Любовь безумцев - Amor insanissimae

      Он благословлял тот день, когда подружился с Бенезетом. Этот мужчина знал действительно всё и обо всех. Утром он почти сразу принял его звонок и подыграл флирту Гордона, понимая, что тут диалог по большей мере ведётся не с ним, а идёт игра на "зрителя".       Днём мужчины собрались уже очно, чтобы претворить план в действие.       - Индийская музыка для ритуала Джапа. Пробивает даже самые стойкие уши.       Найти в интернете эти мотивы и включить их на самой высокой громкости не составило труда.       - Ритуал проводится в тайне от солнечного света при свечах.       Гордон плотно зашторил окна, хоть и света из-за ливней изначально было немного, расставил свечи и зажёг их, погружая кабинет в трудную для глаз полутьму.       - Комната окуривается благовониями. Стойкими, чтобы запах не уходил ещё пару дней.       По просьбе Гордона милашка Оливер, желая быть полезным, достал всё нужное менее чем за час. Мужчина мягко потрепал юношу по голове и поджёг пахучие палочки.       - "Алтарь" окропляется подношением. Думаю, алкоголь сойдёт, у Диди его, вероятно, много.       Гордон с удовольствием выпил один стакан, прежде чем щедро разлить напиток по пустому дорогому рабочему столу.       - И зачитываются сутры. В общем-то, думаю, ты можешь просто бормотать, что тебе хочется. Будет чудо, если он выдержит всё, что ты сотворил до этого.       - Спасибо, Бенни. Уверен, что всё сработает?       - Уверен. На вечерах Ди всегда сторонился громкой музыки и ярких запахов. А его глаза, если они напряжены постоянной работой, как ты говоришь, должны умирать от полутьмы.       В таком виде тот и застал свой кабинет, возвращаясь туда с очередной кипой документов.       - Ты серьёзно? - коротко прокомментировал Диди, если бы его голос можно было услышать сквозь оглушающе громкую музыку.       С ощущением, что его кабинет превратился в мистический клуб, Диди со злостью бросил бумаги на стол, намеренно задувая свечи и резким движением открывая шторы. Диди бубнил что-то себе под нос, выключая музыку и злобно обращаясь к Гордону:       - Если хочешь играть в ритуалы, иди в какой-нибудь ашрам, но не мешай людям работать.       - Но ведь мне нельзя покидать здание, - мужчина с невинной улыбкой снова включил музыку и, будучи почти полностью заглушенный её звуками, схватил штору рядом с рукой Ди, намереваясь закрыть. - Это для твоего блага. Ритуал призван очистить место ото зла. Смотри, как дымятся благовония - этот кабинет просто притон Сатаны.       Ди со злости закатил глаза, намереваясь уйти от этого разговора.       Его рука потянулась забрать отброшенные бумаги, но вместо этого нащупала что-то мокрое.       Мужчина так и застыл.       - Что на моем столе...? - вымолвил он, но слишком тихо в окружении музыки. Его рука ударила по проигрывателю снова его выключая: - Что ты сделал с моим столом? - спросил Ди громче, отходя, чтобы включить свет. Глаза только тогда уловили, как документы покрылись коричневыми разводами от разлитого виски, бутылка из-под которого стояла там же рядом.       Понимая, что его рука тоже оказалась "испачкана" этим, Диди словно в ужасе на деревянных ногах скрылся в ванной, усиленно оттирая руки с мылом.       - Видишь, зло уже начало выходить из тебя! Пару таких сеансов, и ты попадёшь в рай! - прикрикнул Гордон ему вслед, возвращая свет и музыку как было. - Завтра ко мне ещё Алекси заглянет. Не станешь де препятствовать "старающемуся старику, ради отношений с сыном"?       Диди, наскоро вытерев руки, вылетел из комнаты, в отвращении отшатываясь от свечей и благовоний, откидывая то, что мешалось на пути, и вылетел из кабинета. События последних дней давили невыносимо, вызывая уже хроническую головную боль. Мужчина метался по всему кабинету, теряя остатки терпения. В злости откинув документы на столе, Ди облокотился на сжатые кулаки, закрывая глаза и пытаясь вспомнить местонахождение договора.       