Не тронете

***

— Господин Лань! Король Цзян! Госпожа Цзян! — воскликнула одна из женщин, вылетевших из покоев Вэй Ина с улыбкой на лице. — Двойня! Девочка и мальчик! — Значит, Лань Юй¹ и Лань Юань? — спросила Яньли и радостно улыбнулась, держа руку на своём округлившемся животе: спустя три месяца девушка вышла замуж и тоже забеременела. — Испугался-таки, что я его закопаю! — радостно расхохотался Цзян Чэн, гордо ухмыляясь. Стоящий рядом Цзинь Цзысюань, что приходился уже мужем Яньли и будущим отцом своего ребенка, мягко улыбнулся, не удержав себя, и сказал: — Мои поздравления, господин Лань. — Мгм, — кивнул Лань Чжань, не показывая никакой реакции. Но внутри он прыгал от радости, точно маленький мальчишка. Его восторгу, счастью и любви не было предела. Хотелось громко хохотать от счастья, расцеловать Вэй Ина и счастливо прошептать: «Ты молодец». Ванцзи пугался сам себя, чувствуя такое необъятное счастье. Казалось, что даже Небес не хватит сил удержать эти эмоции. «Двойня... Девочка и мальчик... Вэй Ин, ты самый лучший», — восторженно думал мужчина. — Как прошли роды? — спросил Ванцзи. — Очень хорошо! Господин Вэй делал все верно и отлично стерпел схватки. Недаром читал много литературы на этот счёт. И дети прекрасны! На моей памяти только господин и госпожа Цзян были так прекрасны при рождении. Лань Чжань вспомнил, как Вэй Ин почти не переставая читал множество книг и делал какие-то пометки, все время ходил к лекарям, чтобы убедиться, что всё протекает нормально. Но больше всех их множества врачей Вэй Ин доверял Вэнь Цин, к которой вместе с Ванцзи сбегал на Могильные Холмы, где люди неплохо устроились. Лань Чжань не был против, он и сам беспокоился и тоже много читал о том, как правильно быть отцом, что нужно детям. — К нему можно? — спросил Лань Чжань. — Только очень тихо. Господин Вэй, юный господин Лань и юная госпожа Лань спят, — строго ответила женщина. — Эти трое проделали большой путь, так что покой просто необходим. Из покоев тише мышки вышли остальные врачи, поклонившись господам, и ушли. Ванцзи молча кивнул, а Цзинь Цзысюань, Яньли и Ваньин поклонились Лань Чжаню и ушли. Они не хотели тревожить племянников. А Второй Нефрит тихонько, точно лёгкий ветерок, вошёл в комнату. Рядом с огромной кроватью пурпурного цвета и множеством подушек стояла огромная колыбель, в которой прекрасно пересекались небесный, черный и алый цвета. В комнате было мрачновато, чтобы детям и Вэй Ину хорошо спалось. Лань Чжань аккуратно подошёл к колыбели и заглянул туда. В ней мирно спали двое ангелочков. Миленькая девочка и прекрасный мальчик. Они были похожи друг на друга. Мягкие черты лица, светлая кожа, пушистые ресницы. Милые щёчки и пухлые губки. Малышка А-Юй и малыш А-Юань были такими крошечными, их хотелось укрыть заботой и защищать до последней капли крови. Сердце Ванцзи щемило от счастья и радости. И ещё больший восторг вызывало то, что А-Юань и А-Юй держались за ручки. Немного не так, как привычно были видеть, но держались. Это просто взорвало плотину: Лань Чжань широко улыбнулся, как не улыбался никогда, и невольно пролил слёзы радости. Вдруг с губ Цзыюань потекла слюнка. Молодой отец потянулся, чтобы вытереть её, но вдруг девочка ухватила его за один из пальцев. Она едва могла его обхватить полностью — настолько крошечная ладошка была у девочки. Лань Чжань запаниковал: он знал, что дети очень хрупкие и теперь боялся сделать любое движение. Хотя, стоило признаться, у А-Юй была сильная хватка. — Не разбуди их, — вдруг раздался шёпот Вэй Ина. Ванцзи повернул голову. Усянь открыл глаза. Выглядел он уставшим, бледным. Но он мягко улыбался мужу и лениво протянул руку, чтобы Лань Чжань лег рядом. Но мужчина не двинулся, покраснев. Он смутился, не понимая сам, от чего именно. — А-Юй схватила меня, — признался Второй Нефрит. Вэй Ин улыбнулся шире, будто смеясь. А затем сказал: — Погладь тыльную сторону ладони её, чтобы отпустила. Лань Чжань снова повернулся к ребёнку и погладил девочку по руке. Та медленно разжала кулачок и выпустила палец. Ванцзи вздохнул и сел к Вэй Ину, как тот просил. Усянь попытался дёрнуться, но скривился. Лань Чжань спокойно сел ближе, приобнимая юношу. — Спасибо, — прошептал Ванцзи. — Ты лучший. — Я старался. Ух, спать охота. — Тогда спи. — Ты... Останешься? — Мгм. Вэй Ин, довольный немногословным ответом, устроился на любимых руках получше и закрыл глаза. Роды его сильно вымотали, поэтому тёмный заклинатель уснул очень быстро. Лань Чжань заботливо и с любовью перебирал его волосы, иногда нежно целовал макушку, не в силах себя сдерживать. Ему было так хорошо на душе. Вэй Ин довольно жмурился во сне, чувствуя поцелуи. И крепко обнимал мужа. Никто их не тревожил. Во дворце было тихо, словно это был не шумный дворец королевства Юньмэн Цзян, а тихий гусуланьский дворец, в котором шуметь всегда запрещено. Даже по праздникам. Но очень скоро Вэй Ин это исправит — сомневаться в подобном было глупо со стороны Ванцзи.

