Любовь безумцев - Amor insanissimae

Алексис

Утром, разлепив сонные глаза, Алекси встретился с солнечными лучами, чуть проникающими через шторы. На часах стрелки отбивали полдень. Впервые за эти дни он спал долго и спокойно. Потянувшись в кровати, он медленно встал, умылся и спустился вниз. Там Феликс сидел рядом с дочкой, что-то объясняя, пока та выводила знаки на бумаге. - Доброе утро. Чем это вы занимаетесь? - Доброе, дядя! - Не отвлекайся, солнышко, - Феликс поднялся со своего места, оставляя дочку корпеть над знаниями, и подошёл к Алекси, - Из школы прислали кодификатор теста, по результатам которого Лиззи будут переводить в следующий класс. Вот, смотрим, где у неё пробелы. Раз ты встал, или звони бабушке, а я пока тебе чай сделаю. - Хорошо, но у меня есть вопрос. - После звонка спрашивай, что угодно. Давай, не затягивай, - безапелляционно заявил он и исчез на кухне. Держа телефон в руках, Алекси нервничал. Он не хотел врать, не хотел заставлять близкого человека волноваться о себе. Но сколько можно уже бегать, верно? - Алло, милая бабушка? - заговорил он на французском, когда на том конце взяли трубку, - тепло ли сегодня вечером в нашем Провансе? - Милый внук, - в манер ему ответил голос, преисполненный родительской благосклонности, - Воздух как парное молоко да только ветер холоден, вестей от тебя не приносит. - У тебя поэтические настроение, это хорошо. Только вестей от меня нет, потому что и сообщать нечего. - В самом деле? - послышался звон чашки, опускаемой на блюдце, - Но у тебя столько дел, неужели ни одно из них не достойно упоминания? Да и просто новость, что ты жив и здоров уже что-то. - Извини... Ты пьешь чай с бергамотом? - чтобы "успокоить нервы, наверняка" - Волнуешься за меня. - Моя прерогатива как бабушки, не лишай меня моих функций... Лос-Анджелес не то место, куда я отпущу тебя со спокойной душой. Гордон отлично над этим постарался. - Папа многое сделал в своей жизни, но я уже взрослый человек, не стоит всё в моей судьбе вешать на другого. Поехать было моим решением... И я правда был рад с ним увидеться. Он мой родитель, я его люблю. И мама его любила, она не хотела бы такой неприязни между вами. - Это не меняет того, что... Агх... Ты точно не попал в неприятности? - она проглотила последнее слово. Алекси не спешил отвечать, ожидая, - Ты не мог бы включить видеосвязь? Я очень по тебе соскучилась. - Конечно, - секунда и появилось изображение, - Нет неприятностей, с которыми я и люди, что меня окружают и помогают, не справились бы... Изабель ведь заезжала к тебе. Ничего не говорила? - Говорила, что вы переписываетесь... А ещё, что ты будто похолодел. Печально, что расстояние так сказывается на ваших отношениях. - А... - у Алекси передало горло, он не знал, что сказать. По крайней мере, что не взволновало бы его родственницу, - Вероятно, из-за дел у меня не получилось уделить достаточно внимания... Для меня было важнее, что она заезжает к тебе, составляет компанию. - Я тоже ей благодарна, но тебя не хватает. Даже деревья не хотят цвести, пока хозяин вне дома, - женщина тихо поднялась с кресла и, судя по звуку шагов, отошла куда-то, - Тебя же там что-то держит, что-то, но не долг, не ностальгия. - Я хочу здесь быть... Этого достаточно. Я, - голос дрогнул, а лицо чуть скрылось от камеры, - ты знаешь, хотел вернуться и боялся... - Ты мог бы... - Но я наконец переступил порог старого Дома и обрёл новый. Я искренне не хочу покидать свой Дом, своих людей и, пожалуй... - ...этой причины действительно достаточно. Береги себя, милый внук, а я всегда буду рада вновь принять тебя в свои объятия. - Приятного вечера, любимая бабушка... Не забывай о своём здоровье, прошу тебя. - Конечно, дорогой. Хорошего дня, звони в любое время. Разговор мерно затих, обрывая некторые нити, распуская сдавливающие узлы. Алекси надеялся, что смог донести свою мысль, а также закрыть вопрос о его бессрочном нахождении в "самом опасном городе'. Вернув внимание к телефону, он быстро напечатал Коулу, желая приятного дня и благодаря за ночную помощь. Вряд ли без этого он бы смог снова да ещё и так хорошо уснуть. Взгляд ненароком упал на число. 1 апреля... Давно он не навещал отца... Также нужно узнать, как там дом, вернуться к работе... Столько дел. Поток мыслей прервал Феликс, заносящий поднос с ароматным чаем и лёгким завтраеом в виде яиц по-флорентийски. - Я не помешал? - он вопросительно застыл в дверях, смеряя взглядом фигуру с прямой спиной, но зажатой шеей. - Нет. Мы закончили... Так проблематично вливаться снова в жизнь, столько дел сразу. - Алекси... - тон граничил между сочувствием и сарказмом, - Ты явно не тот человек, что крутится как белка в колесе. - Это так. Я всегда удивлялся твоей производительности, но и не думал к ней стремится, - принимая поднос, Алекси ярко улыбнулся, наконец разжимая шею, - Ты меня балуешь. - М? Почему это? - Я мог и сам дойти до столовой или кухни. - Я тебя балую, - Феликс поправил засученные рукава, отпуская их теперь по всей длине и застегивая манжеты, - И что там у тебя с делами? Если ты про работу, то я, как добрый друг и не подкупный врач, могу продлить тебе больничный. - Ты же не подкупный. - А сегодня выходной, поэтому я просто добрый друг. Алекси тихо рассмеялся, стараясь не уронить столовые приборы. Их смеющиеся взгляды пересекались, кутая комнату в особо уютную атмосферу. - Спасибо, добрый друг, но я всё таки вернусь на сцену. - Не боишься, что запросят объяснений? - Директору, наверняка, всё равно, а остальным я могу просто не отвечать... Что более существенно, я хочу зайти к папе. Могу я это сделать сегодня? - Почему бы и нет. Мои больницы всегда для тебя открыты. Только... - Феликс задумчиво постучал по локтю, - если пойдёшь вечером, возможно, ты там будешь не один. Мой отец хотел заехать к твоему. - А... Хорошо. Думаю, в этом нет ничего страшного, я буду только рад встретиться с дядей, - Алекси отпил чай, прикрывая глаза от удовольствия. - Н-да? Ну и отлично тогда. Доедай, А я пойду пока тебе больничный закрою. Вдоволь насладившись едой, Алекси забрал поднос с посудой и вышел из комнаты. Феликс, покинув его ранее, теперь засел наверху, сводя справочные данные в один документ, а Лиззи занималась чем-то в планшете, полулежа на ручке дивана. Оставив свою ношу в раковине, он