Перерождение: Лёд ненависти и слух тьмы.

Глава 54. Надвигающийся кошмар. Часть 10. Сражение в академии. Часть 3. Кузнец стоял у края, провожая взглядом, "уход" поверженного противника. Был ли Кузнец счастлив очередной победе? Ответ – нет. Лапа ледяной принцессы превратилась в уголек, но того же не случилось с изумрудным кольцом. Оказавшись в пылающей алой лапе, кольцо вылечило все раны и шрамы старого дракона, вывив дракона из себя. К чему еще одно усиление, если сражаться не с кем? Кузнец чувствовал себя как никогда несчастно. – Прости, Сталь. – вытекающие из глаз слезы тут же превращались в пар, от мимолетного соприкосновения с чешуей. Рядом с огромным старым драконом появился молодой полупрозрачный дракон. Дракон небесный, но цвет чешуи не соответствовал окрасу небесного племени: бледный песок. В глазах два голубых огонька – такие же, как у Кузнеца. Кузнец с горечью вздохнул. – Глупый брат, умеющий только сражаться… безмозглый дурак, ставший причиной твоей смерти. Слепец, жаждущий стать сильнейшим. Вот он я, сильнейший дракон во всей Пиррии, но что толку? Я чувствую удовлетворение только в пылу битвы, когда на кону жизнь, но ничего подобного не было вот уже тридцать лет как минимум. Кузнец ещё раз посмотрел в бездну, тьма полностью поглотила принцессу. – Ты была сильной, очень сильной. Возможно, самая сильная из всех живущих, не считая меня. Как жаль, что нам не суждено сразиться еще раз… Голубые глаза дракона заметили блеск на несколько этажей ниже. Подобрав кувалду, Кузнец положил кольцо в подаренную Песок огнестойкую сумку, затем спустился на несколько этажей ниже, к сверкающему предмету. На каменной поверхности лежала сумка с порванными лямками. Сумка принадлежала Озноб, видимо, принцесса обронила, пока падала. Сумка выглядела порванной, все содержимое валялось неподалеку. Все, чего касался Кузнец сгорало, только странная белая жемчужина ни сгорела, не расплавилась в когтях Кузнеца. Мозг Кузнеца начал отходить от сражения, постепенно погружая хозяина в повседневное, почти бездумное состояние. Вспоминая противника, воображение начало воображать битву с Озноб. Но не только что прошедшую битву, а другую. Если бы Озноб не стала нападать, Кузнец бы ушел и вернулся через десять лет. Старый дракон не мог думать ни о чем другом, кроме этой битвы. Эта небольшая мечта теперь неосуществима, но воображение продолжало мучить старого дракона. – Через десять лет… только она могла меня победить. Как же я хочу, чтобы эти десять лет прошли в один миг… – Сделал длинную паузу Кузнец, пытаясь заставить мозг работать. Огромный старый дракон, стоящий в окружении безжизненных пустых туннелей, внезапно исчез. Не стала исключением излюбленная кувалда. От живой легенды не осталось ни следа, не считая оставленного после себя огненного следа.

