Любовь безумцев - Amor insanissimae

Феликс и Алекси занимались построением их маршрута, наиболее оптимального, чтобы охватить всё, что было в планах. Закончив, они вернулись за своими младшенькими и повели их, следуя карте. Сказочные строения сменялись одно другим, аниматоры приветливо махали им и в особенности маленькой Лиззи, после аттракционов пестрели в глазах, но в душе разливалась детская радость и восторженность, в первую очередь от того, что самые близкие были рядом и радовались также. Загулявшись, они почти пропустили начало парада. Царственный ход больших платформ различных форм под стать мультфильмам завораживал. Казалось, что сказка оживает на глазах, пока герои приветствовали с любовью всех и каждого в своей волшебной стране. Под конец шествия должен был прогреметь оглушительный салют, завершающий очередной фантастичный день диснеевского парка. Спеша на него, ребята покинули главную улицу чуть раньше, выбираясь к заранее выбранному месту для наилучшего обзора. Облокотившись о забор у реки, по которой шёл паром с заготовленными феерверками, Коул проводил взглядом Лиззи с Феликсом, что отошли куда-то к аниматорам. Легким движением тот стянул уши с головы, давая себе отдохнуть от тугих душек, и устало прикрыл глаза, укладываясь на сложенные руки. Холодный воздух окутывал их тела, и чтобы не было так холодно от только что съеденного мороженого, Алекси обнял Коула за талию, прижимаясь ближе. Вокруг были голоса, толпа народу только прибавлялась, рядом вернулись Лиззи с Феликсом - тоже по смеху и голосам стало ясно, а потом и вовсе это заслонилось яркими вспышками и громкими хлопками фейерверков, что взмыли в небеса, оставляя в воздухе запах пороха, а в небе невероятные узоры. Открыв глаза, Коул выпрямился, вставая к Алекси и складывая руки на груди, чтобы не мешать прыгающим рядом детям. В голове была своя картинка, наполненная некими легендами и ожиданиями его мира, мира, в котором он жил и рос, и где такие фейерверки не были в ряду банальных радостей. Стоять и просто ими наслаждаться - было настоящим чудом. - Алекси, - позвал его Коул, почти прикрикивая в шуме, - Хочешь сфотографируемся? Фон красивый. - Хочу... - выдохнул он с облачком пара, завороженно глядя на яркие блики на кудрях цвета вороньего крыла, на тонкие всполохи искр, подсвечивающие тонкую молочную кожу, и на невозможные взрывы красок на трепещущей радужке любимых глаз. Руки сами нашли телефон, настроили камеру, захватывая два пленённых друг другом лица на фоне раскрашенного неба, запечатляя упоительный миг поцелуя, перед которым тихо прозвучало: - Ты красивый. - Видел бы я тебя, повторял бы это тоже чаще, - пальцы крепко сжали шею, на которой лежали. На фоне белоснежных прядей расцветали невероятные краски взрывающихся узоров, что будто оставляли пыль своего осадка на их телах. Углубив на мгновение поцелуй, Коул позволил себе поцеловать Алекси Так, чтобы тот прочувствовал все, что весь день покоилось внутри, а сейчас сорвалось на вихрь вместе с праздничным фейерверком тематического парка. Возможно, Коул даже немного увлёкся, поэтому ему пришлось самого себя одернуть, когда он впился в бок Алекси, протягивая его ближе, при этом наклоняя к себе его лицо за шею - слишком интимный жест для них Сейчас. Для места, где они находились. Алекси это нисколько не смущало, но он ощущал и понимал, почему Коул не хочет слишком раскрепощаться на глазах хоть сейчас и отвлечённых, но всё же посторонних людей. Закрыв его собой, он просто притянул любимого ближе к груди, где в очередной раз бешено билось предательское сердце, выдавая всего его с головой. Трепет чувств даже не позволил заметить, как рука Феликса сбоку от них выключила камеру, сохраняя на ней украдкой урванный момент единения двух влюблённых сердец среди толпы. - Я отправил ваши чемоданы к вам в отель ещё утром, - расставаясь с Феликсом и Лиззи после праздника, Алекси с Коулом собирались поехать к ним в отель, но их остановили от ненужного беспокойства о вещах. Попрощавшись до завтра и с уже засыпающим ребёнком, они расстались у выхода из парка и, поймав такси, оправились на свой адрес. Сжимая ладонь Алекси всю дорогу до отеля, Коул в некой задумчивости перебирал пальцы, все время прокручивая в голове события сегодняшнего дня: а не перешли ли они границы дозволенного? Алекси лишь крепче стиснул его ладонь, привлекая к себе внимание Коула от окна, к которому тот отвернулся, и просто своими улыбкой и взглядом внушал уверенность. На сердце отлегло, но это не замедлило его ритма. Прошло так много времени, но они так и не сблизились ещё больше... Так не хватало той физической близости, которой пестрело начало их отношений. Держа Алекси за руку, медленно шагая по коридорам отеля в этой тишине ночи, он сделал шаг ближе, прижимаясь к нему плечом, потираясь рукой при ходьбе, крепко сжал пальцы... Аргх, все не то... И разве есть ещё варианты? Сегодня был изматывающий день, полный, как и всегда, последнюю неделю, двусмысленных шуток, которых оба теперь ко смеху или стыду начали стесняться? Разве это справедливо? Стоит только подумать обо всем, чем были наполнены их вечера, как кровь бурлит внутри, сдавливая голову и сердце в тиски предвкушения. Они дошли до номера. - Дай чемоданы забрать, - шутка, что звучала внутри как спасение, лишь бы зайти внутрь, получить ту интимность, получить шанс на обоюдный импульс. Хотя бы некую привязанность можно было бы показать... Не оставить друг друга одних, не разойтись по комнатам. Ноющее чувство растекалось все сильнее, не давая сосредоточиться и заставляя сжимать ручку чемодана снова и снова. - Коул..? - не могу остановить себя от падения. Алекси видел это напряжение, подавлял желание и мурашки каждый раз, когда Коул подходил ближе. Он не может торопить, все может быть слишком