вернулся в гостиную, подсаживаясь к девочке и переманивая её к себе на колени. Та вольготно уселась и довольно покряхтела, но внимательного взгляда от экрана не отвела. Погладив головку девочки, чем вызывая тихий детский смех, Алекси поцеловал её макушку и достал свой телефон, набирая бригадира, что занимался сейчас его домом. Трубку быстро взяли,заговорив сразу бодрым тоном, с искренним дружелюбием интересуясь здоровьем заказчика. Поблагодарив За беспокойство, Алекси справился о ходе работ. За этот недолгий разговор успел спуститься Феликс. В домашней одежде и чуть растрепанный он выглядел уютнее и будто моложе, поэтому быстро был завален на диван. Ютясь теперь небольшим клубком, они лениво переговаривались, почти мурча и засыпая, как ленивые коты, пригревшиеся друг у друга под боком. После обеда, закончив с едой и протирая рот салфеткой, Феликс мельком кинул взгляд на часы. Время немногим перевалило за три часа дня. - Во сколько вы там хотели встретиться? - обратился он к дочке, слезающей со стула и аккуратно несущей тарелку, чтобы передать ему. - В пять. Мама Клары сказала ждать её у входа в развлекательный центр... Ой, пора собираться? - Думаю, да. Чтобы спокойно доехать, без спеха. Иди одевайся. Одежда лежит сложенная на краю кровати, - девочка кивнула, быстро исчезая из кухни. - Мама Клары, Лиззиной подруги, верно? Поведёт их развлекаться? - Алекси проследил за малышкой,пока та не скрылась на лестнице. - Верно. Замечательная женщина. Двое маленьких детей, а она всегда такая радостная, будто они уже съехали, - Алекси тихо прыснул под ухмылку Феликса, - Ты тоже одевайся. Подвезу тебя до больницы. Двери с тихим хлопком закрылись. Машина плавно тронулась с места, увозя своих пассажиров прочь от дома. Миновав пару загруженных участков, они оказались у въезда на парковку клиники, куда Алекси и высадили. Пожелав хорошей встречи, он покинул транспорт, сразу направляясь внутрь к стойке регистратуры. Радушно его поприветствовав, работница подтвердила, что у господина Фиделя уже некоторое время гостит посетитель. Алекси хмыкнул - всё как Феликс и говорил. Пробираясь через людный лифт и коридоры, медработники хлопотали, как пчёлки, даже вне присутствия начальства, он добрался до нужной палаты. Из-за двери слабо слышался приятный мужской голос. Глубокий, но не потерявший звона молодости, он, как уголёк, распростронял лёгкое тепло и свет. Это была аура родителей Феликса и Агнесс, особенно, их мамы. Ступив в саму комнату, Алекси вздрогнул. Так он отвык от вида этих двух мужчин рядом. Стул рядом с кроватью пустовал. Бенезет расхаживал по палате широкими отчётливыми шагами, будто каждый раз создавая себе точку опоры, руки он то закладывал за спину, то соединял перед собой, цокая. В отличии от друга, его волосы, особенно на висках, сильно тронула седина, что, в принципе, почти терялась в блондинистых волосах. Глаза горели. Казалось, сколько бы он не ходил вокруг, их с Гордоном прямые, особенные друг для друга, взгляды не разрывались. Пока не вошёл Алекси. Повернув к нему головы, мужчины прервали разговор. Гордон ещё более радостно улыбнулся, да и сам он выглядел гораздо более свежо и здорово, чем раньше. - Без стука, юноша. Ай-ай, - Бенезет полностью развернулся к гостю, прикрывая правый глаз и покачивая указательным пальцем. - Мне показалось, меня и так ждали... - "Верно, господин Фидель. Балл за верный ответ... - Заткнись. - ...и минус два за "кажется". Не хочешь вспоминать мистера Пинга? - он скосил открытый глаз на Гордона. - Уволь. Он всегда придирался к моим словам. - Его и уволили, - Бенезет пожал плечами, - А тебе не занимать в проницательности... Ещё бы, с таким то отцом, - он вернул внимание к Алекси, подходя и кладя ладони ему на плечи, - Какой ты взрослый стал... Вживую даже лучше, чем на фотографиях. Красавец! - Ещё бы, с таким то отцом, - Алекси улыбнулся уголком губ, приподнимая брови. - То~очно... - удовлетворенной интонацией прошипел Бенезет, прищелкивая пальцами в воздухе. - Засмущали~ Гордон "в смущении" приложил ладоши к совершено не покрасневшим щекам, не скрывая хитрого, игривого взгляда. Одним движением он сполз с середины кровати на край, усаживаясь. - Папа... - Привет, сынок. Как ты? А то выглядишь... средне. Что-то мучает? - Просто бессоные ночи, - ведомый рукой, что отпустила его плечо, но теперь легла на спину, Алекси приблизился к кровати, - Важнее, как ты себя чувствуешь. Феликс говорил, что ты скоро поправишься. - Было бы замечательно. Бенни я уже говорил, так хочется вернуться в жизнь... - А Бенни тебе уже говорил, что это будет непросто и опасно, - Бенезет хмыкнул и сложил руки на груди. Гордон немного горько улыбнулся, закрывая глаза и опуская голые ноги на пол. Ему ли было не знать о тяжести этого пути. - А что ты имеешь в виду под этим?.. - Алекси понимал, что это не просто выход из больницы и возвращение домой. Он знал, что какими бы разными не были его дедушка и отец, общим у них было одно - вся жизнь это борьба... Неужели он собирается... - Снова занять пост судьи... Уверен, что тебя не загрызут раньше, чем ты вообще дойдешь до здания суда? - в ярких глазах блестела тревога, а руки на груди сжимались сильнее. - Подавятся. Я никогда им не был по зубам. Сейчас ничего не изменилось, - в голосе Гордона смешались самоуверенность и треск льда, - Их страх передо мной даже больше их амбиций. Они уже позади, потому что однажды позволили себя задавить. - Страх тоже может сподвигнуть нажать курок... - ...