***

– Слушай! – шумный Буран продолжал говорить без умолка, несмотря на то, что собеседница почти не отвечала. – Наша принцесса в порядке! Что может с ней случиться? Она самая сильная дракониха во всей Пиррии! Нам нет причин за нее беспокоиться! Даю слово, когда мы ее найдем, то увидим рядом с ней бездыханное тело Мракокрада… Ну, или живое. Принцесса, хотела отправить Мракокрада в ледяной дворец и там казнить негодяя. Касатка шла рядом, собеседник из нее был очень плохой. В какой-то момент под бесконечный треп и восхваление Озноб, два ледяных дракона вышли к большой пещере с небольшим подземным озером. Касатка увидела два силуэта у озера, на ее удивление, Буран не стал кричать, что так на него непохоже. Приглядевшись, Касатка увидела среди двух драконов ледяного дракона. Это Ледник? – удивилась в разуме ледяная дракониха. С момента их последней встречи прошло много времени, потому неизвестно положение принца в круге. Было бы неплохо сначала узнать, прежде чем начинать расспрос. Два ледяных дракона, как подобает ледяным драконам, всегда ходили высокомерной и царственной походкой ледяных. Когда два дракона приблизились, они смогли лучше разглядеть драконов под светом ближайших факелов. Рядом с озером, находилась морская принцесса Жемчуг. На её брюхе и на когтях виднелась алая кровь. Неизвестно что тут произошло, но это не так важно, так как раненый дракон морской. Не меняя холодное выражение морды, никто из драконов не поклонился, вместо этого назвал свое положение в круге. – Буран. Второй круг драконят, третье место. Последний раз видел стенку порядка, перед отлетом из ледяного дворца. – Касатка. Второй круг драконят, шестое место. Последний раз видела стенку порядка, перед отлетом из ледяного дворца. Холодные глаза Ледника имел некий пустой оттенок. Нет, они выглядели нормально, но что-то в его глазах было не так. Его морда будто застыла – совершенно никаких эмоций. – Ледник. Первый круг драконят, второе место. Правая лапа принца Моржа. Узнав ранг принца, два ледяных дракончика поклонились вышестоящему. – Где принцесса Озноб? Я в ожидание её дальнейших указаний. – голос Ледника бесчувственный и безэмоциональный. Нет ни ненависти, ни радости, да даже жизни в этом голосе нет. Не только странный голос вызывал дрожь, но и его безжизненные кристальные глаза и такая же морда. Что-то с принцем не так, так и кричал разум в страхе, у двух дракончиков. В ледяном королевстве, одно из самых значимых преступлений, это присвоение себе высокого положения и введение в заблуждение других. Это преступление карается жестоко. Если драконы узнают о лжи дракончика, его могут в один миг спустить на три круга вниз, в придачу проведут телесное наказание и нагрузят занятиями. Взрослых драконов наказывали еще жестче. В общем, никто не осмеливался лгать о своем местоположении в круге. Касатке стало очень спокойно на душе, так как Буран выше по рангу, а это значит, ей не придется говорить, только послушно склонить голову в ожидании, когда ей дадут право говорить. Буран быстро ответил на вопросы, но разговор двух ледяных прервала появившаяся группа очень необычных драконов. Драконы выглядели очень странно: принадлежали к разным племенам, имели различные мутации, превосходили размерами обычных взрослых, по всему телу разбросаны дополнительные глаза и рты, у некоторых драконов дополнительные конечности. Из шести драконов, выделялась одна шестиглазая небесная дракониха, шедшая впереди разношерстной группы. По всей видимости, она являлась главной. Касатка знала не так много о союзниках и предстоящей атаки на академию, но поняла все сразу, увидев этих драконов-монстров. Это драконы Песка, а значит временные союзники. Шестиглазая небесная изменилась в выражение, открыто показывая брезгливость, неприязнь к ледяным союзникам. – Что за невезение? Песок пропала, большая часть группы пропала, а теперь еще первыми нашими жертвами стали пустоглазые ледяные драконы! Один из группы шестиглазой добавил. – Терпеть не могу этих ледяных! Никаких чувств, никаких эмоций, а еще убивают нас, если услышат оскорбление в свой адрес. Почему Песок запрещает атаковать в ответ, и убивает зачинщиков среди наших, но пустых ледяных не трогает? Шестиглазая улыбнулась. – Так почему не исправить эту оплошность? Песок среди нас нет, теперь нас никто не остановит! – Только попробуйте! – выкрикнул Буран. – Мы вам покажем, что с ледяным племенем надо считаться, а не смотреть на нас свысока. Знайте свое место, отбросы! Шестиглазая изменилась