рано, как и тогда... Главное, не совершить ошибку... Но разве желать близости ошибка? Коул переступил через ненужный чемодан, давая ему откатиться в сторону на колёсиках, почти упасть, когда сам схватил Алекси за щеки, опуская чужое лицо вниз, и целуя. Яростный момент длился секунду, но оба, казалось, потратили вечность, чтобы дать огню разгореться до небывалых масштабов. Под напором Коул заставил Алекси отойти на пару шагов назад, падая на диван перед кроватью. Тот смотрел вниз, прерывисто дыша и думая - глаза выдавали огромные потоки мыслей, но ни грамма сомнения. - Ты меня хочешь? - будь он пьяным, предложил бы гораздо раньше. Но прямо сейчас, на трезвую голову, решение далось с трудом, но... далось. Этого хотелось: слиться, снова чувствовать его тело рядом. - Потому что я тебя - да, - язык облизнул губы напротив, проникая внутрь, проходясь по небу, пока Коул, не мигая, смотрел из-под прикрытых глаз смотрел на Алекси. - Хочу, - почти не дыша, чувствуя, как голова заплывает желанием, выпалил он обжигающе горячим шёпотом, - но должны ли мы... Агх, черт! Диким яростным зверем Алекси бросился вперёд, сминая Коула в своих объятиях и подминая под себя. Вжав это самое прекрасное и желанное для себя тело в мягкий диван, он склонился над его лицом, жадно прикусил за подбородок и спустился языком по шее вниз. - У тебя есть всего несколько секунд, - голос звучал необычно, будто в нём грохотал вулкан, будто слова сейчас перейдут в тигриный рык, - чтобы остановить меня. Сжав чужую макушку, Коул поднял его лицо на один с собой уровень: - У тебя есть несколько часов, чтобы меня трахнуть. И если я не отключусь, это даже не считается, - обняв Алекси под рёбрами ногами, он притянув его к себе ближе, утопая в поцелуе. Сильные кончики пальцев немели от прикосновений, глаза желанно закатывались, а сердце все ещё не могло поверить. Быть ближе - стать ещё ближе. Коул готов был задохнуться, но обнять сильнее, получить больше, глубже поцелуй - все, лишь бы верить, что это не сон, лишь бы чувствовать себя нужным и Желанным. Физически дарить любовь и получать её в обмен. И с каждым разом все больше связывать себя с Алекси, лишь бы наконец остаться с ним навсегда. Как давно он не касался его... так... плавящимися от жара ладонями, горячим от возбуждения дыханием, жарким, как все его чувства, языком. Губы бесконтрольно оставляли ярко красные засосы, что по утру превратятся в метки глубокого синего цвета, что ещё не один день будут напоминать, кому принадлежит Коул и кому отдано сердце Алекси. Сегодня эти аккуратные округлые колени содрогнуться, гордая спина выгнется в сладостной истоме, а голос настолько охрипнет, что пропадёт. Сегодня Коул станет его. Полностью. Всем своим существом. Руки легли на идеальную талию, сразу срывая всю одежду, сжимая бока до собственнических следов. Бабочки в животе уже не просто волновали душу лёгкими взмахами крыльев, а горели так яростно и ярко, что для возбуждения понадобилось не более нескольких минут. - Как я по тебе скучал, - беспорядочный шёпот между мокрыми поцелуями и укусами, - Бо~оже, какой ты сладкий, какой ты сексуальный~ Я разорву тебя сегодня, трахну так, что ты не сдвинешь ноги до завтрашнего полудня. Кожу уже ссадило, но это лишь добавляло ощущений. Коул не успевал следить за привычно последовательным и медленным в прелюдиях Алекси, потому что тот мгновенно решил взять все и сразу. Не время жаловаться - он добровольно отдал себя на растерзание. Шире разведя ноги, пока Алекси кусал его ключицы, крепко удерживая на месте, Коул прижался к возбужденному Алекси, потираясь через одежду, пока дрожащие руки тревожно расстегивали пуговицы, снимали с того верх, а губы иногда ловили рваные и влажные поцелуи. Больше, больше, больше - глаза постепенно заполнялись негой и обожанием. Наскоро сняв верх, Алекси прижался своими оголенными животом и грудью к усыпанной следами коже Коула. Их сердца звучали в унисон, громко, отрывисто, быстро. Также сильно пульсировала кровь в голове, не давая думать - только действовать. Любить, отдавать, отдаваться, хотеть, обожать, желать, кусать, метить, целовать... Список огромен, и всё это хотелось сделать с Коулом. - Чувствуешь? - Алекси всё интенсивнее потирался о пах возлюбленного, - Горячий, для тебя, из-за тебя. Помнишь, как я врывался в тебя? Забудь. Сегодня, ох~ сегодня, ты испытаешь на себе весь мой жар, всё моё желание. Я заставлю тебя забыть все свои имена, я вырву из тебя каждый стон до последнего, - на последнем слове он рыкнул, резко отстраняясь и с секунду замирая, с удовольствием оглядывая результаты своих трудов, а затем также стремительно опускаясь вниз, почти отрывая зубами молнию с джинс. Чувствуя, как немеет тело под этим взглядом, Коул в смущении отвел его в сторону, прикрывая рот рукой. Боже... Чтобы Так на него смотреть... Внутри все теплело с каждым мгновением, все трескалось от желания с каждым резким движением - насколько же Алекси не терпелось, хотелось, он буквально жаждал... Так и отчего все это время нужно было сдерживаться? - Вау, какие обещания, - дрожащие губы выгнулись в улыбку, - Сам то не кончи, как только вставишь. У меня внутри все также~ Тесно, узко, влажно, постоянно сжимается... - сжатые губы пропустили сдавленный влажный стон, - Столько дней меня не трогал, не хотел, а сейчас сразу тянешься к моему члену~ Сверкнув огнём в глазах на явную провокацию, Алекси рывком поднял Коула за поясницу, выгибая и отрывая от поверхности дивана, и рванул штаны вниз. Нитки звонко затрещали, но выдержали. Джинсы повисли одной штаниной на левой ступне, ненадолго привлекая к себе внимание. Алекси выпрямился, горячо часто влажно дыша. Подтянув Коула к себе на руки и заставив обхватить себя за бёдра ногами, он обогнул диван и перенёс свою драгоценную ношу на