desire...

*** Пролетали дни за днями, месяца за месяцами, год за годом. И сегодня Дживона отпускают в «свободное плавание». Они с Хёнджином теперь встречаются. Дживон окончательно бросил наркотики, занялся саморазвитием и окончил школу с высшим баллом. Он хочет поступить на педагога, и мы все верим в его силы, он всем нам подарил эмоции, любовь, веру в чудо. Сейчас мы стоим у главных ворот и все плачем, да, он обещал заглядывать сюда как можно чаще, но мы то понимаем, что это будет сложно. Мы с Хёнджином обнимаем Дживона со слезами на глазах. Сонхва душит в объятиях Хосока и бьётся в истерике, а Хоби уже смирился и просто пускает слезы от тоски по старшему.  — Так, ребята, хватит разводить тут болото! — К нам выходит мисс Янг с сухими салфетками и раздает их всем нам. Что она говорит? У самой же глаза на мокром месте! — Дживон! Дорогой мой сынок… мы все тебя очень любим и ты можешь приходить к нам когда душе вздумается… надеюсь, ты поступишь в педагогический и придешь к нам… я сделаю все, чтобы ты устроился тут!  — Конечно, мисс Янг! Это мой дом… спасибо вам за все!  — Дай я тебя обниму, малыш мой! — Мисс быстро хватает хёна и душит его в объятиях. — Ладно… все… такси уже подъехало… пока-пока, сыночек… — Женщина отходит от хёна и мы все машем ему… Этот день был слишком эмоциональным, особенно для Хёнджина, он опять напился и изливал душу мне. Мне всего-то девять лет, но благодаря этому пьянице я познал насколько болезненным может быть первый анальный секс… конечно же лишь в теории.  — Это чмо лишило меня девственности, а теперь не берет ответственности! Он мог бы стать моим опекуном и я бы жил с ним, но он оправдывается тем, что жильё найти даже не может! А всем говорил, что переживать не о чем и у него есть где переночевать первое время! Вот гандон опущенный! — И это повторялось много раз, после чего он спокойно уснул. Каникулы, а с сентября начнется наш с Хосоком пятый класс… опять видеть этих учителей, опять сидеть и мучаться… я уже выучил всю программу младшей школы и перешел на уровень средней, та-ак не хочется все это терпеть, но я не смогу ничего поделать. И так на два года раньше закончу школу, плюс, если смогу сдать старшую школу экстерном, то мне вообще не придется ходить те три года, пять лет школы пройдут мимо меня, и это так облегчало мне убивающее ожидание. Теперь я общаюсь с людьми. Даже больше, я пытаюсь научиться петь. Хосок с Сонхвой говорят, что у меня талант, но я знаю, что талант — выдумка, нелепая отговорка для лентяев. Нужно долго и усердно заниматься чтобы добиться этого «таланта». Я заставляю Хёнджина быть моим учителем, он всегда хвалит меня за усердство, но я понимаю, что «это» далеко не то, к чему нужно стремиться.  — Сонхва-хён, можно я одолжу твою книгу?  — Для чего, малыш? — Сон закрывает учебник по которому пытался вызубрить тему на уроки в следующем году.  — Хочу развести огонь. — Сказать, что старший охуел, ничего не сказать!  — Ты чего это?! У тебя крыша от недосыпа едет? Малыш, что-то ты выдумываешь!  — Ну я хотел сжечь все книги, что тут скопились. Их все равно больше никто не прочтет, а библиотеку тут открывать не хочется.  — Боже… давай просто переговорим с тетушкой и я уверен, она разрешит оставить все книги в школьной библиотеке!  — Ну ладно… Скоро опять школа начнется.  — И ты опять будешь валять дурака на уроках, потом писать тесты на высший бал и быть лучшим ничего не делая на уроках. — Сонхва треплет мои волосы и вновь принимается зубрить материал. Я сажусь рядом и кладу голову ему на плечо.  — Хён… — Вновь откидывает книгу и мирится с планами выучить все заранее. — Хёнджин пьян, так еще и спит, поэтому спрошу у тебя.  — Что такое, малыш?  — Ты когда-нибудь влюблялся? — Сонхва улыбнулся и обнял меня.  — Ну конечно! В тебя например, милый малыш.  — Я серьезно, хён… — Он глубоко вздохнул и уткнулся носом мне в макушку.  — Да это нельзя было назвать любовью, так, детская привязанность…  — Почему?  — Мы с ней познакомились когда я только приехал сюда. Она была мне как сестра, жила в соседней комнате… такая красивая, такая добрая, такая… не описать, мне хотелось быть с ней всегда, в любой момент. Когда выпадала свободная минута тишины в моей голове я думал о ней, только о ней. Когда мне исполнилось двенадцать, я признался, что она заполнила мой мир и без неё теперь не смогу прожить и дня. На следующий день её забрала новая семья… она обещала звонить, приезжать, быть со мной, но после отъезда была полнейшая тишина… а вскоре приехал ты и вновь залатал моё сердце! — Я слышал дрожь в голосе, чувствовал как сильно он сжимает меня в объятиях, слышал эту фальшивую улыбку, уже научился распознавать её. — А что такое? Мой малыш влюбился? Если тебя кто-то заберет у меня я не переживу…  — Переживешь.  — Все таки влюбился, ну и кто этот счастливчик?  — Да… в Ю Несбё… его книги просто невероятны! Я тащусь от «Макбет» и «Призрак»!  — Ты шутишь?  — Какие шутки, хён? Ты же знаешь, я такой себе юморист…  — Малыш Чимин~и… все-таки я так рад, что со всем своим умом ты останешься малышом… Мы просидели так пока я не уснул. Завтра начнется школа… черт… так лень… опять учитель Пак, опять видеть его надменную рожу, его оскал и ухмылку на каждое заумное слово из моих уст. Так бесит. Утро, злой Хёнджин ненавидящий всех и вся по утрам, радостный Сонхва с любовью к новому дню и новым открытиям, Хосок, который влетел к нам в комнату и принес завтрак, который мы втроём благополучно проспали, и я, который просто желает покоя и долгого сна…  — Чимин~и! Давай вст-т-тавай! Ты чего опять уснуть хочешь?! — Хосок прыгает ко мне на кровать и сильно трясет.  — Хён… отвянь…  — Мне ещё цвести и цвести, вянуть рано! — Я потираю глаза и иду умываться. Уроки, новое расписание, цветы на подоконнике… стоп… а с каких пор они тут стоят? У меня же аллергия на пыльцу! Вот из-за чего я чихаю целый день! Черт… придется говорить с учителем… Конец учебного дня, сообщение от Сона, что у него не получится нас проводить так, как они готовятся к экзаменам днями и ночами. Выпускной класс средней школы как никак. Я отправил Хосока к себе и пошел в учительскую.  — Учитель Пак Мёндо! — Мужчина резко поворачивается, он явно не ожидал меня здесь увидеть, так ещё и одного. Он огляделся у ухмыльнулся.  — Что-то случилось, малыш Чимин~и?.. — Ах он передразнивать моего брата вздумал! Вот скот! Только пятерым людям в этом мире можно так меня называть и он точно не входит в этот список.  — Мы можем выйти?.. — Я держусь чтобы не ударить его, а так руки чешутся… Он встает и идет прочь из кабинета.  — Как раз за кофе схожу, так что случилось?  — У меня аллергия на пыльцу, а в классе теперь на каждом шагу горшок с цветами! Можно ли избавиться от них? — Я не заметил как школьный блок детского дома превратился в подсобное помещение с все такими же дверьми как и в спальном корпусе, но видно, что тут никто не живет.  — Конечно, малыш… я переговорю с Мари Янг и мы обязательно их уберем, сам не переношу цветы. — Черт, я не спрашивал любишь ты их или нет. — Ах да, и ещё… — Он быстро закрывает мой рот рукой и прижимает к стене. — Хоть писк, и тебя больше никто и никогда не найдет… сам виноват, уж слишком ты привлекательный для своих лет… — Он быстро открывает первую дверь и кидает меня внутрь. Дверь закрыта… что дальше… * Мёндо берет Чимина за ворот рубашки и сажает его на стол, что был в той комнате. Одним рывком рубашка была расстегнута, а младший только начал понимать, что его ждет. Он начинает отпираться на что получает сильную пощёчину. Пытается что-то крикнуть, да только страх не позволяет и пискнуть.  — Молодец… молчи… и перестань сопротивляться, я сильнее… — Учитель будто с цепи срывается, проговаривает каждое слово упиваясь ядом, глаза горят, тело полыхает желанием. Он быстро переворачивает младшего на живот и снимает штаны вместе с мешающей тканью.  — Нет… пожалуйста… — Шепчет Чимин и начинает бесшумно плакать.  — Тише… тебе понравится… — Он облизывает свои пальцы и просовывает один в парня, у того даже зубы сводит от неприязни, но он, видимо, и в правду смирился. Первый палец, второй и младший уже начинает отключаться от боли. Мёндо вынимает пальцы и сильно бьет по ягодицам парня, потом ещё раз и ещё раз! Он связывает руки младшего своим галстуком и поднимает их над головой парня. Немного времени и Чимин чувствует пронзающую боль по всему телу, с ней срывается громкий крик и реки слез.  — Заткнись! Можешь стонать, но орать не смей! — Сказав это старший начал двигаться сразу быстро. Он наслаждался, но ему не хватало зрелища! Не выходя из Чимина он повернул его на спину и увидел заплаканное лицо, опухшие губы от постоянного терзания.  — Отпустите… пожалуйста… я никому и ничего не скажу… — От этого вида и слов парня, старший завелся не на шутку. Здравый разум покинул этого человека. Он продолжает, с большей силой, иметь маленькое тело до изнеможения, до крови.  — Конечно ты никому не расскажешь, просто напросто некому, все на моей стороне… все… а ты маленькая шлюха, будешь тихо жить как и раньше, понял?!  — Д-да. — Прохрипел младший и пустил ещё больше слез. Учитель закатывает глаза и испускается в парня заполняя его полностью. Он выходит из парня и кидает его на холодный пол. Один удар ногой в ребра, второй удар также.  — Молчишь и остаёшься в живых… я найду тебя везде… — После этих слов он застегнул ширинку и довольно быстро ушел захлопнув дверь. *  — Вы совершенно не логичны, учитель… — Я улыбнулся на это через сильную боль и видимо отрубился.  — Чимин! Малыш! Слава всем богам, ты в норме…  — Хён…  — Да, это твой хён, Хёнджин… так, с памятью вроде все нормально… кто это с тобой сделал? Ты весь в крови и… сперме?! Я звоню медику и тетушке… и Сону тоже!  — Нет… пожалуйста… никому не звони… все в порядке… — Хён держит меня на руках в все той же комнате.  — Не выводи меня!  — Потом будет плохо! Я… я не хочу больше такого… никогда… я не хочу лишних проблем… пожалуйста, никому не говори… — Хёнджин явно на взводе, но от моих слез он убирает телефон и поднимается вместе со мной на руках.  — Надо все обработать… и промыть от этой гадости… но потом… ты все мне расскажешь, и Сонхва тоже должен знать! Но только нам, не переживай… он бегает по всему дому и ищет тебя… Хосок обзванивает всех, Сон запретил ему куда либо выходить, вдруг ты вернешься… мы не можем не поставить его в известность, понимаешь? — Я киваю и прижимаюсь к хёну.  — Позвони ему и скажи чтобы возвращался в комнату… он сейчас всех на уши поставит…  — Точно… — Хёнджин несет меня в ванную на первом этаже и помогает избавится от одежды.  — Спасибо, я сам дальше… — Он кивнул и начал набирать Сону. И как так получилось?.. и почему я до сих пор жив?.. теперь я такой грязный… это просто так не отмыть. Мысли пожирают меня изнутри, не хочется ничего, совершенно. В чем смысл этого действия со стороны того уебка? Почему я? Почему именно я?! Хён отнес меня в комнату хотя я и сам могу передвигаться. Тут на меня сразу накинулись с допросами, но Хёнджин не давал им даже прикоснуться. А мне самому противно, и как хён может прикасаться к такому ничтожеству как я?..  — Чимин… — Хёнджин сел ко мне на кровать, а Сонхва сел на пол рядом. Хосока они отправили к себе в комнату и пообещали рассказать все. Надеюсь они придумают правдоподобную историю… — Ты можешь рассказать? — Очень тихий и успокаивающий голос Джина всегда успокаивал, но сейчас… противно. Но они ведь должны знать?..  — Учитель… — Вроде набрался смелости, но все же не могу сказать! — из-изнасил-ловал… — Шепотом и на гране слышимости я продолжил. — Я пожаловался на цветы в классе из-за аллергии, он меня повел куда-то, а потом… — Слезы бесконтрольно начали литься по щекам оставляя неровные мокрые полосы. — он пригрозил мне, чтобы я молчал… никто не должен этого узнать… — Сонхва резко встал и обнял меня так нежно, так тепло. — Простите меня… я такой… никчемный…  — Что ты такое говоришь, малыш… ты самый лучший человек на этом свете, а это чмо поплатится за свои действия… скольким детям он испортил психику?! Паскуда! — Хён поглаживал меня по спине, а Хёнджин будто из реальности выпал. — Я ему отомщу, малыш, отомщу за тебя… никто не имеет права так с тобой обращаться, наш ангел… ***  — Д-д-доброе утро, ребята! — В комнату залетает Хосок как только ему открывают дверь. — А чего это малыш спит-т-т ещё? Сегодня первый урок у Пака, нельзя прог-гуливать…  — Он заболел, вчера в обморок упал, пролежал все это время на холодном кафеле, простудился. — Выкладывает все Хёнджин и выливает в себя последние капли кофе.  — Может-т мне остаться с ним?  — Не стоит, Сонхва присмотрит.  — У него же экзамены…  — Разок можно и пропустить, к тому же сам Чимин ему может объяснить пару заданий.  — И т-то верн-н-но. Поздороваюсь с ним-м.  — Не нужно! Не буди его… сон — главный путь к выздоровлению. — Хосок кивнул и обняв Хёнджина ушел.  — Хёнджин! Все готово. Тебе осталось появиться там и обсудить план. В тонкости не посвящай, сам понимаешь. Начнут приставать, грозись Дживоном. У них он остаётся богом! — Сон передал бумажный пакетик Хёну и они пожали друг другу руки как и всегда Джин ушел. Я проснулся от чувства, что кто-то смотрит. Открыв глаза сердце останавливается. «Он» стоит над кроватью и прожигает взглядом плоть. — Доброе утро, малыш Чимин~и... как спалось?! — Мужчина проводит тыльной стороной ладони по моей щеке и останавливает руку на шее. Одно резкое движение и он начинает душить, чувствовать как легкие раздирает болью, будто вот-вот взорвутся оба органа сразу. Слезы бегут ручьем, а крикнуть нет силы. Это конец? Открыв глаза из глотки вырвался громкий крик. Горло болит, глаза на мокром месте, тело неистово трясется. Сонхва быстро подбегает ко мне и хватает за руку. — Что такое? Что случилось? — Это сон... это сон... это сон... — Повторял хриплым голосом я это на повторе. Будто в бреду. — Все хорошо, я тут, я не дам тебя в обиду... кроме нас двоих тут никого... сон остается во сне, не бойся... — Старший лег ко мне и крепко обнял, он лежал так до тех пор пока я не уснул. Стук в дверь. Сонхва лениво поднимается с кровати младшего и идек к источнику звука. — Сонхва! — Убийцей сна оказался учитель Пак, его видеть уж точно не хотелось. Сон быстро захлопнул дверь, но стук не прекращался. — Сонхва! Открой! — За дверью звуки не прекращались и парень начал бояться, что такими темпами разбудят Чимина. Этого допустить нельзя. — Чего вы орете?! Я имею право не впускать вас в свою комнату! Проваливайте! — Как ты разговариваешь с учителем? Мелкий! Впусти мне нужно проверить своего ученика! Он прогулял учебу! — Я открою, но зайти не позволю. Его кровать со входа видно. — Мдадший открывает и злой учитель сразу входит в комнату, не разуваясь быстро подходит к кровати младшего и начинает прожигать его взглядом пока эта наглая морда не встретилась с кулаком Сона. — Я сказал не заходить. Кто вам разрешал?! Чмо ебнутое! А ну упиздил нахуй отсюда! — Монолог прошел в шепоте, но его явно услышал Чимин. Открыв глаза мальчик резко вскрикнул и залез под одеяло закрыв рот ладонью. — Видно он и в правду приболел. Не буду больше отвлекать вас, но вы, Сонхва, будьте добры пройтись со мной. Сон подтолкнул пинком старшего на выход. — Да пошел ты, ублюдок. — Харкнув тому на поношенные кросы захлопнул дверь у лица учителя. Он сразу же побежал к Чимину, что дрожал под одеялом и шепотом повторял: «Это сон, это сон, это сон...» — Малыш, ангел мой, все хорошо, я выгнал его, все прекрасно, пожалуйста вылези из под одеяла. — Младший послушался и высунул лицо к Сону. Старший сразу же принялся кратко целовать мокрые от слез щечки, еле дотрагиваясь губами целовал реснички, маленький носик. — Все хорошо... слышишь? Сегодня его уже не будет... сегодня уже все наладится... *** — Цель — Пак Мёндо. — Цедит сквозь зубы Хёнджин это ненавистное имя. — Причина? — Спрашивает один из парней. — Испортил мне жизнь. Его нужно казнить, расчленить и сжечь! — Деньги вперед. — Пятьдесят процентов. Сделаете все хорошо отдам остаток. — Хён протягивает главному из парней сверток бумаги. — И откуда у тебя деньги... — Дживон