Любовь безумцев - Amor insanissimae

Алексис

      Ранним утром - даже солнечные лучи ещё не пробились сквозь слабо зашторенные окна спальни - Алекси обнаружил себя с распахнутыми глазами и бьющимся в ушах сердцем. Неуверенно он сморгнул пелену кошмара и с болью попытался распрямить плечи. Мышцы поддавались слабо, всё тело затекло из-за неудобной позы, а голова на плечах была будто свинцовая.       Лучше так, думал он, лучше пусть болят руки и ноги, чем скребет на сердце. Вспоминать кошмар мужчина себе не позволял, но ощущение ужаса, наконец нагнавшего его, отступало медленно. Слишком медленно.       Алекси сжал зубы и с силой поднялся с кресла. Его путь лежал в ванную комнату. Он смоет с себя остатки сна, возьмёт себя в руки, отвлечется, и всё уйдёт.       - Я могу управлять своей жизнью, я могу управлять собой.       Его взгляд задел отражение в зеркале, и этот вид заставил его усмехнуться. Его обычно ухоженные волосы, которые должны были изящно обрамлять его тонкие черты лица, сейчас напоминали смятые опилки, под глазами образовались тёмные мешки, которые совместно со впалыми щеками создавали из него ходячего мертвеца.       - Из какого морга ты сбежал, парень, - будто пародируя чью-то речь, покритиковал он сам себя.       Алекси медленно выпутался из тесной и грязной одежды, сразу залезая под горячий душ. В этой воде было впору свариться, но ему это чувство принесло хоть какой-то шаткий покой.       Забытый в одежде телефон завибрировал. Первый звонок Алекси пропустил, второй проигнорировал, а на третий устало прикрыл глаза и, покинув душ, ответил. В конце концов, он обещал себе быть более дружелюбным с нужными людьми.       - Алло?       - Алексис, душка, как же сложно до тебя дозвониться!       - М-м-м... А вы?       - Рассел Форт, пташка моя, - натяжной дружелюбный тон резал уши. - Мы с тобой уже перекидывались словами прямо по твоему прибытию.       - Кхм, понятно - Алекси с трудом его вспомнил. - Я тогда случайно вам ответил, извините.       - ...да ничего. Я тут беспокоюсь за твою красивую головку, цветочек. Несладкая жизнь тебя ждёт в руках бандита. Все долги твоего папаши собрал, ах-ах.       Понимая, к чему идёт, Алекси решил для начала сделать небольшой шаг навстречу.       - И ваше предложение?       Раздался самодовольный хмык победителя.       - Организую сегодня светский вечер с очень важными гостями. Хочу тебя видеть на сцене с этой твоей милой скрипочкой.       - Я не тот человек, что сможет сорганизоваться за пол дня, мистер Форт.       - Нет-нет-нет, котёнок, ты не понял. Я хочу тебя... как своего музыканта, - Рассел противно рассмеялся. - Я человек щедрый и добрый, поэтому предлагаю свою помощь. Но неблагодарным сукиным детям я могу организовать и проблемы, понимаешь?       Алекси промолчал и потянулся к сбросу звонка, но Рассел вновь сделал выпад:       - Не пугайся, милое дитя. Я приеду, чтобы всё обсудить. С твоим отцом.       Тут по телу Алекси пробежал лёгкий холодок. Он бы совершенно не хотел, чтобы Гордона эта вся ситуация хоть как-то касалась. Сколько бы недомолвок между ними ни было, Алекси был его сыном и хотел вернуть тот моральный долг, что повис над ним за десять лет разрыва.       - Пришлите за мной машину. Обговорим всё в более деловой обстановке.       Будто того и ожидая за ближайшим углом, люди Рассела прибыли быстро. Алекси только и успел, что взять из своего багажа вещи посвежее и накинуть их, как перед домом остановился джип, а из него вылезло несколько крупных мужчин, которые направились к двери. Дальше Алекси разглядывать их в окно не стал и поспешил вниз. Лучше было уехать, не разбудив отца. Если он спал, конечно. Во всяком случае, на первом этаже молодой человек его не застал и поскорее выбежал на улицу, не оставив никакой пояснительной записки.       