Любовь безумцев - Amor insanissimae

Коул

- Алло, скоро буду, - выходя из здания, Коул позвонил по номеру на быстром наборе, сообщая Диди о своём визите. - Хорошо, - привычный тихий ответ, и связь обрывается. Подхватывая шлем с сидения, он завёл мотор и, оттолкнувшись от земли, чувствуя от алкоголя лишь большую трезвость, выехал на шоссе, обгоняя медленных водителей, чтобы успеть в клуб, а потом до того, как забрать Алекси, осмотреть нужную местность. Уже через пару дней... Вечер. Знатный вечер, такой же, какой устраивал и Рассел, полный брезгливых богатеев и их напыщенными амбициями. Интересно, а сидя прямо сейчас в кресле, общаясь с людьми или играя с детьми, они знают, что через 3 дня и 6 часов их уже не будет здесь, чтобы также смеяться или тратить жизнь на измены? Из мыслей его выдернул звонкий сигнал водителя позади, потому что Коул пропустил смену светофора и задерживал линию, создавая очередь недовольных. На повороте вырулив на соседнюю улицу, он припарковался, перекидывая ногу, но не вставая. Сидя на мотоцикле и держа в руках снятый шлем, Коул смотрел на знакомую вывеску, на те самые ступеньки, большую бардовую дверь, украшения на стенах, что неизменно обрамляли вход. "Да, войти в эти двери трудно... Ты то сам парень хороший... Это разочарование придумал себе ты сам же" - эхом голос Феликса все звучал в голове, затмевая разум и взгляд. Может... Это все напускное? Все, что я есть, на самом деле не настоящее? И все, от чего я зависим... Лишь мои иголки? Но Алекси... И Алекси для меня лишь выдумка? То, что я чувствую, на самом деле не любовь?... Глаза дрожаще смотрели прямо. Которая из них ложная дверь? Сердце в миг похолодело. Такое уже бывало... Не может быть все так хорошо. Просто не может. Это же не... снова... Это же не галлюцинации? Но его же видят все вокруг, правда? Или я сам погружен в свое сознание, поэтому все и происходит так, как мне хочется? В руке что-то звякнуло. Открыв телефон, Коул застыл и... Испугался ? Его сразил такой ураган эмоций, что он со страхом в сердце выключил телефон. Минута, две, три... Наконец он снова открыл, рассматривая внимательнее, что ему написал Алекси, снова перечитывая и пытаясь отвлечься. Да, вот он, его Алекси, он испытывает к нему любовь, ничего другого непонятно пугающего, что он себе придумал. Двери не бывают ложными. Они все нас ведут куда-то. Он долго смотрел на картинку, что-то даже написав в ответ, мало задумываясь, потому что его сознание металось от объятий Алекси прямо там рядом с этой распахнутой книгой и с одиночеством от неприятия всего, что он сейчас ощущает. Он должен только любить. Никаких сомнений. Дрожащей рукой прикрыв дверь, он прошёл дальше по клубу, бездумно следуя обычному, наизусть выученному маршруту. Ввалившись в кабинет, он наткнулся на Диди, врезавшись в него и подняв большие испуганные глаза наверх. - Что с тобой? - сняв перчатку с руки, Диди потрогал лоб Коула, отодвинув чёлку. Ничего не почувствовав, он зачесал тому волосы, оглаживая макушку, - Задумался о чем-то? На лице появилась кривая улыбка. - Ди, я же не сплю снова, правда? - он схватился за чужой пиджак, опуская голову, - Всё, что происходит вокруг, это же взаправду? - А что для тебя страшнее? Признать, что это действительно твоя жизнь или что ты живёшь в таких фантазиях? - внимательно наблюдая за Коулом, Ди в какой-то момент слабо улыбнулся. Рукой он сжал кожу Коулу, больно того ущипнув, от чего тот вскрикнул. - В иллюзиях ты не чувствуешь боли, если этого не ожидаешь. Поэтому не сомневайся в своей реальности, - рука легла на шею и загривок, - Ты слишком подвержен переживаниям перед работой. Это может сказаться на твоём состоянии и выполнении. - У меня есть ещё 3 