Мистер Пак

***

      День за днём, проходят долгие, но веселые, недели. Юнги сидит у себя в квартире, в компании Минсока, попивая горячий, малиновый чай. Пак, одну за другой, уплетает шоколадные печенья, а Мин смотрит на мальчишку, который, в данный момент, похож на хомячка, заготавливающего запасы на зиму в своих щечках. Завтра, должны приехать родители. Точнее, папа и отчим. Омега рассказал сыну про своего нового, пока ещё, на тот момент — жениха, за неделю до свадьбы. Юнги спокойно отнёсся к новой любви папы, ведь это его родной человек и, он желает ему только счастья. С отчимом, они остались в приятельских отношениях. С его сыном, они очень хорошо сдружились, через год он открыл свой ресторан и съехал от них. — Юнги-хён, а какой у нас план? — вдруг прервал тишину младший, смотря на задумчивого Мина. — В смысле? Какой план? — Юн вышел из своих мыслей, отпивая остывший чай. — Как будем завоевывать сердце папы? — улыбнулся Пак, беря последнее печенье с тарелки. — Даже не знаю, есть идеи? — спросил старший, приподнимая уголки губ. — Есть! Иди сюда, на ушко скажу! — подойдя к альфочке, Мин нагнулся к нему, для восприятия плана. Мальчик оживленно рассказывал свою идею, хлопая в ладоши и сильнее улыбаясь. — Это потрясающе! Да ты — гений! Минсок~а, ты лучший! Сегодня же это сделаем! — Юнги был восхищён таким умным мальцом, который придумал потрясающий план. Сегодня, начинается реализация плана, по захвату сердечко неприступного омеги.

***

— Папа! Папа! Быстрей! Папа! — в кабинет залетел взбудораженный младший, крича Паку о чём-то. — Сына, что случилось? — заволновался Чимин, подбегая к сыну и обнимая его — где Юнги? — Папа, посмотри в окно, срочно! — слишком серьёзно, говорил Минсок, для своего возраста.       Подойдя к окну, Чимина чуть не хватил инфаркт. Это было неожиданно. Дорога перекрыта, а на асфальте, огромными белыми буквами написано: " Пак Чимин, самый красивый омега в мире, по мнению Мин Юнги "       Однозначно, это — самое лучшее, что было в жизни Чимина (ну, кроме рождения Минсока). Ещё никто и никогда, не писал такие прекрасные слова, адресованные ему. Слишком смущающее. Слишком красиво. Слишком мило.       Непроизвольно улыбнувшись, омега увидел рядом с надписью, красивого парня — Мин Юнги. Где-то, глубоко в сердце, что-то треснуло, может лёд, покрывающий толстой коркой, сердце?       С улыбкой покачав головой, Пак отошёл от окна, сел в кресло и закрыл лицо руками. Что с ним не так? Почему его привлекает этот, крайне, непримечательный альфа? Пять лет, с большой скоростью, идут коту под хвост! Он не может доверять и любить альф. Нет. Ему уже хватило. Но, чёрт! Этот парень, слишком привлекательный. От самого себя противно становится. Зачем этому Юнги, такой, как он? С ребёнком на руках, с плохим прошлым, о котором знает лишь Тэхен. Но об этом прошлом, напоминают еле заметные белые линии, которые, почти сравнялись с медово-белой кожей. /flashback/       За что судьба так поступает с парнем, чем он заслужил такую жизнь? Постоянно пьющие родители, избиение и унижение одноклассников, который похер на всех, кроме себя. Самовлюбленные, эгоистичные ублюдки. Он устал. Слишком сильно устал, от всего этого. Ему надоело. Хочется закончить это и больше никогда, не при каких обстоятельствах, не видеть всех этих кретинов. Омеге больно, от малейшего осознания того, что он слишком жалок. Он, черт возьми, даже сдачи дать не может, только потому что, боится их, этих двуличный и беспощадных шавок, которые бегают за одним из «самых красивых альф школы». Как же все достало.       