кровать. - Не дело заниматься таким на диване, нам нужно больше места. Снова оказавшись над партнёром, Алекси с удовольствием обхватил ладонями упругие ягодицы, а сам примкнул к бледно-розовым соскам на подтянутой крепкой груди, сразу их прикусывая заставляя краснеть. Все тело неумолимо подрагивало из-за слишком большого периода воздержания: после ссоры было не до этого. Будто вернув себе всю чувствительность и усилив её стократно, Коул в тысячный раз сдавался перед этим моментом, позволяя себе отпустить себя и просто принимать Его любовь - ничего другого ему сделать сейчас и не дадут. Мышцы напрягались от того, что их сминали, когда тело двигались, приподнималось, прижималось - подстраивалось под движения Алекси. Когда тот особенно сильно сомкнул зубы на соске, Коул дернулся, прерываясь на тихий стон: черт... От жара в комнате мозг готов был расплавиться. Голова плыла так сильно, что все предметы в роскошном номере шли волнами. Они образовывали собой сплошное чёрное пятно, среди которого белизной своей кожи, фонариками изумрудных глаз, алыми искусанными губами выделялся Коул. Единственный для него, тот, с кем хотелось делить не только страстные ночи, но всю жизнь. Есть ли сейчас что-то важнее, чем он, чем его глубокая душа, смотрящая бездной через чёрные зрачки, чем его очаровательный смех, чем их полные звенящих невысказанных чувств вечера? Нет, для Алекси точно нет. Ему всё ещё не верилось, что этот человек сейчас под ним, гибче пластилина, готовый принять любые его ласки. Его ладная тонкая, но сильная фигура чувствовалась в руках идеально, войти в неё хотелось нестерпимо, почувствовать снова тот особенный жар, соприкоснуться, стать единым целым. Лаская языком раненые его же зубами наливные алые соски, он проходил по каждой складочке покрытой мелкими рубцами коже, вбирал затвердевшие горошины в рот и с упорством посасывал, чуть дразня их острыми клыками. Позволяя себе проявлять свои эмоции в голосе, Коул тихо постанывал от ощущений, крепче хватая Алекси, переходя с шеи на спину, оставляя - пока - еле заметные следы, что скоро покраснеют и те, особенно глубокие, покроются тонкой корочкой. Возможно даже именно Он оставит на этой идеально гладкой спине первые шрамы, шрамы, доказывающие их близость, их страсть, их единство, запечетлевая их момент вместе, момент недержания и порывистости. Тот самый, когда чувства переполняются и взрываются, толкая ко всем остальным действиям. - Сколько не соси, молока не польется, - подстебнув Алекси, Коул откинулся головой на подушку, ощущая, как затекла шея смотреть вниз - но хотелось. Хотелось видеть, Как его трогают, Как смотрят, Как Любят. Алекси вздернул брови, поднимая взгляд вверх, но не выпуская набухший сосок изо рта, перекатывая его между резцами. Одна рука отпустила мягкую половинку и переползла вверх, по пути легонько щёлкнув по напряженному члену Коула Схватив поднятой рукой второй сосок, он их разом сжал, массируя твёрдыми движениями, а предплечьем второй руки приподнял тонкую талию. Алекси очень нравилось соприкасаться животами, с упоением и удобством потираться друг об друга, чувствуя, в каком напряжении находится нижняя часть каждого из них. - Может я хочу, чтобы потекло из другого места. Я знаю, mon amour очень чувствителен в этих местах. - Оу, то есть все же не терпится довести меня до оргазма? - влажно шептал Коул, прижимаясь к чужому уху, сладко постанывая, - А ты неплох~ Может и мне дашь тебя потрогать? - пальцы невесомо прошлись вверх по спине, снова вниз, заходя на бока, пока бедра плавными движениями массировали оба возбуждения, - Я так давно не касался твоего тела, а оно безумно меня манит… - Трогай, коснись каждой частички тела~ - низко простонал Алекси, - твои руки всегда приносили мне только наслаждение. Ах~ жёстче, хочу, чтобы от тебя остались следы. Я же только твой, верно? - ухмыльнувшись, как змей искуситель, он проложил тропинку из жгучих поцелуев между половинками груди, оставляя большой влажный засос посередине. - Моим и останешься... - голос понизился от возбуждения, Коул притянул Алекси к себе ближе, прилегая плотно, кожа к коже, цепляясь ногами, чтобы плавно перевернуть его тело, теперь нависая самим сверху. Пальцы обхватили овал лица, опускаясь вниз, оставляя за собой исследователькую дорожку, легко прошлись по шее, чуть надавливая и ощущая пульсирующую кровь, затем к ключицам, плечам. Коул припал к губам Алекси, не продолжая долго поцелуй: он давно тянулся к бледной шее, чтобы оставить на ней тяжёлые и больные из-за маленьких клыков укусы, которые он тут же зализывал, будто в извинении. Ногти впивались в кожу груди, сжимая её и массируя, иногда возвращая нежную ладонь на шею Алекси и выгибая её для себя, оглаживая в неимоверной любви чуть покрасневшую кожу. - Мх~ твоя грудь приятнее, - его брови чуть сочувственно взметнулись, - Кажется, придётся слегка подкачаться. Сменив их положение, Коул открыл полный доступ к своим бокам и ягодицам, чем Алекси и поспешил воспользоваться. Пальцы очертили ямочки на пояснице, скользнули по крестцу вниз к манящей ложбинке между округлыми упругими половинками. Чувствуя лёгкий пушок, Алекси фыркнул, будто ему защекотало нос и улыбнулся. Недолго исследовав этот участок, он всё ближе подбирался к скрытому нежному колечку мышц, что уже немного подрагивало и на удивление и удовольствие легко поддалось. - Ты готовился? Или просто игрался с собой, м?