Любовь безумцев - Amor insanissimae

      Забежав в здание, отряхиваясь от воды, Коул наскоро снял с себя куртку, ощущая теплоту помещения, что душной влагой осела на его коже и мокрой одежде.       Вытащив карточку, тот быстрым шагом добрался до лифта, намереваясь подняться к себе и переодеться. Не сказать, что его вели сильные эмоции, которые слишком часто накатывают на него в этом месте, наоборот: с лица, казалось, не сходила лёгкая улыбка, а в груди была теплота и отсутствие былой злости. Что-то напевая себе под нос, он покинул стены лифта, скидывая куртку на ближайший стул и прошел в спальню, раздеваясь и исчезая в душе. Телефон рядом зазвонил, отвлекая от шума льющейся воды, так Коул вытянул руку, снимая звонок и отвечая по громкой связи.       - Я в душе, что-то срочное?       - Тебя ждать на тренировку? Ребята уже уходят.       - Не задерживайся, Ник. Я сам справлюсь.       - Как скажешь, снаряжение не убираю тогда.       - Спасибо, до связи. - быстрым движением рук, Коул смыл средство с волос, позволяя пальцам заскользить по чуть распрямленным прядям.       Наскоро обтеревшись, Коул забыл полотенце на полу, переодеваясь в спортивную одежду. Натягивая кроссовки на ходу, он захватил бинты для рук, вызывая лифт и отправляясь в тренажерный зал.       С еще мокрых кудряшек капала вода, впитываясь в ткань футболки, иногда попадая на экран телефона, заставляя то и дело стирать их пальцами. По пути он не наткнулся на сторонних людей, входя в полупустой зал. Многие предпочитают тренироваться рано утром или поздно в ночи, так что в пред вечернее время народу и правда было минимальное количество.       Держа телефон одной рукой, он записывал голосовые, попутно перетаскивая боксерскую грушу. Откинув телефон, чтобы ее повесить, Коул закончил приготовления, падая на пол, чтобы намотать бинты на руки, что-то продолжая напевать себе под нос. Недолгая растяжка, разогрев тела.       "Не переусердствуй, иначе травма - и всё на смарку." "Гибкость - залог скорости и уверенности."       Он стянул футболку, наконец натянув на себя наушники, и начиная тренировку.       Сначала прыжки на скакалке.       "Дыши животом, не грудью, иначе быстро устанешь".       15 минут - и уже можно было почувствовать, как просыпаются мышцы.       Наконец сосредотачиваясь на груше, Коул почти слышал голос Ди у себя в сознании:       "Удары должны быть взрывными, но не хаотичными."       Еще раз.       "Экономь силы, не выдыхай весь воздух разом".       От особо сильного удара, груша по инерции приблизилась к Коулу, заставляя отклониться в сторону.       "Не забывай голову двигать."       "Контролируй каждое движение, - Коул развернулся корпусом, меняя угол удара, - Соблюдай дистанцию."       И с каждым ударом напряжение от боя с сознанием нарастало.       "Поправь." - соскользнула рука, - "Ошибка. Опусти руку."       Минуты летели с бешеной скоростью, точно также как огонь разливался по каждой частице тела, распаляя организм.       Наконец остановив грушу лёгким движением руки, Коул отошел, забирая с пола бутылку воды.       Музыка на мгновение остановилась. Обернувшись, Коул вытащил наушники, смотря на стоящего в стороне Алана, держащего его телефон и кротко улыбаясь юноше.       - Когда пришел? - сухо спросил Коул, припадая к горлышку бутылки.       - Недавно. Не хотел отвлекать тебя от тренировки. Ты сегодня действуешь яростнее обычного.       - Хах, если со стороны так кажется, то соглашусь.       - Отрицая свой настрой, ты не сделаешь своему телу лучше. - Алан присел на бордюр ринга для спаррингов, смотря на то, как Коул откинул в сторону бутылку воды, оборачиваясь на него.       - Что ты хочешь, чтобы я сказал? - он вскинул руками от бессилия, - Да, вышел из себя. На то была причина.       - Наверняка была. - согласился с ним Алан, чуть щуря глаза и свободно кладя руки на колени.       - Да блять, просто бесит - и все! Приперся, начал требовать Ди, а потом еще и записывал разговор, крыса блять, - он снова отвернулся от Алана, намереваясь вернуться к тренировке.       - Не сбегай, Коул. Я же не осуждаю тебя.       - Ты - нет.       Алан заинтересовался, приглашая Коулу к продолжению лёгким взмахом руки, что Коул уловил боковым зрением. Глубоко вздохнув, он отпихнул грушу, складывая руки на груди:       - Какого хера я постоянно крайний? - Коул снова ударил по груше, но уже ногой, отталкивая ее от себя, - Постоянно приводит мутных типов, с которых что-то хочет, - снова пинок, - А потом "Сова сделай это, Сова сделай то, Сова следи, Сова отчитайся, Сова то, Сова се" - достало! - Коул развернулся корпусом, отпихивая грушу из стороны в сторону, - Какого хера этим должен всегда заниматься я, а когда я реально этим занимаюсь, ему все не так! Пусть сам блять делает, если все ему постоянно не так. Всю жизнь сука слышу одно и то же: - он закатил глаза, начиная парадировать голос Диди, - ты ошибся, думай лучше, делай по другому, ты вообще не слушаешь, ты слишком импульсивен, ты не думаешь, забыл, кому принадлежишь, пустая бошка, тупой характер! - резко прилетевшая груша немного ударила по его корпусу, отчего Коул со всей силы ударил ее с ноги, заставив ее громко врезаться в железную подставку, создавая неприятный и жёсткий звук, что прокатился по всему залу.       Гордон слегка скривился, прикрывая уши. Вся злость человека отражалась в этих ударах, больно отдаваясь в перепонках.       Он не планировал подслушивать и в принципе не шёл к Коулу, но раз уж дверь в спортзал, которая ещё позавчера была плотно заперта, сегодня распахнута настежь, мужчина не мог не воспользоваться случаем. Вмешиваться намерения также не было, Коула слушал какой-то паренёк, которого сам Гордон ни разу не видел. Судя по позе и тону, тот привык быть карманным психотерапевтом, а если взглянуть ещё и на одежду, можно предположить, что он и является кем-то из медицинского персонала.       - Коул, - обратился к нему Алан, но его резко прервали:       - Ах, да, - резко вспомнил Коул, - и в такие моменты, не, - он снова начал пародировать поучительный тон, язвительно показывая в воздухе кавычки: - "ты не дорос еще, не вмешивайся, Коул", а, - сил играть уже не хватило, и его снова захлеснули эмоции, что он вылил на грушу: - "заткнись и выполняй, Сова"! Есть тонкая линия, которую люди пересекают, следуя логике, а он блять по ней скачет, как на американских горках! Пусть нахуй определится!       Гордон подошёл чуть ближе. Он не слишком пытался прятаться, но зал был довольно большим, а люди были заняты разговором, так что на него не обращали внимание. Мужчина не пытался слишком вслушиваться в слова, больше анализируя экспрессию Коула, его язык тела. Теперь, когда тот был без верха, трудно было не заметить искуссные крылья, разметавшиеся по его спине. Как символизм, эта татуировка хорошо увязывалась с его ролью, "Сова", но, по его впечатлениям, Коул не был тем человеком, что сделал бы такую только из-за прозвища.       Всегда поразительно различать, как человек, особенно, которому есть что прятать, меняется из ситуации в ситуацию. Вспоминая их встречу в больнице, Гордон с усиленным интересом подмечал детали. Развёрнутые плечи, интонация, активная экспрессия лица, даже дыхание - что бы мальчишка сейчас не говорил, это место было его, люди были настроены на него, и большáя часть правил устанавливался им.       - ...