В кабинет послышался тихий стук. Николай проскользнул в кабинет, кивая в приветствии мужчинам.       - Господин, Господин Фидель...       - Что у тебя? - спросил уставший и раздраженный голос.       - Господин... Тут это... - мужчина подошёл к столу, подкладывая к Диди чуть измятые бумаги: - Ребята у измельчителя нашли. Перепроверяли и заметили, что это действующий договор.       Ди открыл глаза, смотря на бумаги, которые поднял чуть дрожащей рукой.       - Может ошибка произошла, - попытался сказать мужчина, но Ди его остановил.       - Свободен. Спасибо за внимательность.       - Да, благодарю, Николай. Это было очень оперативно, - Гордон полулежал на диване, довольный и расслабленный. - Диди ищет эти документы всё утро.       - Молчи. - резко отсек его слова Диди, - Просто замолчи.       Николай, ощущая атмосферу, быстро скрылся, осторожно прикрывая дверь. Диди глубоко дышал, пытаясь прийти в себя.       - Ха, нервный какой, - Гордон хмыкнул, чуть привставая, чтобы дотянуться до одежды и начать перебирать вещи.       - Я нервный? - Ди повысил голос, выходя из-за стола и направляясь к Гордону. - Ты всю неделю изводишь меня всеми возможными способами. Каждый раз, когда я думал, что ты закончил, твоя фантазия не переставала удивлять. А теперь это! - он встал напротив Гордона, привлекая его внимание к разговору, - Так расскажи, в каком мне быть состоянии.       - В таком, наверное, и быть. Раз я тебя "извожу", - тот бросил короткий взгляд вверх, но это было единственное внимание с его стороны. - Сходи, помойся. В прошлый раз помогло, сразу умным таким стал.       - А ты так и блещешь разумом. Ты только и делаешь, что дерзишь, огрызаешься, выводишь. - Мужчина схватил за плечо Гордона, разворачивая на себя, - Да оставь ты эти вещи! На меня смотри, когда я с тобой разговариваю!       - О, так в ход пошла грубая сила, - дернув плечом в хватке, он закатил глаза, но подчинился. - Я же так глаза свои бессовестные прячу. Сты-ы-ыдно мне.       - Не утруждайся, я понимаю, что тебе нет дела до того, что я пытаюсь донести. И стыда ты никакого не испытываешь, но я тебя прошу. - Диди сложил руки перед собой, - Я тебя умоляю хотя бы проявить уважение. Ты понимаешь, что это такое? Это умение слушать и понять человека.       - Ой, Ди! - Гордон вскрикнул, подрываясь с дивана и оказываясь к Диди вплотную. - Да я святого, видимо, обидел, да? Я же тут пришёл и навожу свои порядки. Не меня выкрали из моего дома, не меня тут заперли - нет, я пришёл и "сделал это без уважения", видимо. А ты? Ты меня уважаешь?! Или как мне расценивать твои действия?       - А напомнить ли тебе, что этот выбор ты сделал сам? Я приковал тебя наручниками? Я держал тебя взаперти? Может я угрожал тебя убить, если ты посмеешь покинуть это место? - Ди не смог сдержать себя от более высокого тона, почти что срываясь на крик в ответ, - Ты сам предложил свои условия, и сам на них согласился!       - И мои условия не включали правила поведения! Ха, что-то не нравится? Ну, сам пригрел, - рука Гордона взметнулась и ткнула Диди в солнечное сплетение. - Думаешь, я здесь, потому что мне так хотелось остаться? Да это лучшее, на что я мог сторговаться с тобой!       - А вот ты тут, ох, как заблуждаешься. Ты был волен делать все-е-е, - он не сдержал руки при себе и широким жестом обвел всю комнату, - все, что только душе угодно! Но нет, ты выбрал жить в моем кабинете, а не сидеть в самой дальней комнате!       - О я мог бы, конечно, мог! Спать в комнате, где над подушкой прибит топор! Быть милой мышкой и не отсвечивать! Говорить только, когда спросят! И многое другое, что сделало бы твою жизнь такой прекрасной, но знаешь, - Гордон тяжело дышал, переводя дух между выкриками, - я не просил об этом всём. О комнате, об одежде, о твоей компании, о книгах, о еде - я не просил! Ты спрашивал меня: "тебе так невыносимо находиться рядом со мной?" Да! Я ненавижу всё это!       - Ненавидишь, отлично! Замечательно просто! - Ди схватил вещи с дивана, бросив их в сторону, - А чего тогда сидишь, перебираешь? Тебе же так противно от всего, может наконец выкинешь?       Гордон чуть отшатнулся в сторону, слегка теряя уверенность во взгляде. Руки сжали низ рубашки. Леопардовой, что он всё же тайно похитил из его гардероба.       Он понимал, что это просто провокация, в конце концов, у Гордона не было другой подходящей одежды на руках. Кроме того эта кипа всё напоминала об их приятном совместном вечере и будто была гарантом, что любые распри между ними лишь краткий всплеск эмоций.       - Я уж разберусь, что делать с вещами, что теперь мои. Или хочешь вновь меня оставить перед собой совершенно беззащитным?       - Так разбирайся. - Диди кивнул в сторону кипы вещей, - Чего стоишь, пристыженный? До этого тебе хватало наглости делать то, что нужно именно тебе, наплевав на других людей.       - Да какой же ты, - от возмущения не хватало воздуха, - мерзкий, отвратительный... Да, отвратительный! Как ты смеешь выставлять меня в чём-то виноватым, когда изначально мы оказались в этой ситуации из-за тебя. Может хоть сейчас ты прекратишь это? Чего орать друг на друга, если ты можешь просто вернуть меня домой?       - А ты этого так и ждешь. - саркастично пропел Ди, - Поскорее бы сбежать, вырваться из "власти тирана". Здесь ты читаешь книги, чтобы бесить меня, а там это будет в принципе единственное твоё развлечение. Здесь твои мысли хоть кому-то нужны, их слышат, на них отвечают, а там для кого это все будет?       Комната замерла в секундном молчании.       - Да пошёл ты!.. - лицо Гордона исказилось в ярости, чего Ди не мог увидеть из-за полетевшей в него одежды.       Что рвалось - Гордон рвал, остальное раскидывал по углам и в мужчину напротив.       - Ничего мне от тебя не нужно! Слышишь! Ничего! - каждое слово сопровождалось комком летящей одежды. - Ни твоё внимание! Ни твоя одежда! Подавись!       Когда вещи на диване кончились, Гордон начал стягивать её с себя, стараясь как можно скорее от неё избавиться.       Ди стремительно кинулся к Гордону, пытаясь схватить его руки:       - Успокойся! Совсем с ума уже сошёл?       - Отъебись! Не трогай меня! - мужчина на пике своих сил вырывался из хватки, используя любую возможность, чтобы отпихнуть более крупного мужчину от себя. Он пихался локтями, царапал, толкался телом, пока наконец не освободил одну руку и не зарядил звучную пощёчину.       В голове повис тупой звон. Лицо Диди отлетело от пощёчины в сторону, застывая в нечитаемом выражении.       Когда он снова повернулся, его взгляд впился в лицо Гордона, разгораясь фиолетовым огнём.       - Ну все, - Диди жестко сжал предплечье Гордона и резко потащил за собой. Гордон успел сорвать с себя почти все вещи кроме рубашки, но несмотря на это, Диди выволок его в коридор, направляясь к лифтам. - Будет по твоему!       - Ди, мне больно, - пытаясь вырваться, Гордон упирался ногами в пол, царапался и пытался оттащить чужую руку. Когда за ними закрылась дверь лифта, он в бессилии отвернулся, переводя дух. - Выставляешь нас посмешищем.       - Ты правда так думаешь? - съязвил Диди, смотря на меняющиеся этажи на табло, - Я был уверен, ты обожаешь быть в центре внимания.       - Для меня непривычна роль клоуна, Пеннивайз, - глянув на панель, Гордон фыркнул. - Высоко же "моя комната". Я прям принцесса в башне.       - А я страшный дракон или клоун? Определись.       Проигнорировав его вопрос, мужчина вновь попытался вытянуть руку из хватки. Диди не двигался на его препинания.       - Будет время подумать. - бросил он, когда услышал звон нужного этажа, выходя в коридор. За пару шагов Диди доволок Гордона до его комнаты.       Оказывались внутри, тот несколько секунд проходил в себя, пока не открыл дверь, чтобы крикнуть Диди вслед:       - Знаешь что, твоя дочь умерла напрасно - ты всё так же живёшь насилием и только своими желаниями, - не дожидаясь ответа, он захлопнул дверь, запираясь изнутри и облокачиваясь на неё спиной в поиске передышки.       - Катись к тем, кто терпит твой характер, только потому что сами до смерти невыносимы! - крикнул Диди сквозь дверь, ударяя по ней раскрытой ладонью.       Гордон почти закашлялся от того, как резко вдохнул. Его голос звучал приглушенно сквозь толстые стены.       - Меня по крайней мере никто не продавал как вещь!       Эта фраза выбила дух из мужчины, заставив его дёрнуть ручку несколько раз, и оттого, что она не поддавалась, снова ударить по двери ладонью.       - Было бы что в тебе продавать! Ты чужому ребёнку ближе, чем родному сыну! Ногти коротко цапарнули дерево, пока перед глазами стояла пелена ярости, а челюсть сводило от напряжения.       - А ты никому не близок. Ты сдохнешь в одиночестве и немощи, поскольку без своей власти ты никому не нужен. Ты вырастил из этого ребёнка инструмент, даже не попробовав узнать, что он за человек. Да представится у него возможность - он сбежит и не вспомнит о тебе никогда.       Рука мужчины так и застыла у двери, медленно опускаясь вдоль тела.       Диди сверлил дверь мутным взглядом, со злости сжимая кулаки и стремительно отходя от двери с одним единственным желанием поскорее покинуть это место.       Тень за углом наконец отмерла, когда глава скрылся в лифте, и вскоре сама покинула сцену ссоры. . . .       - Три апероля, записано, девушки, что-то ещё? - Коул наклонился ближе к посетительницам, позволяя волосам упасть на глаза, пытаясь услышать их ответ.       - Нет, на этом все! - прикрикнула девушка в гуле музыки, махая перед Коулом меню, - Мы одно себе оставим?       - Без проблем. - показав знак рукой, Коул спрыгнул со стойки, подхватывая шейкер, - Напитки уже на подходе.       В клубе витала завораживающая атмосфера тропического праздника. Интерьер утопал в буйстве экзотических масок: переливы золота и изумруда украшали стены, а в каждом углу притягивали взгляд креативные фотозоны, приглашающие гостей проникнуться настоящим духом островной вечеринки. Полумрак зала мягко подсвечивался гирляндами тёплого света, отблески отражались в зеркалах и мелькали на лице каждого гостя, мешаясь с мелькающими лазерами от сцены с диджеем.       Столики были украшены россыпью разноцветных блёсток, так и приглашая гостей добавить огонька в свой образ, и за каждым столом можно услышать хохот, обмен бодрыми тостами и веселое трещание браслетов, также посыпанных глиттером. Воздух ощущался терпко густым от аромата свежих фруктов, чуть уловимая сладость ананаса перемешивалась с бодрящим запахом мяты и кокоса.       У барной стойки царил настоящий водоворот: особо яркая компания девушек праздновали день рождения, их глаза искрились ожиданием, только что прозвучал заказ, и теперь взгляды были прикованы к бармену.       Образ Коула сразу приковывал к себе: особо уложенные густые кудрявые чёрные волосы, чуть взлохмаченные и непривычно длинные, что кудри мягкой волной ниспадали на тёмные брови и слегка прикрывали глаза. Он надел прозрачный лонгслив, подчёркивающий изящную линию плеч и смелые чёрные кресты на груди, вызывающе приковывающие внимание. Взгляд излишне дерзок: глаза были мастерски подведены тёмным карандашом, а губы аккуратно очерчены.       С ловкостью он смешивал напитки, движения уверенные и гибкие, в каждом жесте чувствовался артистизм. Как только коктейли оказались готовыми, он подал их девушкам с чуть загадочной улыбкой. В этот момент одна из них озорно протянула баночку с блёстками:       - Давай! Тебя тоже! - Коул, не раздумывая, склонился лицо вперёд, позволяя нанести мерцающие акценты на скулы. Блёстки искрились на его коже, отражая свет лазерных прожекторов, и кажется, что теперь в клубе стало на одну звезду больше. И он не упустил момента покрасоваться перед девушками, которые сопровождали его действия одобряющими вскриками и хлопками.       Ночь только начиналась, и в воздухе витало ощущение волшебства, будто каждый миг мог стать незабываемым, а любой мог засиять ярче, стоило лишь добавить каплю блёсток и дерзкого веселья.