~ - Я мог готовиться, потому что прямо сейчас мы вместе, а это и был мой план, - начал Коул, захватывая кожу, - Я мог играться, потому что ты столько дней меня динамил, - сильнее сжав пальцы на груди, оставляя красные следы из-за пальцев Алекси, Коул опалил кожу горячим и влажным дыханием, немного ухмыляясь и задирая голову, чтобы прошептать тому на ухо: - Или я переспал с кем-то, не дождавшись тебя. Что на меня больше похоже? - Ты всегда такой неожиданный~ - он хмыкнул, в голове у себя сразу отбрасывая третий вариант, - Игрался ли ты с собой тёмными одинокими ночами?.. Хм, уверен, что нет. Ты готовился. Для меня, для нас, для этого дня, вечера, ночи... И это только сильнее возбуждает, - руки переместились обратно на поясницу и вверх к шее, нежно её обхватили и мягко огладили небольшой кадык, - Но если всё таки третье... "Молилась ли ты на ночь, Дездемона? " - "Да, милый мой", - прошептал Коул, чувствуя сжимающиеся на шее руки - тело напряглось, готовое взвиться в любой момент, но Коул не двигался, отдаваясь Алекси. - Не души меня, пожалуйста, в постели, - прошептал он Алекси, улыбаясь, снова продолжая их маленькую игру, но уже заигрывая далеко от текста: - Я грешен лишь тобой… Алекси сразу переместил руки с шеи на мягкий затылок и жёстко притянул Коула за него. Он ухмыльнулся ему в губы зашептав тихо и глубоко: - Так согрешим ещё раз... Раз ты так ждал, тебе наверняка не терпится оседлать меня. Или мой милый Коул хочет быть ведомым? - Куда делся твой настрой разорвать меня и не дать свести ноги до полудня? - он обхватил член Алекси, проходясь по влажной коже, надавливая на головку большим пальцем, - Я думал, мне сегодня не дадут право выбора, - Коул облизнул вздутую венку на шее, прикусывая подбородок. - Правильно думал, - Алекси резко оттолкнулся от кровати, усаживаясь в позу лотоса, а Коула помещая в пространство между своими ногами, направляя свой член к его ягодицам, - У тебя нет выбора. Скажи мне только, - он рыкнул Коулу на ухо, - ты же помнишь мои размеры, ты достаточно себя растянул? - Не настолько... - когда к нему прикоснулись, Коул неосознанно выгнулся, избегая проникновения: от натяжения стало больно, - У меня пальцы, а не дилдо под твой размер… - Очень жаль. Тебе подарить? - Алекси чуть его отстранил, усаживая в удобное положение, - Сомневаюсь, что в прикроватной тумбочке диснеевского отеля есть смазка. Ты брал? Потому что у меня только презервативы. - Брал... - не переставая ластиться к Алекси, Коул свесил одну ногу на пол, подтягивая Алекси на себя, чтобы смотреть на него снизу вверх, стоя перед кроватью на коленях: - Но взять мы её сможем только после того, как ты кончишь~ - заправив волосы за уши, Коул дотронулся до Алекси языком, посасывая головку и медленно толкаясь себе в щеку, - Знаешь, что занятно, Алекси? - проговорил он, поднимая глаза наверх к постанывающему мужчине, - Я знаю кое-что, что ты от меня скрыл, - заглотив член глубже, он прошелся по стволу языком, выпуская изо рта, чтобы намочить языком головку, - И я даже знаю, почему, но все равно не прощу… - А-ах?.. даже предположить не могу, - Алекси сильно удивился и сквозь пелену удовольствия попробовал что-то припомнить, - И что же я такое от тебя скрыл? - Помнишь, как я отсасывал тебе в душе больницы? - от голоса по члену пошла вибрация, пока губы не спешили снова его обхватить, - Я знаю... - рука зажала член у основания, пока Коул убирал упавшую на глаза чёлку, - Что ты колени тогда подогнул, подонок, - стрельнув в Алекси взглядом, Коул нахмурился, ожидая его реакция - и очевидно, кроме раскаяния ничего больше не принималось. - Кхм, - Алекси кашлянул в кулак, отводя взгляд в смущении и, к своему стыду, пытаясь сдержать смех, - Было бы довольно неловко, если бы во время минета он попал бы не в рот, а ударил тебя по лбу... Я раскаиваюсь, правда... А как ты понял, там же был пар? Продолжив ублажать Алекси, Коул отвёл взгляд, теперь сам мучаясь признаться или нет. - Самолёт... - взяв небольшую передышку, он стимулировал его руками, - Пока ты складывал чемоданы, я поднимал с пола телефон… - Эта тайна должна была уйти со мной в могилу. Ай-ай! Не сжимай так, я очень-очень сожалею, - Алекси склонился вперёд, обхватывая лицо Коула руками, - Извини-извини меня. Больше никакого минета в душе. - Вот и умница, - поцеловав ладонь Алекси, Коул остыл, возвращаясь к любовным ласкам, заглаживая вину за секунду резкости и жестокости к самому сокровенному. - А я и забыл, как ты долго сдерживаешься... - задумчиво произнёс Коул, держа чужую налившуюся в его ласках плоть, вылизывая венки, - И что же, ничего не заставит тебя кончить раньше? Алекси не отстранялся далеко, разглядывая Коула влюблённым взглядом и заправив прядь ему за ушко. - М~ на самом деле я очень близко к тому, чтобы заполнить твой очаровательный ротик. Ах~ может постонешь? Длинно, протяжно, с удовольствием. Удовлетворив это желание, Коул постанывал, заглатывая чужой член, особенно громкий и протяжный голос от удовольствия прошелся вибрацией по головке, прежде чем Коул снова его заглотил, держа за щекой. - Мх~ - у Алекси снопом посыпались искры из глаз и задрожали ноги. Он гулко сглотнул, давясь стоном и закидывая голову назад, при том, что рука метнулась к волосам Коула, за них удерживая его на месте, а таз начал толкаться вверх. - А-ах! - сделав несколько глубоких толчков, он кончил и мягко ослаб, из-под прикрытых век наблюдая за Коулом и часто дыша. Не двигаясь, Коул принимал сперму Алекси, после чего отстранился, глотая горькую жидкость. - Ты дал мне фору, - чуть наклонившись о кровать, Коул поцеловал того в кончик носа, отстраняясь, чтобы забрать смазку и заодно кинул на кровать пару бутылок воды. - Чтобы не отвлекаться, - улыбнувшись, он также забрал презервативы, прежде чем вернуться и упасть в объятиях Алекси на кровать: - Так... Что ты там хотел? Вместе слов Алекси соприкоснулся с губами Коула в поцелуе, забирая смазку в свои руки и немного грея её между своими ладонями, после чего открывая бутылек. Надавив, чтобы Коул чуть оттопырил ягодицы, он вылил жидкость на сжимающееся колечко мышц и сразу проник внутрь двумя пальцами. Длинные и тонкие они почти без сопротивления вошли