Перерождение: Лёд ненависти и слух тьмы.

Глава 58.(П) Трусливый герой и неустрашимый дракомант. Некоторое время назад, когда Остроух отделился от друзей. Однотипные стенки туннелей не укладывались в память, да и не было ни желания, ни времени, чтобы любоваться красотами созданного мной лабиринта. Я бежал изо всех лап по небольшим туннелям, использовал крылья для спуска на нижние уровни многоэтажных пещер, и возвращался к бегу. Сердце вырывалось из груди, сердечный гул стоял в ушах, мышцы ныли, в придачу появилась отдышка. Марафон по нескончаемому лабиринту из туннелей и пещер заставил израсходовать всю выносливость. Если бы я чуть-чуть расслабился, снизил скорость, то точно бы не успел предотвратить неминуемое. Я не знал, куда бегу, точнее, не знал, куда прибегу. Видение подсознательно вело к нужному месту. Когда одержимость видением начало спадать, разум начал пробуждаться. Я совершенно не заметил, как влетел в обширную пещеру с множеством павших драконов. Какая жуть! Они мертвые? Почему у них так много глаз? Выглядят жутко! Это и есть те самые драконы-монстры, атаковавшие академию? Будь здесь Миротворец, он определённо бы их пожалел и попытался бы спасти, но я так делать не буду. Кто знает, что от них потом ожидать? Вдруг нападут? Были бы хорошими драконами, не уродовали бы себя специально, превращаясь в это... Сердце забилось в бешеном ритме, но в этот раз не от усталости, а от пробиравшего всю чешую и душу злющего ледяного взгляда. Я оцепенел от страха, повернул голову и увидел ту, кто напугал меня чуть ли не до потери сознания. По правде, сама обстановка в пещере нагнетает: воздух в пещере пропитался кровью, пол окрасился в преимущественно багровый, несколько лежачих то тут, то там драконов монстров, а также злая дракониха, смотрящая на меня обмораживающим ледяным взглядом ненависти и… боли? Касатка встала в боевую стойку. В отличие от других драконов, она приготовилась биться со мной, что совсем не входило в мои планы. Из её глаз продолжали течь слезы, придавая её мордочке помимо злобы, испуг и страх, с отражением боли в холодных зрачках. Но она всё равно страшная! Пугает сильно! Чуть позже, я заметил несколько драконов рядом с Касаткой. Снежна лежала и не шевелилась, отчего возник вопрос: "Она жива?" Маленькая морская принцесса лежала рядом, она, как и ледяная принцесса, не подавала признаков жизни. Благодаря умению читать мысли, я мог определить, кто из драконов еще жив. Обе принцессы спали, отчего проникнуть в мысли необычайно легко, но я не стал этого делать, распределив внимание на других драконах. Кроме Жемчуг и Снежны, неподалеку лежали: Буран и белоснежный ледяной дракон. Оба дракона имели серьезные раны, но, если судить по мыслям, то оба дракончика еще живы. Я не сразу узнал в ледяном дракончике… брата Озноб. Я забыл его имя, но я помню его страдания в мыслях. Он, как и другие ледяные драконы, почти полностью лишен души. В отличие от драконов-монстров, ледяные драконы наверняка ненамеренно творят зло. И вот одна плохая дракониха стоит в нескольких десятков метров от меня. Она злобно оскалила морду, отчего отпало всякое желание приближаться ближе. – Буран и… брат Озноб нуждаются в помощи! Я могу им помочь! – Переборов страх, я крикнул с надеждой, что Касатка образумится и даст помочь. – Доверять ночным? Ни в этой жизни! – После своих слов, Касатка взмахнула крыльями и с пугающей скоростью устремилась в мою сторону. Я нервничал, и не знал, что делать. В то же время Касатка приближалась все ближе и ближе, и явно не с добрыми намерениями. Пусть я буду способен телепортироваться туда, куда смотрю, по собственному желанию. – Крик испуга раздался в разуме и в то же время крик послужил не осознанному сотворению заклинания. Я желал оказаться подальше от жуткой драконихи. К счастью, взгляд прошелся мимо, готовившийся пронзить меня когтями драконихи, и остановился возле нескольких раненых дракончиков. Туда я и телепортировался. На некоторое время это меня спасло. Касатка не сразу поняла, куда я делся, а когда поняла, то начала стремиться обратно. Я же недолго обращал внимание на Касатку. Мне было страшно, но я также не мог оставить невинных драконов умирать. Хочу иметь способность вылечивать других драконов и себя прикосновением, лишь пожелав этого. – произнес в мыслях, а дракомантия воплотила желание в жизнь. Как и в прошлый раз, холодящий душу озноб прошелся по коготкам. Не знаю почему, но с каждым использованием дракомантии я чувствовал, как становлюсь храбрее. Быть может, дракомантия вовсе не причиняет вреда душе, напротив, помогает. Я не стал долго задерживаться, как-никак одна из двух безумных ледяных драконих тут, и все ещё жаждет меня убить. Я прикоснулся для начала к Бурану и использовал свою новообретенную способность к лечению. Истекающий в собственной темно-синей крови дракончик глубоко вздохнул и начал жадно поглощать воздух, приходя в норму. Этот поступок заставил бешенную дракониху остановиться на полпути и застыть в ошеломлении. В этот раз она куда меньше смотрела на меня и куда больше на поднимающегося на лапы дракончика. Я не стал сильно зацикливаться на одном ледяном, поэтому сразу перешел ко второму смертельно раненому дракончику. Так же, как и первого, я вылечил второго, но вместо благодарностей, брат Озноб набросился на меня, придавив своей тушей. Я среагировал быстро. Точнее, когда ледяной дракончик только собирался наброситься, я постарался телепортироваться к другой части пещеры. Принц оказался невероятно быстрым. За короткий промежуток времени ему удалось не только повалить меня, но еще почти нанести удар. К счастью, хоть и с огромной задержкой, но мне удалось телепортироваться в последний момент. Оказавшись в шестидесяти метров от того места, где находился, я начал приходить в себя, постепенно отходя от испытанного ужаса. Но передышка не была долгой. В отличие от Касатки, которая перестала за мной гнаться, брат Озноб действовал решительней, быстрей и пугающей. За небольшой период времени, он успел преодолеть половину пути. Хочу иметь сверхреакцию, чувствовать любую агрессию и всегда иметь возможность среагировать на опасность. А также по желанию ощущать мир в замедленном режиме. – Мое желание исполнилось. Параллельно с появившейся новой силой, я испытал знобящую дрожь в когтях и по всему телу. Теперь всё двигалась необычайно медленно. У меня появилось время среагировать и обдумать. Для начала было бы неплохо обезвредить страшного дракона, а желательно всех трёх… – Замрите! – Мой приказ прошелся по пещере. Брат Озноб находился в воздухе, когда я ему приказал, поэтому он упал на каменный пол и больше не мог пошевелиться. Касатка и Буран также не могли ослушаться, но в отличие от бездушного дракончика, Буран, являясь самым шумным, первым начал возражать. – Какого! Дракомантия?! Лучше бы я умер, чем был поднят украденной ночными дракомантией! Неважно, так как вскоре Озноб станет королевой и уничтожит всё ваше гнилое племя!!! – Замолкни! – Это был не просто приказ, а приказ с использованием дракомантии. Какая сила!!! Как я раньше без неё жил? Великолепно!!! Но хватит веселиться. Времени у меня не так много. Я быстро прочел мысли двух находящихся в бессознательном состоянии драконов. Будить Жемчуг мне перехотелось. Она не так сильно травмирована. Угроза жизни не грозит, если только не разбудить её… Я вылечил её прикосновением, и наложил такие же чары, какие наложил на ледяных драконов. Последняя – это Снежна. У меня не так много времени, поэтому разбудив её, я немедленно выдал команду, но на этот раз без использования дракомантии. – Пожалуйста, поохраняй этих драконов. Я им не доверяю. – перед тем как уйти, я добавил. – Ты можешь снимать и налаживать с них мои чары оцепенения и молчанку. Снежна едва проснулась, потому плохо соображала, но меня это не заботило. Я с помощью дракомантии передал принцессе возможность управлять наложенными на ледяных драконов чарами, а сам наделил себя возможностью знать местонахождение Утёса и Снегопада. Узнав направление, я посмотрел в сторону нужного туннеля и телепортировался к входу. Оказавшись на месте, я продолжил совершать мгновенные рывки сквозь