дня... - накрыв его ладонь своей, Коул хотел её отстранить, когда пальцы нащупали гладкое кольцо. Удивившись, но зная, что это, он выставил руку перед собой, любуясь аккуратным детским розовым кольцом. - Я не замечал его под перчатками, - Ди забрал свою руку, не комментируя. Он сел на диван, ожидая пока юноша сядет рядом, а Коул и не медлил, потому что его, как всегда, ждал свеже сваренный кофе, который тот сразу подхватил и сел к Ди, готовый слушать. Отвлекаясь от Диди, которому что-то надо было уладить по телефону, Коул сложил ноги на диване, снова открывая чат. Нажав на фотографию, он снова взглянул на неё, вычерчивая каждую деталь. Это же была необычная поделка, это сделала мама Алекси... Как же это было красиво. Каждый вырезанный листик, наполненный воспоминаниями, детством и счастьем. Таким давним и болезненным, что сердце сжималось, когда он думал об Алекси. То ли от сопереживания, то ли от внезапной тоски по его теплу. "Покажешь мне её, когда у нас будет время?" - Так и взорвешься однажды, - всего один раз посмотрев на Коула в конце своего разговора, Ди пальцем отстранил горячую чашку от щеки Коула, чтобы тот не обжегся или не пролил на себя. - А? - отвлекшись от своих мыслей, он не сразу понял, что Диди от него хотел. - Ты стал слишком рассеянным и задумчивым. От твоих мыслей ничего хорошего не случается, - Коул резко встал. - Я в порядке, - собираясь отойти, он снова упал обратно, когда Диди крепко схватил его за руку, прерывая побег. - Допрашивать не собираюсь. Ты же по другому поводу приехал? - Неужели чувствуешь, что я тебя использую только для информации? - пытаясь различить нотки обиды в голосе Ди, он все внимательнее вглядывался в его нейтральный фиолетовый взгляд. - Мне нет до этого дела, - пронзительным взглядом проследив за вошедшего в кабинет Николая, он перенял принесенную папку, медленно просматривая страницы и ища нужную под звук закрывшейся двери, - Твоё право. Не обращая никакого внимания на ответ Диди, просто потому что он не привык спрашивать об этом или даже извиняться. Слишком у них отстраненные от этих церемоний отношения. Ди был прав. - Она будет в четверг там? - сразу начиная с вопросов, Коул забыл о правильной формулировке, поэтому и получил односложный ответ: - Будет. - С кем? - глаза смотрели, как Ди снова медленно перевернул страницу. - Она одиночка, - Коул сжал губы. - Охрана, меценаты, приглашённые, особые гости ? - Наконец он выплюнул: - Моя цель? - Твоя цель идёт вне этого вечера, с ней ты не пересечешься. Охрана в составе четырёх человек. 20 меценатов и акционеров ее компании. Из особых гостей оркестр из главной консерватории, короли, и главы крупных бизнесов. Из знакомых тебе лишь Феликс Моро, Агнесса Моро, Эрик Винтер и Нейл Карсон, - монотонно перечисляя, Ди увидел, как Коул вытащил телефон для быстрых пометок и записей. - Глава псов? - удивился он на последнем имени. - Руководитель особого подразделения разведки, был повышен в должности год назад. - С ним его подручные? - Он будет в качестве охраны министра обороны. Данных о сопровождении нет. - Феликс туда пойдёт? - уже чувствуя опасность от нахождения в месте цели других знакомых, Коул сразу напрягся, придумываю, как заставить того отказаться. - Согласия не дал. Банкет через 3 дня, никто его не ждёт. Агнесса Моро может явится, но это лишь усложнит ситуацию, эти люди к ней осторожны, никто не хочет накапать компроматом, чтобы разделить учесть Рассела Форта. - Не они не ждут, а он к ним не ходит. Ты там будешь? - ничего удивительного, она была обязана его пригласить. - У меня своих дел много. В том числе и с Химерой. Предпочитаю менее уязвимые и людные места для обсуждения. - Что за оркестр? - начиная с самых