Но, вот идёт он, никого не трогает, а из-за угла выходит стая пешек и наносит свой первый удар. Но, как же Чимину сейчас насрать. Ему глубоко наплевать, что больно, что они могут сломать ему кости или повредить внутренние органы, ведь для себя, парень решишь, что это конец. Улыбнувшись, из рта омеги потекла кровь, струйкой стекая по медной коже вниз. Пак начинает смеяться как ненормальный, как больной псих. Ему так хорошо от осознания того, что совсем скоро все закончится. Он впервые, по настоящему, счастлив.       Время близилось к ночи, слишком быстро, судьба хочет, чтобы парень умер. Но, это ему на руку. Поднявшись с холодного, пропитанного ментоловыми сигаретами, асфальта, Чимин пошатываясь, поплёлся до дома. К какому счастью или сожалению, по пути до дома, Пак никого не встретил. Зайдя в подъезд, в нос резко ударил запах марихуаны, дешевых сигарет из круглосуточного, ЛСД (наркотики, если кто не знает) и очень сильного перегара. Дверь на первом этаже, в его квартиру, была открыта. Тяжело вздохнув, омега боязливо открыл дверь и зашёл в провонявшую квартиру. Совсем аккуратно, он снял кроссовки, совсем тихо пошёл в свою комнату, но не судьба. Пол под ногами громко скрипнул. Парень проклял все полы в доме за то, что они все старые и скрипучие. С кухни вышел отец, как всегда, в стельку пьяный. Его разозлило то, что на Чимине порвана кофта и он весь в крови. — Ах, ты шлюха! — альфа огрел младшего сильной пощечиной, шипя матерную брань в адрес сына. — Но, я не шлю… — омега жалобно заскулил, когда в живот прилетел сильный пинок. Одной рукой держась — за живот, а другой — за щеку, он быстро выбежал из дома, успев запрыгнуть в кроссовки, слыша в след фразы, от которых сжималось все внутри: «чтобы тебя оттрахало половина Сеула, шлюха!», «вернёшься, сдам тебя в бордель», и так далее. Честно говоря, было немного обидно, хотя, даже немного хорошо, ведь он, больше не вернётся в этот срач и вечный, не исчезающий, перегар.       Идя по темной, неосвещённой улице, парень забрёл в какой-то, совсем незнакомый район. Район был слишком чистый и красивый, вкусно пахнущий цветами. От непонимания, где он находится, Пака прорвало на истерику от несправедливости. Упав на колени, прямо на дороге, он начал совсем тихо плакать, чтобы его не услышали. Для него — нормальное состояние. Как же он ненавидит родителей — которые пьют и каждодневно избивают, одноклассников — которые его унижают и так же, только слабее, избивают, мир — который создал его, судьбу — которая поступает с ним так, не давая нормальной жизни омеге.       Эту ночь, он будет сидеть на дороге, горько плача и проклиная всех. Следующую ночь, он придумает план, который воплотит, прямо, в школьной туалете.       Украв канцелярский нож из кабинета математики, лучше не знать, что он там делал, но кого это волнует. На следующем уроке, парень отпрашивается в туалет, на что учитель смотрит на него с мерзостью и презрением в глазах, но все же, отпускает. Усмехнувшись, омега выходит из класса, направляясь к своему посмертному месту. Зайдя в кабинку, он закрыл его изнутри, вытаскивая из рукава канцелярский нож. Послышались шорохи, Чимин притих, ставя ноги на крышку унитаза. Рядом послышался шум закрывающейся двери, затем через время, слив туалетной воды и снова шум дверцы. Вода неожиданно включилась, заставив Пака вздрогнуть, пошатнувшись на крышке унитаза. Вода выключилась, снова шум и тишина. Такая спокойная и тихая тишина.       