Несколько лет спустя

— Нет, немного не так, — сказал Цижэнь, садясь за спину внука. — А как? — с любопытством спросил А-Юань, отрывая кисть от иероглифа. Во дворце Гусу Лань, в тихой библиотеке, сидели двое. Лань Сычжуй, сын Ванцзи, сидел за небольшим столом и упорно учился рисовать иероглифы. Как оказалось, мальчик получил упорство своего первого отца и любовь к учебе. Сычжуй любил учиться, поэтому Цижэнь стал ему учителем. Сам старик души не чаял в своем внуке, спокойном и трудолюбивом. А вот сестра А-Юаня, Цзыюань, была истинной дочерью Вэй Ина — шумная, разговорчивая, непоседливая и улыбчивая. Ей так нравилось влипать в неприятности, прямо как папе. А больше всего задевало Цижэня то, что девочка очень интересуется Тёмным Путём. Вся в папу Вэя! — Смотри, — Цижэнь взял руку внука, в которой была кисть, и вместе с ним стал рисовать иероглиф. Медленно, аккуратно. Чтобы А-Юань понял, как нужно. И мальчик, естественно, быстро запомнил. Затем правильно нарисовал сам. Лань Цижэнь гордо улыбнулся — ему нравились упорство и старательность. И мужчина был намерен вырастить из внука достойного человека, правильного. Полную противоположность их отцам. Даже Ванцзи, который после связи с Усянем стал много косячить, не чувствуя в этом своей вины. В какой-то момент двери библиотеки распахнулись. На пороге появились родители Сычжуя, но тот их не заметил, повторяя новый иероглиф на бумаге ещё несколько раз, дабы запомнить, как всё пишется. — А-Юа-а-ань, — нежно, ласково протянул Вэй Ин с счастливой улыбкой и сел на корточки. — Пойдём спать. Мальчик оторвал глаза от бумаги и с улыбкой дорисовал иероглиф, после чего медленно встал, попрощался с дедушкой, как положено по этикету, и неспеша направился с объятия отца, который взял его на руки, как Лань Чжань держал А-Юй с немного влажными волосами — рыбалка, судя по всему, прошла весело. — Папа, а почему одежда у тебя мокрая? — спросил А-Юань. — Потому что я искупался в реке после рыбалке вместе с твоей сестрой, — ответил мужчина, целуя пятилетнего мальчика в макушку. — Вода была теплой? — Да, достаточно. Твой отец не позволил бы нам плавать в холодной воде. — Мгм, — кивнул Ванцзи. Все попрощались с Лань Цижэнем,который недовольно смотрел на Вэй Ина, и пошли в детские покои, чтобы уложить младшее поколение спать. Цзыюань вела себя шумно, что-то рассказывала А-Юаню, пока тот внимательно слушал. Усянь и Ванцзи довольно переглядывались, чувствуя их любовь друг к другу, крепкую и семейную. Такая же была и у супругов. У Вэй Ина — с Цзян Чэном и Яньли, а у Лань Чжаня — с Сичэнем. — Дедушка сказал, что А-Юй нужно подтянуть арифметику, — сказал Сычжуй. — Значит, подтянем, — ответил Лань Чжань. — Не хочу! — закапризничала девочка. — Иначе на выходных мы не поедем к господам Вэнь, — хитро произнёс Вэй Ин. Он понимал дочь — ей было скучно учиться у Цижэня. Вэй Ин и сам не хотел бы слушать его сутками напролет — в своё время наслушался, спасибо. И он мог бы сам обучить ее, но Усяню было откровенно лень. А-Юй не была любознательной, ее сложно заинтересовать науками. Никто не знает, в кого она этим пошла, ведь оба отца довольно любопытны и с удовольствием узнают новую информацию. — Ладно, я подтяну, — тут же изменила свое мнение Цзыюань: она любила ездить к Вэнь Нину и Вэнь Цин в гости. — Договорились, — кивнул Вэй Ин. Они зашли в детскую комнату и отпустили малышню, которая тут же разбежалась по мягким кроватям и укрылась одеялом. Затем прикрыли глаза, ожидая, пока родители выйдут. Вскоре тёмный и светлый заклинатели вышли, прикрыв двери. И направились в свои покои, где можно было переодеться и расслабиться. А ещё поесть. — Лань Чжань, как думаешь, а мы хорошие родители? — внезапно спросил Вэй Ин. — Просто А-Юань... Он тянется не к нам, а к старику, — тут же объяснил причину своего сомнения он. — Дядя умён, Сычжуй видит в нём наставника, — ответил Лань Чжань на вопрос и немного улыбнулся, подойдя, дабы обнять. — И поэтому старик воспитывает его по вашим правилам? — Он хочет как лучше, Вэй Ин. — Нет, он хочет насолить мне. Ванцзи наклонился и ласково поцеловал любимого, чтобы забрать его сомнения, выкинуть их из его головы. Тёмный заклинатель ответил на поцелуй, сильнее прижавшись к любимым губам. И вскоре отстранился, облизывая свои уста с улыбкой. — И всё-таки твоему дяде придется побороться за правильность воспитания А-Юаня. В этом никто не сомневался. Вэй Ин хотел воспитать детей так, как считал нужным. И в большинстве случаев его идеи совпадали с идеями мужа.