пистолета, наведенного себе в висок. Алекси чувствовал себя лишним в этой атмосфере преступной политики и рассуждений сильных правового мира, но прерывать не спешил. Всё таки это было интересно, да и прерывание вылилось бы в неловкую паузу, чего совершенно не хотелось. - Эх, Гордон, зато твои амбиции больше любых других чувств. - Ты не прав. - Возможно, но именно так ты звучишь сейчас. Не боишься, что Он встанет на твоём пути? - Бенезет явно было неприятно упоминать этого человека, от чего его передёрнуло волной раздражения. - Хах, Диди придётся уступить. - Аргх, этот человек. Просто уеб... - Корректнее, мистер адвокат. Как судья, я прошу больше уважения к вашему оппоненту, - Гордон явно веселится, глядя, как друг выкатывает глаза в непонимании. Бенезет хотел уже напомнить, что совершил этот человек, но осёкся, вспоминая, что тут Алекси, которому это знать не стоит. - Папа, давай ты для начала хотя бы просто выпишешься. Вернёшься домой, там, кстати, почти закончились восстановительные работы, - Алекси мягко вклинился в паузу, переводя тему, но про себя подмечая, очевидно, особую связь отца и Диди. - Решили вернуть дом в нормальный вид? Похвально. Кстати, ты ведь уже давно в Америке? Агнесс тогда говорила, что ты приехал. - Уже... месяц как... - подсчитал Алекси, сразу неловко склоняя голову, - Извини, что не навестил. - Не переживай, в конце концов я и сам до вас добрался. Слышал, ты успел себе нового друга уже найти. Коул, вроде. Ещё и дом восстанавливаешь, - Бенезет довольно прищурил горящие глаза, заводя руки за спину, - Неужели планируешь остаться? - Я... Хотел бы на самом деле остаться тут настолько долго, насколько возможно. - Супер! А... - в его кармане зазвонил телефон, отвлекая мужчину и заставляя нахмурится, - Черт, секунду, жена звонит. Приняв звонок, он скрылся за дверью в коридор. Разговор длился недолго, ручка двери ходила ходуном. Видимо, мужчина её не отпускал, собираясь быстрее вернутся. Вскоре под громкий печальный вздох в проёме показалась его голова. - Мне нужно идти. Несси рвёт и мечет. - Иди. Ты и так часовым разговором весь мой воздух истратил. - Так открой форточку, не сдует, - вернул колкость он и, попрощавшись, ушёл. - Я рад, что вы снова общаетесь, - улыбнулся Алекси отцу, когда закрылась дверь. - Мы общались все эти годы... - Я... не застал этого, так что для меня это приятное открытие... - Ах, да... верно... - Гордон с уходом друга растерял часть уверенности. Казалось, подбирать слова для сына ему сложнее, чем для кого-либо еще, - Как у вас дела с Коулом? - Мы... Поссорились, почти расстались. Возможно, ты будешь рад. Гордон промолчал. Поднявшись с кровати, он прошёл мимо сына. - Я желаю для тебя лучшего... И я не считаю, что Коул может это лучшее обеспечить. - В одиночку - нет, конечно, но знаешь... Отношения это совместная работа обеих сторон. И она не нуждается в твоей оценке. - Грубовато, но это правда, - Гордон в досаде закусил губу, - Но ты всё равно мне это рассказываешь... Я ценю. И хоть потерянное за десять лет так быстро не восстановить, я надеюсь, однажды мои слова снова станут для тебя что-то значить. - Они значат, но мои отношения - не та тема, которая должна вмешать чьё-то мнение, помимо меня и моего партнёра, - Алекси бесцельно скользил взглядом по комнате, пока не наткнулся на книги, - Ты их все прочитал? Всё, что я приносил? - В больнице довольно скучно, хоть мне и довелось найти хороших собеседников среди соседей. - Я рад. Тебе это идёт на пользу... Я некоторое время назад выступал с оркестром. Жаль, что ты не мог его посетить. - Мне тоже. В следующий раз я обязательно там буду, - Гордон нерешительно развернулся к сыну, всё также поджимая губы. Алекси поднял на него взгляд. Конечно, он видел, как отец дорожил им, как любил. Только с ним, он мог позволить своим глазам терять ледяную защиту, становясь слезами. Он видел и любил в ответ, но не мог позволить стать этим слезами ледяной коркой в своих глазах по отношению к Коулу. - Отдыхай, пап, а я пойду... Если будет что-то нужно, пиши, я занесу или передам Феликсу. - ...да, спасибо, что навестил. Проходя мимо, Алекси чуть коснулся его руки... Этого было достаточно для родительского счастья, а Алекси для уверенности, чтобы покинуть эту палату.

Коул

- Ну что? Он приедет? - увидев Коула, воодушевился Алан, но быстро сник, понимая, что положительного ответа он не услышит, - Вы оба такие злые... - Ал, сейчас ночь, иди спать, - резко затормозив, Коул отвернулся от выхода, - Хотя постой. Дело есть. Сможешь меня в больницу положить? - Чего? - позабавившись от формулировки, Алан не воспринял сначала это всерьёз. - Ммм, приди ко мне домой, скажи, что я ебнутый и мне надо в больницу, чтобы я смог поехать домой. Но для правдоподобности нужен врач, направление в больницу и убедительность. Ты просто сосредоточение всего в одном теле. - Коул... - вздохнув, Алан смерил Коула нечитаемым взглядом, тут же широко улыбаясь, - Все будет, не свои деньги же трачу~ - легко мазнув в воздухе, он уже мысленно считал потраченные суммы из кошелька Диди, пока Коул, удовлетворенный планом, собирался уходить. - Давай, удачи, - помахав ему рукой, Алан проводил юношу, удивлённо причитая, что тот нашёл дверь, за что снова получил пинок. Возвращаться было сложнее, в связи с тем, что транспорт больше не ходил, а вызывать такси к дому было бы слишком палевно. Выйдя за пару кварталов, Коул пешком пошёл к дому, на подходе упав в кусты, увидев у двери уходящего на работу Паркера. - Черт... - просидев за загорождением несколько минут, пока машина не отъехала от дома, Коул быстро прошмыгнул к гаражу и своему окну, бесшумно впрыгивая в комнату. Выпрямившись, он быстро огляделся, застыв и расплываясь в улыбке. Лилия, подтянув к себе ногу, спала на краю его кровати, мерно дыша и сжимая чужую подушку. - Прости, что уходил, сестрёнка, - присев рядом с ней на корточки, он легко поцеловал её в висок, накрывая пледом, чтобы та не замёрзла. Быстро скинув с себя уличную одежду, Коул переоделся, тихо прикрывая комнату и уходя в соседнюю к пустой кровати сестры, чтобы хотя бы на пару часов уснуть. Мне нравится твоя тупая самоотверженность. Резко разлепив глаза, Коул подскочил на кровати, сразу поднимаясь. Снова..? Чему ты удивляешься? Мне казалось, тебя мало смущают вмешивающиеся в твою жизнь. Или это только я тебя так раздражаю? - Что-то ты слишком зачастил с появлением, - встав напротив зеркала, Коул вглядывался в лицо напротив, видя не себя, - Прячь свои феромоны, Алекси тут нет, а я терпеть это не намерен, - глубоко вдохнув в себя воздух, Коул закатил глаза, затем отпуская раковину и быстро умываясь, опустошая сознание. Проведя в зеркале рукой по волосам, замечая их длину, он примерно отметил нужную длину руками. Снова зайдя в комнату, Коул застал её пустой, отчего быстро принял стоящие там лекарства и, взяв все ему нужное, направился в ванную. Быстро спустившись по лестнице, Коул отсалютировал Монике, сидящец за столом, быстро уходя на кухню, пока та не задала вопросов. - Коул! - Лилия появилась в дверях, не сводя взгляда с его головы. - Что? - раздражённо