пространство, преодолевая расстояние в десятки метров, в разы быстрей, чем раньше. Даже не каждый дракон успеет моргнуть, как я к тому времени успею использовать очередную телепортацию. Я был доволен, это значительно сократило время, как оказалось, благодаря этому мне удалось спасти жизни. Когда я прибыл к нужной пещере, на расстоянии примерно тридцати с лишним метров от меня, Озноб собиралась вонзиться клыками, и добить раненого брата, но этому не суждено было случиться. И всё благодаря мне и дракомантии. У меня сверхреакция, потому мир для меня медленный, именно благодаря этому я успел наложить чары и спасти двух оказавшихся в беде драконов от самой злой драконихи во всей Пиррии. Телепортировать себя к Озноб, и защищать Утёса и Снегопада своей тушей не входило в мой план. Это глупо, безрассудно и страшно. Вместо этого, я задумался: Почему я могу телепортировать только себя? Даровав себе возможность отмечать невидимой и неосязаемой меткой драконов, а после телепортировать их вместе с собой, или телепортировать их на то место, куда я смотрю. С этими новыми чарами я отметил находящихся рядом с Озноб Снегопада и Утёса, а следом телепортировал их к себе. На моё удивление, Озноб мгновенно заметила пропажу, и быстро нашла меня. Но меня это не волновало. Конечно, очень страшно, но не думаю, что ей удастся преодолеть такое огромное расстояние раньше, чем я разверну голову и телепортируюсь подальше от неё. Да что там, эта пещера огромна! Я спокойно могу телепортироваться от одной части пещеры к другой, а эта черепаха ни за что в жизни не угонится за мной, пока у неё три лапы, а также сломанные крылья. Озноб едва стоит на трех лапах, имеет на чешуе следы, будто в неё врезался Мракокрад или на неё обрушилась гора. Помимо помятой чешуи, у нее куча кровоточащих ран, крылья сломаны и просто висят. Но это все равно не лишало меня страха, напротив, глядя на это чудовище, я начинал бояться только сильней. Что со мной? Почему я так сильно боюсь полудохлую дракониху? Дрожащей лапой, я прикоснулся к Снегопаду и вылечил того от всех ран. – Дракомантия? – удивился Снегопад, но не успел продолжить мысль, так как в этот момент раздался пробирающий душу вопль Озноб. – Ненавижу!!! Это чудовище бежало прямо на нас! Не знаю как, но, несмотря на все травмы, её скорость оставалась впечатляющей. Я застыл и не мог пошевелиться; хоть весь мир для меня замедлен, это никак не спасало от несущегося ко мне воплощения зла. – Озноб! Постой! – крикнул Снегопад! – Ты убиваешь не только нас, но и себя! – Утёс в панике смотрел на Озноб, затем посмотрел на меня. – Ты не можешь выиграть нам время? Повторить тот же трюк? Нам нельзя оставлять её в таком состоянии! Меня не так сильно заботили их попытки достучаться до Озноб. Она – зло, и её необходимо уничтожить! Да, зло воплоти, лучшее описание. В паники я пытался придумать любые летальные заклинания, будь то остановка сердца, уничтожение мозга, смерть от потери крови, задохнуться от недостатка воздуха, и другие подобные заклинания, но ничего не подействовало. Напротив, казалось, будто ещё немного и что-то сверхъестественное уничтожит меня, если я продолжу злить это. К этому времени Озноб значительно сократила дистанцию, поэтому пришлось использовать недавно обретенную способность и телепортировать нас в самую отдаленную часть пещеры. Я спас себя, Снегопада и Утёса, теперь надо думать, как победить Озноб. Но мне не пришлось долго думать, так как после обезумевшего спринта, Озноб свалилась на пол, и не могла больше подняться. Она жадно глотала воздух и смотрела на нас самым ненавистным взглядом, что я когда-либо видел. Победа? Так просто? Нет, всё не может быть так просто! Но, в отличие от моих переживаний, не похоже, чтобы у Озноб действительно остались силы на битву. – Озноб, пожалуйста, не шевелись! – Крикнул Утёс с искренним беспокойством. – Ты в очень плохом состоянии! – А тебя не смущает, что она только что чуть не убила вас? Мне показалось, Утёс проигнорировал мои слова, и начал медленно приближаться к Озноб. – Она страдает! Я вижу это! Разве вы не видите её слезы? Она не хочет этого делать, но что-то заставляет её творить зло. – Да. – Согласился с Утёсом Снегопад и совместно с небесным дракончиком двинулся к сестре. – Озноб стала очень злой, это наверняка вина отца. Она искренне плачет в душе, значит, в ней осталось добро, поэтому я проигнорирую её попытку убить нас и попытаюсь спасти Озноб. Психи! Так уж и быть, прежде чем убить Озноб, я докажу им, что она зло воплоти. Я последовал за ними, но сохранял небольшую дистанцию позади. – Озноб, помнишь, как мы смотрели на звёзды? Признаю, последний раз нас разделяла небольшая ледяная полоса, но потом… – мысли небесного не остались без моего внимания. "Осколки… Они в моей сумке. Может ли это как-то помочь в этой ситуации?" – Помнишь, как обняла меня? Скорей всего, Озноб хотела его придушить, а этот идиот подумал, что злюка хотела его обнять. Снегопад смотрел то на сестру, то на Утёса, в его глазах морозились лучики надежды, а в мыслях тот молился всевозможным ледяным духам и трем лунам, чтобы у Утёса получилось образумить Озноб. Хотя, по выражению Озноб, единственное, что та хотела, так это убить нас. Даже не знаю, с чего это они решили, что в этой злюке есть добро. – Не помнишь? – продолжил Утёс. – Ты вновь потеряла память? Тогда, я обязан тебе напомнить. Ты не могла понять, чем я такой особенный. Не могла понять, почему не можешь навредить мне, в отличие от других. В ту ночь, когда я уснул на своей территории, для меня стало приятной неожиданностью оказаться обнятым драконихой, которой я люблю. Признаюсь, я немного замерз в ту ночь, но это ничего, так как бушующее от любви сердце грело меня изнутри. Я готов терпеть любой холод, лишь бы вечно быть с тобой… – Утёс пролил слезу, а злая дракониха даже не изменилась в выражении. – Я очень расстроился, когда на утро не увидел тебя. Не знаю, в ту ночь ты подсознательно уснула в обнимку со мной, или проявилась твоя настоящая добрая сущность, но это ничего не изменит. Недавно, ты сама призналась, что любишь меня, а также заботишься о брате. Так знай, эта любовь взаимна! Я Снегопад и Остроух, мы все хотим вернуть добрую Озноб! Где-то там в… – Меня не приписывайте к вашим хотелкам. – перебил я Утёса. – Вы совсем не понимаете, кто она, и что из себя представляет? – Она моя сестра, оказавшаяся в очень сложной ситуации! Она не виновата, это всё наш отец! Сейчас она серьезно ранена, ей нужна помощь! – Над головой Снегопада словно появилась кристальная голубая снежинка в виде звёздочки, а сам дракончик воссиял идеей. – Ты исцелил меня! Ты можешь немного вылечить Озноб? Вылечить не так сильно, чтобы у сестры не было сил на то, чтобы убить нас, но достаточно, чтобы она не умерла от многочисленных ран! На ней живого места нет! – Идиоты! Она попросту убьёт нас! Между делом, Утёс начал игнорировать нас и вновь заговорил со злобной сосулькой. – Помнишь, ты признала меня другом. А потом вогнала в краски, заявив, что мне придется постараться намного усердней, чтобы стать твоим партнером. Теперь я понял, что мне нужно сделать! Я не брошу и не оставлю тебя! Как бы ты не пыталась меня убить, я обязан образумить тебя! Я не могу больше скрывать свои чувства! – одна слезинка за другой скользила по тёмно-красным чешуйкам. – Пожалуйста, вспомни всё то хорошее, что случалось в твоей жизни. Вспомни, как ты проходила испытания Изумруд, как ты подружилась с Вещуньей, как тебе понравилась моя готовка, как ты… Озноб собрала оставшиеся силы и поднялась, вызвав страх и панику в нас. Как она ещё способна стоять? Я был уверен, у неё больше не было сил, чтобы подняться! Впрочем, это не так важно, так как нас разделяет расстояние примерно в тринадцать метров. Не думаю, что ей удастся добраться до нас раньше, чем я телепортирую всех на безопасное расстояние. Но дальше произошло то, чего я никак не мог ожидать от Озноб. Озноб из последних сил поднялась на лапы, показывая всем видом, как она собирается наброситься на нас, хоть ей ни за что в жизни не преодолеть такое расстояние в один прыжок. Оторвавшись от пола, она тут же с грохотом рухнула на твердый каменный