в выражении, показав свою безумную натуру. – Какой острый язычок у ледяного... Мне он нравится! Чур, он мой! Буран и Касатка посмотрели на вышестоящего по рангу Ледника. Тот являлся лидером, потому право выдавать приказы и вести в атаку оставался за ним. Под холодным расчетом, Ледник пустыми глазами оценил обстановку. Ледник не знал план отца по штурму академии и, похоже, создание из академии лабиринта не входило в план отца, как и исчезновение Озноб. Каким-то образом, академия превратилась в лабиринт и раскидала драконов повсюду. Но об этом стоит подумать потом, сейчас его ожидали проблемы с драконами-монстрами. Солдаты Песка и Ожог – расходный материал, не представляющий ценности для ледяного племени, потому их смерть не принесет проблем в будущем. Пока враги вдали, Ледник жестами передал Бурану и Касатке план атаки. Трое против шести, бой будет неравным, но Ледник видел способ сравнять силы. Нет, Жемчуг не будет участвовать, она бесполезна и лежит без сознания, план Ледника состоял в другом. Ледник в сопровождение двух ледяных дракончиков, медленной королевской походкой, направился на встречу шестиглазой. Холодные выражения на мордах ледяных драконов не показывало агрессии. – Глупо враждовать, когда слабые, беззащитные студенты академии, находятся в нескольких пещерах отсюда. Шестиглазая посмотрела с подозрением, все шесть глаз уставились на Леднике, но читать эмоции пустоглазого и практически бездушного дракона невозможно. – Неужели вы, "Великое и могучее племя ледяных" не можете справиться с кучкой студентов? – Дракончики слабы, но они превосходят количеством в пять раз. Нам бы не помешала ваша помощь. – Ничего вы без нас не можете. – Шестиглазая прикусила язык, предвкушая резню. – Ведите. – Туда. – указал Ледник в сторону находящегося сбоку туннеля. Когда три ближайший дракона-монстра повернули голову в сторону туннеля, потеряв ледяных дракончиков с прямого глазного контакта, видя союзников только с бокового зрения, ледяные драконы атаковали. Шестиглазая ничего не успела понять, прежде чем коготь Ледника ударил в грудь. Сначала на морде появилась усмешка от безуспешной попытки принца, но не успев что-то сказать, Шестиглазая почувствовала невыносимую боль в сердце. Шестиглазая, лишившись сил, упала брюхом на пол, дышать стало необычайно сложно, а поток крови начал вырываться из пасти. Ледник не стал долго зацикливаться на шестиглазой. Взлетев в воздух, принц напал на дракона-монстра, стоящего позади группы. В отличие от Ледника, успевшего за короткий промежуток времени убить двух драконов-монстров, дела у Касатки и Бурана обстояли не так гладко. Да, они успели нанести удар в шею, но этого оказалось недостаточно. Рядом с противником Бурана находился второй дракон-монстр, он и подстраховал товарища, атаковав Бурана, заставив ледяного дракона отступить. Касатка попала в шею и сердце, но дракон не умер моментально. Противником Касатки являлся самый крупный ночной дракон из группы шестиглазой. Выдержав удары на себе, огромный ночной дракон начал непрекращающуюся, стремительную серию атак. Касатке пришлось уклоняться и отступать назад, но несколько раз врагу удалось задеть холодную чешую, нанеся глубокие кровоточащие раны. Все развернулось как никогда удачно для Ледника: двое противников убито, двое отвлеклись на Бурана, один сражался с Касаткой, и еще один дракон-монстр скоро станет следующей жертвой смертоносного когтя Ледника. Следующий противник Ледника оказался шустрым, или скорей трусливым, что не удивительно. Любой бы дракон испугался, увидав смертоносного и неуловимого дракончика, способного убивать превосходящих в силе драконов с одного удара когтем. Не выражающая эмоций, холодная, бесчувственная морда, вгоняла в страх куда эффективней, чем кровожадность. Дракон-монстр попытался дать деру, расправив крылья, но куда медленному, долго соображающему дракону против бесчувственной машины? Ледник нагнал быстро, прикончив дракона серией точечных смертоносных атак. Закончив со своими противниками, Ледник развернулся, моментально решив, кому из двух дракончиков помощь нужнее. Буран, едва держался против двух значительно превосходящих противников. Будь драконы не опытными громилами, Буран бы смог разобраться с двумя, но враги оказались опытными бойцами, заставившие дракончика не сражаться, а бороться за жизнь. Маленький размер Бурана всегда вызывал трудности, но до сего дня эта слабость не так сильно бросалась в глаза. Буран был уверен: будь противник один, ледяной