спросил Коул, наконец поворачиваясь и зачесывая волосы назад, прикрывая сбритые виски. - Дорогой, если ты хотел постричься, мы могли бы сходить в салон, - аккуратно подошла Моника, относя тарелки в раковину. Закончив делать себе завтрак, Коул, игнорируя их присутствие, поднялся к себе в комнату. Только наступило утро, а уже невыносимо тяжело. Скрутившись на кровати, Коул накрылся одеялом, сохраняя тепло при открытом окне. В голове пронеслись отголоски их ночного разговора, а по телу прошлись мурашки от призрачных объятий, словно рядом кто-то был... Надев наушники, Коул погрузился в полый мир, медленно заполнявшийся смутными фантазиями уставшего сознания. В забытии могли пройти минуты, часы и дни, однако чьи-то руки, настойчиво сорвавшие одеяло с головы, резко разбудили. - Вставай, - грубый голос. Дэниель. Что ему надо? Прищурив глаза, Коул сел в постели, свершивая ноги и смотря на Дэниела, ожидая разъяснений, которых ему никто не дал. В телефоне горели пропущенные от Диди, Николая и Алана вместе с сообщениями от Эрика. Стоило проспать пару часов, а уже случился конец света. Внизу слышались чьи-то вроде как знакомые голоса, но Коул пока открыл приложение, бегло просматривая, что ему написали: "Привет" "Со вчера появились новости?" "Как ты себя чувствуешь?" "Я беспокоюсь, напиши, как прочтёшь" Пожалуй, это было главным, что выцепил Коул, но вместо ответа заблокировал телефон, откладывая его в сторону - злость? Обида? Сожаление? - сложно было определить, что им движело. Потирая сонное лицо, он вышел из комнаты, держась за дверной косяк, чтобы взять воды, но снова - как и всегда - внизу ожидали гости. На определение понадобилось мгновение внимательного изучения, после чего Коул даже расслабился. - Господин Фендер, я рад, что вы смогли к нам присоединиться, - необычно официально для себя одевшись, Алан сидел на диване, постукивая пальцем по папке и всем видом выражая врачебную недосягаемость и элегантность, даже надев каштановый парик и очки, чтобы скрыть уже ставшие фиолетовыми волосы. - Доброе...- утро? День? - Здрасте, - коротко улыбнувшись, Коул, на ватных ногах и чуть шатаясь, прошёл мимо, старательно делая вид, что не замечает надзора со стороны Моники или Паркера. Как же это раздражало, когда тебя считают экспонатом в музее или зверушкой для наблюдения. - Господин Фендер, присядьте с нами на пару минут, пожалуйста, - умоляя как можно скорее присоединиться и глазами показывая, куда сесть, Алан всем видом выражал именно того в представлении Коула человека, что переобщался с его приёмной семьёй. Звонко хмыкнув от чувства мимолетного превосходства, Коул медленно подошёл, занимая кресло рядом и смотря с улыбающимися искорками из глаз на Алана, что лишь снисходительно поправил очки. - Вам что-то от меня нужно? Мистер... Э... - Мистер Тэн, - опустив голову, что-то попутно вытаскивая из папки и затем протягивая Коулу, Алан мило подмигнул родителям Коулу, будто успокаивая, вызывая лишь ещё одну неконтролируемую усмешку Коула, - Я прибыл по назначению областной психиатрической клиники. Вы же знаете, что обязаны приходить на консультации, получать лекарства, быть под наблюдением, так сказать, - так нервно двигались уголки его рта, что вместо того, чтобы сосредоточиться на словах, Коул чуть наклонил голову, нахмурившись. У него такой интересный контур губ... - Но... Мистер Фендер, - Алан заметил отстраненность Коула, поэтому позвал его, при этом отдал другую копию Монике, - Вы не появлялись на плановом осмотре вот уже полгода. Отсюда, логично могу предположить, что вы не получали лекарств, хотя... Может вы их где-то и доставали, судя по вашему довольно позднему плохому состоянию, но сомневаюсь в их качестве и... легальности, - аккуратно вставив последнее слово, Алан мельком глянул на Паркера, что непрерывно смотрел на Коула, что уловив этот взгляд, вид Моники и "комедию" Алана лишь рассмеялся. - Мистер Фендер, комиссия приняла решение о вашей госпитализации, - вставил Алан, повышая голос, перекрывая смех, что вскоре закончился, а забавляющийся юноша резко встал, снова садясь, но потом опять поднялся, пересаживаясь ближе к Алану. - И на сколько ваш совет хочет закрыть меня? Вау, так понравился, что решили у себя придержать, но где они, а? Мне казалось, если они хотят, чтобы я стал их личной сучкой, надо лично приезжать. - Следи за языком, Коул, - отрезал Паркер. - Может тебе и похуй, но если меня собираются ебать, я молчать не стану, - зрачки скатились в бок, тяжело смотря на возникающего полицейского, явно выражая не просто недовольство, ярость. - Ты манерами никогда не отличался, - отчитав, Паркер услышал лишь звонко фыркание, но внимание он перевёл на Алана: - Подписанный приказ о госпитализации, - констатировал факт, будто давая шанс исправиться, но не выдержал и сам спросил: - Ну и где же команда врачей и машина? Раз вы приехали, то и без нас уже все решено. - Я не давал свое согласие, - воскликнув, Коул привстал, но пришлось осесть после ударившегося о ручку дивана кулака. - Им и не нужно согласие сумасшедших, - жёсткие слова даже не звучали удивительным. И так всегда... - Хорошо, - улыбнувшись, Коул пооддался к Алану, из-за чего родители вздрогнули от резких движений, - В таком случае забирайте. Вы же за сумасшедшими приезжаете, вот он Я. Давно ждали? - Вижу, вы согласны, - спокойным тоном произнёс Алан, подбадривая тёплой улыбкой Паркера и Монику поставить подписи в документах попечителей. Всего один звонок и в дом вошли санитары, готовые хватать Коула, но тот даже не двигался. - Даже вещи не дадите собрать? - вызывающе громко и удивлённо спросил Коул, не двигая расслабленными конечностями, сидя полу лежа в кресле. - Всё нужное вам выдадут на первое время. Остальное вам отправят родные, - кивнув головой санитарам, Алан отвернулся к родителям, все с той же улыбкой. - Не переживайте, с вашим сыном будет все в порядке. Мы о нем позаботимся. По всем вопросами, - в руках появилась возникшая из воздуха визитка, - звоните в любое время. - Спасибо... - наконец подала голос Моника, держа визитку двумя руками и еле сдерживая слезы. Дернувшись пару раз от неприятия и боли в сильных руках, Коул в абсолютной ярости вышел из дома на напряжённых ногах, лишь бы дойти до машины, лишь бы его отпустили. - Я и так рядом, в чем