***

— Да, тогда нам стоит поехать в Ланьлин, чтобы обсудить с господином Цзинем вопросы, касающиеся торговли с Гусу Лань, — кивнул Сычжуй с серьезным видом. Он помогал отцу в делах дворца. Всё-таки, А-Юаню было уже шестнадцать, стоило бы и потихоньку понимать, что его будет ждать, если в ближайшее время Лань Сичэнь не обзаведётся детьми, с чем брат Ванцзи не спешил, лишь улыбался. Он не хотел торопить свои отношения с Мэн Яо, которые двигались потихоньку и аккуратно. — Завтра и выдвинемся, — решил Лань Чжань. — Хорошо. Поезжайте всей семьёй — хоть немного дети отдо... — Лань Хуань не смог договорить, потому что двери зала резко распахнулись, в комнату влетели хохочущие Вэй Ин и А-Юй. — Спасите! — выкрикнули они с тем же хохотом и спрятались за спины Ванцзи и Сычжуя. А-Юань в недоумении напрягся, закрывая сестру собой, точно огромная скала. Лань Чжань, возможно, тоже был пару секунд в оцепенении, но потом услышат голос дяди. Лань Цижэнь вошёл в зал, злой и... С розовыми волосами. Вэй Ин и Цзыюань переглянулись и накрыли рты руками, чтобы не засмеяться ещё сильнее. — Бесстыдники! — бранил их старик. — Ох и доберусь я до вас — получите палкой по спине! — Лань Чжань, твой дядя меня хочет побить! — жалобно воскликнул Усянь, выглядывая из-за плеча мужа. — А-Юань, не отдавай меня ему! — взмолилась Цзыюань, хихикая. Сычжую стоило много усилий сдержать улыбку от вида такого дедушки. Лань Чжань прикрыл глаза, понимая, что Вэй Ин никогда не сможет угомониться со своими фокусами. — Дядя, я сам их накажу, — поклонился Ванцзи. — Я сам прослежу за тем, чтобы сестра переписала правила о прилежном поведении двести раз, — поклонился А-Юань. — Сколько?! При виде серьезности внука, Цижэнь немного остыл. И молча вышел, доверяя жизни А-Юй и Вэй Ина в руки Сычжуя и Лань Чжаня. Брат повел сестру в библиотеку, отчитывая её за плохое поведение, а Второй Нефрит схватил супруга и потащил его в сторону покоев. — Что ты устроил? — недовольно спросил мужчина. — Я просто немного помог дочке совершить шалость, — пожал плечами Усянь. — Это плохо? — Нельзя так издеваться над людьми, Вэй Ин. — Согласен. А я знаю, как можно, — последние два слова темный заклинатель прошептал на ухо мурлыкающе и прикусил мочку Ванцзи. Тот постарался привести самоконтроль в порядок, не поддаться Вэй Ину. Нельзя, было нельзя. Он должен отчитать мужа нормально, постараться объяснить, что всему должны быть границы и его веселью тоже. Но Вэй Ину было на это абсолютно наплевать — ему не нравилось получать за свои проступки. Поэтому он хотел отвлечь Лань Чжаня, довести его до экстаза, чтобы он потом обессиленно лежал на постели и с наслаждением слушал мурлыканье Усяня. — Вэй Ин, — недовольно заговорил Лань Чжань, прикусывая губу, когда заклинатель прошёлся языком по мочке уха. — Ты хочешь, чтобы я остановился? — спросил Вэй Ин, глядя на возлюбленного горящими глазами и облизывая губы. Он играл грязно, зная, что теперь супруг падёт под его давлением. Что он сломается после того, как этот шаловливый язык так соблазнительно пробежался по розовым устам, так дразняще. Лань Чжань приблизился к возлюбленному, хватая за подбородок, дабы посмотреть в потемневшие глаза, которые тоже манили. Вэй Ин мог соблазнять одним лишь взглядом, одним движением руки, да просто стоя с приспущеным ханьфу с плеч, чёртов развратник, и это удивляло. Лань Чжань просто до сих пор не мог поверить, что таким привлекательным везде быть законно, не против Небесных правил. Вэй Ин был похож на небожителя, самого прекрасного и грешного из них. — Лань Чжань, ты мне не ответишь? — невинным голосом спросил Усянь, растягивая губы в однобокой улыбочке. — Или я лишил тебя дара речи? Ванцзи не ответил словами, он потянулся пальцами к краям ханьфу и спустил его с плеч, мягко касаясь губами плеч, целуя их и покусывая. Вэй Ин прижался к сильному телу, пока горячие руки обхватывали талию и за волосы потянули голову тёмного заклинателя назад, чтобы открыть доступ к шее, которую Лань Чжань любил покрывать пятнами...