дракончик бы победил. Бурану ничего не оставалось, кроме как использовать преимущество в скорости и маневренности. Пару раз, дракончику удалось нанести атаку по израненному противнику. В конечном итоге дракон-монстр, в которого угодила первая внезапная атака Бурана начал изливаться кровью, упав на пол: стоять совсем не было сил, как и сил, чтобы продолжать сражаться. Это была бы победа, не будь Буран серьёзно ранен в плечо, бок и брюхо. Глубокие раны от когтей продолжали неугомонно ныть и кровоточить, в глазах мутнело. Буран, едва держался, чтобы не потерять сознания. Когда дракон-монстр собирался вонзить скорпионье жало, в ледяного дракончика, подоспел Ледник, успевший уколоть когтем бледно-желтый скорпионий хвост песчаного дракона-монстра. Дракон-монстр среагировал быстро, замахнувшись когтями, но Ледник, словно лист на ветру, уклонился от атаки без каких-либо проблем, сократил дистанцию, обогнул дракона и, нанес удар в переднюю лапу, полностью лишил хозяина контроля конечности. Потеряв равновесие дракон-монстр упал. Добить упавшего противника не составило проблем. Последние сражение, велось в равных условиях. Не смотря на превосходящий размер, дракон-монстр проигрывал связи с недостатком боевого опыта. Да, бой затянется, Касатка наверняка получит более значимые повреждения, но под конец боя определенно победит. Все было бы так, будь бой один на один, но, по мнению Ледника, растрачивать боевые силы сейчас совсем не эффективно для будущего ледяного племени. Громила полностью сосредоточился на битве с ледяной драконихой, потому удар сверху оказался не замечен. Следующий удар оказался смертельным для дракона-монстра. Касатка выразила легкое недовольство на морде. Она сама могла победить противника, в чужой помощи дракониха не нуждалась. В глазах других, Ледник выглядел непобедимым, но принц знал: если бы ледяной дракончик не воспользовался хитростью, то победить шестерых противников было бы куда сложней. Немалую роль в битве сыграли Буран и Касатка. Не отвлеки внимания трех драконов на себя, Ледник мог бы и проиграть, если бы сражался один против шести. А так, он быстрым движением убил двух драконов, не дав тем среагировать, от чего убивать рассредоточенных противников поодиночке стала легкой задачей. Ледник от природы гениален: он способен очень быстро учиться, быстро соображать, познал анатомию драконов, обладает высшим пилотажем, навыки борьбы на наивысшем уровне и многое другое. Но, как бы не был талантлив дракончик, ему ни за что в жизни не справиться с большой группой драконов, напавших одновременно. Озноб могла бы подавить противников силой, но Ледник не мог. В его случае пришлось бы разделять врагов на незначительные отряды по два или три дракона, чтобы всегда преуспевать в ликвидации цели. Настроение Касатки немного испортилось, в связи с кражей противника, но недовольство не было долгим. Немного придя в себя Касатка озадачилась. Она была готова услышать клич Бурана символизирующий победу, но проходило время, а шумный голос так и не заявил о себе. Касатке стало нехорошо, пробежавшись по пещере взглядом, дракониха наконец нашла соплеменника. Буран валялся на полу, совершенно не двигаясь. Ледник стоял рядом с дракончиком, тщательно осматривая состояние раненого бойца. Касатка поспешила приблизиться ближе. Разум терзали худшие предположения, а сердце не хотело верить. Буран окровавленный синей кровью, почти не двигался. Касатка встала в ступор. Вечно бойкий, пустоголовый и шумный Буран стал необычайно тихим. Его выражение на морде выглядело очень болезненным. Закончив оценку, Ледник не проявив и намека на эмоции бесчувственно произнес. – Прими смерть достойно. Касатка словно знала, что будет дальше. До того как Ледник замахнулся лапой, Касатка нарушив субординацию, крикнула. – Стой! Он же наш соплеменник! Еще бы чуть-чуть и когти принца поразили бы сердце, едва живого ледяного. – Ему не помочь. Ран много, они глубокие, сами не залечатся. Умрет в течение десяти минут. – Нет! – Не хотела Касатка верить словам принца. Что-то ведь можно сделать? Но что? Будь здесь Озноб, она бы знала, как спасти Бурана. Но её здесь нет. Под лапами и в сумке нет ничего, что бы могло остановить кровотечение. Попробовать заморозить рану? Касатка не знала, к чему это приведет, потому не решалась. Единственное, что могла сделать Касатка — это промыть раны, что и стала делать дракониха. – Это не имеет смысла. Дракончик умрет от внутреннего кровотечения и потери большого количества