пол, не преодолев даже метра. Для меня всё произошло в замедленном режиме, поэтому мне удалось детально разглядеть все мелочи. Лёд ненависти в глазах принцессы потух сразу, как та собрала силы для рывка, впоследствии, не выдержав нагрузки, Озноб с грохотом рухнула брюхом к полу. Сомневаюсь, что после такого шумного падения, злодейка сможет открыть глаза и подняться на лапы. – Озноб! – В панике крикнул Утёс. В мыслях небесного дракончика начали появляться наихудшие из возможных предположений, или наилучшие из возможных предположений – смотря как посмотреть. Забыв о мерах предосторожностях, Снегопад поспешил к сестре. Кто-то явно хочет умереть! Даже Утёс не мог позволить себе действовать так опрометчиво и бездумно, подвергая себя опасности, в отличие от ледяного наивного здоровяка. Я и вовсе не собирался подходить к Озноб. – Снегопад! Постой, это опасно! – Крикнул Утёс, но ледяной принц не остановился, добравшись до сестры, Снегопад начал осматривать её. – Она тяжело дышит! Похоже, потеряла сознание. – Снегопад жалобными глазами посмотрел на меня. – Пожалуйста, не дай ей умереть! Утёс перестал заботиться о собственной сохранности. Он приблизился к Озноб и сделал быструю не точную оценку состояния принцессы. – Очень плохо! У неё сломано несколько костей, а ещё велика вероятность внутреннего кровотечения, помимо внешнего. Прижгла оторванную лапу… Я не целитель, но, по моему мнению, ей срочно нужна медицинская помощь, иначе она может умереть! – В мыслях дракончик думал: “Кто мог избить и довести до такого состояния Озноб? Кто-то чудовищно сильный… сильней, чем Озноб? На это описание подходит дракомант или Кузнец – гроза и страшный кошмар драконов на поле боя." – Отлично! – не скрывая радости, я начал обдумывать новое заклинание. Прямые заклинания ни только не работают, но ещё их опасно использовать на Озноб. Но что если использовать не прямые заклинания? К примеру, зачаровать острый камень и… А зачем мне искать обходные пути? Почему я должен бояться? Неужели я настолько труслив, что побоюсь подходить к потерявшей сознание драконихе? Боевой опыт, размер, сила, скорость, реакция – сейчас всё это не важно, так как Озноб в отрубе и не сможет воспользоваться никаким преимуществом. Она сейчас абсолютно беззащитна! – Чего в этом хорошего? – Снегопад недовольно посмотрел на меня, начав ожидать пояснений. – Остроух? – сделал небольшую паузу Утёс, начав внимательно всматриваться в меня. – Что с тобой? Твои глаза… эта ненормальность в них… То, как ты телепортировался, вылечил раны Снегопада – это была дракомантия? Тебе… – напугавшись, Утёс загородил собой и своими крыльями лежавшую позади Озноб, тем самым защищая зло во плоти от меня. Я начал подходить к беззащитной принцессе, но остановился, так как помимо Утёса, Снегопад аналогично преградил мне путь. – Разве вы не понимаете? Она зло воплоти! Пока она жива, вся Пиррия будет в опасности! Это мой долг! Долг как героя и защитника Пиррии! Я обязан убить её, и всех спасти! – Я тебя не узнаю! Это совсем на тебя непохоже и не только… – Утёс с неким страхом посмотрел мне в глаза. – Я понял!!! В твоих словах нет благородства! У меня богатый опыт общения с драконами, и отталкиваясь от этого опыта я с уверенностью могу сказать: ты не тот, что раньше. Твои глаза выдают то безумие, что скрывается под этой мордой. Прошу, прекрати! – Как ты смеешь? Я думал, мы друзья, а вы… Вы будете защищать её? Не могу поверить, я их спас, а эти самоубийцы не выказали никаких благодарностей, да ещё встали на пути героя! – Тут речь не только об Озноб, но и… Перебив Снегопада я выкрикнул. – Предатели! Я верил, думал, мы друзья! Но вы так легко… так легко поддались злу… – Злу? Всё не так! Прошу, успокойся и выслу… – я не стал слушать пропитанные скверной слова Утёса. – Как я был глуп! Вы с самого начала находились на стороне зла! Зачем я только вас спас? Думал, мы друзья, а вы… Предатели!!! Я понял! Я раскрыл ваши злые замыслы! Вы хотели обратить меня, героя на сторону зла! Хотели использовать меня! Не бывать такому! Вы с самого начала служили воплощению зла? – Два дракона кричали, пытаясь оправдаться и усыпить мою бдительность, но я сразу раскусил их. Я герой! Я тот, кто сражается со злом! Никакая ложь не заставит меня сменить сторону! Я набросился на Снегопада. Я герой, мне неведом страх! Снегопад принял удар на себя. Мои когти оставили глубокую рану на лапе ледяного дракона, но этого недостаточно для убийства. Чешуя у Снегопада прочная, но моя сила неизмерима, и всё благодаря чарам. Следующим движением я хотел перерезать глотку, но какая-то неведомая сила откинула меня на десять метров. Использовав крылья для нахождения баланса, я завис в воздухе. Что это было? Я осмотрел пещеру и увидел ещё одного небесного дракончика. Обугленный? Я не сразу его узнал, так как на его левой части морды, тела, хвоста виднелись незначительные ожоги в виде маленьких лапок, вместо пугающих ожогов. – Обугленный? – удивился Утёс. – Я здесь, чтобы защитить вас, принц Утёс. – разноцветные глаза остановились на мне и с любопытством начали разглядывать. Я увидел свиток, парящий в воздухе, около появившегося из неоткуда небесного дракончика. Я прочел несколько строк и ужаснулся. Дракомантия! У него дракомантия! Я тут же пожелал защиту от дракомантии, а следом, не теряя времени, решил закончить всё быстро. – Убейте себя! – Я придал к командному голосу дракомантии, но никто не исполнил мой приказ. – Что? Почему? – я тут же начал читать их мысли, чтобы узнать ответ, но Обугленный решил не удручать меня, и ответить. – Я защитил их своей дракомантией… – мысли небесного дракончика полыхали в гнильце, я не смог пробиться через защиту разума, но он точно хотел что-то добавить. – Миротворец прав… так вот как выглядит обезумевший дракомант со стороны… – Обезумевший дракомант? – спросил Снегопад. – Я и сам нахожусь на грани. Мне едва удается удерживать вменяемость, подавляя дракомантию в себе. Но как вижу, Остроух поддался дракомантии. Будет лучше, если я убью его! – Нет! – завопили два дракона одновременно. – Вы все, слуги зла! Не ждите от меня пощады! Посмотрев назад, я телепортировался в дальнюю часть пещеры, тем самым обезопасив себя от другого дракоманта. Меня не волновало, о чём приспешники зла спорили. Цель настоящего героя – покарать всё зло! Я не могу использовать дракомантию напрямую на них, но если… Я разрушил ближайшую хрупкую стену, соединяющую два туннеля, следом поднял в воздух все камни и превратил их в отравленные дротики. Последней командой я отправил все смертоносные дротики в драконов зла, но дротики ударились в невидимый барьер и растворились. Обугленный! Он поплатится! Все, кто сражается против добра, поплатятся! Я ударил передними лапами по каменной поверхности, отчего земля затряслась. Каменный пол превратился в некую форму водоворота, что засасывал всех внутрь, роняя драконов глубоко в бездну. Я слышу! Обугленный хочет их телепортировать, но они не хотят оставлять Озноб на смерть. Это правда, никто из нас не может использовать дракомантию на неё. А когда пытаемся, то некая кричащая сила атакует в ответ. Каждый раз, читая мысли вокруг Озноб, у меня складывалась впечатление, что её окружает целая тьма мертвых душ. Моё заклинание каменного водоворота избегает Озноб. Оно крушит и разрушает камень рядом с ледяной принцессой, а этот камень, в свою очередь заставляет Озноб падать всё глубже и глубже. Снегопад и Обугленный поднялись в воздух, так как пол, подобно водовороту, понемногу проваливался вглубь. У них хоть есть мозги, в отличие от этого обезумевшего небесного принца, пожелавшего умереть вместе с ледяной принцессой в обнимку. Они не сразу сообразили, точнее, это я все думаю слишком быстро. Сам по себе водоворот не такой опасный. Конечно, возможно, он убьет злодейку, но я бы на это не рассчитывал. Все же напрямую водоворот не воздействует на Озноб, только понемногу заставляет проваливаться всё глубже вглубь кратера. Следующим заклинанием, я решил обрушить потолок. Да не просто потолок, а все этажи, находящиеся сверху. Да, вот оно! Обугленный первым заметил начало – обрушение потолка. Только вот незадача. Он смог телепортироваться