Это всё была ловушка, в которую Алекси шёл почти что добровольно. И он это понимал, а понимание за время поездки почти привело его к смирению. На самом деле в ситуации даже не было ничего потенциально опасного или сложного, кроме предстоящего общения с самим Расселом. Мужчина проявлял слишком нездоровый интерес. Даже сам Алекси это подмечал, хотя он и был уже привычен ко всякому рода извращенцев в силу того, что был “красивым”. Он прислонился лбом к стеклу и сокрушённо выдохнул. Обманывать самого себя не было смысла. Питать надежд, что он и правда будет просто играть, не приходилось. Рассел, судя по тому пафосу, что он сам создавал вокруг себя, мог нанять любого профессионального скрипача, даже не платя ему, так что то, что он остановился на Алексисе, говорило лишь о том, что либо Форт хочет его унизить, либо извлечь выгоду.       Алекси так измотал себя мыслями во время поездки, что, когда его привезли к месту назначения, на душе уже не осталось ничего. Ему нужно было просто “существовать” этим вечером, а потом выбросить его из головы. Сегодня не случится ничего, что могло бы изменить его жизнь.       - Эй! - его грубо толкнули в плечо. - На выход. Давай-давай! Назад, не проси, не повезём.       - А вас часто просят о таком? - ему не ответили, а Алекси и не настаивал.       Перед его глазами предстало великолепное здание: пятидесятиэтажная высотка возвышалась над кварталом, как само отражение величия города. Её силуэт был строг и одновременно изящен: стройная башня из стекла и светлого камня, будто выточенная из солнечного воздуха Калифорнии. Нижние этажи складывались в широкое основание с высокими аркадами и прозрачными витринами. За стеклом угадывалось просторное лобби, у входа — полукруглый подъезд для автомобилей. Башня поднималась над этим основанием лёгкими, почти невесомыми ярусами. Каждые несколько этажей фасад прорезали узкие террасы с тонкими стеклянными ограждениями, а на самом верху расположились панорамная зона. Вероятно, ресторан и лаунж.       Провели его через главный вход к лифтам. В результате быстрого осмотра красивого фойе, Алекси не нашел ни одного упоминания Рассела, что необычно для человека с таким эго. Вероятно, здание ему не принадлежало, и он лишь арендовал помещение для мероприятия. Поднялись они высоко, на один из последних этажей. Там расположился небольшой, но хорошо оборудованный конференц-зал, и несколько скромных комнат, служивших гримерной и, видимо, временным кабинетом. Внутри стояла, определенно, привезенная мебель, поскольку она не сочеталась ни с чем в отеле. Интерьер слепил глаза, на первый взгляд казалось, все здесь было из золота. Так вычурно и нарочито, что Алекси на секунду показалось, что он на экскурсии в Версальском дворце. Возможно, в этом также был виноват мерзкий запах от парочки в центре комнаты. За столом в вальяжной позе сидел Рассел, намного менее противный по внешности, чем Алекси представлял, ни огромного пуза, ни свинячьих глазок, а на нем сидела, точнее скакала, блондинистая девушка. Приход посетителя им никак не помешал, но все происходящее довольно отвратило самого гостя. Он хотел выйти, но обнаружил, что дверь уже успели запереть.       Алексис тяжело сглотнул и прикрыл лицо рукой. Вуайеризмом он не страдал, вместо хоть чего-то приятного громкие стоны и шлепки вызывали тошноту. Но у Рассела были другие планы.       - Котенок, что ты как неродной? Проходи, присаживайся, считай это большой честью, обычно все мои посетители стоят.       На негнущихся ногах Алекси подошел к стулу, что стоял напротив совокупляющихся. Как только он сел, девушка затряслась и закричала, но вскоре затихла и упала на партнера. Тот сделал пару последних толчков и кончил, предварительно вынув член из девушки. Брызги спермы почти долетели до Алекси, оставалось лишь несколько миллиметров до его лица. Видя, что его план не сработал, Рассел разочарованно цокнул и спихнул девушку с себя. Впрочем, ей похоже было всё равно. Упав на пол, она застыла в одной позе, лишь громкое дыхание выдавало в ней жизнь. Алекси весь позеленел от недомогания, что мужчина напротив него истолковал по-своему.       - Ты так невинен, - в этих словах было едва различимое благоговение. - Ах, ни одна фотография не была способна передать твоей чистоты и красоты, ангел.       - Прикройтесь.       Рассел рассмеялся, но член в брюки спрятал.       - Что же, тогда сразу перейдем к сути разговора, - не дождавшись реакции, Форт продолжил, но уже с лёгким раздражением. - С твоей стороны осталось лишь подписать эти договоры…       - Я их не подпишу, - Алекси его перебил. - Мне не нужно юридическое обязательство перед вами. Я здесь не из-за денег, а из-за угроз с вашей стороны.       - Алекси-Алекси, ну неужели ты думаешь, что я хочу тебя обмануть? - Рассел нагнулся над столом, двигая бумаги ближе к собеседнику. - Мне казалось, что я уже по телефону привел аргументы, почему тебе не стоит отпираться.       - Я не отпираюсь. Документы я не подпишу, но выступлю, - он чуть вжался в спинку стула, поскольку мужчина наклонялся к нему всё ближе. - Взаимная услуга. Вы ведь хотите… меня, а я найду какую-никакую аудиторию для своего таланта.       - Какую… никакую? Я правильно услышал?       - Зал. Он маленький. Не думаю, что в такое место придут люди “большой” величины.       - Потому что это вечер для VIP-гостей, - Рассел процедил сквозь зубы и сжал кулаки до белизны. - Их и не может быть много. Я, знаешь ли, почтенный бизнесмен.       - Почтенные бизнесмены могут позволить себе собственные небоскребы, а не арендуют этажи у кого-то другого…       - Вон! - Рассел крикнул так сильно, что даже безучастная девушка на полу вздрогнула, а Алекси, не медля, подорвался с места. - Стой! Сукин ты сын, сейчас тебя отведут в гримёрную и приведут в порядок, помойная крыса. А затем, лучше тебе стоить моих нервов, иначе всё, что ты сможешь делать до конца своей жизни - это раздвигать ноги перед людьми, которым я тебя предложу.       Алекси глубоко вздохнул, устремляя мутный взгляд в пол.       - Что ж, надеюсь, у вас хотя бы нашёлся тот, кто смог настроить мне скрипку.       Злобное пыхтение Рассела не затихало ещё долго, даже после того, как дверь в его "кабинет" захлопнулась. По его указаниям, Алекси отвели в соседнюю комнатушку - небольшую, но приятную и чистую. Вокруг сразу засуетились милые девушки, они приносили одежду и расспрашивали мужчину, что ступил в "их владения", о пожеланиях в вечернем образе. Тот им улыбнулся и смиренно согласился надеть всё, что они выберут ему по своему вкусу.       До мероприятия у них были целые свободные часы. Алекси мерил один образ за другим, пребывая большую часть времени в прострации. Красота одежды поразила бы стороннего человека, подобрано всё было один к одному, по фигуре, из дорогих тканей и с замысловатыми деталями. Кажется, изначально мистер Форт был действительно настроен дружелюбно, если этим словом можно было обозначить его некую одержимость.       