подозрительных приглашённых, Коул оставил место в заметках, чтобы потом записать фамилии меценатов. - Недавно приглашённые гости для музыкального сопровождения. Их кандидатура ещё не была утверждена, ей что-то нужно от их дирижёра, поэтому он и сторонится появляться. - Да ну? Ты и не знаешь, что у неё за дело к дирижёру? - вместо ответа Диди смерил его многозначительным взглядом. - А,- поняв, что речь идёт об интимной жизни или кровных счетов, только в этих двух случаях Диди не лезет дальше, Коул переключился к оставленному ранее пункту. - Фамилии меценатов? - ему в руки сразу перекочевал весь список гостей, - Ожидаемо. Ты такой заботливый, папочка, - подарив тому благодарственную улыбку, он обратился к листу, подбирая под себя ноги и облокачиваясь на Диди. Тот никак не отреагировал, лишь ограничил движения, чтобы не причинить неудобства, - Вау, так много крыс повылезало. - Так интересно наблюдать, как ты всегда высмеиваешь таких же, как и ты, людей, - он обратился к Коулу, чувствуя движение у своего плеча. - Я похож на крысу? - выгнув бровь, он лёг на колени Ди, вглядываясь тому в лицо. - Ты сова. И твоя задача: крыс ловить и убивать. Они не хуже, но и ты не лучше. Вы в одной плоскости. - А ты выше? - Тебе до меня далеко, мальчик. Но когда нибудь ты тоже достигнешь этого уровня. В любом случае ты мой наследник. Дернув бровями, Коул закрыл лицо листом бумаги, делая вид, что он что-то читает. Смешно, особенно с такого расстояния. Спустя минуту Ди схватил листок с одной стороны, поднимая выше и мало обращая внимания на Коула или его недовольство. Поворчав немного, юноша снова бросил взгляд на уже нормально читающийся текст. Свободной рукой Диди мягко перебирал кудрявые волосы на макушке, изучая карту на стене, что-то бормоча себе под нос и иногда отвлекаясь, чтобы сделать пару записей. - И даже малейшего желания нет уничтожить её? - внезапно вслух Коул задался вопросом. - А есть причина? - Гордон твоя причина, - Ди опустил лист с текстом. - С чего ты взял, что я буду делать что-то для Гордона? И почему мы снова об этом говорим? - он нахмурился: первая стадия недовольства. - Потому что я хочу это сделать ради Алекси. Так почему ты не испытываешь то же самого по отношению к Гордону? - Коул, - предупреждение. - Да, папочка? - он с удовольствием улыбнулся, хлопая ресницами. - Они оба мои старые знакомые. Просто кто-то деловой партнёр, а кто-то - личного характера. - Это ничего не меняет. - Это и есть решающий пункт для меня. Своими действиями ты не сделаешь никому лучше, ни себе, убрав Химеру, ты лишь породишь войну за территорию и обрывание слаженных экономических и политических отношений в этом общества, ни для Гордона или Алексиса, потому что случившееся прошло 10 лет назад, и твоя запоздалая месть ничего не изменит в их жизни. Даже испортит, потому что Гордон Фидель против самосуда. А именно им ты и занимаешься. - Это не самосуд. Она виновна, она убила ребёнка. - Это было неизбежно, - сухо отрезал Диди, - Из их семьи кто-то должен был умереть. В то время не могло быть иначе. Выбор пал на этого ребёнка. - Ты ведь тоже потерял ребёнка! - Коул тяжело сглотнул, ведь взгляд, что уставился на него, мгновенно стал свинцовым, невероятно тяжёлым, давящим, - Коули была даже чуть старше Фредерика. Разве не хотел бы ты отомстить даже спустя столько лет? - Смысл мстить людям, что выполняли приказ, если смерть близкого сугубо твоя ошибка? Не смог защитить, так это твоя ответственность. Это и есть правила мира, в котором мы живём. У Химеры были свои цели, у Гордона свои, страдают всегда невинные. Тебе ли не знать, - фраза словно ножом воткнулась в сердце. Сведя брови вместе, Коул не заметил как отвернулся от Диди, кривя