрак чёртов. Урагану, видимо, надоело стоять вот так, и он, выпрямившись, немного отодвинулся от стола. Я заметил на поверхности стола обрывки и бумажные шарики, среди которых были изящно сложенные бумажные оригами. Чудные оригами. Я взял одну из них и зачарованно посмотрел на неё под разными углами. Какое-то животное с длинной шеей и хвостом, как у ящерицы. — Это что, жираф? Ураган повернулся ко мне лицом, посмотрел сначала на меня, потом на мою руку и только тогда заметил своё творение. Он ведь сделал это, не так ли? Ураган иронично фыркнул, и мне показалось, что он усмехнулся. — Это динозаврики. — Прикольные, – восхищённо протянул я. — У тебя хорошо получается. Краем глаза я видел, как он жадно цеплялся за мои реакции и мысленно веселился в душе. И чтобы не показать свою уязвимость, эмоционально замкнулся, скрестив руки на груди. Я бы тоже так волновался, если кто-то оценивал приготовленное мной блюдо, например. Хороший комментарий в сторону творца, это всегда вдохновение, как считаю. — Если хочешь, можешь взять. Я отреагировал мгновенно. — Правда? Мне правда можно? – и облизнул кончиком языка губы. Ураган почти смутился, поспешно отвёл взгляд, прикусил щеку изнутри и спокойно кивнул, мол, да, бери, можешь. — Спасибо большое, – я прижал к груди оригами, и это не ускользнуло от чужого внимания. — Я тоже сделаю тебе подарок, – и поймал себя на том, что в таких случаях тоже нужно что-то дать взамен. — Может, ужин? – я вдохновенно приподнял брови и, заметив, как врач забавно поморщился, отмахнулся. — Да брось, я знаю, что ты даже не обедал, так что не куксись. Или я потащу тебя на кухню, и Коффи нас откормит, идёт? – я слегка наклонился вперёд, заложив руки за спину, и заглянул ему в глаза. — Было бы здорово, – кивнул он. Наконец, Ураган не стал уклоняться от прямого контакта, и выражение его лица стало нейтральным. Это лучше, чем видеть его хмурым. Наверное, я мог бы взять обратно свои слова о том, что «мы не можем быть друзьями», но думаю, ещё рановато так считать. В дверь постучали, и через секунду оттуда высунулась голова Коффи. Ураган тут же опустил взгляд и стал обращать особое внимание на мелочи под ногами. — Чупс, вы уже всё? – спросил шеф, и я утвердительно ему кивнул. — Уже подают ужин, нужно подкрепление. — Роджер, – сделав военный жест, я прижал кончики пальцев правой руки к виску и взмахнул ими в воздухе, после повернулся к своему раннему собеседнику. — Нужно работать. Увидимся, – и, выдавив из себя дружескую улыбку и помахав бумажным динозавром, который он мне подарил, я вышел из медпункта вслед за шефом. Пока мы шли на кухню, я не поднимал голову, сильно закусывая губы, чтобы не выдавить из себя улыбку, и вертел в руках бумажный оригами. Коффи поглядывал на меня и улыбался. Как-то понимающе улыбался. Честно говоря, я не совсем понял поведения шефа.