проблема? - Правила, - какие неразговорчивые. Вроде показался даже знакомый голос, но распознать его не удалось, потому что его уже завели в открытые двери, захлопывая снаружи. Мгновенно обернувшись, Коул увидел отсутствие перегородки и лобовые окна, из которых лился свет в перемешку с голубым небом. Сев на пол, он проследил, как перед ним места заняли санитары, а за руль спустя пару звонких шагов вприпрыжку запрыгнул Алан, насвистывая. - Тебя куда, красавчик? - поправив зеркало заднего вида, он блестнул карим цветом, ловя пристальный взгляд зелёных глаз. - Домой. Увези меня уже отсюда, - опустив голову, он облокотился о стенку, расслабляясь внутри автомобиля и выравнивая дыхание. - Будет сделано, босс, - по перешептываниям Коул примерно определил, где уже видел этих мужчин: они работали в охране Диди. На очередном светофоре, он поднялся, облокачиваясь на оба кресла сразу и нависая между ними: - Добровольно вызвались, мальчики, или кто пойти заставил? - заметив, как оба напряглись, Коул лишь позабавился. - Приказ босса... Босс, - смутившись от тавтологии, но назвав все так, как есть или как он сам понимал, мужчина смолк, смотря Коулу в глаза, которые блестели от радости, в которых сложно было что либо ещё рассмотреть. Похлопав того по щеке, Коул перепрыгнул через проем между сидениями и залез на первый ряд рядом с Аланом. - Долго придумывал? - Минут... 5, - странно улыбнулся Алан, не отводя внимания от дороги. - Договоры, уговоры, красивый спектакль, - он хитро улыбнулся, отклоняясь в кресле и смотря на машины в зеркале, - Может минут 6? - Может и 6, - смирился врач, отъезжая дальше. Тишина дороги и общее состояние вели ко сну, поэтому немного вздремнув, Коул не сразу понял, что машина остановилась, но у какого-то здания больницы. На кирпичной стене была прикреплена синяя надпись: "травмотология", и пока Коул её рассматривал, Алан покинул салон, с кем-то обмениваясь снаружи приветствиями и рукопожатиями. Выскочив следом, он узнал больницу, где официально "работал" Алан, а это должно быть был... Впрочем, неважно. Поймав улыбающийся взгляд Алана, Коул выгнул бровь, а тот шире улыбнулся, поддразнив: - Ты же не думал, что я купил машину скорой помощи? Возвращаю одолженную хозяину, а нам, - он указал рукой на выход, очевидно намекая, что один из стоящих там транспортных средств, это следующая ступень перевозки, - Мальчики, а вы свободны, спасибо за помощь~ - сладко прощебетав, он помахал рукой, элегантно перебирая пальцами. Те лишь кивнули, скрывшись из виду, но по звукам шин, уехали в сторону центра. - Поехали, - открыв стоящий поодаль Ford, Алан пригласил Коула, молча предлагая тому ключи, но тот отклонил предложение, проигнорировав его. - Ты никуда не опаздываешь, гоняя меня туда сюда? - из-за подпирания подбородка кулаком речь вышла смятой, но все ещё понятной. - Я все надеялся встретить Алекси или загадочного Феликса, поэтому нет, - даже в зеркале искрилась его улыбка, - Я нисколько не трачу время, даже провожу с пользой. Может даже по пути соблазню тебя на свидание с чашкой кофе~ Стоя уже около получаса на крыльце перед домом, Коул переминался между аккуратными, подсвеченными ступеньками, смотря то на сад вокруг, то в окна дома, который он покинул на пару недель. Смирившись, он глубоко вздохнул, проходя снова внутрь. Его ожидало много дел. Подбирая вещи в прихожей и расставляя по местам, Коул сам разделся, стряхнув с плеч пальто и прошёл внутрь, удивляясь, как замёрз дом за это время. В тот раз он даже не заметил этого... Взгляд упал на диваны, что оказались проигнорированы в последний раз, но очевидно зря. Пол, весь столик, диванные подушки были усеяны листами со скетчками, рисунками, местами проступали яркие краски. Пока собрав все в одну стопку, Коул, крепко прижимая их к себе, зашёл на кухню, чтобы поставить чайник и быстро протереть столешницы. Опустившись на кровать и поставив рядом горячую чашку, Коул взял очки из очешника там же у изголовья, где он их и забыл в тот раз, наконец начиная рассматривать эти листы. Сразу было ясно, что рисовал Алекси, но выплестнувшиеся эмоции перекрыли все предчувствие. На каждом листе был он сам, одинако перо автора поймало его совсем по разному. Сейчас он сидел на той скамье в метро, вальяжная расслабленная поза была передана через несколько ракурсов, а голова всегда в обожании и спокойствии смотрела вверх. Следом шли скетчи его с Лиззи, их маленькие игры и странное веселье на лице Коула. Я правда могу так улыбаться? Скетчи местами пестрили своей интимностью и томностью. Будь то зарисовка его под душем или же выходящего со стекающей с него воды, пока он вытирал лицо полотенцем. Или же... Его полностью обнажённый и возбужденный вид под Алекси: яркие, опасные глаза, приоткрытый рот, влажные губы, распаренное тело в сливках... Чувствуя, как кожа мгновенно вспыхнула жаром, он перелистнул рисунок, натягивая ворот водолазки на себя, но снова не намеренно возвращаясь взглядом к пошлой, но эротичной картине. Сердце билось все сильнее, он поднял очки на голову, прикрывая смущенные глаза. Сколько же мыслей наполнили его голову… Продолжив смотреть, но уже куда внимательнее и медленнее, Коул ненароком бросил взгляд к окну, у которого он стоял на рисунке, о чем-то разговаривая по телефону, или же его балкон в апартаментах, чужая водолазка на теле и тот любовный взгляд, что всплывает каждый раз в памяти, смотрящий только на него. Пока ему не открылся единственный цветной рисунок. Здесь он отличался, не только в цвете, нет, но и был будто бы другим человеком. Напряжённая шея, будто вздыбившиеся волосы, яркие, узкие глаза, сквозь бумагу смотрящие прямо в душу. - Ты настолько видишь нас разными... - а внутри с этим что-то тепло дрогнуло. Ухмыльнувшись, Коул отложил рисунки, потягиваясь и откидываясь на подушки. Взяв в руки телефон, он быстро открыл камеру, сфотографировав веер скетчей и отправил Алекси, пролистывая вверх, увидев новое от него сообщение. Хорошего дня и спасибо за ночную помощь... Надо бы ему позвонить чуть позже. Сейчас пока слишком много дел. Отпив кофе, он написал всего одно сообщение на звонящий ему каждый день номер: "Все хорошо". Прочитано. Без ответа. Оставив все в спальне, Коул покинул комнату, собирая чёлку и оставшиеся волосы в маленький хвост для уборки, за которую