и спасти подчиненных зла в первый раз, но сейчас он не может спасти Утёса, так как тот соприкасается с Озноб. Почувствуй бессилие! Вместо того чтобы телепортировать драконов, Обугленный решил воспользоваться дракомантией и остановить обрушение. Но кто сказал, что я позволю ему это сделать? Прежде чем телепортироваться к небесному дракоманту, я удостоверился, что буду находиться в слепой зоне. Когда дракончик окончательно отвлекся, засмотревшись в свой парящий рядом свиток, я атаковал. К сожалению, мне не удалось прикончить его одним ударом по голове. Обугленный контратаковал, набросившись на меня в воздухе, но вот незадача: до этого я заставил несколько падающих в яму камушек многократно увеличиться в размере, а также добавил камням более смертоносный вид. И все эти камни полетели в центр водоворота, где находился Утёс с Озноб. Снегопад попытался помочь Обугленному, но куда этому сильному, но медленному дракону против меня? Мне очень повезло. Я действовал очень безрассудно, схватив дракоманта, но другого выбора у меня не было. Моя чешуя плавилась на глазах. Я кричал в невыносимой агонии. Если бы не способность лечить себя, то я бы давно превратился в уголёк, а так ожоги вылечиваются быстрей, чем появляются. Держаться в воздухе стало сложно, мы камнем начали падать вниз. Если бы не Снегопад, мы бы упали в водоворот, оказавшись раздавленными от потока нескончаемого града из огромных смертоносных камней. В схватке с Обугленным мне не удалось его убить, но удалось забрать свиток и телепортироваться из водоворота. Когда я оказался на безопасном расстоянии, я решил убедиться, что воронка полностью окажется засыпана камнями. После меня никто так и не выбрался из воронки, что говорило о моей победе. В скором времени вся пещера, в которой мы находились, оказалась погребена камнями. Мысли Обугленного и Снегопада я не слышал. Скорей всего, они умерли. Что касается Озноб и Утёса, то их мысли я попросту не могу отличить среди всего этого бедлама. Убрав трофейный свиток в сумку, я начал уходить. Не могу поверить, я сделал это! Все говорили, утверждали, что я трусливый, но это не так! Я рисковал жизнью и сотворил подвиг! Прежний я, такое бы никогда не сделал. Да, прежний я не герой, а жалкий бесполезный трус! Как же я был глуп! Почему я раньше не использовал дракомантию? Она как лекарство для души! Я чувствую себя превосходно! Я больше никого не боюсь! Я – герой! Герой всей Пиррии! – Ха! Смотрите! Дракончик! – Чей-то грубый голос отвлек меня от мыслей. Кстати, где это я? Я совершенно не обращал внимания, куда иду. Помню, что выбрал туннель, который вел куда-то наверх. Впрочем, какая разница? Пещеры, стенки и туннели везде одинаковые, а выбраться отсюда очень сложно без моей дракомантии. Но это я отвлекся, между делом меня окружило пять уродливых драконов. Каждый из них имел лишние глаза, уши, хвосты, лапы, когти, шипы… В общем, все отличаются друг от друга, но каждый имеет по несколько лишних деталей. – Так, так, так… Кто это у нас тут? – Улыбнулся небесный дракон с тремя рядами зубов. Ещё одни драконы-монстры Песка, правда, на этот раз живые. Их мысли злые, испорченные и гнилые. Меня воротит от них! – Странно, он какой-то невесёлый! Совсем не боится нас. – сказал ледяной дракон, у которого на каждой лапе по десять когтей. – Скука! Первая жертва и… Кислотный радужный не успел договорить. Его глаза выпали из орбит, а кровь полилась рекой из ноздрей, глаз, ушей, да в общем, из всех отверстии в драконьем теле. – Что за?! – напугались товарищи. Некоторые драконы монстры испачкались в крови. – Вкуф-но. – Небесная дракониха с тремя длинными языками с удовольствием слизывала кровь, угодившую на её чешую. Она стала моей следующей жертвой. В какой-то момент все её внутренние органы начали вываливаться из пасти. Оставшиеся три дракона быстро изменились в выражении, а также начали пытаться дать деру. Но кто сказал, что я им это позволю? Следующих двух драконов я заставил вспороть друг другу брюхо и вытащить всю гниль на свет. Что касается последнего ледяного дракона, у которого по десять когтей на каждой лапе. Я заставил его самолично отгрызть себе когти. Лежа на полу, поглощая последний коготь с передних лап, ледяной дракон с безумным выражением выкрикнул. – Был неправ! Ты не невесёлый! Ты… Такой же, как и мы! Ты веселый! Я подошел ближе к лежачему дракону. Схватил его голову когтями и со всей неизмеримой силой расплющил череп. После оторвал голову от шеи, посмотрел в безжизненные синие глаза. – Я с живым злом не разговариваю. – выкинув голову в сторону, я продолжил путь. Испачкал себе чешую! Посмотрев на темно-синюю и алую кровь на чешуе, я одним заклинанием почистил себе чешую. Как-никак герой должен иметь чистую чешую цвета мрака. Продолжив путь, я остановился на огромной пещере, где не видно ни потолка, ни дна, зато отчетливо видны следы от обрушенных мостов. Конечно, это пещера многоуровневая и имеет бесчисленное количество туннелей, отчего возникает вопрос: куда идти? Я решил воспользоваться дракомантии и отследить всех оставшихся драконов, но… Я не почувствовал пробежавшего по когтям и чешуйкам холода. Дракомантия не сработала? Может, заклинание неправильное? Кстати, а почему я раньше не зачаровал себя на возможность управлять лабиринтом, следить за всеми, находящимися внутри драконами, а также свободно телепортироваться по академии? Как всегда, все отличные идеи приходят так поздно. Тогда бы… А почему я прямо сейчас не могу взорвать всех злых драконов в академии? Это превосходная идея! – Остроух! – знакомый голос, раздавшийся сверху, выкинул меня из мыслей. Подняв голову, я увидел Миротворца, Апельсинку, Беду и… Снегопада! Он то, откуда там взялся? Я был уверен, камни похоронили его и Обугленного заживо. – Почему вы с этим предателем? – Снегопад и Обугленный кратко рассказали нам о том, что случилось недавно. – Выкрикнула Апельсинка, полностью окрашенная в оранжевый – цвет разочарования. – Что? Невозможно! Как? Я был уверен, что убил их! Кроме того, прошло не так много времени, чтобы они смогли не только встретиться, но и рассказать, а также добраться до сюда. – Чтобы они там не рассказали это всё ложь! Вы мои лучшие друзья! Вы точно не могли поверить в россказни этих злодеев! – Злодеев? – удивился Миротворец. – Да, злодеи! Они хотят спасти воплощение зла – этому нельзя позволить случиться! – Воплощение зла? – на этот раз спросила Апельсинка, посмотрев с удивлением на Снегопада. – Озноб. – кратко ответил Снегопад. – Теперь понимаете? Мы не можем этого допустить! Любой, кто свяжется со злом, должен быть уничтожен! – То есть убит? – уточнил Миротворец. – Да, я так и сказал. – То есть, ты правду пытался их убить, даже жизнью рискнул? – Всё так! Теперь, хватит слов. Я герой! Я защищу вас от злодея, стоящего рядом с вами! Пусть камни в моих лапах превратятся в дротики и пронзят Снегопада насквозь… Почему не работает? Хорошо, тогда наделю себя сверхскоростью и сверхпрочностью, а также когтями правосудия, что по моему желанию будут способны убить дракона самой мучительной смертью… – Остроух! – Крикнула Апельсинка. – Очнись! Это не ты, это дракомантия управляет тобой. – Задача героя, защищать невинных и беззащитных. Он готов рискнуть своей жизнью ради спасения других. Герой не просит благодарностей. Герой должен пытаться решить проблемы и конфликты миром. Герой бы никогда не наслаждался страданием других, даже если драконы перед ним самые злые и безумные существа во всей Пиррии. – Глупости! Любое зло должно быть наказано! – Тогда, что для тебя зло? Если дракон украдет немного еды и лекарства для спасения другого дракона, то этот дракон – злодей? Если добрый дракон украдет у злого дракона золото, ради спасения близких, то он становиться злым драконам? Если дракон пытается спасти близкого дракона, хоть последний и является далеко не хорошей персоной, то первый дракон – злодей? Что если доброго дракона шантажирует злой дракон? Разве, не будет лучше сначала во всём разобраться, а потом действовать? Красноречивые слова Миротворца проходили мимо ушей. – На чьей ты стороне? Стороне Снегопада или на моей? – Стороне? О какой стороне ты говоришь? Я