полностью и стали стимулировать горячие стеночки, сводясь и разводясь на подобие ножниц. Хотя до этого Коул уже пытался себя расстянуть, это не шло ни в какое сравнение с манипуляциями Алекси, а это были всего лишь пальцы... Вцепившись ему в плечи, Коул снова утянул его в поцелуй, чтобы не просто лежать и стонать от удовольствия, как последняя шлюха - именно так он себя и чувствовал, ощущая это расползающееся снова по телу напряжение и возбуждение. С каждым толчком поджимались пальцы от удовольствия, а когда Алекси начал ускоряться, голос прерывался стонами от ощущения, будто тот с каждым разом все глубже и глубже с единственным желанием - поглотить. Из глаз сыпались искры, когда его начали так грубо и быстро ебать пальцами, пуская по телу волны: - Не так... Быстро... Я... кон... - здравые мысли покинули тело, оставляя возможность безвольно выгибаться и принимать. - М? Что говоришь? Быстрее и больше? - Алекси откровенно наслаждался, сохраняя чинный вид, еле сдерживаясь от коварной улыбки, - Как изволишь~ Он добавил третий палец и сорвался на безумный темп, постоянно проникая под разными углами и изгибая пальцы внутри. - Кончай, mon amour, давай~ Только после этого я смогу дать тебе ещё больше. Ты ведь этого хочешь~ Лелеющий голос обволакивал, а лёгкий смешок подчинял вопреки гордой душе. - Издеваешься...! - громкий стон заставил изогнуться всем телом, утыкаясь в плечо лицом. Глаза слезились от напряжения, пока тело тяжело вздымалось, блестя семянной жидкостью на животе. Алекси ещё недолго двигался в трепетно дрожащем в сладкой истомы теле, но вскоре остановился и дал Коулу переждать послеоргазменную негу, массируя липкой от смазки рукой его поясницу. Двумя пальцами другой руки он провёл по их животами, измазанными в каплях спермы, подбирая на них жидкость. - Ты испачкал нас, - Алекси отправил один палец себе в рот, с чувством все слизывая, - Может хочешь прибраться за собой? Открой ротик. Покачав головой и сжав губы, Коул нагло улыбнулся, не собираясь подчиняться и совершенно не чувствуя раскаяния. Ему же нравится: образ облизывающего свои пальцы Алекси плотно засел в воображении Коула, когда каждый раз ему счастливилось видеть эту развратную картину - и то ли восторгаться, то ли лежать, домысливая невероятно откровенные образы. Придвинув лицо ближе, Коул вцепился в чужие губы, больше кусая, нежели мягко целуя. - Разве только так, - его язык слизал с губ Алекси остатки спермы, позволяя себе дальше целовать подбородок или щеки напротив. Алекси довольно улыбнулся в поцелуй, позволяя своим рукам обхватить тонкие бока талии Коула и поглаживать большими пальцами рельефы твёрдого торса. Коул сводил его с ума, казался слишком прекрасным миражом, видением, настолько чувственным и незабываемым, что Алекси каждый раз, ловя поцелуи его горящих губ, подолгу не мог их отпустить, прикусывая и прихватывая, не отстранялся, пока голова не начинала кружиться от отсутствия воздуха. Им определённо руководила страсть, опаляющая внутренние органы таким огнем, что он просто мог сгореть здесь и сейчас. Это опасно, это глупо, это эмоции и чувства, но Алекси не хотел гасить этот огонь. Не когда рядом с ним такой же раскалённый Коул. Только Коул. Один он в его вселенной... сейчас и всегда. "Я люблю тебя! - хотело кричать его сердце. Не флирт, не заигрывание, чистый взрыв чувств. Алекси не говорил этого вслух, но он хотел бы, чтобы Коул услышал это. - Больше, чем люблю..." Нет слов, сказанных лучше, чем действиями. Нет более влюблённых, чем те, кто слышит стук сердца и способен его понять. Алекси мягко, несвойственно для этого вечера, коснулся руки Коула, перемещая её себе на грудь. Он уверен, его любимый поймет... во всех смыслах. Сам он не переставал прижимать к себе Коула и гладить его, мять и целовать свои любимые места, потираясь своим возбуждением о его бедро, оставляя на нём прозрачные разводы. Жест выбил из колеи, заставляя вернуться памятью в момент их первого признания. Господи, сколько же раз они ссорились, и каждый раз сходились, потому что чувствовали внутри что-то невероятное и притягивающее как магнит. Немой Коул в своём жесте ответил на слова о любви. Сейчас же горящий внутренним огнем Алекси выражал те же нежные и глубокие чувства. И это было... Внезапно. Внезапно или смущающе, взаимно или невероятно интимно. Его образ: нежного, желающего, желанного, - насколько же все вызывало внутри противоречия. Остановившись на мгновение, чтобы совладать с эмоциями, Коул наклонил голову к шее Алекси, встречая все продолжающиеся действия мурашками и лёгкой дрожью. Коул не любил тепло, но этот жар готов был принять до последнего пепла своих костей. Даже откровенные прикосновения к Любым частям тела - больше не вызывали сомнений. Всё казалось, слишком открытым - правильным. В коротким миг Алекси поймал этот ответный блеск в малахитовых глазах, этот шквал эмоций и тень нетерпения. Коул хотел быть с ним един, и это не могло укрыться от хмельной головы, от рук, жаждущих такого обожаемого Алекси тела. Он хотел обладать, но не быть тираном. Он хотел пометить, но не навредить. Он хотел быть нежным, но напористым. Чтобы каждая частичка Коула помнила его, носила на себе его запах, его призрачную тень. Рывком их тела были перевёрнуты, теперь Коул лежал под Алекси, что уже развёл крепкие ноги широко перед собой. Он питал к ним большую слабость, не упуская шанса искусать напряжённые икры. - Интересно~ - прищуренный от удовольствия взгляд говорил вместо него, так много сродни божественного обожания в нём было. И он не мог не заметит, что к ним присоединился кое-кто третий. С надменным и предупреждающим взглядом из глаз Коула, - Сове нравится, когда я прислуживаю вашим ногам? Он бы никогда об этом не сказал, но я уверен, что это так~ Алекси продолжал движения