он сразу же принялся, расставляя все по местам и заодно убирая пыль, подпевая играющей из стерео музыки. Так необычно. Уже месяц его обычная жизни перестала казаться обычной и одинаковой. Посвистывая, сидя на веранде, Коул качал ногой, чувствуя полную расслабленность, когда в одной руке был бокал виски, а в другой уже истлевшая сигарета. Покусывая губы, он смотрел на небо, пока тихое уведомление не выдернуло его из прострации, привлекая к себе внимания. - Блять, - резким движением он пролил на себя каплю алкоголя, но быстро отставил бокал. Закусив зубами сигарету, Коул дёрнул плечами, приподнимаясь и читая послание от смущенного Алекси, умоляющего не смотреть на незаконченные скетчи. Какой он забавный... Лицо тронула лёгкая улыбка, что совсем скоро спала, но не от разочарования, просто он был слишком уставшим долго её держать. Не завтра, но послезавтра, 3 числа, предстоит долгая работа. Не до конца поняв, на какую конкретно дату, но туманно договорившись о скорой встрече, Коул убрал телефон, снова ложась и отдаваясь невольно сну в эту приятную, тёплую ночь. - Доставка прибудет в течение 30 минут, ожидайте, - сказал машинный голос в трубке, на который Коул кивнул и сбросил звонок, спрыгивая со стола, на который облокотился во время разговора. Диди поднял на него взгляд, сразу возвращаясь к бумагам, но не забывая о чужом присутствии рядом. - В ближайшее время будут поручения? - на последок, прежде чем уйти, уточнил Коул. - Собрание. Надеюсь, ты не забыл, - выгнув бровь, Ди смерил застрявшего у выхода Коула с поджатыми от недовольства губами. - Окей, - закатив глаза, он открыл дверь, намереваясь исчезнуть, - Кинь мне смс-ку за день. Молчание было согласием, по крайней мере, так истрактовал его Коул, который мимо охраны и прочих "чёрных костюмов" выбежал из клуба, садясь в увезенный от родителей день назад Эриком автомобиль. Покинув первым репетиционный зал, Алекси поспешил к машине. Через десять минут он уже должен был быть у дома Коула, однако ехать туда около получаса. Безнадёжно вздохнув, он положил скрипку на заднее сидение, сам усаживаясь за руль и покидая парковку. К несчастью, сегодня почти весь путь перед ним маячила машина цветочного магазина, упорно следующая в точности по его маршруту, не давая себя обогнать. Алекси сокрушенно упал на руль на очередном светофоре, отправляя быстрое извинение за опоздание, а улыбающийся смайлик с задних дверей машины перед ним, казалось, злорадно смеялся. Создавались ощущение, что они едут по одному адресу. И стоило видеть удивление Алекси, когда эта машина и вправду остановилась у дома Коула. Выйдя из дома с накинутым на тело пледом, Коул кивнул доставщику, не замечая пока Алекси, и тот открыл грузовик, вытаскивая огромный букет цветов, чтобы внести в дом, казалось, уже даже зная, куда нести, будто не в первый раз. Запахнув сильнее плед, Коул оглянулся, замечая знакомую машину, отчего застыл у крыльца, смотря на Алекси и пытаясь сквозь мутный, усталый взгляд разглядеть водителя. Увидев, что Коул смотрит в его сторону, Алекси открыл дверь, показываясь из машины, но не подходя. Дождавшись, когда грузовик отъедет, он проехал чуть дальше до въезда для машин, припарковываясь. Забрав скрипку и подойдя к Коулу, он его крепко обнял, плотнее кутая в плед и оставляя тёплый поцелуй на лбу. - Привет, совушка. Смотрю, большой букет тебе привезли, - поднимаясь с ним на крыльцо, Алекси тихо хмыкнул, - Если это не мне - я обижусь. Хмыкнув, Коул чуть отстранился, оглаживая чужой воротник: - Раз так, то я оставлю для тебя веточку. Пригласив его внутрь, Коул прошёл сразу в гостиную, забирая цветы и на столе распаковывая от целофана. - Как твой день? Ты с работы? - попутно медленно разворачивая цветы, Коул уже сразу обрезал кончики стеблей и ставил в заранее подготовленную вазу с водой, чтобы... Не завяли. Под столом было постелено прозрачной пленкой, куда уже успели упасть листья и мелкий сор, пока Коул орудовал садовыми ножницами, мастерски зная, что и как делать. - Всё таки не для меня. Ладно, я запомню, - Алекси, сняв верхнюю одежду, с интересом кружил вокруг Коула, наблюдая за его работой, - День неплохой, однако надежда, что один мой коллега перестанет называть меня "бациллой" из-за долгой "болезни", становится всё более призрачной. Мы только недавно закончили, и я сразу к тебе, но меня затормозила эта "самая скоростная доставка цветов". Им стоит сменить лозунг. Кстати, тебе не нужна помощь? Кажется, тут много работы. - Я ценю твою заботу, но не стоит, - отделив веточку, Коул сосредоточенно руками открывал веточки с цветами, собирая в небольшой букетик, - Это то, что я должен делать сам от и до, - скрутив стебельки, он протянул импровизированный букет цветов Алекси, - Асфоделус. В принципе лилии - цветы сожалений и извинений, просьба прощения за прошлые ошибки, но это особый вид, - задумчиво его покрутив, он подождал, пока его примут, чтобы снова вернуться к монотонной работе, - с латыни переводится как: мои сожаления последуют за вами в могилу. - Такая глубина... Очевидно, это очень важно для тебя, - Алекси чуть нагнулся к Коулу, обнимая его со спины и кладя подбородок на его плечо, - С тобой так хорошо... Хочешь, устрою нам музыкальное сопровождение? - Если сможешь подобрать что-то под настроение, - он слабо улыбнулся. 282 цветка, это примерно... 12 соцветий, на каждом по 24 цветка. По 2 на каждого человека и остальное для последнего. Думая о расчётах, Коул не сразу заметил, как Алекси вытащил скрипку, чтобы сыграть. Наконец подняв голову, он просто молча и долго на него смотрел, чему то улыбаясь. - Под настроение... Как насчёт восьмой симфонии Чайковского? - Алекси задумчиво постучал смычком по корпусу, скрывая хитрую улыбку. - Алекси, если ты её сам выдумал, это не Чайковский, - скопировав эту хитрость в ухмылке, Коул сел на стул, притягивая к себе ногу, беря первую веточку и начиная обрезать цветки под корень, складывая каждый в плоскую плетеную корзину. - Можешь, конечно, попробовать, но у меня нет с собой эксперта, чтобы рекорд Гинесса по гениальности зафиксировать, - мельком стрельнув глазами к Алекси, он вернулся к цветам. - Сколько сарказма в твоих словах, но ты прав, её не существует, - смычок лёг на струны, замедляя мгновение и ловя тихий вздох Алекси, - Но это не мешает