хочу спасти друга! Разве ты не видишь? Ты одержим дракомантией. – Да! – Согласилась Апельсинка. – Мы оказались ближе, чем раньше, благодаря этому нам удалось прочесть твои мысли. Ты убил плохих драконов с садистским наслаждением. Наш Остроух никогда бы не наслаждался страданием других. Одумайся! Дракомантия тебя портит! Прекрати её использовать! – Никогда! Дракомантия моё всё! – Дракомантия для тебя дороже, чем наша дружба? – Напугался Миротворец. – Вы не ответили! На чьей вы стороне? – Дурачок, мы на твоей стороне, но также на стороне Снегопада. – занервничала Апельсинка. – Невозможно! Либо вы на стороне добра, либо зла, другой стороны нет! Когда я читал мысли, я случайно уловил в их мыслях очень интересную фразу: "Плохо, всё куда хуже, чем я думала. Надо было идти с ним и запретить использовать дракомантию…" – Это вы запретили мне использовать дракомантию? – Нам пришлось! – Крикнула Апельсинка, но тут же напугалась окрасившись в зеленый, когда посмотрела на меня. – Успокойся, мы тебе не враги, не надо думать о… – Предатели! Я думал, мы лучшие друзья! Я пылал. Вот от кого, так это от них я не ожидал предательства. Не могу поверить, эти приспешники зла так долго скрывались в обличье моих друзей… Они недостойны! Как я глуп и слеп! Они с самого начала пытались обратить меня во зло! Герой не падет! Герой не сдастся! Герой вернёт свою силу! Я не могу использовать дракомантию, но я все ещё могу использовать дарованные дракомантией способности. Я смотрел вверх, где находятся мои бывшие лучшие друзья. Выбрав место, я туда телепортировался и повалил Апельсинку. – Верните мне дракомантию!!!

***

Немного ранее, когда Остроух стащил у Обугленного свиток и бросил их умирать в каменном водовороте, куда собирался обрушиться град смертоносных камней. Когда Обугленный увидел, как обезумевшей Остроух своровал свиток и телепортировался из пропасти, небесный дракончик вздохнул с облегчением. Обугленный мог использовать свиток на дистанции, написать заклинание силой мысли на свитке. А телепортироваться по академии он мог и вовсе без свитка. Обугленному не нравилась идея спасать Озноб, но принц Утёс не оставил никакого выбора. Что же думал сам принц? Будучи не самым крупным драконом, находясь рядом с великаншей, он пару раз почувствовал на себе весь её вес. К счастью, драконы довольно крепкие, а Озноб не пыталась его раздавить, только случайно перевернулась на него с небольшой высоты, когда камень под ними очередной раз обвалился. Обугленный телепортировался сначала к Снегопаду, схватил его, затем вместе с ледяным драконом телепортировался почти на самое дно водоворота, что как бур бурил землю. Оказавшись недалеко от Озноб и Утёса, Обугленный поставил над ними барьер, мешающий смертоносным камням раздавить драконов насмерть, а также остановил водоворот, но перед этим заставил его сделать небольшой угол уклона, чтобы Озноб без прямого влияния дракомантии на неё, перекатилась в сторону. Так он сделал небольшое отверстия, куда все четыре дракона спрятались. Чуть позже Обугленный из отверстия сделал туннель, соединив его с другой частью пещеры-лабиринта. Также приказал свитку вернуться к себе, что свиток и сделал, исчезнув из сумки Остроуха и оказавшись в когтях Обугленного. Теперь они в безопасности. – Принц Утёс, это был не лучший выбор хвататься за Озноб. Она могла вас раздавить, или убить… – Но, если бы я этого не сделал, ты бы стал её спасать? … – Пойми, для меня Озноб намного больше, чем ты можешь подумать. – Утёс посмотрел на страдающее выражение морды Озноб. – С…лафая. Ты… ги-ипн-ноз. Не я… – Что-то мямлила себе под нос Озноб. Её слова плохо разборчивы, а на морде ясно виднелось выражение страха и паники. Утёс подошёл к Озноб, обнял её и попытался накрыть крылом, но крылу удалось только частично накрыть большую дракониху. Её чешуя холодная, но принца это не беспокоило. Он начал нежно гладить ей шею, плечи и грудь, стараясь успокоить. – Ей нравиться, когда её легонько покусывают за ушко. – Сказал Снегопад, немного удивив дракончиков. – Когда мы были маленькими, часто любили спать, прижимаясь друг к другу. Нам нравилась чувствовать этот приятный холодок… Морозящая чешуя… Ледник и в особенности Озноб, любили, когда я покусывал их за ушки. Они говорили, это успокаивает. Ледник и сейчас любит, но Озноб… – Посмотрев на дракончиков, Снегопад смутился и отвернулся к стенке. – Зря, наверное, сказал. Утёс послушав совета, начал говорить на ушко Озноб, а также легонько покусывать то ушко, на котором нет серьг. Выражение морды Озноб быстро сменилась с тревоги, на легкое умиротворение. – Почему же? Многие драконы любят спать собравшись в кучку. К примеру, многие земляные вовсе не могут спать в одиночку. Да и в небесном королевстве никто не запрещает. – ответил Обугленный. – Просто не все… Отвлекшись от Озноб, Утёс заговорил. – Обугленный, ты можешь как-нибудь остановить Остроуха? Он не в себе… Я переживаю за него. Когти Обугленного затряслись. – Не уверен… Свиток! – Обугленный указал когтем на парящий рядом с дракончиком свиток. – В нём дракомантия. Я слишком злоупотреблял дракомантией и чуть не убил Огонька, Беду, Миротворца и Апельсинку несколько мгновений назад. К счастью, Миротворец сумел образумить меня, но свиток… Он манит, заставляет, чтобы я использовал дракомантию. Боюсь, если я наколдую с помощью свитка ещё одно заклинание, то вновь потеряю над собой контроль. – Тогда не используй его… Что из себя представляет свиток? – В нём дракомантия Мракокрада, любой дракон может использовать его, но… Свиток работает по тому же принципу, что и дракомантия. Дракон, написавший заклинание в свитке, портит себе душу. Мне потребовалось очень много лет, чтобы испортить душу. Что касается Остроуха, то я не так много знаю. – Остроуха надо остановить, прежде чем мы окончательно его потеряем! – выкрикнул Снегопад. – рагх… ты… свргх… – что-то едва слышно пробубнила Озноб, а её морда исказилась, дыхание сбилось. Утёс, слегка покусывая ушко ледяной принцессы, что-то прошептал ей, отчего Озноб немного успокоилась. – Я не могу оставить Озноб. Она сражается с кем-то… или чем-то… – Утёс уставился на Снегопада. – Ни я, ни Обугленный не можем использовать свиток. – Я? – Удивился ледяной принц, указав когтем на себя. – Он? Принц Утёс, разве это мудрое решение отдавать свиток брату Озноб? Я сам могу… – Нет, ты на пределе, а я не могу оставить Озноб… Точно, Миротворец! Ты сказал Миротворец помог тебе одуматься. – Так и есть… Да, отличная идея! Я могу телепортироваться по академии без свитка. Миротворец точно лучше распорядиться свитком. – Обугленный с одержимостью посмотрел на свиток. – Обугленный? Обугленный? ОБУГЛЕННЫЙ!!! – Сложно! Он так манит… Снегопад выхватил свиток. – Тогда я сам передам свиток. Можешь телепортировать меня к Миротворцу? Обугленный вздохнул. – Да. Снегопад не успел моргнуть глазом, как небольшая пещера в которой они находились, изменилась. – Обугленный?! – Первая кто увидела небесного недодракоманта Беда. Она не знала, что ей делать. Остаться в стороне и дать дракончикам находящимся рядом поговорить или встать на защиту их. Снегопад огляделся. Точное их местоположение трудно сказать, так как вся академия-лабиринт — это сплошные однотипные туннели, стены, пещеры, и многоуровневые пещеры соединяющие этажи с помощью мостов. – Обугленный фыркнул посмотрев на Беду. – Я все ещё тебя ненавижу! – после посмотрел на Миротворца, потом на Снегопада. – Расскажи им. Так как Снегопад спешил, он постарался рассказать случившееся в двух словах. Под конец рассказа Апельсинка, закатив глаза, сказала. – Я так и знала! Нельзя было отпускать его одного! – Он спас меня и Утёса от Озноб. А Озноб… Она ведет себя странно. Она признаёт любовь и все равно через слёзы пытается убить. У Остроуха не получилось её убить, но я также не думаю, что Озноб вообще способна подняться в ближайшие пару дней. – Озноб… – задумался Миротворец. – Возможно, у Утёса получиться образумить её. Но что касается Остроуха, то его надо быстрей лететь спасать, пока он не натворил глупостей, о которых будет потом жалеть. Обугленный слышал все их мысли, пока Снегопад рассказывал. Поэтому и задал