крови. – "Обрадовал" диагнозом принц. Ему то, откуда известно? – прошипела про себя Касатка. У ледяного племени очень низкий уровень медицины. Вправить кость могут, но если кровотечение или раздробленные кости, то терпи и жди, пока все само не заживет. Еще не смей жаловаться и ныть, это не приветствуется. Единственное, что пришло в голову – это намочить крыло и, прижать к ранам друга. Ледника не заботило состояние ледяного дракончика – смерть — это вопрос времени. Куда больше внимания Ледник концертировал на лежавшей в бессознательном состояние Жемчуг. Ушки ледяного принца поднялись. Кто-то стремительно бежал в их сторону. Судя по звукам шагов, бежало три-четыре дракона. Вскоре из туннеля, ведущего высоко вверх, выбежало несколько перепуганных дракончиков. Увидев валяющиеся тела драконов-монстров, дракончики резко остановились. Их и без того напуганные морды побледнели. Вскоре из туннеля, следом за кучкой, отбившейся от основной группы студентов академии выбежала Снежна. Совсем недавно драконята увидели живую легенду. Их разум наполнился паникой. Их лапы действовали куда быстрей, чем мозг, инстинкт самосохранения заставил броситься в бегство в первый попавшийся на глаза туннель. Ледяная принцесса, увидав отделившихся от основной группы драконят, последовала за ними. Туннель, по которому драконята прибежали, походил на винтовую лестницу, ведущую куда-то в бездну. А закончился туннель этим местом. Когда Снежна увидела Ледника, ледяная принцесса поспешила прикрыть собой драконят. – Бегите! Я его задержу! Драконята не стали медлить, убежав обратно в туннель, все же там было еще несколько этажей, куда можно убежать. Ледник летел быстро, но чтобы преодолеть расстояние, понадобилось некоторое время. Снежна загородила туннель собой, благо размер туннеля достаточно мал, обойти ледяную принцессу никак не удастся. Снежна готовилась взять реванш, но, как и в прошлый раз, Леднику понадобилось несколько секунд, чтобы оглушить дракониху. Удача оказалась на стороне Снежны. Ледник ни только не убил дракониху, но и не смог броситься в погоню за драконятами из-за преградившей дорогу бессознательной туши ледяной принцессы. Взяв за лапы, принц поволок Снежну к морской принцессе. Касатка, в отличие от Ледника, осталась на месте. Ее куда больше беспокоило состояние друга, чем пришедшие гости. Быть может, надо было остановить Ледника и попросить помощи у врагов? Нет, тогда Ледник прибьет и ее за предательство. Как принц мог так сильно измениться? От прежнего Ледника не осталось ни следа, это был совсем другой дракон, очень жуткий дракон. – Ка-сат-ка… – Привычный для ушей Касатки шумный голос Бурана звучал как никогда тихо. Едва оставаясь в сознание, Буран с надеждой в глазах посмотрел на дракониху. – Служи… вер-но будущей королеве. Буран все ещё оставался в сознании, но его голос стал необычайно слаб, как и израненное тело. Касатка не могла смотреть, как из единственного друга медленно вытекает жизнь. Друга? – спросила себя в мыслях ледяная дракониха. Нет, для Касатки Буран был больше, чем друг, от того только больней на сердце. Почему она не вмешалась? Она краем глаза видела, как Буран сражается с двумя. На тот момент, Буран не нуждался в помощи, а потом… Как все могло дойти до такого? Морда драконихи потеряло всю суровость и строгость. Не скрывая эмоций, Касатка расплакалась. – Не умирай! – почти не говорящая дракониха не жалела связки. – Ты мне нужен! Без тебя я не… никто… ты… я люблю тебя! Никто не считая семьи, не был так добр ко мне. Все всегда сторонились меня, как и я сторонилась других. Думала, мне никто не нужен, но… ты… – зарыдала Касатка, не сумев продолжить мысль. Впервые, находясь на грани смерти, Буран не знал, что ответить. Ужасающий грохот сверху заставил ледяных поднять голову. На потолке, кроме сталактитов ничего не было, но звук отчётливо слышался откуда-то сверху, будто булыжники, или что-то очень тяжёлое проламывает своим весом пол и стенки. Этот шум приближался, и вскоре потолок над озером рухнул, оттуда посыпалась груда камней и что-то бело-голубое. Ледник среагировал первым, полетев на встречу драконихи, пытающей замедлить скорость падения с помощью сломанных крыльев. Ей это удавалось не очень хорошо, но если бы не пыталась, то скорость падения была куда выше. Узнав в драконихе Озноб, Касатка без раздумий полетела на помощь. – Принцесса!!! – в беспокойстве крикнула Касатка. Буран был куда важней для нее, но воспротивиться сильному рвению, спасти принцессу Озноб, Касатка не могла.