мне сыграть то, чего нет. Такая музыка лучше всего ложится на настроение. Тихо и неспешно перебирая цветы, выполняя свою работы, Коул иногда на мгновения застывал, наслаждаясь льющейся мелодией, которую Алекси играл, изливая душу в этой комнате, хранящей лишь двух людей. - Мне кажется, с тобой я полюблю скрипку больше всего среди музыкальных инструментов, - вставив комментарий в минутой паузой между партиями, Коул откинул вниз у ног очередную веточку, потянувшись за следующей, - Ты не устал? - забеспокоившись его состоянием, Коул бегло оглядел Алекси. - Возможно, слегка, но это не страшно, - встряхнув головой, он отнял инструмент от плеча, разминаясь, - В следующий раз я сыграю тебе на флейте или на гитаре или, может, на барабанах. Что думаешь? - У меня есть и флейта, и гитара, и барабаны, - жестом указав вниз, намекая на подвал, Коул пересел на стуле, удобнее, чувствуя, как уже затекают конечности, - Если хочется, то все в твоём распоряжении. - Хочешь, чтобы я, слабый и уставший, спустился в твой тёмный глухой подвал... Это звучит так опасно, особенно в доме принца мафии. - Он с подсветкой, евро ремонтом, понорамным окном и совсем не похож на подвал Диди, - Коул пару раз усмехнулся, придавая голосу тягучести: - Впервые меня принцем назвал~ А что не король? - Короли дряхлые и старые, а ты мой прекрасный принц. Или может лучше юный господин? - Алекси склонился в уважительном поклоне, но не опустил голову, сохраняя зрительный контакт, - Как тебе больше нравится и чего ты желаешь? Я могу не только музыкой развлекать. - Я очень давно не могу прочесть одну книгу, - чуть подумав, озвучил Коул, разминая руки и откидывая голову, - Юный господин хочет, чтобы мой любимый мне почитал. Если тебе хочется, - он дёрнул руками с инструментами и цветами, - А то я не много могу тебе предложить из развлечений. - С удовольствием почитаю, - отложив инструмент, Алекси подошёл к Коулу и мягко поцеловал в щеку, вытаскивая из рукава застрявшую тонкую веточку, - Так где эта книга лежит? - У кровати, возьми пожалуйста, - прикрыв глаза, все ещё ощущая на коже поцелуй, Коул отряхнулся внимательнее после жеста Алекси, - Ги де Мопассан, синий сборник. - Перевод с французского, значит, - Алекси удалился из комнаты, в спальне натыкаясь на заваленную рисунками кровать и тихо постанывая в смущении и желании всё это спрятать. Взяв себя в руки, он лишь чуть-чуть кучнее собрал рисунки и вернулся к Коулу с книгой, - Очень лестно, что ты выделил им кровать, но, во первых, где ты тогда спал, и во-вторых, ты знаешь, что смотреть на незаконченные работы - неприлично? - Во-первых, спал дома, - спокойно отреагировал Коул, легко слукавив, но еще не соврав, - а во-вторых, на что ты рассчитывал оставляя их на полу моей гостиной? - он резко отрезал цветок, подхватывая и кладя рядом к остальным. Неразборчиво пробурчав в ответ на второе замечание, он прижал к себе книгу, осматривая комнату в поисках нужной мебели. - Рад, что не в подворотне... Хотя тут был такой бардак, что они не особо отличались, - пододвинул ещё один стул ко столу, Алекси подсел к Коулу, - Ты в одиночку сам всё это убрал? - Ну, да, делать все равно было нечего, - безразлично бросил он, качнув ногой, задевая Алекси. Оглянувшись на идеально убранную комнату, он лишь дёрнул бровями, а за этим будто бы потянулись плечи, так как он ими пожал, - Не так уже сильно все тут было разбросано, скорее из-за долгого отсутствия было захламлено и грязно к тому же. Алекси печально дёрнул уголком губ, виня себя в наведении беспорядка. Пролистав страницы до того места, где была закладка, он прочистил горло и начал размеренно читать с растоновкой и нужной интонацией. Окончательно замолчав и погрузившись в работу, Коул лишь изредка отвлекался, улыбаясь на смешных моментах или что-то вскольз комментируя Алекси, но не более. В целом даже в таком молчании одного и чтении вслух другого была своя магия, свои чувства, что передавались напрямую. Каждый раз беря в руки новый цветок, Коул откидывал старый стебель, иногда случайно задевая Алекси и получая лёгкую щекотку за это, что грело сердце улыбкой на лице. Заказанная еда, тихая беседа, трепетные объятия - все, будто как и раньше. Стоило последнему цветку упасть в корзину, как Коул потянулся, чувствуя и слыша хруст затекших позвонков, Алекси потянулся к нему, и, ощутив это, Коул скосил на него глаза, прислоняясь щекой к чужой руке. - Уже поздно, - констатировав факт, Коул медленно моргнул, - Ты поедешь домой или останешься? - Зависит от того, предложишь ли ты мне остаться, - серые глаза, улыбаясь и будто бы играясь, смотрели на Коула, но при этом выражали странную для такого образа Алекси серьёзность. Немного помолчав, Коул просто смотрел тому в глаза, думая о чем-то своём, но наконец тихо озвучил: - Я хочу, чтобы ты остался со мной. - И я хочу остаться с тобой. Как хорошо, что наши желания совпадают, - скопировав чужую улыбку, Коул поддался вперёд, вставая и, подойдя к Алекси, обнял его, упираясь коленом о стул, на котором он сидел. Отложив книгу, он подался навстречу, руками обхватывая талию Коула. От этой близости искрилась кожа, упавшие на лицо волоски дрожали от чужого дыхания, в животе порхали бабочки, посылая по нервам импульсы чувств. Глаза непроизвольно блестели от нежности и влаги мимолетного счастья, заставившего это мгновение замереть. Завороженно не отводя взгляда, Алекси подался вперед, в лёгком призрачном прикосновении соединяя их губы. Словно боясь, что этот момент исчезнет и испарится, Коул схватился за чужую одежду, словно за спасательный круг, смакуя этот лёгкий, но настолько нежный и чувственный поцелуй, заставляя легко дрожать ресницы. Ни одна их ночь, ни одно начало их отношений со страсти, секса и самовнушения не сравнятся с этим моментом, когда тебя будто пронзает насквозь, заряжает все тело энергией человека рядом, его дыханием, таким же трепетным желанием и... - Алекси... - прошептал Коул, отрываясь от чужих губ. Взяв передышку, чтобы отдышаться и успокоится, он огладил чужую щеку, заводя руки в длинные пряди волос, чтобы те не лезли в лицо, - Пойдём уже. Я устал. - Сейчас, идем. Тепло усмехнувшись, он повторил это жест, пропуская пряди сквозь пальцы и нащупывая скрытые до этого за верхним слоем длинных волос выбритые виски. - Изменил себе