губя от внутренней боли. Только когда взгляд уже долго сверлил стол, он дернулся, поднимаясь и сидя спиной к Диди. Лицо будто застыло в выражении сожаления, но после короткого вздоха разглядилось, теряя любые краски или эмоции. Взгляд сузился, а брови высокомерно задрались. - Если нам так хочется, мы будем идти до конца. С твоей помощью или без тебя, - пропел тяжёлый голос, когда Коул развернулся обратно к Диди, по змеиному щипелявя в конце фраз. Ди держал невозмутимо, но даже он ещё не привык к таким резким переменам в Коуле. - Ты нужен мне здесь в среду. - Ха? Зачем? - в недовольстве он выпрямился. - Я уезжаю. Клуб на тебе. Закатив глаза, Сова поднялся, подхватывая кофе, как чуть ли не подавился от глотка, потому что дверь кабинета шумно и неожиданно распахнулась. - Коули! - внезапно вошедшая девушка с фиолетовыми волосами радостно воскликнула, будто бы неслась на встречу с Коулом в полнейшем нетерпении. - Алан, - гость обернулся, - Шумно, - осадил его безудержную радость Ди, внимательно рассматривая экстравагантный вид своего подопечного. Алан выбрал сегодня обычные штаны взамен мини-юбке, но на лице было не меньше макияжа, что добавляло ему феминных черт. - Мы сваливаем, - даже не желая слушать Алана или, не дай бог, позволить схватить себя для сеанса психотерапии, Коул всучив ему чашку, ошарашивая, вышел из комнаты, сразу широким шагом направляясь к выходу. - Наш малыш не в духе, - грустно выдохнул он, обращаясь к Диди, - Господин, поделитесь, чем вы так Коула разозлили? Мне, как врачу невероятно интересно~ - ласково протянул он, опираясь на спинку дивана. - О его "девушке", - было видно, как ему претил сам разговор. Намеренно свесив ладонь с татуировкой, маяча перед лицом Ди, Алан воодушевился: - Алекси и Коул, боже мой, это такое поля для наблюдений! А они приедут сюда вдвоём? Мне так интересно, это так занимательно! - Без меня этим занимайся, будь уж добр, - скривившись, Ди поднялся, намекая Алану на выход. - Как скажете, господин~ - махнув медицинским халатом, он удалился, припрыгивая, пустившись Коулу в догонку. Шагая вдоль улицы, Коул смотрел в телефон, по ошибке не замечая человека перед собой и врезаясь в него. - Эй! - гневный вскрик, - Смотри, куда прешь. - Глаза разуй, мелкий! - красочный фак в спину незнакомца, и Коул снова открыл телефон, ускорив шаг в два раза, потому что времени до встречи с Алекси у него было 2 часа. "Могу задержаться на 15 минут" Перемещаться на такси было рискованно, поэтому, чтобы не светиться, Коул пешком добрался до нужной улицы, взмолясь, что потерял лишних 10 минут. Переводя дыхание, стоя посреди улицы, Коул прикрыл глаза, откашливаясь и садясь на скамейку. Минуты наблюдей расстянулись, давая сконцентрироваться и полностью погрузиться. Глаза считали этажи, количество сменяемой охраны, точки обзора, рука все записывала в блокнот. Мелкие вычисления, скорость ветра, количество людей вокруг. Встав, Коул влился в людской поток, не выделяясь ничем от серой рутины активного города. Остановившись у одного дома, Коул ждал, прислонившись к стене, ожидая вышедшего жильца, чтобы прошмыгнуть внутрь. Последний этаж, отмычка, открытая дверь, оставить замок для вида, пройти на крышу. С высоты наблюдать было лучше, но не достаточно. Ему нужно будет на самый верх, глаза вместе с тем поднялись медленно по стеклянному зданию, словно облапывали его на наличие огрехов или уязвимостей. Впервые он будет не за сотни метров, а прямо в комнате. Кровь кипела от этой мысли. Закрыв блокнот, полный новых исписанных листов, Коул посмотрел на часы. Осознав, что времени уже не хватало, он быстро спохватился, отмечая маршрут в картах, и, заглянув в него один раз, ускорился, чтобы не опоздать.