За час до начала милые девушки-гримеры даже договорились с официантами и принесли Алекси несколько закусок, предназначенных для шведского стола, но тот, хоть и не проглотил сегодня ни кусочка, отказался. В горло не лезла даже вода. В это время начал прибывать и другой персонал из сферы развлечений для элитной публики, так что настало время наносить макияж.       В комнату нагрянул Рассел. Алекси слышал его слова будто сквозь толщу воды. Кажется, тот злорадствовал и опять что-то твердил про раздвигание ног. После злился и кричал, а прежде чем уйти, взбешённый, что из реакции получил лишь пустой взгляд и усталый вздох, дёрнул Алекси за ворот пиджака. Посыпались пуговицы.       Теперь он был в белом, словно утренний снег, костюме, подпоясанном красным шёлком и золотыми нитями с нанизанными рубинами. Ладони облегали алые перчатки - Алекси недоуменно смотрел на девушек, когда те их на него натягивали - а волосы скрепила стеклянная заколка. В руки легла скрипка.       - Вам пора на сцену.       Это было странно. Его вывели в центр зала на возвышение, будто ему предстояло исполнить сольный номер, и оставили так, не дав больше указаний. Да и других музыкантов не было. Предполагая, что он волен в выборе репертуара, Алекси на пробу провёл смычком.       Звук скверный. Хоть скрипка и была настроена сносно, но через ткань его пальцы ничего не чувствовали. А вокруг тем временем уже собрались гости. В ответе перед ними и перед самим собой за свой профессионализм он не мог позволить себе такое отвратительное исполнение. Кроме того, от маленькой игры на публику никому не будет хуже. Возможно, Рассел даже похвалит его. Вот счастье-то.       Поймав себе в качестве точки соприкосновения со зрителем взгляд чьих-то, будто бы даже отдалённо знакомых, изумрудных глаз, Алекси поднёс к своему лицу ладонь и аккуратно стянул зубами перчатки одну за другой, небрежно бросая их себе под ноги на сцену. В свете ламп блеснул смычок, и по залу полилась музыка. Это была классика, которую мужчина знал с детства наизусть, он играл и играл композицию за композицией, скучая и изнывая от того, как же ему всё таки всё это претило.       Кажется, в какой-то момент его остановили. Были аплодисменты, он поклонился, а потом обнаружил себя вновь за столиком перед зеркалом. И Алекси в миг осознания почти испугался - весь в белом он был похож на призрака - а ещё через мгновение чуть богу душу не отдал - за его спиной возник раздражённый мистер Форт.       - Волшебное выступление, котёнок, - вопреки словам, довольным он не выглядел. - Эй, бездельники, куда смотрим? Добавьте ему румян, а то не лицо, а белый лист.       Рассел отошёл чуть в сторону, освобождая девушкам место, но Алекси всё равно мог слышать, как скрежетали его зубы.       - Так, разувайся, - произнёс он, наконец удовлетворённый чужим лицом, но получил на это лишь очередное молчание. - Блять! Снимите с него обувь и дайте вместо пиджака что-нибудь. Вон то, прозрачное. Что б, сука, если посмеешь сбежать, шёл по улице под дождём почти нагим.       - Совсем вы ко мне неласковы, - горестно прошептал Алекси. Сначала у него забрали его одежду и телефон, а теперь и обувь с хоть немного, но приличным верхом.       - Слушай внимательно: тебя сейчас сопроводят в номер для "приватного выступления". Человек важный, должен остаться тобой доволен.       Впервые за вечер у Алекси что-то встрепенулось и сжалось внутри.       - Уже... успели меня продать?       Рассел всё ещё оставался странно недоволен и взвинчен.       - Будь паинькой. Считай за тренировку, это же всё таки не последний твой "клиент" сегодня.

