Метаморфоза Юмы

      Я сидел на полу среди кучи корок в моей новой квартире. Она гораздо меньше предыдущей, летом здесь будет жарко, а зимой холодно. Сил раскладывать вещи уже не оставалось — хорошо хоть, что друзья помогли их перевезти. В дверь постучали, и я пошел открывать. На пороге стояла та, кого я уже почти час ждал.       — Привет, Кана. Ты немного припозднилась.       — Привет, Юма-кун. Извини, задержалась в магазине с подругами. Поверь, мне едва удалось от них сбежать, — Кана потянулась ко мне, чтобы поцеловать. Я немного наклонился к ней.       Игараши Кана — моя девушка еще с первого курса. Мы учимся на разных факультетах, но раньше состояли в одном клубе и так сблизились. Кана выросла в богатой интеллигентной семье и потому привыкла получать все самое лучшее. Еще пару недель назад я был парнем ее круга, а вот сейчас…       — Как у тебя тут грязно и тесно, — она оценила мою новую квартиру.       — Ну извини. Теперь у меня не хватит денег на что-нибудь получше. Да и на работу, и в университет добираться отсюда удобнее.       — А где ты все-таки работаешь?       — Я же тебе говорил, в баре.       — Можно я к тебе зайду?       — Не стоит. Я же пока новенький и твое присутствие будет меня сильно отвлекать. Да и добираться домой тебе оттуда будет неудобно. Улица там темная и опасная.       — Я могу переночевать у тебя.       — Все-таки пока не стоит. Давай как-нибудь в другой раз.       Я боялся сказать правду о работе. Кто знает, как она ее воспримет.       — С твоим отцом все так же плохо? — спросила она.       — Да, за последние полгода он мне так ни разу и не позвонил. Я тоже не стану звонить первым.       — Может, все-таки помиритесь?       — Вряд ли, — вздохнул я. — Наш конфликт начался не внезапно. А после того, как он меня выгнал, я ни за что к нему не вернусь.       — Но ты же должен доучиться! Да, ты лучший на факультете, но уверен, что справишься?       — Да. Кстати, мне надо бежать.       — На работу? В последнее время ты только о ней и думаешь.       — Не злись. Ты же знаешь, для чего все это, — я нежно поцеловал ее. Она улыбнулась. — До встречи.       — Пока.       Я уже опаздывал, поэтому побежал. В последнее время Кана казалась грустной. Мы стали редко видеться — только в университете на перерывах. Я теперь вообще редко вижусь с друзьями, даже ушел из клуба. Отныне вся моя жизнь — это гей-бар.       Я успел как раз вовремя.       — Привет, Юма-кун, — меня встретил хозяин. — Почему ты так тяжело дышишь?       — Я бежал.       — Сядь и успокойся. Вот, держи, — он протянул мне стакан воды.       — Спасибо.       — У тебя что-то случилось?       — Нет. Просто переезд. Сегодня перевозили вещи, и я задержался.       — Юма-кун, если у тебя что-то важное, ты можешь позвонить и предупредить, что немного опоздаешь, — сказал хозяин.       — Спасибо.       Я приступил к работе. За неделю я освоил свои обязанности и даже неплохо поладил с постоянными клиентами. Первым и самым частым посетителем была Тоно-сан. Пару раз заходили Юити и Тора. С Юити я даже подружился.       Были и другие постоянные посетители. Один из них — мужчина лет сорока — заходил каждый вечер, недолго разговаривал с хозяином и уходил. Сегодня я случайно услышал обрывок их разговора:       –… тогда освобождайся поскорее. Я приготовлю ужин…       Мужчина поцеловал хозяина и ушел. Мне было интересно, кто он, но спросить я не решался. Весь последующий вечер хозяин находился в хорошем, хоть и нетерпеливом настроении.       Условно я разделил посетителей на три вида. Первые — это «манерные принцессы» в яркой одежде, часто в женской. Заказывают они слабоалкогольные напитки и коктейли. Ко мне относятся с заботой или кокетничают. В целом, полностью безобидны. Второй — бруталы, альфа-самцы, мачо — носят дорогую одежду, кожу и всеми способами пытаются продемонстрировать свою мужественность. Эти постоянно пытаются подкатить: предложения выпить или переспать исходят именно от них. И третий — совершенно обычные мужчины, которых можно встретить в офисах, магазинах, метро. Если бы я встретил такого на улице — никак бы не понял, что он гей. Заказывают обычно пиво или саке и чаще остальных посетителей напиваются в хлам. Но пока они трезвые, лучших клиентов не найти.       Так и проходили вечера моей работы в гей-баре. Теперь я знаю, что нужно говорить каждому посетителю. Не считая некоторых случаев, в целом мне работа даже понравилась. Конечно, не настолько, чтобы я посвятил себя ей, но это лучше, чем работать в каком-то шумном забитом людьми месте.       Кана молчала, уставившись в свой телефон. Она не обратила внимания на мой приход. Я бросил сумку, запер дверь и попробовал заговорить:       — Привет.       Она кивнула мне, по-прежнему вниманием вся в телефоне. На столе стояло несколько контейнеров с едой из дорогого ресторана. Кана не умела готовить, а богатство отца позволяло ей об этом не беспокоится.       — Давай поужинаем, — предложил я.       — Все давно остыло.       — Прости за опоздание. Я сидел в библиотеке, готовился к зачетам и искал информацию для доклада.       — Я тебе верю. Но ты нарушил обещание прийти к ужину.       — Но я же пришел. Еще только половина девятого.       — А на работу?       — У меня выходной. У нас целая ночь впереди.       Кана оттаяла. Она бросила свой телефон и кинулась мне на шею.       — Думаю, еду мы можем разогреть.       Я проснулся от звонка будильника. Спящая рядом Кана тоже потянулась.       — Пора вставать? — спросила она.       — Спи. Тебе же на вторую пару.       — Угу. А у тебя что?       — Две пары, потом буду учиться в библиотеке, потом еще пара и вечером работа.       — Опять работа, — ее ленивое и расслабленное настроение вмиг пропало. — Ты только и думаешь о своей работе.       — Прости. Ты же знаешь…       — Да, знаю, — раздраженно перебила меня Кана. — Мы теперь совсем не проводим время вместе, а все из-за твоей работы. Раньше было лучше.       Она отвернулась, показывая, что не желает со мной разговаривать. А мне нужно было собираться на занятия.       — Потом поговорим, — бросил я и ушел.       В тот момент я еще и не догадывался, что это была наша последняя ночь вместе.