Алексис

Закончив осмотр, замеры и обсуждение, а также напоив всех вкусным чаем, Алекси с чистой совестью отпустил рабочих. Осталось только подобрать материалы, их образцы отправят на утверждение завтра, и работа пойдёт уже без его участия. Взглянув на часы и убедившись, что время ещё есть, Алекси вернулся в библиотеку, где во время осмотра заметил свои старые детские книжки. Они были особенно дороги сердцу, поскольку это были не покупные сказки, а истории, написанные и нарисованные его мамой, а позже сшитые руками отца в несколько книжек. Зайдя в комнату, он быстро нашёл взглядом нужные книги, с лёгкостью подхватывая одну из них. Обложка этой сказки представляла из себя самодельный коллаж. Алекси улыбнулся. Тот день был один из тех редких дней, когда у Гордона был выходной. Они, тогда ещё втроём, ведь Фредерик был мал, сидели на полу в гостинной всё перепачканные клеем, обрезками бумаги, но счастливые. Трепетно приоткрыв книгу, Алекси заскользил глазами по рисункам, чувствуя, как сердце сжимается в груди от грусти, но сразу бешенно разжимается от пронизывающих воспоминаний. Страница за страницей он читал книгу, пока не раскрыл самую середину, где во всю страницу раскрылась 3d модель огромного дерева, на ветвях которого качались маленькие феечки, а в дупле и под корнями сидели животные. Смотря на эту красоту, Алекси вспоминал свои эмоции, когда увидел это в первый раз, когда сам решил научиться создавать такую же магию из обычных карандашей и бумаги. Руки сами неосознанно потянулись к телефону, желая поделиться с Коулом этими следами счастья из давнего прошлого. Прочитав ответ, Алекси положил включённый телефон на стол, не закрывая приложение и потянулся ко второй книжке. Её обложка тоже была необычной. Это хаотичный рисунок, к которому каждый член семьи приложил свою руку, даже Гордон, оставивший на листе ярко коричневые пятна от случайно пролитого кофе. Он торопился на работу и случайно опрокинул чашку, а Мишель, вместо того, чтобы выбросить этот лист, просушила его и принесла детям на растерзание. Так и появился этот рисунок. Сейчас очень сложно было понять, что на нём, однако тогда Алекси так им гордился, что показал Агнесс и Феликсу и предложил тоже дополнить рисунок. Несмотря на такой набор случайностей, обложка очень соответствовала содержанию книги, от чего можно было сделать вывод, что Гордон очень старался и внимательно все подбирал, когда сшивал листы. Это был как бы сборник зарисовок небольших рассказов, где на полях то и дело мелькали первые попытки маленького Алекси рисовать. Фредерик обожал эту книгу, он говорил, что когда смотришь на страницу, ощущаешь будто они обнимаются всей семьёй. Алекси завороженно смотрел перед собой, очнувшись только тогда, когда на страницы упали две капли и расплылись там круглыми пятнышками. Щеки были мокрые, рассченные двумя дорожками из слез. Смахнув влагу, Алекси всхлипнул, закрывая книги и убирая их обратно. Увидев, что Коул вышел из сети уже пятнадцать минут назад, он выключил телефон, устремляясь к выходу из дома. Пора на работу. Уже сидя в машине, Алекси сложил руки на руль, утыкаясь в них и беззвучно плача. Слезы стекали в рукава, впитываясь в одежду и холодом ощущаясь на коже. Дав волю эмоциям, он блуждал в пустоте мыслей, пытаясь найти выход и успокоиться. Только бы слезы перестали идти, с замыленным взглядом нельзя садиться за руль. За этим занятием он не сразу заметил пришедшее сообщение, открывая его только через некоторое время и, конечно же, давая положительный ответ. Дождавшись, когда глаза перестанет щипать, он выпрямился в привычное положение, заводя машину и выезжая со двора. Поставив на фон музыку, чтобы отвлечься, Алекси проезжал улицу за улицей, приближаясь к месту работы. Прямо на подъезде мимо машины, перебегая дорогу, скользнули две девушки, одной из которых была недавняя собеседница Алекси в кафе. Затормозив, Алекси удрученно вздохнул и покачал головой. К сожалению, прекрасные способности