///

— Чтоб меня чёрт сожрал! — вдруг воскликнула Цзыюань, подпрыгивая на месте, а затем прячась за спиной Сычжуя. Увлечённые разговорами Лань Чжань и Вэй Ин резко повернули головы в сторону А-Юй, доставая флейту и обнажая меч. Та, дрожа от ужаса, показала указательным пальцем вперёд. Супруги посмотрели туда и увидели небольшую змею, которая спокойно ползла по своим делам. Во дворец Ланьлин Цзинь. — А-Юй, это просто змея, — улыбнулся А-Юань. — Это страшное создание всех демонов Преисподней! — закричала девушка, а потом запищала, когда змея внезапно сменила маршрут в их сторону: — ОНО ДВИЖЕТСЯ СЮДА! ПОМОГИТЕ! — Я ее уберу. Только отпусти плечи, — мягко посмеялся Сычжуй. Вэй Ин раскрыл руки для объятий, и Цзыюань почти со слезами обняла папу, пока её брат хватал змею голыми руками и отходил, чтобы отпустить ее в безопасном месте. Лань Чжань погладил дочь по волосам, и та перестала дрожать. Когда А-Юань вернулся, то Цзыюань виновато посмотрела на брата, переминаясь с ноги на ногу. Лань Чжань и Вэй Ин переглядывались, стоя за спиной дочери. — Иди сюда, сестрица, — улыбнулся А-Юань, и девушка с удовольствием юркнула в руки брата, улыбаясь. — Спасибо. — Не за что. В этот момент подошёл вредный и немного высокомерный сын Павлина и шицзе. Ну не мог Усянь отучиться не звать Цзинь Цзысюаня Павлином. Не мог. — Цзинь Лин, здравствуй, — улыбнулся А-Юань. — Вас слышно с другого конца дворца, что вы тут устроили? — Цзинь Лин высокомерно задрал подбородок, выражая свое недовольство. — У вас тут змеи. А Цзыюань боится змей, — ответил Вэй Ин. — Привет, А-Лин. Как делишки? — Было нормально, пока вы не расшумелись, как будто девицы у реки при виде... М-м! — губы юноши внезапно склеились. Лань Чжань заткнул его. Вэй Ин и А-Юй попытались сдерживать накатившую волну смеха. Но не смогли, и расхохотались. Они счастливая семья, их ждёт счастливое будущее. Вне зависимости от того, какие неприятности встретятся на пути.

К о н е ц