вопрос. – Каким это образом он так быстро сошел с ума? По вашим мыслям, он получал дракомантию совсем ненадолго. Я же, в свою очередь, использовал дракомантию много лет, и только недавно начал сходить с ума. Апельсинка недовольно посмотрела на Обугленного. – Я не разрешала тебе влезать в мою голову… Миротворец в отличие от Апельсинки ответил Обугленному. – Нашему ночному другу ни в коем случае нельзя давать невероятную силу и власть. Он слишком быстро становится одержимым. Он владел способностью видеть любой вариант будущего, и буквально за неделю чуть не сошел с ума. То же самое с дракомантией. У него слишком быстро развивается зависимость и одержимость. – Получив свиток от Снегопада, Миротворец посмотрел на собравшихся. – Нам надо спешить. Как нам его найти? Фыркнул Обугленный. – И как вы будите его побеждать? – Это уже наш секрет. – Загадочно улыбнулась Апельсинка. – Я в этом не участвую. Меня заботит только безопасность принца Утёса… – Обугленный краем глаза посмотрел на Огонька, затем на Миротворца, после отвернул взгляд. Огонёк, несмотря на возражения матери, подошёл к Обугленному. – Насчет случившегося… Я не злюсь. Ты был не в себе. Надеюсь, мы всё ещё друзья? Обугленный хмуро посмотрел на наивного Огонька, затем на серьёзную Беду. – Время решит. – У нас мало времени! – напомнила всем Апельсинка. – Где Остроух? – Я могу телепортировать вас к месту, куда предположительно выйдет Остроух. – Предположительно? – Он наколдовал себе защиту, пока я колдовал защиту Снегопаду и Утёсу. Сейчас я больше не могу отследить его. Похоже, он полностью защитился от чужой дракомантии. Не знаю, как вы собираетесь его спасать, так как я не буду в этом участвовать. Дракомантия у вас, но дракомантия на него не работает, а слушать он навряд ли будет. – Мы знаем способ. – телепортируй нас к нему. – Как знаете. После чего все находящиеся поблизости драконы исчезли, и появились в другом месте. Многоуровневая пещера с несколькими этажами. Все мосты разрушены, отчего единственный способ перебраться на другие стороны и этажи — это перелететь. – Он должен выйти сюда. – Я слышу! – Выкрикнул Миротворец. – Я тоже! – подтвердила Апельсинка. – Что именно? Я ничего не слышу. – сказала Беда заострив ушки. – Это ужасно! – Крикнул Миротворец, расправил крылья и прыгнул в бездну. Другие драконы последовали за ним, но на определённой высоте Миротворец остановился. – Я его слышу, но не могу понять, на какой он высоте и в каком тоннеле. – Также. – аналогично с Миротворцем, Апельсинка не могла понять, откуда идут мысли Остроуха. – Поздно… – опустив морду, сказал Миротворец. – Да что случилось? – не выдержала Беда. – Плохо! Если нам даже удастся спасти его, то он потом долго будет себя корить. – Нервничал Миротворец оглядывая пещеру, стараясь найти нужный туннель. – Можете читать мысли друга? – Поинтересовался Обугленный. – Неважно. Он сейчас сюда придет, а я возвращаюсь к Утёсу. – Ты точно не хочешь помочь нам? – Огонёк смотрел своими умоляющими голубыми глазами. – Это не мои проблемы. – твёрдо настоял на своём Обугленный и исчез, ни секунды не переставая беспокоиться об Утёсе. – Что мы будем делать? – Спросила Беда, посмотрев на свиток. – Дракомантия? Кто её будет использовать? – Никто! – заявил Миротворец. – Если мы всё правильно сделали, то к этому моменту Остроух потерял доступ к дракомантии. – Как? – Я предвидела, что дракомантия сможет опять затуманить разум Остроуху. Поэтому настояла, чтобы он даровал нам защиту от его дракомантии, а также только мы можем запрещать и разрешать использовать дракомантию. Сейчас мы запретили использовать ему дракомантию. Поэтому он не так опасен. Нам надо только его убедить. – Похоже, придётся ждать его здесь. – удрученно сказал Миротворец. – Я слышу его мысли, он где-то рядом, а понять где не могу. Драконам не пришлось долго ждать. В скором времени Остроух вышел из одного из туннелей, находящихся снизу. Когда Остроух услышал Миротворца, его морда не выражала радости, только удивление. Беда решила не вмешиваться в разговор. В тот раз, возможно, по её вине Обугленный телепортировался от них, не хотелось, чтобы ситуация повторилась и с Остроухом. Все стояли на одной платформе, только Огоньку не хватило места у края. Чем дольше друзья пытались образумить друга, тем злей, и безумней выглядела морда Остроуха. А когда последний узнал, что его дракомантию заблокировали, то последний остаток здравомыслия погас в глазах. Остроух исчез, а через мгновение очутился над Апельсинкой. Забравшись на спину радужной, Остроух, не жалея сил, вдавил подругу мордой в камень. Обезумевший Остроух успел несколько раз ударить Апельсинкой головой о камень, прежде чем друзья вмешались и не допустили смерти радужной подруги. Беда смогла отбросить Остроуха от Апельсинки, благо, её огненная чешуя хоть как-то могла сдержать Остроуха. К сожалению, Остроух настолько обезумел, что, игнорируя Беду, набросился на Миротворца с воплями: верните мне дракомантию! Остроух игнорировал боль от обжигающей чешуи Беды, в свою очередь Беда паниковала. Она не хотела убивать Остроуха, но и оттащить от Миротворца не могла. Снегопад видел, все получаемые ожоги заживали мгновенно на чешуе Остроуха. Даже сотрудничая с Бедой, получая ожоги, Снегопад не мог оттащить Остроуха от Миротворца. На когтях Остроуха появилась кровь, но не его кровь. С большим трудом, двум драконам удалось оттащить Остроуха от Миротворца. Снегопаду пришлось придавить ночного дракона всем своим весом, и то этого не хватало. К этому моменту поднялась Апельсинка. Она получила легкое сотрясение, но всё еще могла стоять, а также помогать сдерживать Остроуха. Когда заваруха окончилась, появился Обугленный. – Утёс уговорил прийти к вам на помощь, но, похоже, вы справились без меня. Недовольная Апельсинка окрасилась в ярко-красный, но ни слова не сказала. Обугленный не стоял без дела, закрыв глаза Остроуху лапой, небесный объяснил. – Чтобы не телепортировался. Он может телепортироваться к месту, на которое смотрит. – Нам надо как-то сдержать его! Огонёк, создай веревку из чего-нибудь. Огонёк попытался выполнить приказ Апельсинки, но, даже подобрав свиток, чем ему написать заклинание? Единственное, чем можно написать заклинание — это кровь. Вскоре Огонёк создал из камушка веревку. Веревка не исчезла, когда ею начали связывать буйного Остроуха. А всё потому, что это не дракомантия воздействующая на Остроуха, а заколдованный предмет. Правда эффект прочности не работал, отчего пришлось наколдовать несколько веревок. Как итог: Остроух связан, и обездвижен. Он не видит, и не может говорить, так как голова полностью перебинтована. Главное дышит, а что важней – дышит не огнём. Что касается ожогов и ран, то чешуя Остроуха кромешно черная, без каких-либо повреждений. Вся благодаря его способности лечения. Апельсинка отделалась ушибом и головокружением, но быстро пришла в норму. Снегопад получил несколько порезов, но куда больше ледяной дракончик пострадал от ожогов. Миротворцу повезло меньше всех. Гибрид вопил от боли, перекатываясь с боку на бок. Чешуя гибрида изуродована. Многочисленные следы от когтей, из которых так и брызгала кровь. На чешуе виднелись страшные ожоги. Вдобавок гибрид лишился одного глаза. В паники выхватив у Огонька свиток, радужная дракониха с отчаянием выкрикнула. – Мне нечем писать! – Запаниковала Апельсинка. – Кровью пиши! – Крикнула Беда. Миротворец перекатывался в агонии, из его многочисленных ран кровь образовал небольшую лужицу. Апельсинка запачкала коготь кровью, и быстро сварганила заклинание. Лечащий холод окутал тело Миротворца. Настрадавшийся дракончик вздохнул с облегчением, посмотрев на спасительницу обоями здоровыми глазами. – Спасибо! Ты меня спасла! Все успокоились, кроме Обугленного. В его разноцветных глазах отражался свиток. – Обугленный? – толкнул друга Огонёк. – Эм… да… Уберите свиток подальше от меня! – Так, что нам делать с Остроухом? – Беда озадаченно посмотрела на дракончика, потерявшего всякий здравый смысл. Миротворец и Апельсинка даже не хотели слушать мысли своего друга: Не каждому будет приятно слушать проклятия в свой адрес, особенно от лучшего друга, сошедшего с ума.