***

Мир пуст и бел, ничего и никого, кроме меня, не было вокруг. Но меня ли? Цепи сковывали, как никогда крепко, казалось, дышать совершенно невозможно, но это было только мое воображение. – Нам еще рано сдаваться. – сказала другая я. Припоминаю, битву с Кузнецом я проиграла, а после свалилась в бездну. С ужасом посмотрев на правую лапу, я удивилась, обнаружив ее на законном месте. – Мы потеряли сознание. Сейчас, мы спасаем нас, стараясь остановить падение. Знаешь причину нашего поражения? – другая я, говорила монотонно и безжизненно. – не дав ответить, другая я продолжила. – Это непозволительно. Наши враги должны поплатиться, не так ли? Она права, меня перебирает ненависть. Когти жаждут пролить кровь, перерезать горло и вырвать сердце! Я должна победить и унизить наглеца! Надеть на легенду кольцо пыток и распотрошить! Ненавижу! Ненавижу! НЕНАВИЖУ!!! – Дай мне контроль! Я убью его! Проигнорировав требования, не изменившись в выражении, гипноз ответила. – Мы не идеальны. Нам надо лишиться слабостей. До тех пор, пока мы не лишены слабостей, нам не победить Кузнеца. До тех пор, пока есть те, кто нам дорог. О ком мы дорожим. Кого не хотим потерять. Нам не стать идеальной королевой. Идеальная королева должна заботиться только о родном племени. Ледяные драконы должны верой и всей душой служить идеальной королеве. Мы должны стать идеалом. – Слабость… я понимаю, о чем ты говоришь. – Уничтожь наши слабости, тогда сможешь использовать силу, многократно превосходящую дракомантию. С этой силой, Кузнец навсегда будет уничтожен. Первое, что заставило вернуться в сознание, это нехватка воздуха. Второе, невыносимая боль во всем теле. В-третьих, бодрящая вода. Кто-то пытался удерживать меня на поверхности воды, стараясь притащить к суше. Несмотря на все усилия, голова продолжала постоянно погружаться в воду, отчего и появлялась незначительная нехватка воздуха. Помню, как гипноз взяла контроль над телом, после старалась уменьшить полученный урон от падения. Остановить падение не удалось, я буквально проломила тушей все мосты, крылья пришли в негодность, а зацепиться, не сломав уступ или добраться до стенки так и не получилось. Но я все еще жива, а это главное. Откинув чужую помощь, я с трудом добралась до суши. Оказавшись на суши, я первым же делом погрузила морду в озеро, начав жадно пить воду. Повезло упасть в воду. От большинства обрушившихся мостов я почти не пострадала, но если бы не снизила скорость падения и упала бы на что-то очень твердое… Да и упасть в воду с большой скоростью тоже не будет чем-то приятным. Я утолила жажду, но не восстановилась. Тело измотано, невыносимо болит, в особенности та часть, где отсутствует лапа. Зрение никак не может прийти в норму, все плывет, двоится, если не троится. Я чувствую себя в очень ужасном состоянии, совсем нет сил, чтобы стоять, именно поэтому я сразу повалилась на берег, когда выплыла на сушу. До меня не сразу дошло. Кто-то что-то говорил, но я не слышала, так как в ушах продолжало свистеть. Мой взгляд остановился на ледяном дракончике, в нем я сразу узнала брата. "Наша цель. Убив его, обретем силу. Силу, чтобы убить Кузнеца." Ненависть перебирала меня изнутри, боль полностью исчезла, оставив после себя неприятное онемение, травмы и слабость. Что-то внутри меня сопротивлялось, но это было так слабо и ничтожно, от чего не стоило внимания. В глазах продолжало плыть, я видела двух, если не трех Ледников, стоящих предо мной. Собрав всю силу в единственную имеющуюся переднюю лапу, я полоснула брата когтями, целясь в сердце. Брат стоял смирно, приняв атаку грудью, замертво упав на бок. Из-за отсутствия одной лапы, слабости в теле, сильного замаха, я после произведенной атаки упала, ударившись мордой об мокрую каменную поверхность пещеры. Мне не удалось вложить в атаку и треть своей силы, но и этого оказалось достаточно, чтобы убить брата. Как-никак, я попала точно в сердце. Касатка с… не могу понять каким, выражением прибежала к Леднику. В глазах померещилось, будто дракониха пробежала со скоростью света, оставив после себя остаточный образ. После убийства брата, пробудились некоторые воспоминания. И без того перебирающая душу ненависть, была готова выплеснутся через все края. Ненавижу тебя, отец! Я вспомнила о дарованной отцом жемчужине, когда тот отправил меня в академию, после резни в морском королевстве. Эта жемчужина особенная, в ней дракомантия. Только я могу забрать дракомантию из жемчужины. Никому и ничему жемчужина не способна даровать дракомантию, как и не способна причинить вред ледяному племени. Жемчужина ограничена количеством использований, это как некоторая предосторожность. В год можно использовать жемчужину десять раз. В месяц, три раза. Отец добавил эти ограничения, дабы дракомантия не сильно влияла на душу. Зачарованные предметы не вредят душе, но если использовать дракомантию через предмет, то это еще как влияет на душу. Сумки нигде не было, похоже, обронила, пока падала. Не беда, жемчужина всегда окажется в когтях, стоит лишь пожелать. Жемчужина не хотела появляться в когтях, как бы я не старалась призвать. Да что не так с жемчужиной? Почему она никак не хочет появляться в когтях? Даже на голос не отвечает. Как же я все ненавижу! "Есть сила, превосходящая дракомантию. Но, чтобы использовать эту силу, надо избавиться от всех слабостей. Наше последние испытание, готовы ли мы выполнить его и стать идеальной королевой?" Что-то внутри говорит не делать этого, но… "Слишком поздно, один убит осталось двое." Да, Ледник мертв, сейчас слишком поздно, чтобы поворачивать назад. Где они? "Этот путь." – сказал голос в голове, а глаза нашли нужный туннель. Каждый шаг давался с огромным трудом. Очень трудно передвигаться с одной передней лапой. После каждого шага, едва не падала. Медленно, шатаясь, я добралась до туннеля. Гнев пробирал меня изнутри. Я в предвкушении… убив их, наконец заполучу долгожданную силу, власть и могущество. Все враги ледяного племени умрут! Нет… план отца… да, этот план прекрасен! Я начинаю все вспоминать. Нет, скорей, гипноз открыла доступ к заблокированным ранее воспоминаниям. Я все делаю правильно! Я – будущее ледяного племени! Я идеальная королева! Я чувствую, вижу души морских драконов, кружащих вокруг меня. Благодаря им, я знаю, где два дракончика, не могу умереть, а также защищена от дракомантии. Но я не могу их использовать. Души подчиняются отцу и гипнозу. Цель душ – оберегать от смерти. Неважно, какая бы смертельная атака не поразила меня, души бы не позволили мне умереть. К сожалению, использовать их невозможно, пока не стану идеальной. Даже не будут залечивать раны, пока два дракончика живы. Ясно, я докажу, что достойна этой силы!

