Одержимые

Гермиона сидела в Большом зале, обедая. Джинни сидела подальше от бывшей подруги, но Гермиона уже привыкла. Дверь резко распахнулась, и влетел разъяренный Кингсли. Он шел к Гермионе, и девушка видела неподдельную злобу. — Живо за мной! Гермиона поспешила за Министром Магии, а за ней побежала МакГонагалл. Она должна была знать, за что Кингсли собирается отчитывать ее лучшую студентку. Когда они все трое вошли в кабинет Директора, Министр запечатал дверь и хмуро посмотрел на девушку. — Когда ты последний раз видела Люциуса Малфоя? Гермиона испугалась, что ее как-то раскрыли, ведь Кингсли хотел уничтожить Малфоя, а не спасать. Тем более уничтожить таким способом, что не подкопаешься. Девушка попыталась вспомнить, когда его видела еще и не нашла ответа, как его слушанье. — В конце июля на последнем слушанье, кажется… — прошептала девушка. — А в школе? — Он не посещал школу. По крайней мере, я не видела, — Гермиона нагло врала, но хорошо. — Вообще-то, — произнесла Миневра, — он приходил две недели назад. Бруствер, что случилось? Ты девочке перед Пасхальными каникулами решил настроение испортить? — Он составил завещание. Мы ему не доверяем, поэтому решили узнать, что там. Узнали… В случае своей смерти он оставляет единственной наследницей всего состояние Малфоя, в том числе мэнора, Гермиону Джин Грейнджер! От неожиданности Гермиона шарахнулась назад. Она была очень удивлена, а Миневра вопросительно смотрела на девушку. — Гермиона, только честно, тебя с ним что-то связывает? — не унимался Кинсгли, и она кивнула в знак согласия. — Что? — Он обещал меня продвинуть в Отдел Образования, в котором Вы мне отказали. — И ты пошла к Малфою? — Это была случайность. Взамен он попросил зелья. — Какие зелья? — Восстанавливающие, которые использовал Снейп. Я знаю рецепт. — И позволь узнать, откуда он узнал о зелье? — Гермиона, — произнесла Миневра, — Вы же не открыли ему дверь в Запретную секцию? Гермиона виновато опустила глаза. Кингсли и Миневра тяжело выдохнули. — Как ты могла?! — закричал Кингсли. — А Вы? Я стольким пожертвовала, а Вам жалко какое-то кресло для умного человека! Я понимаю, Вы на стороне Гарри, он с Роном, а значит, все меня просто уничтожают… — она едва сдерживала слезы. — Все считают, что я просто использовала Рона. Считайте! Я оправдываться не буду! И если передо мной все пытаются закрыть дверь, я найду способ ее открыть! Да, я помогла Люциусу Малфою, но он не сделал ничего противозаконного, как и я. Гермиона взмахом палочки открыла дверь и убежала прочь вся в слезах. Ей нужно было побыть наедине и обдумать все. Когда немного успокоилась, к ней начал возвращаться здравый смысл. Почему Малфой составил завещание? Разве зелья не помогают ему? Нужно было все выяснить. Сегодня последний день перед каникулами. Уроки закончились, поэтому ее больше никто не держит. Собрав вещи в расширительную сумочку, девушка пошла в Хоксмид. Она должна выяснить правду. Видимо от передозировки зелей у Люциуса помутнел рассудок, раз он сделал ее наследницей завещания. Девушка трансгрессировала прямо перед воротами Малфой-мэнора. Она сказала Люциусу, что никогда сюда не придет, но это было до завещания, а таким не шутят. Она не успела постучать по воротам, как они перед ней открылись. Видимо, Малфой и правда собирался помирать. Гермиона подошла к дому и там увидела старого домового эльфа. — Госпожа, мы Вас заждались. Господин посчитал, что завещание вскроют еще четыре дня назад. — Он жив? — в ужасе спросила Гермиона. — Эти книги и метка, убивая чары, забирают и его. За две недели он почти все книги избавил от чар. Осталось восемь. — Чокнутый! Гермиона последовала за эльфом и вошла в спальню Люциуса. Он спал спокойно, но метка на руке стала кровавой. — Она начала кровоточить? — Да. При каждом касании книги идет кровь. Он потерял столько крови, что его почти убило. Восстанавливающие зелье хорошо, но домовым эльфам нельзя использовать заклинания волшебников. Никто не помог вернуть кровь в тело господина. — Почему он завещал всё мне? — Посчитал, что Вы сохраните историю этого дома. Драко Блэк отрекся от крови отца, на гобелене исчезло его имя, — девушка в ужасе посмотрела на эльфа. — Господин последний… Я могу чем-то помочь госпоже? — Принеси воды, пожалуйста. Больше Гермиона ничего не хотела. Она присела на рядом стоящий стул и посмотрела на Малфоя. Кингсли его действительно довел. Выпив воды, девушка попросила отвести ее к тем странным книгам. Эльф отвел ее в кабинет хозяина. Девушка заметила на столе стопку из восьми книг, которые, видимо, были еще не расколдованы. Остальные стояли стопками под стенами. Гермиону озарило. Раз они по медицине, значит могут как-то помочь Люциусу. Девушка села изучать книги, и когда пришло утро, нашла. Двадцать четвертая книга дала ей знания. — Эльф! — он явился сразу. — Как тебя зовут? —Амброс, госпожа. — Амброс, скажи есть ли в доме лаборатория? Эльф кивнул и подошел к стене. Дверь появилась из ниоткуда. Девушка удивилась величине и наполненности лаборатории. Ведьма была довольна и сразу начала готовить зелье, которое поможет быстрее восстановиться крови и организму. Этот рецепт она, пожалуй, запомнит. К