Решив завершись начатое дело, омега собрался с мыслями, думая о последствиях, взвешивая все «за» и «против». Но, чёрт, зачем? Если он уже решил, что покончит с этим.       Все случилось быстро. Сделав несколько горизонтальных линий на кисти руки, он улыбнулся. Кровь потекла струйкой в рукав кофты, пачкая её желтый цвет. Опустив руку, омега присел на пол, около унитаза, облокотившись о стенку кабинки. Ему так хорошо, парень находится в приятной эйфории. Кровь потекла по полу, за кабинку. Пак прикрыл красивые глаза и вздохнул последний раз полной грудью. Ощущая наступающую слабость в конечностях, и затуманенный разум. Приоткрыв глаза, все поплыло. Не лучшее решение, поэтому Чимин закрыл назад глаза. Он не знает, сколько прошло времени, но его начали дергать. Вот что людям спокойно не живётся? Почему им что-то, да надо от омеги. Ему тяжело открыть глаза или же, просто не хочется. Вмиг, земля уходит из-под ног, но в следующую секунду, он лежит на чём-то тонком и неприятном. Разум тяжелеет и подросток проваливается в сон.       Очнувшись, Чимин приоткрывает глаза, что даётся ему очень не просто, ведь они такие тяжелые. Сначала все плывет, не фокусируясь на определенном месте, но потом, все становится понемногу видно. Открыв полностью веки, парень проморгав, смотрит в потолок. — Я все ещё жив? — первое, что выдаёт парень, очнувшись в больничной палате, пахнущей отвратительным, больничным запахом, медикаментами и подвязочными бинтами. Его тошнит от этого запаха, въевшегося в его нос. — Ты жив. Зачем ты хотел умереть? — слышит с левой стороны от себя Чимин, мужской голос, мягкий тембров которого, ласкает слух. — А что, нельзя? — усмехается Пак, дерзя незнакомцу. — Я спас тебя, ты должен быть мне благодарен — улыбается парень, смотря на дерзкого подростка. — Я не просил спасать меня, я просто хотел умереть. Зачем ты спас меня? Зачем?! — омега начал закатывать истерику, дико смеясь или плача, но очень тихо. Он привык. — Я хотел подружится с тобой, ещё вчера, когда перевёлся в вашу школу, но нашёл тебя в туалете. Я, кстати, Ким Тэхен — юноша протянул руку для рукопожатия, загадочно лыбясь и смотря на недвижное тело младшего. — Пак Чимин, на будущее, не дружи с изгоями, иначе тебя тоже сделают изгоем и будут бить каждый день — улыбнулся омега и повернулся лицом к незнакомцу. — Спасибо за совет. /the end flashback/       В дверь постучались, но не дождавшись ответа, человек входит в кабинет и встаёт напротив Пака, держа букет конфет в руках. Да, конфет. Чимин не любит цветы, ему больше по душе шоколадные конфетки, которые тают во рту. Подняв голову на альфу, омега пробил румянец. Такой, еле заметный, но Юн увидел чуть покрасневшего директора и вручил букет омеге. Тот с «неохотой» принял его. — Мин, зачем все это? — Пак устало потёр переносицу руками, ему было приятно, но причу узнать ему важно. — Мистер Пак, как насчёт семи прогулок? За эти прогулки, я покажу себя с лучше стороны и я уверен, вы полюбите меня! — решительно заявил Мин, держа своё волнение в самой жопе, закрытое на миллиарды замков. — Господи… — вздохнул тяжко омега, расплываясь в своём кресле. — Папа, соглашайся! Я знаю, что тебе нравится Юнги-хён, ты сам говорил! — улыбался альфа, играя бровями. — Минсок! Это был секрет! — прикрикнул Пак, грозно смотря на сына. — А, да? Ну тогда, это секрет, я никому не скажу — хихикнул младший, выходя из кабинета вприпрыжку. — Ну так вы согласны, Мистер Пак? — замки ломались, волнение, понемногу, проявлялось. — Хорошо. Но, это только из-за Минсока.