от колен к тазу. Там, блистя от смазки, жадно сокращалась недавно покинутая пальцами дырочка. Выпрямившись и прижавшись пахом, Алекси почувствовал это головкой члена, стоило лишь слегка толкнуться ей в манящий вход. Коул был растянут, он ждал и зазывал его. И Алекси не стал растягивать, плавным движением входя сначала наполовину, а спустя мгновение полностью. Взгляд не терял напряжения то ли это было от слов Алекси, то ли от внутреннего конфликта, но пошёл трещинами из-за ярких искор из глаз, полных... Чего-то невероятного. Рефлекторно выгнув спину, Коул откинул голову с широко распахнутыми глазами, вжимаясь руками в одеяло, натягивая его на себя из под их тел. Было... Много. С икр ещё не сошли ощущения укусов, а сознание не самоопределилось, когда Алекси уже начал двигаться. Коул резко схватился за его руку, выдавая себя в том, насколько сильно сжимались пальцы: до следов и отметин. Алекси остановился и ждал. Глаза проморгались, будто ритуально этим действием Коул восстанавливал дыхание. - Начни медленнее... У меня давно не было... - рука забрала подушку над головой и кинула в Алекси: - Под меня подложи, мы же не остановимся в ближайшие несколько часов. А я лишаться позвоночника не хочу. Поймав подушку лицом, Алекси фыркнул, застывая, останавливая поступательные движения. Приподняв Коула выше, он извинился за свою торопливость протяжным сладким поцелуем и аккуратно подложил под поясницу прилетевшую в него подушку. - Ах-м... - Алекси лишь слабо покачивался, давая привыкнуть Коулу, но его теснота так приятно обволакивала, что сдержать стоны было невозможно. - В тебе так хорошо~ Аргх... Он внимательно следил за реакцией Коула, постепенно увеличивая темп и силу проникновения, одной рукой придерживая его ногу, а вторую положив на сильный пресс, что Алекси любил и обожал ласкать не меньше точеных ног. Любая часть тела, где была видна мощь Коула, его неуемный дух, заставляла Алекси трепетать, но более всего его глаза, сейчас полные нового особого свечения. Коул никогда не был беспомощным, побеждённым... Даже когда он лежал под ним, с разведенными ногами, подрагивающими бёдрами, спертым дыханием. Он мог быть уставшим, но не сдавшимся. Его глаза могли приказывать, позволять, провоцировать, испытывать... но они никогда не умоляли. Железная, статная гордость всегда была спутником этого человека, несгибаемые принципы - смыслом бытия, пороки - главным оружием. Алекси им восхищался. Невероятное, сильное, чувственное, горячее тело над ним. Те самые движения, что доводили до безумия. Ощущалось абсолютно все, и это сводило с ума... Сколько ещё готов он был продержаться, прежде чем оступиться и упадёт в пропасть, куда его с каждым движением заталкивают ещё глубже, с каждым словом возвращают обратно. Рука на животе надавливала так сильно, что он почти чувствовал, как та ещё плотнее прижимает его к двигающемуся внутри члена, усиливая ощущения. И невероятная близость рук... Все тело покалывало, будто ожидало прикосновений, но не получая их, давая сосредоточиться на другом. Особенно глубокий толчок, и Коул не смог не застонать от удовольствия, оставив на предплечье, за которое схватился, дорожку красных царапин. Алекси гортанно зарычал. Коул обычно довольно тих в постели, поэтому каждый стон был музыкой для ушей, величайшей наградой, каплей опиума для жаждущего... Он всё ускорялся, переходя на бешенную скорость. В висках орудовали отбойные молотки, перед глазами их тела сталкивались под этот ритм с громкими пошлыми звуками шлепков... Короткий-короткий-длинный... Алекси чувствовал, как его сознание всё больше мутнеет, он видел, как сходит с ума Коул, он ощущал, как сгорают их тела. - Больше, - низким голосом Алекси выдохнул прямо в лицо Коула. - Оставь больше... Аргх... Хочу, чтобы знали... Fuck!~ Мх-х... Чтобы видели, чей… - Что за помешанность, - сквозь улыбку посмеялся Коул, задыхаясь в стоне. - Малыш, на твоих руках ничего и так видно не будет, - сжав его кожу на месте царапин, Коул нахмурился, будто обдумывая резко пришедшую в голову мысль, прерываясь на тяжёлое дыхание. - А-лекси... - обхватив его ногами, когда тот толкнулся излишне сильно, Коул затормозил Алекси на мгновение, чтобы обхватить его лицо и выглядеться в не чёткий силуэт глаз, дрожащие ресницы, внимательный взгляд. Он большими пальцами огладил щеки, скользя по гладкой и скользкой от испарины коже, убрал прилипшую к коже прядь волос, прежде чем почти шёпотом выпалил: - Я хочу, чтобы ты всегда был рядом со мной. Даже когда мы не вместе, когда я тебя не вижу... - палец снова выделил прядку волос, накручивая её на себя и трогая текстуру, - Я хочу носить на себе то, что принадлежит тебе. Тяжело дыша, Алекси перевёл затуманенный взгляд с глаз Коула на его губы, шею,ключицы, далее по руке к чуть подрагивающим пальцам. Внутри бурлил вулкан, требующий снова сорваться на толчки, но Алекси его подавил, внимательно вслушиваясь в слова любимого, после которых сразу воссиял ответным желанием. - Я тоже... хотел бы иметь частичку тебя всегда рядом, на своём теле, - глаза всё смотрели на пальцы, а в голове уже всплывали сладкие картины, как Коул его расчесывает, перебирает локоны, заплетает его волосы... Это определённо то, ради чего их стоит отпустить ещё чуть длиннее. - Хочешь обменяться прядями? Тебе очень пойдёт… - Хочу... - выдохнул Коул, притягивая к себе Алекси, сильно сжав его плечи, - Спасибо... - горячее дыхание коснулось кожи. "Спасибо" - такое внезапное и странное слово, которым можно окрестить многое, но не то, что испытал Коул благодаря согласию Алекси. Даже одним предметом, незначительным, но заметным отнести себя к какому либо человеку, это... Так происходило лишь раз. Лишь единожды он позволил это, единожды он принял принадлежность, несмотря на то, что отрицал её до сих