У господина есть свое видение. Ты знаешь его, как никто другой.       - Ты сам сколько лет уже его знаешь, а постоянно меня пытаешься исправить! Ему мозги лучше вправь хоть раз. Может тогда он хоть чем-то будет доволен.       - Я не говорю тебе понять его мышление. - Алан поднялся, подходя к Коулу, задерживая рукой грушу: - Чужое сердце нам не властно. Но ты же понимаешь, что он так о тебе заботится. Представь его отдельно от образа, что сидит в твоей голове.       - Он и так у меня уже в печенках сидит, а ты мне говоришь еще и в башке его держать постоянно?       - Для разнообразия было бы неплохо.       - Нахуй блять его и его идеализм.       - Ты же сам знаешь причину твоей злости. Невозможно не злиться, зная, что не дотягиваешь до чужих идеалов. - Алан внимательно следил за лицом Коула, сделав шаг навстречу: - Так почему бы не разобрать, отчего ты так думаешь, ведь тут важен именно ты, Коул.       - Потом, Алан. - Коул поднял руку, ограждая его от себя, - Я сейчас не в настроении. - его брови чуть сошлись на лице, - Блять, такой настрой хороший был, ну вот зачем ты опять начинаешь?       - Наиболее эффективно работать в моменте ситуации. - Алан легко улыбнулся, но все же в сторону отошёл.       - Тогда сделаем второй наиболее эффективный вариант, и поговорим после рефлексии. Ты же сам настаивал, чтобы я побольше думал о своих чувствах, вот, пожалуйста, - на лице появилась язвительная улыбка: - Гордишься?       Но мужчина в ответ лишь чуть склонил голову, осматривая собеседника, тяжело вздыхая.       - Моя похвала тебя не устроит.       Чувствуя, что разговор снова начинается, Коул грубо его прервал.       - Все. Я сказал, мы закончили. - он подошёл к вещам, поднимая их с пола, - Спасибо за помощь, дальше я сам.       Алан глубоко вздохнул, легко покачивая головой. Коул успел скрыться в раздевалке, когда Алан наконец обернулся на Гордона. На его лице мгновенно проскользнуло удивление, но это не помешало ему приветственно улыбнуться.       - Добрый вечер, господин.       - Приветствую, да-а, - тот слегка протянул слова, осматривая человека теперь лицом к себе. Лёгкая андрогинность сразу кинулась в глаза, хотя больше позабавила милая футболка с бананом, выглядывающая из-под халата. - Вы андролог?       Алан посмеялся, улыбаясь уголками глаз.       - А вы господин с чувством юмора. К моей досаде, мы с вами еще не были представленны друг другу. Алан, - он протянул руку Гордону, - Просто Алан.       - Полагаете, что у меня уже проблемы с памятью? Хах, я бы запомнил вашу фамилию, Алан, - тот принял приветственный жест и легонько сжал его ладонь. - Гордон. Пленник-гость этого здания и будущий зять вашего подопечного. С ним всё в порядке?       - Вам не стоит беспокоиться. - скользнув взглядом по Гордону, Алан легко сощурил глаза, - Если бы я случайно застал такую сцену, я бы тоже заинтересовался. Аромат парфюма от одежды доносился до Алана едва заметным шлейфом. Аккуратно вышитые буквы В.У. на рукаве в этих стенах могли означать лишь одно. На рукавах неаккуратные складки - возможно, мужчина от напряжения закатывал их чуть ранее, или быть может кто-то неудачно за него ухватился в порыве эмоций. Частые, не намеренные движения головы - попытка размять шею. Естественный прищур от плохого зрения и отсутствия очков в моменте, едва заметная дрожь в руках, характерная для слабых сосудов в послеоперационный период. Алан готов был поклясться, что под одеждой скрывается шрам на бедре от вводимой во время операции трубки. Фирменные тапочки на ногах в лёгких разводах от воды лишь завершали образ и дополняли картину.       - Возможно, вам интересно было понаблюдать за Коулом в такой обстановке. - начал Алан, указывая ребром ладони в коридора в приглашении вместе пройтись.       - Поэтому мы уходим от него подальше? - Гордон игриво улыбался, приняв приглашение.       Алан ответил на его улыбку:       - Возможно. Но быть может наш путь приведёт нас к нему обратно.       - Ты... Могу на ты? Ты его врач и друг-жилетка? Кажется, мальчик в сильной психологической нестабильности.       - Я предпочитаю называть это "собеседником". - тихо отвечал Алан, складывая руки за спиной, - Нам всем бывает нужен человек, который поймёт и не осудит.       - "Не осудит", ха? Думаю, это одно из важнейших требований к тем, кто работает в этом здании, - яркие волосы спутника выбивались из строгого интерьера вокруг них, навевая на Гордона некоторое нетерпение. - Ты пригласил меня прогуляться, значит, есть то, чем ты хочешь и можешь поделиться. Не будем петлять вокруг этого.       - Вы мне интересны, Гордон. - не задумываясь произнёс Алан, убирая волосы за ухо, - Совру, если не скажу, что очень интересны. - на его лице расцвела приветливая улыбка, - Что вы готовы рассказать мне или что хотели бы сами спросить.       Встретившись лицом к лицу с шипом сердца господина Диди, было невозможно удержаться от нетерпения, что лёгкий румянец выступил на его щеках, создавая нежный и романтичный образ.       Мужчина чуть поджал губы, в голове признавая, что собеседник ему попался её из простых. Это и принесло некоторую радость - меньшего он и не ожидал от подчинённых Диди.       - С тобой нужно быть аккуратным в словах, - простодушно признался он, немного ленясь вести сейчас хитрую скрытую игры. - Я прежде всего задумался, почему именно сегодня и именно на этого человека, Коул так сорвался. Может, у него есть определённый паттерн.       - Подскажете имя этого человека? - поспешил следом уточнить Алан.       - Бенезет. Надеюсь, он там не объикается, пока мы тут ведём разговор.       Алан кивнул, чуть поднимая голову в лёгкой задумчивости.       - Когда живёшь с человеком под одной крышей, начинаешь делить не только привычки, но ещё и сознание. Смею предположить, что господин Диди и Бенезет находятся в непростых отношениях, поправьте меня, если не так.       - Полагаешь, Коул просто исполнил то, что у Диди было в голове? Старый черт, как же ты его выдрессировал, - Гордон дернул плечами, улыбаясь с некоторой горечью. - Учитель продолжается в своём ученике, так?       - Коул очень чувствительный ребёнок. - тепло произнёс Алан, наблюдая за движениями Гордона, - Легко ведомый людьми, которым доверяет, на которых равняется. Вы же... могли заметить, что к вам он был сразу настроен положительно. Это печально, но могу вас заверить, это отнюдь не оттого, что вы отец Алекси.       Между ними повисло молчание, сопровождаемое лишь легким шуршанием обуви по ковролину. Только спустя несколько минут, Гордон остановился и вновь заговорил.       - У мальчика... Как это? Искажение восприятия? Заметно, как он хочет быть лучше, но в тоже время сам не верит, что может измениться. Это бег по кругу, и не понятно, от себя самого или вслед за "нереальным" будущим.       - Чтобы быть счастливым и несчастным, достаточно считать себя таковым. - произнёс Алан, вставая напротив Гордона. - Бег за нереальным... - его четкая речь на мгновение прервалась, - Такое мышление создают жадные люди вокруг недокормленного близостью ребёнка. И он сам начинает жадно тянуться к тому, что у него раз за разом забирали. Ведь целью является скорее наполнить ту пустоту, что так долго пожирает его изнутри, без оглядки на себя, в дикой... опасной спешке.       Такая простая истина, как всего лишь немного любви для человека, который так долго был один. Возможно, если ему подарить чуть больше внимания, он перестанет так дико хвататься за что-то, "кого-то", одно в поисках тепла.       - Пока я здесь заперт, хотелось бы иногда привносить разнообразие в повседневность, - казалось, что он резко перескочил на другую тему. - Где я могу найти Коула и не помешать ему в этот момент с каким-нибудь важным делом?       - Коул часто выходит провести время на крышу. Вы можете его также найти в кабинете господина на 1 этаже, в его квартире на 54 этаже, в тире на 12 этаже. Можете обратиться ко мне в моменте, я могу подсказать, где искать. - закончив перечисления, Алан вытащил из кармана руку, что держал все это время скрытой от глаз Гордона, протягивая свою визитку. - Если у вас когда нибудь появится необходимость, чтобы было легче со мной связаться.       Его пальцы на секунду застыли, не сомкнувшись на визитке, и послышался лёгкий смешок.       - Для звериной мафии здесь многовато насекомых, - Гордон всё же забрал визитку и быстро спрятал её в одежде. - Сколопендры, существа ещё из доисторического времени, пролезающие в любые дыры. Любитель символизма, Алан?       - Символы, ассоциации и метафоры... инструменты для описания неописуемого. - он повертел перед собой кистью руки, - Чувствую себя частью чего-то большего, когда смотрю на нее. - Алан снова спрятал руки в карманах, машинально поклонившись собеседнику, - Спасибо вам, Гордон.       Гордон хмыкнул, небрежно улыбаясь, не принимая и не отклоняя благодарность. Он смотрел на человека, за плечами которого большая история, иначе бы он не был частью этого "большего", иначе бы не хранил верность.       - Не буду больше тебя отвлекать, если позволишь.       Алан кивнул, мягко смотря на Гордона, и чему-то улыбаясь глазами. Будто бы он видел в человеке напротив надежду, которую ждал столько лет.       - Позвольте напоследок узнать. - не получив от Гордона явного отказа, Алан сложил руки на груди, убирая их в рукава халата, - Что для вас счастье?       - Ох, наверное... - Гордон почти рассмеялся и в задумчивости несколько раз прошёлся туда сюда, хитро поглядывая на собеседника. - Хм, об этом стоит спрашивать, когда я счастлив. Анализируешь меня?       - Я вижу некоторые вещи. Быть может, вы не счастливы прямо в это мгновение, но точно стоите на его пороге. - Алан следил глазами за Гордоном, с каждой секундой убеждаясь в своих догадках, - Черты лица счастливых людей сразу бросаются в глаза. Думаю, вы сами это ощущаете, а значит сможете дать мне хотя бы часть ответа.       - Вот как, - старший мужчина возвёл глаза к потолку, становясь будто действительно серьёзным на секунду. - Нет более счастливых людей, чем те, кто встретил того, кто их понимает. Просто быть рядом с таким человеком и осознавать, что ты дышишь полной грудью - мечта любого, не зависимо от пола, расы, состояния и возраста.       - Истина в ваших словах, - удовлетворенный таким ответом, Алан снова поклонился Гордону, - Думаю, теперь я могу оставить вас со спокойной душой.       Расставшись с молодым врачом, мужчина ещё некоторое время бродил по коридорам в задумчивом одиночестве. Гордон любил поговорить, его мысли всегда структурировались лучше он обсуждал их с кем-то, но за годы своего некого "затворничества" мужчина также научился находить удовольствие и пользу в тишине.       Его мысли не блуждали вместе с ним - план в голове уже давно сложился. Больше же внутри нарастало предчувствие, как перед партией в шахматы с достойным соперником. Гордон не просто гулял - он давал Диди время на отдых и подготовку. Будь тот достаточно проницателен, должен был понять.       Так, спустя время, Гордон возвращался к его кабинету, мыча себе под нос незатейливую мелодию.       - Хватит елозить! - послышался нетерпеливый голос из кабинета.       - Не дави так сильно... - Ди вслед за голосом Коула звучал особенно жалостливо.       - Зажимаешься, как девчонка. Расслабься немного.       - Это больно.       - А когда тебе не было больно? Все, не делай мне мозги, пока я его вставляю.       Гордон со смешанным выражением лица остановился прямо перед дверью, оглядываясь на охранников, но те были абсолютно безучастны.       - Надеюсь, вам за это хорошо платят, - с этими словами он резко распахнул дверь, входя в кабинет.       Охранники в этот момент переглянулись с понимающей улыбкой. Стоило Гордону зайти в кабинет, как он увидел до боли забавную картину.       Коул сидел на рабочем столе Диди, опираясь ногами на подлокотники кресла, на котором в измученной и неловкой позе пытался удержаться Ди. Тот старался не двигаться, но безуспешно - над его лицом Коул крепко держал тюбик с глазными каплями.       Коул наклонился близко, будто уже неоднократно проходил через это испытание - на его лице читалась усталость и лёгкое раздражение.       - Отлично, - заметив Гордона, Коул резко прижал щеки Ди к спинке кресла, пытаясь заставить его хоть на миг перестать вертеться. - Теперь тебе есть, перед кем позориться.       Взгляд Ди скользнул в сторону, и в тот самый момент капля упала в правый глаз, вызвав резкий вздрог - Коул же с победной улыбкой поднял руку.       - Сюда, следующий, - сказал он, насильно повернув лицо Ди обратно и готовясь поймать следующий момент.       - Так вот оно что, - протянул Гордон, быстрым движением подхватывая с кофейного столика очки и надевая их. - Диди - маленький злостный противник ухода за глазами... И он ещё посылал в меня пылающие взгляды, когда узнал, что я забываю пить свои лекарства.       - Я же не забываю. - ответил ему Ди, часто моргая глазами, сопротивляясь манипуляциям Коула, - Просто не люблю это дело.       - Ага, не любит он. - саркастично заметил Коул, - А потом ходишь и ноешь, что глаза болят.       - Я же не тебе "ною". - раздраженным тоном произнес Диди, не выдерживая и закатывая глаза.       - Ой, а кому? - Коул дал ему эту передышку, убирая руки от лица и оттягивая вместо этого его щеку, - Мамочке Би? Вот только ей ты не даешься капли эти закапать.       - Просто сделай это побыстрее... - не найдя, что возразить, Ди отчасти смирился с ситуацией на это мгновение, пытаясь держать глаза открытыми.       - Вот не приду я в один из дней, и что делать будешь? - говорил Коул, попутно протискивая колпачок к поверхности глаза, - Ведёшь себя, как маленький, ей богу. - Ди крупно вздрогнул, когда капли попали на левый глаз, а Коул наконец победно отклонился, кидая капли в открытый ящик стола.       - Все, молодец, хороший мальчик. - саркастично пропел Коул, доставая из кармана леденец и предлагая Ди, - Дать конфетку герою?       - Обойдусь. - мужчина сложил руки у лица, оправляясь от недавних манипуляций.       - Ну, как знаешь, - сжав зубами фантик, Коул опустил конфету себе в рот, спрыгивая со стола.       - Ну-ну, ребёнок, будь снисходительнее к своему старику, - Гордон забрался на диван, подгибая под себя ноги и накрываясь пледом. - Ты для его единственная отрада.       Коул залился смехом, подхватывая со стола свои вещи.       - Если я его отрада, какая же ужасная у него жизнь, а, старик?       - С твоим языком с каждой секундой все хуже, - Ди бросил на него взгляд из-под прищура раздраженных глаз.       - Ох, завалил комплиментами, папочка, - с весёлым настроем пропел Коул, подхватывая со стола оставленную книгу и убирая ее обратно в книжный шкаф.       - Возьми новую, - услышав Ди, Коул испустил измученный звук, закатывая глаза и показательно водя рукой вслепую по полке, хватая первую попавшуюся.       Глаза опустились на название, и лицо тут же исказилось от разочарования.       - Можно другую выберу?       Ди бросил взгляд на книгу, отрицательно качнув головой.       - Ты совсем забросил свой китайский. Будет тебе практикой.       Коул вымученно забрал ее, махая книгой на прощание.       - Сладких, чтоб жопа слиплась, снов.       - Не забудь закрыть дверь. - Ди проморгался, смотря за Коулом, что недовольно показательно хлопнул дверью напоследок.       Не уверенный, что тот это увидит, но Гордон помахал юноше на прощание, отрываясь от перелистывания страниц.       - Ты так проигрываешь ему в риторике. Это всегда так? - мужчина слегка потянулся, расправляя спину и распуская волосы себе на плечи. - Ваш язык любви, ха?       Диди смерил его странным взглядом, не отвечая, но и не отрицая. Внутри мешалось задетое чувство гордости, которое постепенно переросло в понимание и смирение. Если так казалось со стороны Гордону, возможно, оно так и было на самом деле.       - Не вижу смысла соревноваться с настолько грязным языком, - бросил Ди, смахивая капли с глаз и пододвигаясь к рабочему столу, потянувшись к папкам. Он бы уже взял одну из нужных, если бы не проделал то же действие несколько раз, ощущая, как на лицо находит непонимание с лёгким раздражением, пока он вытаскивал и убирал обратно папки одну за другой. Его лицо обратилось к документам на столе - и тут такая же ситуация: все они были перемешаны и не в нужном порядке.       Заметив его копошение краем глаза, Гордон подавил внутри себя ехидный смешок, предвещающий Диди весёлую неделю.       - Ты собираешься работать? - часы уже отмеряли поздний вечер. - Трудяга.       Ди приоткрыл рот ради ответа, но вместо этого бегло пробегал глазами по документам, усиленно их сортируя.       - Это должно успокаивать. Должно... - он в какой-то момент потерял терпение: - Кто был в моем кабинете?       Диди вскинул голову, смотря на спокойно читающего Гордона, щуря глаза от подозрений.       Прошло несколько мгновений тишины, прежде чем тот встретился с ним взглядом и мило улыбнулся.       - Это будет такая приятная неделя. Уже на день третий ты "запоешь" от того, насколько я приятный сосед. Кстати, - Гордон уселся удобнее и прочистил горло. - Обожаю читать вслух.       Диди повел рукой, словно отмахиваясь от этой, казалось бы, пустяковой "угрозы", хотя и не подозревал, к чему всё это в итоге приведёт. День, чем закончился вчера, словно повторялся заново. Сидел ли он в кабинете или выходил из него, повседневная суета сопровождалась постоянным бубнежом или громким чтением строк из множества книг, которые с каждым часом лишь прирастали новой кучей.       Сначала это не раздражало так сильно, но с течением времени накопившаяся усталость стала давить всё сильнее, мешая сосредоточиться и вызывая желание найти хотя бы мгновение тишины. Однако мужчина молчал, стараясь проявить терпение и сделать скидку на особенности характера Гордона - пытаясь принять чужие причуды, хоть и не без усилий.       Каждую секунду, что мужчины были рядом, Диди сопровождали то дебаты Гордона с самим собой по спорным случаям правоприменительной практики, то выразительное чтение стихов, то размышления над преступником в детективной повести, а то и вовсе романтические драмы. Тот не разменивался на рейтинг, и так дело в один момент дошло до постельной сцены. Отыгрывая её с привычной себе выразительностью, Гордон, сам того не ожидая, смутился своих стонов, так что отложил эту идею. Но и подметил, что в тот момент шелест от пишущей ручки Ди прервался.       Его "похититель" постоянно был в работе, когда её мог отыскать, конечно. Каждый раз, как Диди покидал кабинет, Гордон переставлял вещи и прятал документы в новые места, потом с детской радостью и подшучиванием наблюдая, как тот их ищет.       В очередной раз вернувшись в кабинет, погружённый в полный хаос, Диди уже чувствовал, как нервно подёргивается глаз. Он мог терпеть бесконечные вслух чтения — даже неприятно натянутые и нарочно громко произнесённые постельные сцены - воспринимать это как фоновый шум, который время от времени прерывался. Иногда казалось, что именно ради этих редких минут тишины стоило бы пускать Бенезета в клуб куда чаще.       Но не всегда хватало нервов. Под гнетом раздражения он яростно сбрасывал стопки документов в общую кучу, без единого слова подзывая Николая, молча перекладывал бумаги уже не в силах сортировать. Появилась новая, непривычная до этого привычка - он стал закреплять связанные одной темой документы степлером и раскладывать по папкам. Не сказать, что это хоть как-то увеличивало продуктивность: чтобы покинуть рабочее место, теперь надо было обязательно убрать все папки - которые, в свою очередь, почему-то оказывались в самых неожиданных местах.       Настоящего предела терпения не было. В течение следующего дня, сдержать гнев не удалось, и Диди с почти что местью забросил одну из книг из стопки Гордона на самую высокую полку. Если это и можно было назвать местью, то лишь истинным, глубинным гневом, который копился это время.       Когда шум стихал, Диди погружался в долгожданную тишину - почти как в убежище, где он мог собраться с мыслями и попытаться успокоить себя, обдумать всё происходящее. Эти редкие часы покоя давали ему возможность восстановить внутреннюю гармонию и подготовиться к следующему дню в этом бесконечном хаосе, который, казалось, не кончался.       Гордон этим утром был необычно безметежен, вовсе почти пропав из вида к обеду. Напевая себе под нос, он выплыл из ванны, свежий, одетый максимально практично и с высоко забранными волосами. Мужчина скользнул на периферии Диди, обуваясь и проверяя время.       - Ди, у меня свидание с твоим сыном. Буду "дома" к девяти вечера, - помахав ему, Гордон уже почти исчез за дверью. - Спусти к этому времени мою книжку с той верхатуры. Заранее спасибо, милый.       Ди провел его максимально не читаемым взглядом. В его голове убиться головой об стол казалось все более привлекательной затеей.. . .       - Хах, и то верно... Да, у меня выдался небольшой перерыв. Такое чувство, что скоро придется брать отпуск просто, чтобы услышать твой голос. - Коул стоял, прижимая к уху телефон, облокотившись на стойку перед стрелковой зоной. Рядом лежали запакованные патроны, пока он вертел пистолетом в руках, жестикулируя под диалог. - Он тебе не звонил? Я думал поговорите... Угу, виделись пару дней назад... - мужчина пробрало на смех, - Малыш, твоя вера в меня стремительно движется к нулю. - он отстукивал ногой по полу, крутясь на месте и медленно двигаясь из стороны в сторону, в какие-то моменты кладя голову на ствол пистолета, смотря на дальние пока еще не задетые мишени. - Да в тире прожигаю время... - голос в динамике заставил на лицо наползти хитрой улыбке, - Без тебя приходится просто стрелять в бумагу.       - Хей, Коул, - туловище Гордона появилось в проёме двери после недолгого стука. - Мне нашептали, что ты проводишь здесь своё время. Я присоединюсь, если ты позволишь?       - Ах-а... - вздохнул Коул, отвлекаясь от разговора на Гордона, - Хей, малыш, у меня тут дело появилось, я наберу тебе позже, хорошо? Давай, да, люблю-обожаю, малыш, - отключившись от звонка, Коул убрал телефон в задний карман, прислоняясь локтем на стойку, упираясь щекой о металл. - Добрый день, господин Фидель. Конечно, присоединяйтесь. Уж кого, а вас в тире увидеть, если честно, не ожидал.       - От чего же так? - Гордон вошёл, осматривая помещение, оценивая его оснащённость. - Моей груди предрекали носить звание Адмирала. Я, конечно, от своей судьбы сбежал лет в четырнадцать, - мужчина поравнялся с юношей, возвышаясь, но не смотря свысока. - Ты то на оружие руку и того раньше набил.       - Я просто никогда не был слишком молод для таких вещей. - вытащив из пистолета магазин плавным движением руки, Коул встал спиной к тиру, принимаясь монотонно наполнять его пулями, опуская голову, - А чего сбежали? - мимоходом поинтересовался он, поддерживая диалог, - Были бы адмиралом, почести, все дела.       - Не ладил с отцом. И с родственниками-ирландцами по маминой линии. Да и никогда к военному делу не горел, - Гордон также взял со стенда пистолет, проверяя его работоспособность, доставая и наполняя магазин. - К другой судьбе бежал. Франция. Ох, Париж - место, где решалось столько моих проблем.       - Странно, что побег решил проблемы, не добавив новых... Это как решить головоломку, сменив страницу на шахматы. - скептически отнёсся Коул, но осекся, для себя понимая, что его слова не то, чтобы могут вернуть Гордона в прошлое, - Это вы к Мишель или потом ее уже там встретили? - зарядив пистолет, Коул повернулся к целям, прицеливаясь и настраивая глаза.       - Не все головоломки стоят того, чтобы их решали. А Мишель я встретил много позже, уже здесь. Первым французом в моей жизни был Бенезет, точнее, сначала мой далёкий дядюшка, что меня приютил, а потом он. Бенни из тех людей, что могут залезть другим под кожу, и ты сам ему это разрешишь... Уверен, ты таких встречал.       - Я встречал тех, кто это делает деликатнее. - Коул в этот же миг свел брови, - Бенезет же... Он тупо кости выворачивает на живую. И ждёт, что ему откроют душу. Очень тупая манера.       - О-о-о, - Гордон ухмыльнулся так, будто слышал такое уже не в первый раз. - Много предвзятости в твоём голосе, но не могу не заметить, что в этом вся их суть. Моро... Их либо любишь, либо на дух не переносишь. И, кажется, Феликс смог покорить твоё сердце.       - Феликс? А вы... как узнали? - недоуменно поинтересовался Коул, поворачиваясь к собеседнику, пытаясь понять, в какой момент он мог упомянуть Феликса перед Гордоном.       - Это чудесный выбор, - будто не слышал его вопроса, мужчина мягко похлопал юношу по плечу. - С таким другом не пропадёшь. А такие тебе нужны - в твоей жизни очень легко ощутить себя потерянным.       - Эм, что...? - Коул недоуменно покосился на плечо, затем снова перевел непонимающий взгляд на Гордона: - Потерянным?       Тот заглянул в ответ в его глаза и, считав искренность, чуть помедлил с ответом. Мужчина неспешными движениями снял предохранитель и выстрелил в мишень.       - Всегда ли тебе есть, что сказать своей семье по возвращению домой? - раздались в застывшей после выстрела тишине.       Коул резко ощутил, как внутри забурлила кровь от слов Гордона. Резко выставив руку, он мельком глянул на мишень, выпуская несколько пуль подряд. Когда стих звон в ушах, он снова поднял глаза на Гордона, поджимая губы.       - Какой из семей? - выпалил Коул, сделав особый акцент на ироничном "количестве выбора".       Гордон слегка задумался, будто эта информация немного пошатнула нить его размышлений.       - Есть ли среди них хоть одна, которой не приходится лгать?       - Есть. - твердо ответил Коул, - Конкретные люди.       Мужчина звонко хлопнул в ладоши, широко улыбаясь.       - Чудо и редкость - береги их, - он облокотился бедром на перегородку, перебирая в руках оружие. - Редко мы честны с миром, иногда мы обманываем даже самих себя, но край - ложь близким. И это даже не про слова. Если они перестают тебя "чувствовать", то значит ты в такой чаще, что и страшно представить.       - К чему это вообще сейчас? - Коул отложил оружие на стол, стараясь не выдавать потерянный вид перед Гордоном, - У меня есть близкие мне люди, я не дикарь и не социопат. И они знают то, что им нужно знать. Я не обязан объединить их в одну группу и назвать семьей, чтобы они продолжали относиться ко мне также, как относятся сейчас.       Гордон рассмеялся, его голос и язык тела были лёгкими без любого напряжения, будто он говорил на будничную тему погоды или обсуждал свой завтрак.       - Веришь или нет, я пришёл развлечься. Не за твой счет, конечно. Хотел скрасить твои будни и занять это каким-нибудь лёгким диалогом, но ты... Ты такая, - мужчина пространно взмахнул руками, пытаясь подобрать описание. - Хм-м. Как бы ты сам себя описал?       - Эм... - Коул скосил взгляд влево, быстро возвращая обратно, и кривя губы произнес: - Человек..?       Гордон медленно кивнул, выглядя даже слегка удивлённым. Он сделал несколько шагов туда обратно, задумчиво постукивая себя по подбородку.       - Киллеры, наёмники, психи и фанатики - многих я встречал, но к тебе подобрать такое ёмкое односложное описание не могу. Дело не в многогранности или глубине. Ты поломан и разбит и собран вновь из кусочков и осколков.       - Чем это плохо? - юноша отвел взгляд, смотря в даль, на мишени, думая о чем-то своем в моменте, - Лучше быть собранным, чем ходить разбитым. Из разбитой чашки все еще можно выпить чай, если ее склеить. - Коул поймал взгляд Гордона, разводя руками, - Раз уж мы ударились в метафоры.       - Разве я давал этому негативный окрас? - Гордон вновь выровнялся с мишенью, на этот раз занимая позицию и целясь внимательнее. - Это то, кто ты есть, что ведёт к определённым ситуациям. Поэтому я и говорю про близких и друзей, - прогремел выстрел. - О, юность и прошедшие годы. Был бы сейчас самый большой мишка в руках моей спутницы, будь это карнавальный тир?       - Не-а, только мелкий с выпученными глазами из-под прилавка, - ответил Коул, складывая руки на груди и смотря на мишень Гордона, - У вас 6.       - Да не может быть, - мужчина даже не взглянул на мишени, явно забавляясь. - Меньше 7-ми никогда не стрелял. А у тебя 10, снайпер? Не ходили ещё с Алекси на карнавалы? Ты разорил бы тир.       Вместо ответа, Коул сосредоточился на стрельбе, двигая после мишень на себя, дернув за рычажок на стойке.       Сорвав лист, Коул развернул его к Гордону, где дырами было выложено слово "Нет", тянущееся по всей чёрной зоне.       - Я не стреляю на публике. Даже в развлекательных тирах.       Брови мужчины слегка приподнялись в лёгком веселье. Он принял от Коула листок, слегка крутя его на вытянутых руках и смотря на юношу через пулевые отверстия.       - Какой начитанный юноша, это столь изящная отсылка к детективной классике. Может, у тебя и в комнате найдутся инициалы Королевы Виктории на стене?       - Я бòльший фанат королевы Марии-Антуанетты. - мельком заметил Коул, удаляясь к стойке, чтобы сменить оружие.       - Надеюсь, уж повторить её судьбу ты не хочешь... Я так много говорю, не правда ли? Может, есть что-то, что интересует тебя? Знаешь, - мужчина в задумчивости закатил глаза, - отпустить из головы то, чем я тебя загрузил и просто расслабиться. Может читаешь какие-то книжки, увлекаешься хайкингом, собираешь пазлы? Кажется, как минимум одно хобби ты разделяешь со своим хмурым отцом.       