***

Касатка все ещё приходила в себя от увиденного. Озноб ушла, но дрожь так и не думала проходить. Касатка клялась трём лунам, ледяным духам, да даже великому ледяному дракону. Та, кто ранила Ледника, была не Озноб. Это было что-то очень ужасное. Морда, глаза – сплошная ненависть. Трудно представить, кто смог так искалечить монстра, но ещё трудней представить, как после всех травм, Озноб не проронив ни слова, добралась до туннеля и скрылась в нем. Касатка чувствовала себя бесполезной. Снежна и Жемчуг валялись без сознания. Буран был как никогда близок к смерти. Ледник почти мертв, если бы Озноб не промахнулась, или бы атаковала со всей силы, то принц был бы уже мертв. Касатка лежала возле потерявшего сознания Бурана и рыдала. Она бесполезна, она ничего не могла сделать. Уши Касатки поднялись на шум. Какой-то дракон очень спешил сюда. Что за напасть? – подумала Касатка. Когда спешивший на всех парах дракон вбежал в пещеру с озером, Касатка оскалила морду, увидев неприятеля.

***

Встреча с живой легендой оставил отпечаток в сердце воинственной морской принцессы. Поступили ли они правильно, оставив Озноб сражаться против монстра? Впрочем, сама Озноб, то еще чудовище, да и еще с ледяной чешуей. Сражаться с Кузнецом – все равно что посылать драконов на смерть. Он в одиночку уничтожал целые армии, не факт, что кучка взрослых ночных и радужных, а также некоторые студенты смогли бы хоть что-то противопоставить чудовищу. К тому же, сама Озноб была против, а ее характер... Единственный способ победить Кузнеца – это завалить дракона под академией. Сейчас, дракончики нашли более безопасную пещеру. Чтобы попасть внутрь, надо пройти несколько длинных небольших по размеру туннелей. Обычные драконы пройдут с некими трудностями, но огромный великан на подобии Кузнеца ни за что в жизни не сможет пролезть через туннель. Бросать Озноб совсем не хотелось, трудно это признавать, но только она способна убить принца Моржа. Не стоит забывать о Песке. По словам прибывших из морского дворца, Песок-Волна, то еще чудовище. Несколько резких хлопков ударили в уши. Там, где плотность драконов была всех выше, поднялся дым, заставивший дракончиков закашляться. – Вы все подчиняетесь Игуане! – Несколько кричащих голосов повторяли одну и туже фразу. Когда Цунами увидела морду одного из кричащих дракончиков, морская принцесса не смогла признать дракончика. Он точно не состоял в списке студентов, но по возрасту и размеру не отличался от студентов академии. Бойкая Цунами, уложив самозванца, огляделась. Дым пропал быстро, раскрыв положение дел. В огромной пещере находилось пять входов и выходов, ни в один из них не мог просунуться огромный дракон, наподобие Кузнеца. Часть студентов, попавшая под действие дыма, немедленно загородило три туннеля, находящихся на нижнем уровне. В пещере было два этажа. Нижний, самый обширный, большая часть студентов оставалась именно там. Верхний этаж находился на несколько десятков метров над головой. В отличие от нижнего уровня, Верхний имел два туннеля и очень мало свободного места. С края верхнего этажа открывался неплохой вид на дракончиков снизу. Именно на верхнем уровне осталась королева Ореола. Но что же было дальше? Цунами увидела у края верхнего этажа Ореолу и Звездокрыла. С туннелей начали прибывать многочисленные песчаные драконы, загородив собой узкие туннели. В придачу к этому, половина студентов перешла на сторону песчаных драконов. Зелье контроля разума, сразу подумала Цунами.

***

План Ожог удался. Пусть зелье контроля разума удалось преобразовать в газообразную версию, но эффект от этого стал временным. Ожог в большей степени благодарна Вихрю за предложенную идею, а также Гению за реализацию. Естественно, они это сделали против своей воли, но кого это волнует? Поднявшись на верхний этаж, объединившись со своей армией, Ожог приметила своими хитрющими, злыми глазами, жаждущих мести, шесть драконов. Пять драконов – это Дракончики Судьбы. Шестая дракониха – это морская дракомантка Анемона. Еще одному морского дракоманта Ожог так и не нашла. У Ожог преимущество – армия порабощённых песчаных, пусть и знатно поредевшая из-за лабиринта. Совершенно не известно, где потерялась большая часть армии, но это Ожог больше не волновало, так как половина студентов перешла на сторону Ожог. Они стали не только солдатами, но еще рабами и заложниками. Не стоит забывать и об особенных заложниках. Теперь все в когтях Ожог, месть будет как никогда сладка и остра.

***

Обугленный закончил со свитком, дописывая последние заклинание, когда Беда и Огонек соизволили подняться к месту, где притаился дракончик. – Этот свиток… – от увиденного пергамента, обернутого в черную кожу, в разум Беды, начали навевать плохие воспоминания. Воспоминания, вертелись дымкой, но никак не могли проявиться. Огонек, посмотрев на друга, испугался. В выражение друга не было былого дружелюбия. Два глаза пылали огнем: голубым и желтым. В глазах ясно читалась ненависть и безумие. Обугленный улыбнулся, но от этой хитрой и подлой улыбки не стоило ожидать ничего хорошего. Взмахнув крыльями, дракончик набрал поражающую скорость. Схватив Огонька, Обугленный поднялся еще выше, встав, на край уступа. По какой-то причине, Беда не могла пошевелиться. Огонек занервничал, его чешуя начала разогреваться. Дракончик с огненной чешуей всеми силами старался подавить жар, боясь навредить другу. – Что? Что происходит? Обугленный? – Нервничал огонек. Обугленный повалил Огонька, наступив на того лапами, не позволяя дракончику высвободиться. – Что ты творишь! – Гневно выкрикнула Беда. – Помните, о чем я говорил ранее? – Не став ждать ответа, Обугленный ответил. – Есть много драконов, жаждущих мести бывшему паладину, экс-королевы Пурпур. Если нельзя победить чудовище, то пусть страдают те, кто дорог чудовищу. – Эта какая-то шутка? Если шутка, то не смешная. – Запаниковал Огонек, не веря другу. – Отпусти его! – Выкрикнула Беда, начав подниматься в воздух. – Ни метра ближе, иначе он умрет! После слов Обугленного, крик агонии раздался по пещере, заставив Беду остановиться. Огонек, не привыкший терпеть такую резкую и невыносимую боль, заплакал, его чешуя накалилась до предела. Но Обугленный не чувствовал жара. – Стойте! Не деритесь, не убивайте друг друга! Давайте сначала поговорим! – чей-то голос раздался прежде чем дракон появился из туннеля. Обугленный следил за реакцией Беды. Его когти были готовы в любой момент перерезать горло небесно-земляного гибрида. Тот факт, что Беда не продолжила атаку, ненадолго спасло Огонька. Но Обугленный не планировал щадить дракончика: Чудовище должно страдать!