пор. Внутреннее чувство все равно оставалось, но не сейчас. Он впервые не чувствовал, что был кому-то должен. - Я так внезапно нас прервал... - отсмеялся Коул, понимая, что у глаз скопились бусины непонятных слез, - Продолжим..? А это можно и потом обсудить. Сердце нежно трепетало внутри от взгляда на такого Коула, оголенного перед ним душой и телом. Это "спасибо" было чем-то несравненно большим и важным, интимным... особенным, то, что мог услышать от Коула далеко не каждый. Это дурманило. Алекси слушал Коула со странным выражением лица, будто детски светлым и наивным, на самом деле полном любви с лёгкой улыбкой. Такой же особенной. - Для твоих просьб и вопросов у нас всегда есть время, - он игриво прикусил нижнюю губу Коула, чуть её оттягивая. - Но сейчас~ мы продолжим, - он одним главным движение снова вошёл до конца, вплотную соединяя их тела и смыкая свои ладони с Коулом. Переместив соединенные руки на кровать над головой возлюбленного, он накрыл любимое тело своим. - Ты же помнишь, я обещал, - Алекси начал активно двигать тазом, каждый раз входя до конца и попался по простате, - я не отпущу тебя, пока ты не кончишь много, очень много раз~ Тело резко взвилось. Коул впился ногтями в руки Алекси, оставляя на коже красные лунки. Когда добавилась дополнительная стимуляция, он не сдержался, кончив, будучи уже на пределе после пары минут перерыва. - Насколько дальше ты уйдёшь от двух? - игриво проворковал Коул, когда Алекси снова сильно в него толкнулся, не останавливаясь даже после того, как тот кончил. Всё тело дрожало, но принимало с удовольствием ласки и грубость. Все бедра блестели от смазки, добавляя хлюпающих и пошлых звуков. Сжимая ими бока Алекси, Коул двигался вместе с партнёром, готовый лишиться головы уже от звёзд в глазах, туманящих и так плохое зрение. Изогнув шею, Коул притянулся к Алекси ближе, не сдерживаясь, простонал, утопая в удовольствии и желая поцелуя. . . . - Мх-мм... Ты сейчас так растянут~ такой пошлый, мокрый... - со сдавленным стоном Алекси толкнулся между сведённых ягодиц, прижимая лежащего на боку Коула за колени к кровати. - И ты... Ах-х~ стойко держишься для четвёртого раза, м~ Алекси довольно оглядел тело под собой, всё в метках, ярких засосах, укусах, красных отметинах от рук и их сперме, белыми разводами покрывающей животы, грудь, пах, стекающей по бёдрам. Коул был прекрасен в этом пошлом, развратном образе, с беспорядком на голове, стоящим членом, истекающим смазкой, и красными ушами. Влажный тяжёлый воздух прорезала трель телефона. По звуку, очевидно, звонок шёл из мессенджера и очень настойчиво призывал Алекси ответить. Тот смерил устройство испепеляющим взглядом, но с тяжёлым вздохом перевернул Коула на спину, приподнимая вверх под поясницу. - Обхвати мою талию и шею~ - зашептал он на ухо. - Не хочу тебя покидать, но ответить нужно. - Чт-т..! - воскликнул Коул, прежде чем вцепился в Алекси, когда тот резко его поднял. Тело просело на член ещё сильнее под собственным весом, это выбило весь воздух из лёгких. Оставив на и так расписанной царапинами, красными, где-то короткими, где-то продолговатыми, спине ещё больше отметин, Коул понял, что уже почти не может сопротивляться от усталости. - Зачем со мной... - взмолился Коул, чувствуя, как член Алекси двигался внутри при ходьбе, заставляя прижиматься все ближе, чтобы не сойти с ума - да и руки Алекси на его теле помогали, крепко держали на весу, будто им это ничего не стоило. Алекси коварно улыбнулся ему в плечо и теснее прижал к себе липкое тело... после этого раза стоит заглянуть в ванну. Но сейчас у Алекси был план. Возможно, жестокий по отношению к Коулу, но не менее возбуждающий. Настолько, что даже его колени грозили подогнуться от томного ожидания. Держа Коула под лопатками, он нашел телефон на высоком комоде и снял трубку. Сразу загудели звонкие голоса - близнецы прилетели в Париж и не могли об этом не сообщить. Не находя секунды вставить слово, Алекси хмыкнул и поставил громкую связь, одной рукой чуть пододвигая диван ближе к себе, облокачивая на край спинки ягодицы Коула, подхватывая его под колени, заставляя откинуться назад и хватиться руками за край. Не давая времени опомниться, он возобновил толчки, обращаясь к телефону рядом с собой: - Привет, ребята. Вы хорошо долетели, не потерялись в этот раз? Алекси жёстко притянул к себе Коула, тот, все ещё вцепившись в жёсткую спинку кресла, был вынужден упасть назад на широкие и упругие подушки, держащие его. Оказавшись в более менее стойкой позе, Коул наконец отцепил одну руку, зажимая себе рот. Он не мог понизить голос, когда неконтролируемо вылетали редкие стоны, оттого хрипел или позволял сдавленным звукам проскальзывать мимо пальцев. Что за нах... Алекси устроил?! Он хотел было подняться и ударить Алекси, чтобы тот сбросил звонок, но при таком раскладе не было возможности даже двинуться в его сторону. Это… будоражило. Но больше злило, что нарушается их личная жизнь. И все же... могли ли их слышать…? Алекси почти не вслушивался в ответ, лишь следил, чтобы вовремя ответить. Его мысли сейчас занимали только Коул, через раз выгибающийся тонкой дугой и тихо сдавленно стонущий, и сильнейший самоконтроль. Желание и страсть подбивали сорваться на дикую скорость и вдолбить Коула в этот диван, но он не поддавался, он хотел лишь создать возбуждающую ситуацию, но не предоставить другим возможность заглянуть в их спальню. Алекси не входил до конца, чтобы не раздавался громкий звук шлепков, двигался неравномерно, иногда делая несколько быстрых толчков, а затем медленный. Им обоим этого было мало, но даже в этом поддразнивании была своя прелесть, возбуждающая искра... - Алекси, ты тяжело дышишь. Чем-то занят? - Вам кажется, я просто отдыхаю у себя... Мх... - Я~ясно, а Коули с тобой? - Можешь позвать