Коул вернулся к разговору, но было заметно, что недавно услышанные слова оставили в нём лёгкое смятение - потерянный настрой не так просто вернуть. Он скользнул взглядом по Гордону, пытаясь прочесть на его лице хоть какой-то ответ, вслушивался в слова, стараясь проникнуться их смыслом.       - Ди был первым, кто научил меня готовить, - неуверенно начал он, вспоминая прошлое. - Но не он привил мне к этому страсть. Моя мама всегда умела из ничего создавать что-то удивительное. Я наблюдал, запоминал, но воплотить всё это в жизнь у меня долго не получалось.       Коул сделал паузу, задумался.       - Я пробовал многое, - продолжил он с небольшой улыбкой, - но по-настоящему начал заниматься только после знакомства с Ди. Он подарил мне первый байк, готовил со мной, заставлял заниматься языками, играть в футбол… в общем, учил просто жить, как нормальный пацан. Он же научил меня механике, стрелять и драться. Не уверен, можно ли считать все это хобби, - он усмехнулся, взмахнув рукой, - но мне это нравится. Коул отвёл взгляд, словно пытаясь вспомнить себя в этих моментах.       - А недавно я ещё увлёкся приготовлением коктейлей, - добавил он, глаза загорелись азартом. - Через пару дней будет вечеринка, и я собираюсь быть там барменом. Мешать коктейли всю ночь под убойную музыку... Кажется, мечты начинают сбываться. Коул оперся локтем на стол, его взгляд наконец стал более уверенным.       - Как просто иногда сделать человека счастливым, - Гордон тепло усмехнулся, внимательно слушая рассказ мальчика. Его слова были так полны этого юношеского очарования, что бывший судья почти поддавался. - Это то, чего ты действительно хочешь? Потому что звучит как событие, на котором непременно нужно побывать.       - Раз вы тут, вам ничего не стоит заглянуть на огонёк, не так ли? - подтолкнул его к ответу Коул, улыбнувшись. - Когда вы еще на вечеринках побываете, а мы самые лучшие в городе организуем.       - Кто знает, что будет со мной через пару дней. Но один напиток я точно с тебя возьму, - он слегка потянулся, хрустнул пальцами и кивая на мишени, приглашая продолжить. - Никаких потом жалоб - сам предложил.       - Всего лишь один? - Коул только хотел что-то сказать, как остановил себя от пронесшихся в его голове слов: "Алкоголик". - ...Вы обязаны попробовать наши новые чайные коктейли. - попытался выкрутиться Коул, ища, куда перевести тему разговора, и быстро произнес: - Знаете, а жаль, что наша "игра" так быстро закончилась. Я бы еще послушал ваши догадки, было довольно интересно.       - О, брось это. Чего интересного может быть в бреду больного старика. Тем более, что загадка перестала быть таковой так быстро, благодаря Ди. И часто он так "рушит" твоё веселье?       - Да постоянно. У него будто бы год к жизни прибавляется каждый раз, когда он кому-то вставляет палки в колеса. - Коул в какой-то момент завис, неопределённо взмахнув рукой, - Ну это Ди... Мне ли вам о нем говорить.       Гордон удивлённо вскинул брови.       - Считаешь, я хорошо знаю этого прохвоста?       - Думаю, вы его лучше понимаете. - юноша скользнул взглядом к собеседнику: - Скажете, что я ошибаюсь?       - Да, - ответ прозвучал без раздумий. Сопровождаемый тишиной после Гордон несколько раз выстрелил, провожая пули нечитаемым выражением лица. - Наше общение - случай, а не закономерность. Разве вселенная не схлопнется, когда человек закона начнёт понимать преступника?       Коул усмехнулся, интуитивно качая головой:       - Только человек, знающий закон, и может понять мотив преступника. Смотреть не с точки зрения общественного мнения, а через конкретную призму, которая даёт больше ответов, чем обычно. Но... - Коул сразу остановил себя, протягивая Гордону упаковку пуль, - вы все еще можете считать меня неправым.       - В мотивах разбираются психологи, а я далеко не он... Скорее уж сам псих, - мужчина достал из ёмкости пару пуль и подкинул перед собой, играясь. - Я и Ди повёрнуты на смежных областях, но в совершенно разные стороны. Как орёл и решка, что никогда не посмотрят в одну сторону, - он хмыкнул, - хоть и объеденения единым "телом" монеты. Скажи, он когда-нибудь за эти десять лет упоминал обо мне?       Коул тяжело вздохнул, хватаясь рукой за макушку.       - Тяжёлые вопросы задаёте. За все время, что я его знал, я ни разу не слышал ни о Вас, и о его делах того времени. - юноша повел плечами, - Но может я был неподходящим собеседником для него на эти темы. Все таки... - он встал лицом к Гордону, развернувшись на мысках, - С момента, как мы с вами познакомились, он все чаще начал вас упоминать. Может он ждал именно личного знакомства, чтобы не пришлось объяснять? - Коул легко пожал плечами, ухмыляясь и разводя руками, - Я вот не знаю. Ди для меня человек-загадка, который еще реже, чем "иногда" даёт себя прочесть.       Старший мужчина неопределённо улыбнулся, продолжая перебирать пули и оставляя в воздухе некоторое ощущение недосказанности.       Оглядываясь назад, Гордон никогда бы не назвал Диди "загадкой". Жестоким, принципиальным, властным, хитрым этот человек беспорно был, но он и читался как открытая книга. После их не совсем удачного знакомства бывший судья видел его почти на каждом своём заседании, пересекался в длинных коридорах здания суда и чувствовал взгляд в затылок. Между ними за те годы не собралось бы и пару десятков слов, но Гордон был уверен, что видит того насквозь, хоть и не слишком заострял внимание. Его приоритетом были коррумпированные чиновники, но не без забавы он наблюдал, как каждый в полиции мечтал подловить именно босса Звериной мафии. Пожалуй, прямота Ди только делала его более могущественным.       Гордон пронёс эти мысли через года и сейчас, пожалуй, был готов со многим не согласиться, но Диди всё также был для него открытой книгой, только более интересной, чем он считал в начале.       - Ты прав, пожалуй, это действительно было бы трудно объяснить. И это точно не то, на что стоит тратить своё время с ребёнком, - мужчина сделал паузу, будто резко что-то вспоминая. - То розовое колечко просто прелесть, Коул.       - Розовое кольцо...? - сначала не поняв, о чем говорил Гордон, Коул возвел глаза к потолку, тут же вспоминая, так и засмеявшись. Но в этой улыбке невозможно было скрыть добрую ностальгию, - Он его еще носит? Какой сентиментальный.       - Да, он такой. Как и ты. Хранишь же при себе второе парное ему. О, и все маленькие подарочки Алекси наверняка тоже. И конечно что-нибудь коллекционируешь, так, для души.       Коул смутился, сомневаясь какого рода ответа от него ожидал мужчина.       - Ну... Есть такое. Я же давно их делал. Моё совсем мало стало и треснуло. Вот и убрал куда подальше, чтобы целее было. К остальным... вещам.       - Ты звучишь так, будто стесняешься этого. Ребёнок, разве так можно? - Гордон мечтательно вздохнул, погружаясь в воспоминания. - Вот у нас в семье была причуда с письмами. Большие поэмы или маленькие записки с пожеланием хорошего дня - Мишель их обожала. И всегда писала на французском. Когда я получал эти её жесты любви, я чувствовал себя таким особенным.       Коул дослушал его речь, но так и прыснул со смеху со своих мыслей. Он попытался отмахнуться, чтобы Гордон это не принимал на свой счёт, но сложно было сдержаться.       - Вспомнил что-то забавное? Делись, я тоже хочу так заливисто смеяться.       - Да так... - Коул вытер подступившие к глазам слезы, тяжело выдыхая: - Ох, был один момент. Когда мне всучили письмо на французском, я кинул его обратно Алекси, крича, чтобы перевел. Так вот, откуда ноги растут у пристрастий этого чудика.       - А ты не знаешь французский? Ой и тяжело тебе будет, когда придёт черёд знакомиться с достопочтимой бабушкой Алекси по маминой линии.       - Обойдусь переводчиком в лице Алекси. Французский я так и не выучил, знаю только пару фраз, которые мне Алекси говорил, вот только перевод забыл. - Коул прочистил горло, пытаясь правильно выговорить: - Suce ma bite, enfoiré? - озвучил он, неуверенный в своем произношении, - Что-то такое было.       Гордон слегка поперхнулся воздухом, когда его пробило на громкий смех и кашель.       - Ух, Господь... Давно я так не смеялся. Как представлю её лицо, не могу сдержаться. Ты сразишь её литераторское сердце наповал.       - Судя по вашей реакции, там явно что-то неприличное, - промямлил Коул, оглядывая револьвер в руках, - У вас есть желание пострелять из чего-то более крутого?       - Думаешь, больше - круче? В моей жизни мне довелось знать почти весь наш состав полиции, и там были такие ребята, что, признаю, убедили меня в крутости и превосходстве пистолета.       - Ничего и не говорю против, - пропел Коул, убирая револьвер и доставая со стеллажа Винчестер, - Пистолет практичнее, не спорю. Но есть много чего мощнее, круче и для особых целей. - он протянул мужчине оружие, - Держите. Вам именной ствол Ди, от сердца отрываю.       - Диди с ним охотится на демонов? - слегка усмехнулся тот, взвешивая калибр в руках.       - Экзорцист во плоти, - посмеявшись с отсылки на сериал, - Брата в Казахстане потерял. - юноша указал на серебряные буквы на рукояти, - ВИНчестер. Первые три буквы его имени: ВИН. Сорян, дальше пока еще не угадал.       - Интересно, как выглядит процесс угадывания, - Гордон задорно улыбнулся. - Играете в виселицу?       Коул скопировал его улыбку, выбирая себе снайперскую винтовку:       - Да есть у нас договорённость одна. В покер на желания играем. Когда нечего было загадывать, несколько раз выбирал его имя. Вот раз за разом, когда-то провал, когда-то успех, но первые три буквы есть. - он резко вспомнил и показал на пальцах: - И в фамилии две буквы: Уд. Вы же, надеюсь, не думали, что его реально Диди зовут? - обратился Коул к Гордону и считав его взлетевшие брови, ухмыльнулся: - Это "младший брат" с китайского. Скорее всего псевдоним взял со времен в Китае.       - М-м-м, да, у него в гардеробе было много азиатской одежды. И, учитывая, что она мне подошла по размеру, он не был тогда ещё таким... массивным. А сейчас, - мужчина будто слегка завореженно начал проводить кончиками пальцев по инициалам на оружии, - у него такая мощная спина. И руки... Они наверняка повидали столько всего, стёрлись на кончиках, огрубели. А как напрягается его шея, когда я его бешу. Кхм, но у него, конечно, мания помечать. Вся одежда в инициалам.       Лицо Коула на мгновение застыло в странном выражении удивления и затянувшейся "шутки". Он сжал губы трубочкой, кивая, бросая на Гордона беглый взгляд, уводя сразу в сторону и стараясь сдержать улыбку, напрягая мышцы лица.       - Кхм, да, просто соглашусь? - Коул поводил челюстью, расслабляя лицо, - Интересные мысли, Гордон. Я тоже люблю описывать Алекси, когда смотрю на него. Знаете, - он поводил рукой в воздухе, - Подмечать детали... тела. - после чего прочистил горло, сжимая пару раз глаза, - Ладно, проехали. Это же совсем не важно в этом контексте. Две стороны одной медали, мир схлопнется, все дела, да…       Гордон отвлёкся от натирания ствола и интригантским взглядом проследил за молодым человеком, не переставая хитро улыбаться.       - И часто вы наедине занимаетесь тем, что описываете тела друг друга? Разве нет более привлекательных занятий для двух любящих людей?       Брови Коула поползли наверх, он подавился воздухом, пока губы несколько раз открывались и закрывались, не зная, что и произнести.       - ...Куда удивительным образом свернул наш разговор.       - Это всё магия юности. Смотрю на тебя и вспоминаю себя в твои годы, - Гордон развернулся к тиру, применяясь на винчестере к мишени. - Даже раньше, в студенческие. Расскажу тебе секрет, до универа Бенезет был немножечко панком и носил пирсинг в губе. Коул закатил глаза, внутренне сопротивляясь, чтобы представлять Бенезета молодым, счастливым, со своими увлечениями и способом самовыражения.       Смотря, как пуля пролетела до мишени, Коул чуть помедлил, прежде чем спросить:       - А расскажете о своём студенчестве? Вы же на юридическом были.       - Ох, дай мне секунду тогда на воспоминания. Вряд ли де ты хочешь слушать про нудные моменты, а обучение на юриста почти только из них и состоит, - чуть помедлив, мужчина всё же продолжил. - У нас было очень классное кафе рядом. Каждый обед проводили там. Бывало прийдешь после занятий, сдвинешь столы, договоришься с управляющей и впятером на кейсы или групповой проект. Или подготовка аргументов по теме, чтобы на следующий день раскатать оппонента на дебатах. А нам на них преподаватель всегда кидал темы из практики, актуальные ситуации. И вот, кажется, учишься разбираться в законе, а знаешь обо всём в мире. Были случаи, нас привлекали в реальные идущие расследования. Особо хорошо помню, как работал совместно с ребятами из полицейской академии под началом криминального психолога. Мы его Sci-fi звали, такой интересный был мужчина. Мысли как необъятный океан, острый ум, профессионализм. Я с ним потом ещё пересекался, когда сам судьёй был. Сейчас он, наверное, в науку ушёл, годы уже солидные.       - Получается, юристы не работают в одиночку? - уточнил Коул, - Вы привлекаете только психоаналистиков или еще кого-то?       - Зависит очень сильно от ситуации. Консультации проводят спокойно и в одиночку, а когда что-то действительно интересное, то одной головой, конечно, не обойдешься, - Гордон слегка поджал губы, сосредоточенно думая над ответом, желая дать действительно полезную информацию интересующемуся человеку. - По опыту Бенезета, у него огромная сеть знакомых экспертов и специалистов своих областей. Это то, как подходит к делу профессионал. Или вот прокуроры - их выступление это и вовсе совместная работа нескольких отделов.       - А берут кого угодно? - продолжал закидывать его вопросами Коул, держа винтовку перед собой в разложенном виде, будто бы забыв уже о ней, - То есть есть ли официально назначенные специалисты в конкретных отделах, как ваш Sci-fi, или берут кого захочется?       - Ох, молодой человек, твой энтузиазм так ласкает мою душу, - Гордон всё ещё держал в руках винчестер, но перестал теперь целиться, переводя все внимание на Коула, будто готовясь к долгой и интересной лекции-беседе. - Обычно, это происходит так… . . .       Упираясь на свой кий, Коул провожал взглядом шары на столе для бильярда, дослушивая Гордона:       - Я начинаю жалеть, что не вёл заметки все это время. У вас насыщенная жизнь и интересная профессия. Даже не ожидал услышать столько подробностей.       - После моего отъезда у Ди останется сборник по правоприменительной практике с моими комментариями. Будет интересно, забери себе, - старший мужчина медленно потянулся, разминая спину после игры. - Ещё у Алекси в комнате лежит учебник - общий обзор на профессию. С дополнительными записями, актуален до сих пор. Он к нему не прикасался, а тебе может пригодиться, раз ты так интересуешься. Всегда приятно поделиться знаниями с такими энтузиастами как ты, - Гордон краем глаза зацепил время на часах на стене. - Ох и заболтались же мы.       - Это да. - согласился Коул, забивая последний мяч в лунку, - Время пролетело очень быстро. Я даже не предполагал, что у нас сложится такой потрясающий диалог. Спасибо вам. - На его лице засияла легкая улыбка, пока он закинул кий в общую подставку, - Я уберу стол, можете идти первым.       - Ну не прелесть ли этот ребёнок, - Гордон тепло улыбнулся и, проходя к выходу мимо Коула, потрепал его по плечу. - Поспешу к нашему папе, малец. Он так тщательно сейчас следит за моим питанием.       - Во все глаза, как коршун, - отшутившись, Коул проводил Гордона взглядом, убирая и сортируя шары из лунок.       Присев на край стола, Коул вытащил телефон, быстро набирая Алекси и выпаливая в трубку:       - Ты не поверишь, что у меня сегодня было весь день… . . .       В кабинете было тихо. Стол пустел без папок, которые Гордон обязательно найдёт позже и рассортирует как "надо", только чашка кофе дымилась на краю.       Всё такая же гадость на вкус, что мужчина поморщился, выпивая половину и осматривая спальное помещение. Всё также без признаков Диди. Оставалась только ванная.       Шума воды не было, но дверь была прикрыта. Так что допив кофе, Гордон оставил чашку и заглянул внутрь.       Комната была вся в водянистом пару, но даже он не помешал сразу заметить перед собой мускулистое тело. По спине стекали крупные капли с волос, обводя выступающие рельефы. Лопатки напрягались и раскрывались как крылья, пока руки, широкие и грубые с красивыми венами, ползущими от основания шеи, будто паутина из-под татуировки паука, занимались чем-то спереди. Гордон не видел, чем именно, он потерялся в линиях этого сильного тела, которое могло накрыть бы его целиком.       В ногах будто промелькнула секундная слабость, а щекам стало так жарко, будто весь пар в секунду осел на них.       Мужчина развернулся в пол-оборота, потянувшись к висящему рядом полотенцу. Боковым зрением Ди заметил "гостя", наконец вставая к нему лицом. На лице отражался невысказанный вопрос, брови изогнулись, но он ждал, что скажет Гордон, не сводя с того взгляда, попутно завязывая полотенце на бёдрах.       Тот явно не мог зайти "случайно" или "просто так", но судя по румянцу на его щеках, увидеть то, что он увидел, он не ожидал. В душе появилась искорка озорства. Этот потерянный вид обычно гордого и взбалмошного человека сейчас представлял собой потерянность и интерес, отчего Ди на пробу сделал шаг в его сторону, нависая почти вплотную над Гордоном.       - Ты меня искал? - раздался низкий голос.       Мужчина слегка отступил назад, хватаясь рукой за дверной косяк, но не выходя из ванной. Губы слегка приоткрылись в учащенном дыхании, а сердце, непонятно от чего, забилось как птичка в клетке. Ему потребовалось больше времени, чем обычно, чтобы сконцентрироваться на вопросе.       - Было пусто - подумал, "гостеприимный" хозяин сбежал от своего гостя. Но чашка кофе разубедила. Искал, - глаза пробежали по линии пресса и груди. Гордон не стеснялся его рассматривать, но отдалённо чувствовал, что загоняет этим себя в ловушку. - Нашёл.       - Нашёл. - Ди повторил за ним и чуть ухмыльнулся, наблюдая за метаниями Гордона. Бедром прислонившись к раковине, Ди сложил руки на груди, давая грудным мышцам еще немного приподняться, - И? Что ты хотел сделать, когда найдёшь меня? Я весь во внимании.       Краска почти охватила все его лицо, а в животе появились отдалённые ощущения затягивающегося узла возбуждения. Гордон влажно выдохнул, размыкая и сжимая губы без слов. Даже его прямая осанка чуть опала, плечи сгорбились в смущении.       - М-м-м, это... по ситуации. Может, - он резким движением втянул воздух, - тебе стало плохо. Я бы милостиво добил.       Ди позволил себе легкий смешок, который поспешил прикрыть рукой.       - Ты сегодня слишком добр ко мне. Расскажешь, что подняло тебе так настроение. Но может сначала... - он метнул глаза к двери, намекая.       - О, - перед Гордоном будто в момент рассеялась пелена. Он, скептически выгнув бровь и фыркнув, прошёл к раковине, пихая Ди бедром, чтобы тот уступил немного места. - Мне нужно помыть руки. Да, сейчас. Постоишь ещё немного голым, не убудет.       Гордон мог в зеркале заметить, как Ди отошёл в сторону в особо весёлом настроении, как вдруг послышался звук падающего полотенца. Ди спокойно начал одеваться, не обращая внимания на невольного наблюдателя.       Со стороны раковины послышался громкий фырк. Гордон закатил глаза и отвёл взгляд от зеркала, рваными движениями домывая руки и почти выбегая из ванны, даже не вытерев руки полотенцем.       Спустя какое-то время, Диди вышел из ванны, оправляя у зеркала пряди снова уложенных волос.       Присоединившись к Гордону в гостиной, он опустился на диван, поднимая кружку с кофе и тут же отставляя обратно, коротко вздыхая.       - Как прошла ваша встреча с Коулом? - начал Ди, открывая книгу и читая с последнего отмеченного закладкой места.       - Малец достойно вытерпел этого старика. Даже, возможно, вынес из разговора что-то полезное, - Гордон развернулся на своё место, хватая книгу в чужих за верх и отводя от чужих глаза. - Я пытался быть милым, знаешь. Но, как оно и бывает: "закон Мерфи: события имеют тенденцию развиваться в худшую сторону.”       - От плохого к худшему, это ты так описываешь свое общение с людьми? - Ди подчинился, убирая книгу и внимательно смотря на Гордона, - Бывает ли что-то милее старающегося старика ради отношений с сыном.       - Да ты... Чувствуешь себя сегодня в ударе, не так ли? Прочувствовал живительные мгновения тишины, - лицо мужчины было противоречиво: губы изображали дружелюбие, но глаза слегка гневно сузились. - Моё чадо этим не впечатлить. Это закономерность, по которой иду и я, и идешь ты. "Такая уж судьба у отцов - разочаровывать детей. “       - А ты у нас сегодня ходячий сборник цитат. - подметил Диди, также сужая взгляд. - Кто же включил в тебе эту коробку передач?       Гордон медленно отстранился, поджимая губы и выпрямляясь на месте, как палка. Прошло с десяток секунд, прежде чем он снова ухмыльнулся.       - Да ты же, кто ещё. Кто-то мне раньше говорил, что уместное цитирование - признак начитанности, а другие упрекали, что это знак того, что нет своих личных мыслей и мнений... Здесь, конечно же, второй случай. Пусть тебя порадует, что ты хотя бы чем-то можешь пошатнуть моё равновесие, - он фыркнул, прежде чем закончить. - "...накачанным может себя назвать любое суфле. “       Ди протянул руку к Гордону, осматривая складки на одежде Гордона, поднимая и опуская воротник рубашки, после позволяя себе скользнуть по основанию шеи:       - Где же у тебя переключатель? Все не могу найти.       - Его местоположение тебе недоступно... Но ты и так уже переступаешь границы, - тело максимально напряглось, кажется, ещё секунда и из него появятся иголки как у ежа. - Отстань от моей шеи, ты там не найдешь подружку для своего паука.       - О, переключил, - подметил Ди, делая вид, что нисколько не рад этому моменту. Он перевел взгляд обратно на книгу, готовясь вернуться к чтению, - Время ужина, дорогой. Предпочитаешь в столовой или попросить принести сюда?       Гордон резко побледнел и, не говоря ни слова, вылетел из кабинета.