к музыке не отменяли того, что эти две дамы были настоящими суетологами. Девушки затормозили у входа, пытаясь отдышать, а потом приметили, кого они так бесцеремонно подрезали. Они дружелюбно помахали руками, явно намереваясь подождать Алекси и пойти на репетицию вместе. Алекси вздохнул ещё более удрученно. Припарковавшись, он провёл рукой по лицу, стараясь убрать любые следы своих недавних слез, а затем, поправив причёску, покинул салон машины. Лара, уже забыв, как её "отшили" в кафе, начала активно кудахтать, кажется, за одну минуту намереваясь рассказать как же она скучала и что интересного с ней произошло в эти несколько дней. Её подруга, кажется, Женевьева, молчала, но беспорядочно то краснела, то бледнела, украдкой поглядывая на Алекси и не зная, куда деть руки. В итоге схватившись за пуговицу на своей одежде, она её дергала настолько сильно, что оторвала. Алекси дружелюбно улыбался, без слов протискиваясь ко входу и заходя в здание. Девушки последовали за ним, впрочем всё ещё не отвлекаясь от своих занятий. В самом зале их уже встретили их коллеги: люди разных возрастов, разбившемся на несколько групп. Это были типичные группы любого коллектива, более молодые собирались в одну шумную компанию, а старшие, сетуя, отделялись от них и собирались своим кругом. Была ещё и третья небольшая группа, в которую собирались наиболее опытные и "старые" члены коллектива. Если не в одиночестве, то именно с ними Алекси предпочитал проводить время перерывов, поскольку те были наименее дотошными и обсуждали не дела личные, но музыку и работу. В конце концов, не Алекси выбирал себе это окружение и совсем скоро он их покинет, так что смысла к ним притираться он не видел. Девушки впрочем, почти сразу покинули его и устремились к группе молодых людей. Точнее, это Лара устремилась туда и потащила за собой тормозящую подругу. Найдя взглядом свой инструмент, Алекси облегченно выдохнул, подходя к первому ряду и присаживаясь рядом с дирижёром. - Добрый день. - Здравствуй, Алекси, - дирижёр, мужчина лет сорока, то и дело фырчащий себе в усы, но выглядевший очень солидно, - Ты как раз вовремя. Может молодой ум решит эту задачу лучше нас. - Какая задача, Квентин, - всплеснула руками его предыдущая собеседница, - Наш директор просто поставит нам ещё одно выступление. - Лидия-Лидия, - покачал он головой, - Чтобы главная консерватория, да так просто отдала выступление. - Но всё к этому идёт. - Нас ещё никуда не пригласили... - Честно говоря, я не совсем понимаю, о чем вы, - обратился к ним Алекси, когда разговор подзатих. - И не нужно понимать, - к Алекси обратился мужчина, сидевший на втором ряду с чрезвычайно чопорным бледным лицом, обрамленным в тёмные кудри волос- Просто не планируй никаких дел на четверг, Алексис. - Думаю, нам сообщат в ближайшее время, если нужно будет где-то выступить. - Думать это хорошо. Однако нередко наши мысли не совпадают с реальностью, - мужчина приоткрыл глаза, всматриваясь в покрытую метками шею, - Было бы обидно быть выдернутым из объятий партнёрши. - Мой партнёр очень понимающий, - Алекси понял его намёк, но вовсе не поспешил прикрыться. Мужчина выгнул бровь, но почти сразу потерял интерес. Прошло ещё минут десять, и всё наконец собрались всём коллективам, проследовав к своим местам вслед за дирижёром, вставшим к трибуне. Секунду полной тишины. Взмах дирижёра. И оркестр зашелся звуком. Первая мелодия, сильная и громкая, принизывающая и звонкая. В ней звучали и переплетались духовые инструменты и струнные, ударные и клавишные. Прижимаясь щекой к прохладному дереву скрипки, Алекси с грустью вспомнил, что дома так и не опробовал подарок друзей. Нужно будет сыграть на ней для Коула, определённо. Так, композиция за композицией шёл первый круг репетиции. Где-то в середине него в зал прокрался директор, усаживаясь на первый ряд и с вдохновленным лицом слушая свой оркестр. С его появлением всё взбодрились, занявшись игрой с ещё большим усердием. Под