обеду зелье было готово. Амброс пытался заставить поесть госпожу, и Гермиона сдалась. Она, и правда, очень проголодалась. Сразу после обеда пошла к зелью, которое дошло до готовности использования. Девушка набрала столько, сколько нужно было по рецепту, и отправилась в спальню спящего Малфоя. Гриффиндорка вылила, примерно, грамм десять в глотку Люциуса, заставив все проглотить спящего. Осталось дождаться его пробуждения. Впервые за два дня девушка решила принять ванную. Войдя в соседнюю спальню, ведьма разложила чистые вещи, а потом расслабилась в воде. Ванная комната была белой и огромной, как и сама ванная. Переодевшись в черные чулки и красное платье, высушив волосы магией, девушка решила прогуляться по дому. Перед ужином девушка пришла к спящему Малфою и присела на стул. — Красивый дом, жаль, что впервые я увидела его не таким. Увы, именно хмурым он и отпечатался в памяти… — Жаль… — прошептал Люциус, не открывая глаз. — Как себя чувствуете? — оживленно спросила девушка, радуясь, что он пришел в себя. — Будто меня месяц пытали Крициатусом, — девушка понимала, примерно, его боль, ведь Беллатриса ее сама пытала этим заклятием. — Давно Вы здесь? — Вчера прибыла. Вскрыли Ваше завещание, и я им все рассказала, — Люциус усмехнулся и открыл глаза. — Хотел бы я увидеть лицо Кингсли в тот момент… — Я ведь поняла, что Вы не собирались умирать. Вы хотели, чтобы я пришла и помогла, а другого выхода, кроме как завещание не придумали. — Не совсем… Я предполагал, что могу умереть… Как я так быстро поправился? — Вас спасла одна из книжонок, которые до этого состояния и довели. — Какой абсурд. — Через десять минут ужин. Вы сможете сойти вниз? — Не думаю… — Амброс! — позвала девушка, и эльф сразу явился. — Госпожа звала Амброса? Господин, Вы очнулись! — эльф поклонился Люциусу, и девушка закатила глаза. — Амброс, мистер Малфой будет есть здесь. А еще ему нужна чистая одежда. Пока он будет в ванной, поменяйте постельное. Эльф поклонился и исчез, а Люциус улыбнулся ей. Сейчас его серые глаза не были холодными. — Вы хорошо справляетесь, Гермиона, — произнес он. — Вам явно еще плохо, раз назвали меня по имени, — он прыснул, а она пошла в ванную и набрала воду. Люциус заставил себя встать. Гермиона протянула ему трость, он оперся и о нее и медленно последовал купаться. Свежая одежда ждала его уже в ванной, постельное тоже сразу поменяли. Ужин разместили на маленький столик. И он был для двоих. — Амброс, я не думаю, что мистер Малфой захочет ужинать в моей компании. — Ошибаетесь, — произнес Люциус, входя в комнату. — Можешь идти, — эльф откланялся и ушёл, а Люциус буквально упал в кресло. Гермиона удивленно смотрела на Люциуса, который жестом руки указывал на соседнее кресло. Ему было еще трудно говорить, и девушка поняла его. Опустившись в кресло, она взяла бокал вина и сделала глоток. — Мистер Малфой, я могу еще надеяться, что Вы поможете мне со шрамом на руке? — Конечно… — на выдохе произнес он. — Почему Вы решили так усугубить ситуацию? У Вас есть время, чтобы спокойно снять чары с книг до июня. — Я узнал из надёжного источника, что на мое место уже пятого мая придет другой маг. Сегодня тридцатое число, и я думаю, что успею отправить книги. Моя должность и Ваш интерес, мисс Грейнджер. — Согласна. Когда Вы хотите продолжить? — Завтра. Поэтому Вы и нужны мне были. — Хорошо, после я смогу сварить себе зелье? — он кивнул и попытался взять ложку в руки, но она тряслась. Гермиона смотрела, как от гнева закипало лицо Люциуса, но пару ложек мясного салата съел. Потом откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Гермиона уже доела, поэтому подошла к нему, налила вина, и Люциус открыл глаза. — Решили поухаживать за почти мертвым Пожирателем? — Вы пригодитесь мне живым, нежели мертвым. Люциус поднял бровь и улыбнулся. Мужчина приоткрыл губы, и Гермиона помогла ему сделать глоток. Губы у него были очень красивыми, и она представила, как он мог сминать ими ее губы. Она загляделась, и ему понравилось, что даже при таком статусе и состоянии может еще вызывать желание не просто женщин, а молодых девушек. — Можно еще глоток? Гермиона опомнилась и покраснела, что веселило Малфоя. Она кивнула, и он отпил в этот раз больше, а затем облизал губы языком. Гермиона сглотнула и отсела от Пожирателя. — Не думаю, что я в Вашем вкусе, но Вы слишком остро реагируете на меня. Почему Вы остались одна? — Не важно. — Важно. Вы явно давно не испытывали истинного наслаждения в постели, — напрямую произнес Люциус, и девушка вместо краски, пустила слезу. — Мерлин, простите, — он испугался за нее. — Я не думал, что настолько попаду в цель. — Ничего. Простите, что засмотрелась на ваши губы… — прошептала она под нос. — Хотите еще чего-то? — Нет. Есть, на самом деле, не особо хочется… Я прилягу. Амброс покажет Вам библиотеку, если попросите. — Отдыхайте, мистер Малфой. — Вы тоже. Благодарю за спасение жизни. Гермиона кивнула и вышла, оставив озадаченного Малфоя смотреть на кресло, в котором сидела перед этим девушка. Она слишком остро реагирует на мужчину, но, возможно, дело не только в желании. Он был уверен, что до него она могла контролировать себя рядом с мужчинами.