причёску? Извини, я не заметил ранее... Теперь будешь чаще носить хвостики? - Не надейся, - прыснув, Коул прикрыл глаза, ощущая чужие пальцы на недавно оголившейся коже, - Ммм, даже щекотно, - потеревшись о нос Алекси, он отпустил его, отходя, чтобы дать встать. Медленно собираясь, Коул накинул на себя плед, чтобы отнести на веранду. - Утром я уеду, поэтому если что-то надо будет, бери без проблем, ключами своими закрой дверь, - он улыбнулся, - Надеюсь, ты их не потерял. - Нет, они со мной. Мне завтра нужно будет на работу, - следуя за Коулом, Алекси выключал в оставленных комнатах свет, рукой касаясь его спины, чтобы не отстать, - У меня только утренняя репетиция, а потом я хотел встретится с тобой, кое-что предложить. - Хорошо, - недолго смотря на плед, Коул закинул его на кресло, - Я освобожусь ближе к трём, думаю, - да, этого времени достаточно, чтобы обойти все могилы, - Куда мне подъехать? - Хм, даже не знаю. Как насчёт просто прогуляться где-нибудь? Есть место, куда ты хотел бы сходить? Задумавшись и смотря на потолок, Коул даже остановился. - Я подумаю. Напишу тебе завтра, - быстро поцеловав Алекси в щеку, он махнул рукой: - Располагайся, - а сам исчез в ванной. Сняв и сложив часть вещей в комнате, Алекси достал свежее бельё, что осталось тут ещё с их сожительства, и отправился во вторую ванну. Помывшись, он придирчиво осмотрел себя в зеркале, касаясь рукой отросших волос, что теперь не касались плеч, а лежали на них. Вздохнув, он перекинул их за спину, возвращаясь в спальню. Рисунки уже лежали перевернутой стопочкой на комоде, а Коул полу лежал на кровати, подминая под себя атласный домашний халат, качая ногой в чёрных спальных штанах. Образ, казалось, совсем не изменился с их уже давней, первой встречи, точно также он его проводил в спальню, показал дом, а потом они скоропостижно признавались друг другу в любви, как им тогда казалось, на крыше. Хоть с виду ничего и не изменилось, на самом деле поменялось слишком многое. - Коул~ - волосы всё не оставляли Алекси в покое, от чего он намотал прядь на палец, задумчиво им покручивая, - Ой, какой ты красивый у меня тут лежишь, - оказавшись рядом с кроватью, он опустился на нее, кладя руку на болтающуюся ножку, - Я хотел спросить, как думаешь, подстричься или оставить их отрастать дальше? Двинувшись вперёд, Коул выцепил прядку, оценивая длину. - Ну, как тебе хочется, мне и так, и так нравится. Мгновенно глаза заблестели, а губы озвучили, поддрагивая в улыбке: - Ради меня побреешься налысо? - ...неожиданный вопрос. Высшие силы в виде моего отца не простят нам этого. Беззаботно хмыкнув, развеивая замешательство Алекси, Коул откинулся снова на подушки, теперь смотря на Алекси немного издалека. - Не стриги. Мне нравятся твои длинные волосы. - Если они слишком отрастут, их придётся заплетать. Оставлю тогда это на тебя, - подмигнув, он прилёг на соседнее спальное место, смотря на Коула сбоку и прикрывая глаза в усталости и неге, - Коул... Разрешишь тебя обнять? Ему снова и снова нужно разрешение, нужна уверенность, что Коул ему доверяет, что он достоин этого доверия. Без лишних слов Коул придвинулся ближе, чувствуя, как сильные руки легли на талию, несильно прижимая к себе. Уткнувшись в чужую грудь, Коул ощутил лёгкую дрожь от живого, родного запаха рядом, а от ноющего чувства был готов выть, от приятной боли внутри. - Спокойной ночи, - прошептал он, сжимая край чужой одежды. - Bonne nuit, - просопел Алекси ему в макушку, - Это "доброй ночи", Коул. Спи сладко. - А я уже думал придираться, - чувствуя чужую улыбку, Коул сам расцветал. Неужели... Он правда имеет права так себя чувствовать? Он всегда быстро засыпал, отчего и сейчас почти сразу провалившись в сон, Коул ощущал вокруг тепло и надёжность. Проснувшись в такой же крепости, он перевернулся, но все ещё лежал, окончательно просыпаясь. Легко отцепив от себя руки Алекси, он поцеловал спящего, поднимаясь, чтобы привести себя в порядок и поехать "праздновать день смерти". Просыпаясь под звук будильника, Алекси уловил звуки из прихожей, но когда он уже выбрался из кровати, Коул скрылся за дверью. Вернувшись в комнату, он прижал к себе чужую подушку, в окно наблюдая за уезжающим юношей. В окно брезжил холодный розовый рассвет, оттеняя фигуры людей и предметов на улице, сопровождая Коула в пути. Фыркнув в подушку, Алекси оттолкнулся от стекла, направляясь в ванную, чтобы уже посвежевшим начать новый день.

Коул

Положив корзинку на сидение рядом, Коул, одетый в полностью чёрный костюм, поправил уложенные волосы и надел на лицо маску, скрывая его часть. Ехать было недолго, наверное из-за отсутствия поздно-утренних пробок в будний день. Как обычно, завернув и припарковавшись, он вышел, аккурстно забирая цветы и держа корзину рукой, упирая её о бедро. Игнорируя редких людей вокруг, он прошёл дальше по тропинке, начиная свой привычный, давно уже выработанный маршрут. От могилы к могиле, читая каждый раз одни и те же имена, заучивая новые с каждым визитом. Их было 94 человека. Теперь же 102. Интересно, похоронены ли они здесь? Выцепив два лёгких белых цветка лилий, он дал им упасть на влажную после дождя землю, в центр, окружённые другими цветами и посланиями от близких. - Лесли Марлоу, 25 марта, 18:33 - дата отличалась от той на камне. Точно. Его нашли позже и сочли дату смерти 26 марта... Легко кивнув камню, словно старому знакомому, Коул отошёл от могилы, беря уже сразу ещё два цветка, чтобы осыпать ими следующую могилу. - Ванесса Бранк, 16 апреля, 12:54, - вторая жертва, и снова дата отличается. Даже забавно. Почему нельзя достоверно точно определить время и дату, чтобы потом избегать ошибок на камнях? Раз за разом повторяя в памяти точное время и имя, словно мантру, Коул читал про себя молитву для успокоения их душ, изредка останавливаясь, чтобы убрать мох, пыль и плющ с заброшенных могил. - Эх, старина, совсем о тебе забыли, - смотря на гравюру пожилого мужчины, Коул оставил на камне по два соцветия, смахнув сгнившие и иссохшие, оставшиеся с того года, - Увидимся, - встав, он чуть подзадержался, увидев у следующей стоящую прямо и сурово девушку. Родственница? Супруга? Неважно. Потом стоит вернуться... - Вы же тот загадочный мужчина, что оставляет цветы на забытых могилах? - она же не стала избегать и первая заговорила.