***

Каждый шаг давался с трудом. Пусть я не чувствовала боли, но тело практически не слушалось. Зрение не стало лучше, все также плыло и двоилось. Сознание так и хотело провалиться в сон, но я держалась. Сейчас не время спать! Я должна убить… Запнувшись, я вновь ударилась мордой о пол. Но на этот раз я не поднялась. Так сложно… Души вылечили несколько самых серьезных ран, когда я падала, потому смерть от внутреннего кровотечения не грозит. Души оберегают меня, мгновенно, залечивая жизненно важные органы. Но вылечивать полностью не собираются. Чтоб их! Я все ещё в плохом состоянии, мне понадобится несколько месяцев на то, чтобы залечить раны самостоятельно. "Близко. Очень близко." Да, я слышу их шаги. Пещера довольно просторная, самое то для битвы. Став на три лапы, я стала ожидать их прибытие. Между делом, приводя дыхание в норму. Совсем скоро, я убью их! Я ожидала их прибытие в предвкушение, но что-то делало мне больно. Это была не физическая боль – другая. Я чувствовала нечто похожее, когда убивала Ледника. Убивала дорогих для меня драконов…

***

Первым кто увидел Озноб, оказался Снегопад. Сразу огромная волна паники ударила в сердце ледяного принца. Необъятная жажда крови так и изливалась из Озноб. Она совершенно не скрывала намерения. Ее синие глаза пропитаны слепой ненавистью. Пусть ледяная принцесса выглядела очень слабой, побитой, тяжело дышала, и едва стояла на трех лапах, но чувство опасности кричало: не приближаться близко. Чего не скажешь об Утесе. – Озноб! – сначала обрадовался Утес, а потом забеспокоился, увидев, в каком состоянии Озноб. Принц не замечал с какой ненавистью Озноб смотрела на двух дракончиков. Благо Снегопад успел схватить дракончика за хвост, прежде чем потерявший от эмоций, любви, переживаний, принц приблизился к злой драконихе. Озноб с маниакальным взглядом, начала медленно приближаться. Снегопад оцепенел. Все самые кошмарные воспоминания выбрались из глубин подсознания, сковав принца в страхе, при виде сгустка ненависти, исходящего из окружения кровожадной принцессы. На этот раз, необычная аура была видима глазами, а не только восприятием. В этот раз это никак нельзя связать с "показалось" и отбросит в сторону, не задумываясь. С озноб серьезно что-то не так, если, конечно, это Озноб. Даже родной брат не мог признать в этом монстре, свою когда-то добрую, но строгую сестру Озноб. Что-то резонировала в душе Снегопада, заставив огромного дракончика упасть. Пока Снегопад был погружен в мысли, Утес спустя бесчисленные попытки, наконец смог достучаться до Озноб, заставив принцессу проговорить.

***

– Утес… Утес что-то говорил, но мои уши долгое время не могли разобрать его речь. Жажда убивать была куда больше. Принц находился в десятке метров от меня. Расстояние не такое большое. Неприятное чувство, такое же, как когда я убивала Ледника, начала вновь портить меня. От этой слабости надо избавится! Я постаралась ускорить шаг, но это мне не удалось. – Ты не такая. Доверься сердцу, прошу. – Молился Утес, глядя на меня жалобными золотисто-оранжевыми глазенками. Убить Ледника было куда проще. В отличие от Утеса и Снегопада, в Леднике я не чувствовала жизни вообще. Но эти двое – другие. Они более живые. – Не знаю, чувствуешь ли ты сейчас тоже, что и я, но я люблю тебя всем сердцем. Ты для меня единственная, я не могу также думать ни о ком другом. Пожалуйста, вернись. Ты дорога не только мне, но и другим драконам. Снегопад и Ледник, твоя братья очень беспокоятся о тебе, и хотят вернуть прежнюю, добрую и заботливую Озноб. Не только они, Солнышка, Вещунья, много кто хочет… – принц продолжал говорить, но я перестала слушать. Я поняла! Точно, теперь я все поняла! Я остановилась, из глаз начали течь маленькие слезинки. Увидев это, Утес немного улыбнулся. – Да, я поняла, что ты имеешь в виду. Я люблю Снегопада и Ледника своей сестринской любовью. Они всегда останутся в сердце, пока живы. Ты… Ты, Утес. Ты особенный. Тебя я люблю другой любовью. Каждый раз, когда вижу тебя, это чувство… Оно приходит вновь и вновь. Теперь я точно поняла. Ты единственный, кого я полюбила всем сердцем, именно поэтому тебе суждено умереть! Собрав все силы, я сделала прыжок в сторону Утеса с желанием убить.