***

Озноб дышала неровно, её морда выглядела измученной. Утёс не мог смотреть на страдания возлюбленной, но ничем больше дракончик помочь не мог. Добрый ласковый голос на время успокаивал Озноб, но спокойствие Озноб не длилось долго. Даже легкое покусывание ушка не всегда помогало. Не только её ментальное состояние беспокоило Утёса. Озноб выглядела, будто находится в пару шагов от смерти. Через некоторое время вернулись остальные драконы, притащив с собой Остроуха и не только его. – М-мм-ммммммм! – Промычал Буран, хоть его пасть, в отличие от Остроуха, не перевязана. – Принцесса! – тихим голосом воскликнула Касатка. Два ледяных дракона смотрели с некой враждебностью на Остроуха. В отличие от Бурана, который сверлил взглядом, Касатка отошла в сторону. Кроме Остроуха, группа пришедших драконов притащила с собой связанного ледяного дракончика. У Снегопада болело сердце, от вида страдающей и покалеченной сестры, а также бездушного брата. – Ты зашел слишком далеко, отец! Утёс немного успокоился, теперь он тут не один. Теперь можно позаботиться о травмах Озноб. Но как оказалась, не всё так просто. Любой, кто прикасался к Озноб, чувствовал невыносимую боль. Только Утёс и Снегопад стали исключением. Утёсу будто было даровано разрешение прикасаться к Озноб. Снегопад не чувствовал боль, но он чувствовал что-то другое, отчего на некоторое время стал сам не свой. Что-то мямлил себе под нос. Апельсинке удалось немного выпытать из Снегопада информации: Её окружает что-то. Я чувствую это… и это что-то ненормальное. – Души мертвых драконов. – Ответил Обугленный, заставив всех собравшихся удивиться. – Эти души не могут обрести покой. Их силой заставляют слушаться. Только чтецы мыслей способны их слышать. И, если честно, их многочисленные голоса сводят меня с ума. – Мертвые драконы? – напугался Огонёк. – Что за души мёртвых драконов? Это Озноб их убила? – Спросила Апельсинка. – Нет, все они души морских драконов. И каждый из них проклинают одного дракона. Принца Моржа. – Моего отца. – без того невеселый Снегопад повесил нос. – Эти души что-то ненормальное. На них не работает дракомантия, а ещё они защищают Озноб даже от зачарованных вещей. Когда Озноб проваливалась в каменный водоворот, те падающие зачарованные камни, становились обычными, безвредными. Можно сказать, тогда ничто не угрожала жизни Озноб. Драконы долго ещё разговаривали, а те, кто более-менее понимал в медицине, помогали Утёсу с Озноб. К сожалению, в пещере отсутствовали целебные травы, перевязать раны невозможно из-за того, что предметы сразу превращались в то, чем они были изначально до превращения. Так прошел день, а может и два. Взрослые драконы из академии нашли группу Утёса, и вместе с ними, Звездокрыл перечеркнул имена из списка. Были найдены все драконы, кроме Карапакса. Но, скорей всего, тот остался в настоящей академии, так как на нём была защита от дракомантии, когда заклинание было сотворено. Все драконы из академии расположились у нетронутого подземного озера, так как там есть еда и вода. Буран, Остроух, Жемчуг, Игуана, Касатка, Ледник и частично Озноб находятся под стражей, до выяснения обстоятельств. Немногочисленные живые драконы-монстры в академии, оказались схвачены Цунами её небольшой армией. Их, как и некоторых других драконов, ранее подчиняющихся Снегирю, взяли под стражу. Благодаря Обугленному, можно было вернуться в настоящую академию. Вот-только академия всё ещё находится в осаде. Утёс ни на секунду не покидал Озноб. Не было и намека на то, что принцесса в скором времени проснётся. Иногда Вещунья навещала Озноб. Снегопада время от времени навещал Озноб, Ледника и Остроуха. Ни разу за посещение, его морда не была весёлой. Ледник бездушен и никак не реагирует на Снегопада. Остроух жаждет всех убить и совершенно никого не слушает. Озноб всё ещё не приходила в себя, и неизвестно чего от неё ожидать, когда та проснётся. Во всяком случае, Снегопад не один, у него была поддержка в виде Заморозка, а также Миротворца, Апельсинки, Кайры и других знакомых драконят. Но время для передышки закончилось, так как время одного безумного принца начало подходить к концу, а вестей с академий, тот так и не дождался. Утёс, как обычно, не покидал Озноб, когда та прямо на его глазах исчезла. Но это пол беды, так как недалеко от места, где они находились появилось пять живых ледяных статуй дракона, что, так и хотели напасть. Они состояли полностью из снега и льда, а размерами не отличались от размеров настоящих драконов. Их кристальные глаза пустые, но сверкаю синим огнем. В отличие от Ледника, эти драконы значительно медленней, проигрывают в скорости и манёвренности, даже живым драконам. Но зато побеждают драконов в прочности, силе и обладают особенными способностями. – Принц Утёс, улетайте! – выкрикнул Обугленный, попытавшийся защитить принца, но его удары ничего не могли сделать явно враждебным статуям. Пять статуй ледяных драконов выбрали себе две цели: Утёса и Снегопада. Обугленного, Заморозка, Огонька и Солнышко ледяные статуи старались игнорировать. А больше в этой части пещеры сейчас никого и не было. Снегопад, как и Заморозок попытался задержать их своей силой, но, оказавшись достаточно близко, два дракона застыли. К этому моменту Обугленный пал, хоть ледяные статуи даже не пытались атаковать. Ледяные статуи широко раскрыли пасть, отчего Снегопад и Заморозок почувствовали на себе то, что победило Обугленного без физического контакта. Ледяным статуям не нужно было физического контакта, они игнорировали любую форму дракомантии, к ним даже нельзя близко подойти. Если попадёшь в радиус их атаки, ледяные статуи мигом высосут душу и оставят живое тело лежать без души. В отличие от ледяных колоссов, мелкие их версии не могли высасывать душу из материальных объектов, но это не имело значение. Заморозок, Обугленный и Снегопад лежали без души, Огоньку, Солнышку и Утёсу ничего не оставалась делать, кроме как улетать из той небольшой пещеры, в которой они находились. Но в отличие от драконов и дракомантов, Ледяные статуи полностью игнорировали зачарованную академию-лабиринт. Они могли проходить сквозь стенки, всегда знали, куда драконы бегут и летят, от того от них невозможно было сбежать. Три ледяных статуи отделились от основной группы. Их путь пошел на опережение. Туннель, по которому драконы бежали и летели, вёл драконов к подземному озеру, где находилось большинство драконов. Но выбора, куда бежать не было, так как путь единственный. Когда троица выбежала к большой пещере с озером. Три ледяных статуи к этому моменту успели высосать души Остроуха, Ледника, Жемчуг, Цунами и ещё нескольких драконов. Живые тела ледяные статуи не трогали – они им не были нужны. В пещере стояла паника. Студенты академии пытались улететь подальше от ледяных статуй, драконы бойцы пытались сражаться со статуями, но в итоге все пали, потеряв душу. Миротворец, увидев Утёса, подлетел к нему. – Озноб? – Она исчезла, а вместо неё