его? А то до завтра так не хочется ждать. - Коули?! - Коул вмиг взъелся, стоило ему услышать обращение к себе ещё и в такой форме. Напряжённая спина снова разогнулась, уронив его на подушки. - Это что за нахуй? - шипел он, сжимая зубы до скрежета от реакции на действия Алекси. На то - как - тот смотрел на него и, казалось, не обращал внимания ни на что. - Нахуй их пошли! Что за уроды? Алекси резко толкнулся вперёд, заставив Коула задохнуться на последнем слове. При этом его фигуру пронзила несвойственная грозность, а глаза сверкнули молниями. - Он не хочет, - он медленно отстранился и снова толчок, - устал... не в настроении... передаёт, чтобы я послал вас. Каждое слово Алекси сопровождал движением таза, медлительным или быстрым, мощным или дразнящим, при этом в голосе скользила заметная прохлада. Люди на той стороне трубки не расстроились, только громче заговорили, к ним даже присоединились ещё голоса, но Алекси не слушал, вместо этого прожигая Коула взглядом. Он чувствовал, как ноги в его руках начали заметно подрагивать, а таз вскидываться вверх в поисках разрядки. Пальцы быстро смахнули вызов, закончив его тихим прощанием. Алекси выпрямился и медленно зачесал мокрые волосы назад, не сводя сверкающих глаз с Коула. - Как ты думаешь, что ты сделал? Так захотелось, чтобы тебя услышали? - он потянул за ослабшие руки, заставляя приподняться и оторваться от подушек. - Плохой мальчик. - А ты только с полом определился? По моему в последний раз я был для тебя девочкой. Взрослеешь, - ответив Алекси, подключив побольше сарказма, Коул не упустил возможности сжать его щеки, не давая тому договорить и выказывая, в первую очередь, свое недовольство: - Ты ахуел, скажи мне, милый? - из-за хрипоты голос не мог выражать весь спектр злости. - Не можешь разговаривать, пока не ебешь кого нибудь? - Не стоит так язвить человеку, что сейчас тебя трахает, Коул, - Алекси, насколько это было возможно, покачал головой, в некоторой степени признавая вину. - Но, мой милый, разве не ты чуть не позволил раскрыть нас, м?~ Или это было специально? Посмотри, какой ты твёрдый, - удерживая его одной рукой, он переместил вторую на пах Коула, оглаживая горячий член. - Тебя это возбудило~ ты же любишь риск, я знаю. Голова переключилась на другое. Невозможно было связно думать, мысли липкой жижей текли из сознания, обволакивая больше само тело. - Это несвязные вещи..М-мх! - последнее, что смог вымолвить Коул, прежде чем его грубо насадили обратно на член, а все тело затряслось в оргазменной неге. - Ты будешь кончать или нет, тварь с самоконтролем! - взмолился Коул, как только пришёл в себя, ударяя Алекси ногой в грудь: - Сколько ещё это будет продолжаться... У тебя не член, а кладовая с замком? Алекси тихо усмехнулся, перехватывая тонкую лодыжку и соединяя ноги Коула вместе. Выйдя из растревоженного и ставшего слишком чувствительным нутра, он подтащил Коула за согнутые ноги ещё немного на себя и уткнулся горячим, готовым извернуться членом в щель между бёдрами. Сорвавшись сразу на жёсткий и бешенный темп толчков, он скоро затыл, подрагивая и обильно кончая на грудь и лицо Коула... - Ах-м... Как ты... Ах... И просил, - Алекси довольно и хитро улыбался, помогая Коулу сползти на диван в более удобную позу. - Дай мне минутку, и я отнесу тебя в ванну... Извини, я немного попал на твои волосы. - Бля-ять... - на грани своих сил выдохнул Коул, растягиваясь на диване, даже не потянувшись убрать семя со своих волос. Успеется. Сейчас уже не было на то энергии. Внутренняя сторона бедер горела от недавнего трения, как и руки от хватательных и сильных движений о бархатную обивку дивана. - Я бы сказал, что теперь меня вымыть — это твоя проблема. Но я помню, чем закончился тот раз, поэтому даже не смей. - руку поднялась вверх с указывающим на небо пальцем, - И думать даже не смей! - Не будь так жесток и категоричен, - Алекси обошёл диван и опустился на пол перед ним, устало приваливаясь к сиденью и укладывая голову рядом с плечом Коула, - мы ещё не закончили в любом случае. Или может есть особые пожелания?~ Мы идём не мыться, милый, а лишь слегка ополоснуться и расслабиться. - Если ты не знал, секс на нижней позиции гораздо более изматывающая штука, нежели на верхней. Поэтому либо ты дашь мне отдохнуть, либо я пырну тебя ножом во сне, - ощущая, как высыхающая сперма стягивала кожу, он потянулся, неприязненно морщась: - Мое пожелание, чтобы ты съебался нахуй от меня на полчаса и принес мне воды, мой милый и горячо любимый Алекси. - Я тебя предупреждал~ - лелейно протянул он, но Коула послушал. Подобрав бутылку воды, Алекси передал её Коулу, сам отправляясь на поиски влажных салфеток, чтобы убрать с их тел и мебели то, что ещё не успело засохнуть. Вернувшись, он, насколько смог, вычистил сперму с волос Коула, протёр живот, где уже почти не осталось участков кожи без белой корочки, ноги, грудь и шею. Вздохнув, Алекси с извиняющимся выражением лица ткнулся в щеку Коула и оставил на ней лёгкий поцелуй, без слов продолжая за ним ухаживать. - Не подлизывайся, - ощущая себя в его нежных руках, окутанным любовью, он не мог не закатить глаза на такую откровенную смену настроения. И все же это казалось логичным. Правильным. Слишком знакомым. Та нежность, то обожание, та покорность. Коул смотрел на Алекси двояким взглядом, молча отвечая на ухаживания, легко и коротко чмокая того в губы. - Сам воды не хочешь? - вскинув бровь, спросил Коул, поболтав бутылкой в воздухе. - Был бы неплохо, спасибо, - Алекси легко перехватил ёмкость и отпил, слегка задумавшись. Тело Коула сейчас определённо было слишком уставшим, чтобы что-то ему противопоставить, поэтому... стоило попробовать осуществить задуманное. - Коул, я хочу поговорить с Совой. Я видел, он много раз мелькал в твоём взгляде... Ты не против?