конец чисто исполненной полной программы директор довольно похлопал, подзывая к себе дирижёра. - Перерыв 15 минут и второй круг, - объявил он музыкантам, спускаясь со сцены для разговора. Разминая руки и пальцы, Алекси прошмыгнул к фортепиано, останавливаясь рядом и опираясь на него. Директор, Мистер Нельсон, говорил с дирижёром совсем недолго, а после, пожелав всём удачи, также быстро исчез. - Ну что? - без интереса спросила Лидия, сосредоточенно натирая корпус своего инструмента. - Непонятно пока. Однако на четверг лучше и правда ничего не планировать, - обратился он уже ко всём, - Давайте, коллеги, пять минут и на второй круг. А потом по домам. Благополучно закончив репетицию, всё стали расходиться по домам, либо собирались в группу, чтобы куда-то сходить вместе. Алекси не слишком волновала эта суета вокруг, так что, попрощавшись с теми, кто заметил его удаляющуюся фигуру, он покинул здание. На улице стало прохладнее, мокрый холод неприятно ощущался открытыми участками кожи, морозил нос. Чихнув пару раз, Алекси вышел на парковку, оглядываясь в поисках Коула. Прибежав ко входу в консерваторию, Коул долго всматривался в фигуры, пытаясь различить в них Алекси, в итоге заметив удаляющегося похожего мужчину на парковку, Коул последовал за ним, узнавая Алекси. Сердце зашлось в бешеном ритме, но Коул успокоил себя, пуская свою энергию в улыбку. - Добрый вечер, месье, - незаметно подкравшись со спины, Коул обвил его, заключая в трепетные объятия, будто он только этого и ждал весь день. Давая ему развернуться, он чуть ослабил руки, но тут же обвил чужую шею и наклонил ниже для поцелуя. Отвечая на поцелуй, Алекси чуть прихватил зубами губу Коула. В назидание, чтобы больше не подкрадывался со спины. - Bonsoir, monsieur, - Алекси прижался к Коулу, не обращая внимания на окружающих. Впрочем, от него не укрылось, что небольшая группа его молодых коллег, где были в том числе те девушки, на них оглядывается, - Ты весь мокрый. Торопился? - Боялся к тебе не успеть, - ухмыльнувшись, Коул поправил воротник Алекси, не давая ветру проскользнуть к коже, - Ты без шарфа... Не замёрз? - снимая с себя сразу немного промокший, но тёплый аксессуар, и надевая на шею Алекси, забеспокоился Коул. - Всё в порядке. Я не так долго на улице, чтобы замёрзнуть, - Алекси положил еще не успевшие остынуть руки на щеки Коула, смиренно давая закутать себя в шарф, - Если у нас больше нет дел, то давай в машину и домой. И... ты пешком? Что-то случилось? - Раз мы вместе поедем, то зачем мне другой транспорт, - беря Алекси за руку, Коул повёл его к машине, - Да и я был неподалёку, спокойно пешком прошёл, - быстро вытаскивая из кармана Алекси ключи, Коул подбросил их в воздух, открывая машину и садясь за руль. - Голоден? Хочешь, заедем в какой нибудь ресторан по пути? - Я был бы не против перекусить. Здесь рядом очень много ресторанов. Есть итальянская кухня, французская, средиземноморская, американская и новая американская, мексиканская... и далее-далее, - Алекси, радостный, что не ему нужно будет вести, кажется открыл второе дыхание, - Что ты хочешь? Задержав на Алекси взгляд, казалось бы на секунду дольше, но на такую значительную и важную для него секунду, Коул вырулил на главную улицу. - Я бы отведал французской кухни. Никогда не ел лягушек, - рассмеявшись, он попросил Алекси найти название и точный адрес. - Ты здесь и не попробуешь, однако там очень вкусные десерты. Ресторан "Perch". Согласившись и на такой сценарий, Коул поехал по маршруту, полный радости, подавляющей гадкое чувство внутри. Прижимая Коула к стене прихожей, Алекси жадно впивался в него поцелуями, вырывая из Коула восхищенные и ободрительные полу-вздохи, полу-стоны. Тут на языке почувствовалась горечь алкоголя. - Ты пил? - Может чуть-чуть, - не соврал Коул, утягивая Алекси дальше за собой в спальню. - Но ты же был за рулём! - резко обнажив свое тело, Коул задрал рубашку на Алекси, затыкая его поцелуем. - Ой, да заткнись уже...