появились эти статуи! – Я видел эти и другие более огромные статуи в ледяном дворце. Наверное, Морж забрал Озноб и телепортировал сюда эти статуи. Солнышко посмотрела на Утёса. – Только Озноб может контролировать души, только она может победить своего отца… Ледяные статуи позади нагнали драконов и начали высасывать души Утёса, Солнышка и Огонька. Миротворец, видя это, толкнул Утёса, и занял его место. Ледяная статуя не успела поглотить душу Утёса. Дракончик, упав на пол, остался при своей душе. Миротворец кинув свиток, выкрикнул. – Спаси Озноб! Не сра… Утёс подобрал свиток с угольком и со слезами на глазах начал улетать. Он помнил из рассказов Апельсинки и Миротворца о той бесчисленной армии, ожидающей приказа у ледяного дворца. Если драконы не могут справиться с пятью маленькими ледяными статуями, то победить бесчисленное количество колоссов не удастся и всем драконам Пиррии. Куда могла исчезнуть Озноб? Ледяной дворец, куда же ещё. Утёс записал в свитке, своё желание оказаться рядом с Озноб, но заклинание не подействовало. Пожелал оказаться в ледяном дворце, но и это заклинание не подействовало. Отчаявшись, Утёс пожелал оказаться не далеко от ледяного дворца. Как ни странно, но последние заклинание удалось сотворить. Яркий слепящий свет ударил в глаза. Белый снег не щадил глаза небесного дракончика, он так и стремился ослепить дракончика отражая весь свет. Дракончик появился недалеко от заснеженных гор, повсюду, вдоль снегов, стояло бесчисленное количество ледяных статуй. Они не двигались, это радовало Утёса, но что не радовало небесного дракончика, это жуткий знобящий холод ледяных краев. Осмотрев округу, Утёс увидел масштаб катастрофы. Тысячи ледяных статуй расположились вокруг ледяного дворца, и это были только те, которых можно увидеть. Многие статуи просто скрылись за горизонтом. Утёс выглядывал из скалы, и боялся выйти. Скорей всего, как только его увидят, то тут же лишат души на месте. Свиток не может телепортировать его в ледяной дворец. Похоже, ледяной дворец защищен дракомантией. Утёс двигался и тёр чешуйки. В ледяном королевстве действительно очень холодно, в придачу бушевал сильный ветер. А что, если он превратится на время в ледяного дракона? Нападут ли ледяные статуи на него? Идея сомнительная, но другого способа добраться до ледяного дворца Утёс не видел. Поставив всё на одно заклинание, Утёс пожелал на время обернуться ледяным дракончиком. Его темно-красная чешуя окрасилась в белый с небольшою примесью голубизны. Глаза стали темно-синими, появилась шипастая, как сосульки, грива. Холодный воздух ледяных краев перестал приносить дискомфорт, напротив, Утёс чувствовал свежесть и приятную прохладу. Всё еще было страшно лететь над ледяными статуями, пусть и в образе ледяного дракончика, но другого выбора не было. Утёс, поднявшись в воздух, затаил дыхание. Ледяные статуи никак не отреагировали на него. Даже когда Утёс полетел в сторону дворца, никто даже не поднял взгляд на летящего дракончика. Влетев в один из балконов, Утёс оказался в каком-то зале, с кучей коридоров. Естественно, принц не знал, где ему искать Озноб. По льду было очень непривычно ходить, принц то и делал, что скользил по нему. Но, к его счастью, ледяной дворец выглядел каким-то пустым. По началу, принц двигался осторожно, боясь попасться к кому-нибудь на глаза, но через некоторое время, блуждая по пустым коридором, в разуме Утёса начали прорастать сомнения: Что же тут случилось? Ни одной живой души! Утёс потратил на блуждание по дворцу, наверное, больше часа, но так никого и не нашёл. Похоже, во всём дворце не было ни одного дракона, но если они не в дворце, то тогда, где все? Скрежет по льду напугал Утёса. Позади, в тот коридор, где находился Утёс, вошел небольшой дракончик. Дракончику можно дать два-три года не больше, а если сравнивать размерами, то настоящий ледяной дракончик значительно проигрывал по этой категории. – Шип. Пятый круг драконят, седьмое место. – вымолвил ледяной дракончик. – Кто вы? Я не помню вас. Утёс занервничал. Как ему выкрутиться из этого положения? – Вы в Льде Ненависти или Льде Перемен? – Дракончик сузил свои глаза, посмотрев на ледяного незнакомца с подозрением. – Лёд Перемен. Но, вы не ответили. Какой круг? Как я должен к вам по этикету обращаться? – Я не состою в кругах. У меня была особая миссия от фракции Льда Перемен. Принцесса Озноб должна была вернуться сюда, вот меня и послали сообщить ей очень важную информацию. Вы не знаете, где мне её искать? – Она на коронации. Большинство драконов из первых и вторых кругов собрались там, а остальные… – дракончик выглядел опечаленным. – лепят с помощью даров эти ледяные статуи… – казалось, дракончик был готов расплакаться, но старался казаться сильным в глазах незнакомца. – Большинство из них не в себе? Пустые глаза? Никаких эмоций? – Да, грустно ответил дракончик. Будто не живые… Даже родители… Они никогда не были так отстранены от меня. Они будто стали совсем чужими драконами. Они стали жуткими! Утёсу захотелось утешить дракончика, но вспоминая приличия и некоторые особенности ледяного племени, Утёс не стал утешать дракончика крылом. – Помоги мне, только я знаю, как спасти наше ледяное племя. Но мне нужно поговорить с Озноб, пока не стало слишком поздно. Вы можете отвести меня к ней? – У нас будут проблемы, дракончикам нельзя туда идти, пока новая королева не позовёт всех. Нас могут казнить, если мы помещаем коронации. – Вы можете не идти, просто скажите, как мне туда попасть. Ледяной дракончик, немного задумавшись, решил помочь дракончику, рассказав, как попасть в тронный зал. У Утёса не было времени, чтобы любоваться красотами ледяного дворца. В ледяном дворце всё блестело, вдобавок стены украшены узорами из инея. Было бы время, Утёс бы с удовольствием остановился, и начал разглядывать их. Хоть в ледяных землях всё ярко, его зрение ледяного дракона не чувствовало дискомфорта. На этот раз, направляясь к тронному залу, дракончика встретила многочисленная стража. Пройти мимо них невозможно, пришлось использовать свиток и обездвижить их. Огромная дверь, ведущая в тронный зал. Неизвестно, что его там ожидает, но останавливаться перед самым финалом нельзя. Приоткрыв дверь, дракончик осмотрел тронный зал. Тронный зал пуст, возле трона лежало тело мертвого взрослого ледяного дракона. А у балкона стояла она… Утёс вошел в тронный зал, направившись к балкону. – Озноб! Выкрикнул Утёс. Озноб мимолетным взглядом обернулась, но, не найдя ничего интересного, вернула свое нездоровое обезумевшее выражение морды смотреть на бесчисленную армию. На её голове находилась корона, а это значило… Неужели опоздал? Неужели Озноб не вернуть? Быть может, она не узнала его. Вернув свой настоящий облик, яркий свет начал слепить и вызывать дискомфорт. Холод начал пробирать чешую. От столь яркого света Утёс не смог стерпеть и чихнул. Озноб вновь обернулась услышав Утёса. Она смотрела на него так, как будто привидение увидела.