Коул

      Не было понятно, что пробудило его быстрее: боль от подзатыльника или звонкий звук.       Коул резко раскрыл глаза, откатившись к стене из ощущений опасности, но глаза мгновенно нашли Лилию над ним и тело расслабилось. Тяжело опустив голову, Коул прислонил ладонь к затылку, тяжело вздохнув.       - Вот бить-то обязательно было?       - Ты еще спрашиваешь! - девушка стихийно двинулась к нему, заключая в объятия, глаза Коула округлились.       - Отец... вчера снова поздно вернулся? - осторожно уточнил юноша, похлопав Лилию по плечу.       Та наконец отпустила брата, потирая лицо.       - Снова срочный вызов. Нашли новую жертву того снайпера... Не переводи тему, Коул, - она наткнулась на его внимательный взгляд. - Ты поговорил вчера с Диди? Ты смог ему все объяснить? Потому что если нет, я тебе говорила, я не побоюсь сама к нему прийти!       - Я поговорил, - окончание ее фразы прозвучало смазано, потому что Коул резко её прервал, перекрикивая. - Я поговорил. Он сказал, что это не решается так быстро. Придётся подождать, - он свесил ноги с кровати, понимая, что его мутит. - Просто доверься мне, и не лезь, Ли.       - Я не верю ни одному твоему слову... - сокрушенно озвучила девушка, поднимаясь с кровати. - А так хочу.       - Ли... - Коул схватил ее за руку, натягивая на лицо непринужденную улыбку. - Все хорошо.       "Все будет хорошо."       Девушка недолго простояла у кровати, наконец покидая комнату и оставляя Коула наедине.       Тот сразу лег обратно, накрывая лицо пледом. Слишком солнечно.       Не помня, сколько он пролежал, окруженный своими мыслями, из задумчивости его вывел внезапный телефонный звонок.       - Да? - произнёс юноша, скатываясь на бок, прижимая к себе ноги, ощущая, как сильнее его начинает мутить.       - Сова, - раздался весёлый мужской голос с лёгким акцентом, - да до тебя не дозвониться.       - Я после заказа, - произнёс тот, понизив голос, хотя в доме вряд ли находились люди. - Я не хочу, чтобы меня сегодня трогали.       - Сегодня вечер клиента. Приглашений два, Диди хочет видеть тебя там.       - Я же сказал, я не хочу никуда ехать, Ник.       - Боюсь, я не принимаю тут решения. Можешь взять звонок босса и заявить ему лично, а пока разговариваешь со мной, я могу лишь тебе сказать, что заберу тебя через час, - слушая его, Коул лишь сильнее хмурился, стискивая зубы. Верно, в который раз ему показывают, что он тут пустое место, особенно когда это касается его личной жизни. - Адрес?       - Я скину точку, где забрать, - тяжело поднимаясь с кровати, Коул быстро проговорил, поторапливая: - Если это все, я отключаюсь.       Ответа не последовало, и звонок был сброшен.       - Лилия! - громко крикнул Коул, но в ответ получил лишь тишину.       Хорошо. Значит, уехала на работу. На одну проблему меньше.       Спешно собравшись, Коул выскочил из дома. Особого желания оставаться тут и тем более прятаться в нем не было: дом не вызывал ни чувств привязанности, ни ощущений безопасности. Будто бы эти хрупкие стены и правда могли хоть кого нибудь защитить.       Юноша остановился, держа сигарету между зубов и рассматривая оранжевый тюбик с лекарствами. Открыв первый мусорный ящик, он их туда кинул, направившись вниз по улице, пока никотин заглушал мерзкое ощущение внутри.       "Я после заказа" - казалось бы, даже бесчеловечные люди должны были понять, почему он так говорил, почему хотел закрыться от мира хотя бы на день. Хотя бы на день... А в чем был смысл даже этого одного дня? А затем следующего, и затем еще одного после него, чтобы в итоге год за годом творить одно и то же и пытаться жить с этим чувством внутри... как будто бы смерть давно держала свою косу у его горла, выжидая, когда же ей наскучит.       Напротив него остановилась машина, чьё переднее окно сразу открылось.       Высокий мужчина снял с лица солнцезащитные очки, убирая ими русые волосы, продолжая грызть спичку зубами.       - Заползай, шкет, - Коул открыл переднюю дверь, заваливаясь на сидение. Почти лежа на нем, он закинул ноги на торпедо, смотря в окно на проходящих мимо людей.       - Куда?       - Покатаемся по моим делам, ты как раз развеешься, - глаза Коула устремились к лицу Николая. - А там за кофейком заедем и на вечер. Идёт? Как тебе план?       - Заебись, - натянув капюшон и наушники, Коул отклонился ближе к окну, не желая продолжать далее разговор.       С Ником это не являлось обязательством, наоборот, этот человек сам прекрасно понимал, что ничем и никому не обязан, как и не ждал ничего от других. Чаще всего он просто старался ловить момент, - и это Коула посмешило: эти попытки граничили с безумством и ребячеством, хоть и прекрасно соотносились с человеком, что на двенадцатилетие мог подарить револьвер с клубничным мороженым.       Коул размазывал сливки по дну стакана, медленно вырисовывая круги и разные фигуры.       Николай оставил его одного, пока разбирался с делами в порту. С кем именно, его не волновало: негласные правила между ними четко разграничили, что в дела друг друга никто не лезет. То, что Николай взял его с собой, уже говорило о большом доверии, что было очевидно, как бы Коул ни отпирался. Уже давно именно его ставили в позицию наследника, а все остальные делали вид, что смирились.       Вернулся он в приподнятом настроении, можно сказать, сделка прошла успешно, а значит они ещё быстрее приедут на тот вечер, которого невозможно было избежать. Помещение арендовали у Диди за немалые деньги, чем помимо потехи собственного эго, могли похвастаться только богатством пространства и отсутствием лишнего внимания. Всё, что Коул мог вспомнить, прокручивая отрывки информации в голове, так это имя хозяина идеи - Рассел Форт. Вроде бы его дела сводились к перевозке оружия и наркотикам, но это частный клиент Диди, поэтому ему шли на уступки. Николай вёл себя непринужденно, будто бы не видел ничего особенного в мероприятии, но от этого не было ни приятнее, ни удручающе, лишь заставляло сильнее ударять трубочкой о дно стакана, надеясь, что таким образом он сможет избавиться от напряжения и неприязни. Машина припарковалась прямо напротив входа, а сразу выскочивший швейцар подбежал к ним, открывая двери.       - На выход, - успел произнести Николай, прежде чем сам выбрался.       Коул без колебаний последовал за ним, не забывая забрать из салона футляр подготовленного костюма. Взвалив его на плечо, он безучастно прошел мимо встречающих их людей, удаляясь на гостевой этаж.       Чуть позднее медленно шагая по коридорам в одиночестве, Коул был мыслями далеко отсюда. Он не замечал людей, идущих ему навстречу, поэтому им пришлось его обходить, недовольно жалуясь. Тугой галстук стягивал шею, поэтому он оттянул его пальцем, медленно расслабив. Выйдя случайно в главный зал, он тут же был схвачен цепкой рукой, которая больно сжала его плечо. Диди возвышался на ним, но лицо Коула не излучало раскаяния.       - Прости, что не перезвонил? - с вопросительной интонацией произнёс Коул, вырываясь из хватки и поправляя рукава.       - У меня достаточно каналов связи, чтобы до тебя достучаться. Надо было бы мне их использовать, ответь ты хоть на один звонок? - язвительно заметил мужчина, разворачивая юношу к себе лицом.       - Папочка злится? - решив использовать свой козырь, чтобы смягчить его настроение, язык Коула действовал быстрее головы. Юноша перекрутился на месте, заводя руки за спину.       - Забываешься, - намекнул Диди, выпрямляясь в спине.       - Да ладно тебе. Не перезвонил и не перезвонил, чего ты доебываешься?       - Я конечно привык к твоему грязному лексикону, но сегодня хотя бы держи себя в руках. Сегодня ты лицо моей компании.       - Я и не планировал портить твою репутацию, папочка, - Коул оперся рукой в стену, огибая зал взглядом. - Я проведу в баре весь вечер. Можешь не сомневаться.       - Избавься от привычки напиваться после заказов, - неожиданная теплота в голосе заставила его вздрогнуть.       - Я сам разберусь, что мне делать.       Взъерошив юноше волосы, Диди сделал пару шагов в сторону.       - Послушай взрослых, малыш.       Дёрнувшись, чтобы уложить волосы обратно, Коул бросил злобный взгляд в спину Ди, глубоко вздыхая и уходя в сторону барной стойки.       Медленно потягивая стакан виски, на дне которого с каждым глотком оставались все его заботы, Коул разглядывал отражения людей, света, зала в блестящих бутылках перед собой. В этом калейдоскопе красок было невозможно разглядеть ничего четкого, что лишь добавляло шарма. Его никто не трогал, не принуждал вести беседы - одним словом: долгожданное спокойствие. Конечно, то, что Диди вытянул его на вечер, должно было закончиться "чем-то" под конец. Но - Коул всмотрелся в блики света на стакане - это совсем не означало, что он не мог хотя бы на мгновение отвлечься от мира и застыть в собственных ощущениях, притупленных алкоголем.       Внезапно, его слух резанула начавшаяся мелодия скрипки. Инстинктивно повернувшись к источнику его испортившегося настроения, Коул подскочил со своего стула, пытаясь глазами найти музыканта. Да это было нетрудно: тот, словно главная звезда вечера, стоял на возвышении в центре зала, освещенный всеми возможными софитами, что лишь усиливали его белый образ "призрака". Алексис Фидель. Снова он. Ведомый охраной вокруг, управляемый словно манекен издалека, он возвышался над всеми, являя собой отрешённость и тоску, пока руки пытались укротить неумелую скрипку.       Словно притягиваемый магнитом, Коул сделал пару шагов к сцене, ощущая, как его передергивает изнутри. Это не казалось уже шуткой. Мало того, что было слишком много совпадений, так теперь Он появляется на мероприятии в здании Диди, "притворяясь" скрипачом? Он не могу ответить себе на этот вопрос, как не мог отвести взгляда, с каждой секундой подавляя желание вытащить его со сцены и наконец-то получить все ответы. То нетерпение изнутри смешалось с жаром в груди, которое Коул списал на гнев, оно расползалось по всеми телу, заставляя сжимать кулаки, закрывать глаза, пытаться отвернуться, но, было удивлением, он не мог этого сделать. Особо хищный взгляд ухватился за перчатки. Как медленно мужчина подцепил их зубами, оголяя кожу и заставляя ткань упасть к его ногам, совершенно не заботясь о них - Коул стиснул зубы, осознавая, что не дышал в этот момент.       Это была ярость - уверял он себя, дергая головой - он не мог и дальше терпеть это состояние.       Совсем рядом с ним, Коул заметил надменную фигуру "хозяина" вечера. Тот с нескрываемым чувством превосходства смотрел на Алексиса, крепко сжимая подол своего костюма.       - Господин Форт, - начал Коул с утверждения, тогда как мужчина повернулся к нему, лишь убедился в своей догадке.       - Сова... - не скрывая толики презрения произнес Рассел Форт, учтиво повернувшись к собеседнику. - Как вам игра моего скрипача? Признаю, это не шедевр, но не судите строго. Первая партия создана для разогрева! - Коул ощутил, с какой силой он стиснул кулаки, когда мужчина разразился неприятным смехом.       - Я намерен с ним побеседовать, - прежде чем Рассел смог увильнуть от предложения, Коул вытащил из кармана свернутые в рулон купюры. - За выполненную просьбу я готов щедро заплатить, - уже то, что его пальцы потянулись забрать купюры означало согласие, и следующий вопрос не требовал ответа. - Так я получу эту встречу? - мужчина сделал знак рукой охране, тогда как сам показал Сове, куда следует пройти.       Его отзывчивость могла показаться искренней, если бы не расчетливая и мерзкая натура самого человека, отчего Коул лишь коротко деловито улыбнулся, но он не намеревался и дальше показывать этому человеку своего расположения.