содержит. — Точно! Ты же его сучка! — Парень забирает конверт и пересчитывает деньги. — Именно так, кобелина ты проклятая. — Хёнджин тянет оскал и на выходе из комнаты показав парням средний палец открыл дверь. — Его не должно быть в живых завтра утром. Время тик-так... — Вышел. — Он реально сучка... — Все присутствующие согласились. — Окей, парни, вы слышали его. Сегодня в три часа встречаемся на месте. Нам сказано стереть его с лица земли. Будто и не было такого отродья. Компьютерные заморочки как всегда передаем в руки Рику, в кабинете тетушки и быть всегда на связи! — Все присутствующие хором крикнули: «Принял!» и быстро разбежались по комнатам. *** Мужчина откидывается на кресле и снимает очки после чего потирает переносицу. Резко за окном послышался шорох. Учитель открывает окно и делает шаг на узкий балкон. — Пак Мёндо, правильно? — Раздается низкий хриплый голос из глубины комнаты. — Что? Кто это? Как вы проникли в мою комнату?! — Мужчина судорожно бегает по помещению в поисках источника звуков. — Вы не ответили на вопрос... хотя я и так уже понял. — Раздается прямо над ухом учителя. Тот быстро отбегает и видит худощавого парня с темными как уголь волосами, со сверкающим взглядом. В руках он вертит документы Мёндо. — Кто ты?! — Твоя смерть. Но, мне до жути интересно, что ты сделал... возможно если ты все расскажешь я не убью тебя. — Холодный взгляд пронзает учителя до костей. Дрожь разливается по телу с большой скоростью. — Я не понимаю о чем вы. — Пытается быть не возмутим, но голос дьявольски подводит. — Мальчик... Миловидный маленький мальчик. До жути умный, но непослушный, волосы цветом темного шоколада, длинные ресницы и губы, такие пухлые, вечно обкусанные губы. — Описание чертовски точное. Он знает Чимина? Мелкий все ему рассказал? — Ты о Чимине? — Его так зовут? Ему подходит, ты так не думаешь? — Неизвестный садится в учительское кресло и складывает ногу на ногу. — Нет смысла бездумно пиздеть. Я не знаю ни этого мальчика, ни произошедшего, знаю лишь его «мамочку», что заплатила мне за твою смерть. Хочу узнать все в подробностях. Расскажи о мальчике, для начала. — Парень невозмутим и сосредоточен. Учитель подходит к кровати и садится на самый край. — Все как ты и сказал. До одури умный и непослушный мальчишка... раньше он вообще не разговаривал, но каким-то образом он резко стал слишком болтлив. — В голосе явное раздражение. — Ты же меня все рано убьёшь? Скорее всего ты не один и за дверью стоит еще десяток парней. Так ведь? — Парень расплывается в ухмылке, что бьет кувалдой по психике учителя. — Я один, пара человек в данный момент стирают все данные о твоём существовании. Ещё пара человек ждут когда я закончу, чтобы убраться в комнате. Но руки чешутся лишь у меня. — Оскал пропал и вернулся холодный взгляд. — Что ты сделал мальчику? — Изнасиловал. — Неизвестный явно напрягся и сжал кулаки. — Но я уверен, ему понравилось. Если бы не ты, в скором времени он пришел бы ко мне вновь. — Ему снесло крышу окончательно. — Понравилось?! — Парень резко вскакивает и кидает мужчину на пол. Удар в ребра и учитель скручивается от боли. — Пришел бы?! — Парень достает раскладной нож из кармана широких штанов. — Ты хоть можешь представить какого ему сейчас?! Не-ет... давай я тебе продемонстрирую эту душевную боль в физической агонии! — Парень садится рядом с учителем и оголяет его поясницу. Он с размаху бьет ножом в кость и раздается душераздирающий крик. Темная кровь льётся на пол. Парень ведет ножом вверх по спине помечая жидкостью ту самую спину. — Просто убей! Пожалуйста! Убей! — Кричит мужчина, а парень и не собирается тормозить. Он прижимает мужчину всем телом, так как тот стал слишком много дрыгаться. *** Парень выходит из комнаты и вытирает нож какой-то тряпкой. — Парни, там не получилось без большого количества крови... слишком уёбищное чмо. Пожелаю удачи, и Лихун, сожги тело в лесу, а не за домом в печке, все таки неприлично человека сжигать с мусором. К тому же это и так мусор. — Будет сделано, Юнги!... .