***

      По комнате мягко разливался приглушённый свет лампы, необходимый, хоть на улице и был день. Серость дождя над Лос-Анджелесом всё не отступала. Стук капель по подоконнику сливался с тихим напевом Алекси, который расположился полулежа на диване, держа перед собой различные наброски нот.       Погружённый в работу, он не сразу заметил вибрацию на своём телефоне. Алекси попробовал дотянуться до столика, на котором тот лежал, но не смог и, дернув плечами в простодушном безразличии, вернулся к работе.       Через минуту раздался новый звонок, теперь уже со звуком.       "Агнесс" - догадался он. Только она могла на расстоянии проникнуть в его телефон и отключить беззвучный режим.       Алекси всё-таки встал со своего места и принял вызов.       - Агни, - уже по её дыханию он понял, куда всё идёт, - да, они все твари.       - Не то слово. Я устала, и мне нужна твоя компания, - её голос притих, видимо, параллельно с разговором Агнесс всё ещё решала какие-то дела. - Через час записалась на починку своего ногтя, через три хотела бы встретиться.       - Конечно. Здесь недалеко ресторан...       - Нет-нет, я не выдержу снова сидеть несколько часов. Найди место, где нам будет весело, - она неожиданно зашипела от боли.       - Что такое? Ноготь?       - Ага. Не могу поверить, что у мужчины с таким огромным животом и ужасным запахом изо рта такое твёрдое лицо, - избегая вопросов, Агнесс решила сразу пояснить. - У него поднялся на меня член, а у меня на него кулак. В общем, лебедь, через три часа с тебя адрес и ты сам в моей машине. . . .       - Ты разочарована.       Агнесс сидела в салоне и, надув губы, напряжённо качала ногой. На её изящных пальчиках блестел перламутровый лак, будто чистейший жемчуг. Алекси сидел рядом с ней в лёгкой, но плотной ситцевой рубашке цвета закатного неба, в местах сгиба ткань переливалась оттенками оранжевого, розового, синего и сиреневого, создавая таким образом причудливые голографические переходы на собранных у локтей рукавах. У горла перламутровые пуговицы были расстегнуты на одну больше, чем полагалось по этикету. На ногах были светлые брюки с разрезами по бокам от середины бёдра. Расходиться штанинам в стороны не давали цепочки, идущие в несколько рядов по всей длине разрезов. Своей формой цепочки перекликались с украшением на тёмно-синих мокасинах на его ногах.       - Я, Алекси, смотрю на твою шею и понимаю, что там не хватает жемчужного ожерелья. И именно это меня напрягает. Мы в любом случае едем в магазин. Если уж у мероприятия есть тема, то я собираюсь ей соответствовать.       Там она всё-таки дополнила образ Алекси по, конечно, их совместному представлению. В их волосах, у мужчины на один бок, у Агнесс на другой, теперь были заколки с экзотическими цветами, вместо ремня в шлевки Алекси был продет длинный цветной платок, завязанный каким-то сложным пышным узлом руками мастера из ателье. Девушка надела яркое платье, сидящее в точности по фигуре и подчеркивающее всё её изгибы: тонкие лямки шли за шею, завязываясь на манер купальника, на плечах лежали тонкие цепочки с драгоценными камнями. Такие же были и на бёдрах, удерживая вырезы платья. Она покрутилась перед зеркалом на высоких босоножках, на щиколотке блестел ножной браслетик.       - Ты прекрасна, - рука Алекси игралась с ожерельем на шее: оно было не из идеально круглых жемчужин, а из природных причудливых форм. - Твоя красота сразит наповал любого мужчину там.       Агнесс улыбнулась уголком ярко алых губ, находя отражение его взгляда в зеркале. Она изо всех сил гнала прочь мысль, что ради именно его взгляда она всё ещё готова стараться сильнее всего.       Крис довёз их до самого входа в клуб, что-то бурча про то, что видит в последнее время это место чаше, чем дом родной.       Агнесс сразу скользнула в сторону прохода для ВИПов, вопросительно поднимая бровь на Алекси, уточняя, позаботился ли об этом его кавалер. В дверях их встретила охрана и, осмотрев небольшую сумочку Агнесс, пропустила их внутрь, вручив "пропуски" - браслетики в тропическом оформлении.       Девушка ушла вперёд, а Алекси задержался, здороваясь со знакомыми, которые также его узнали и тепло поприветствовали.       Почти сразу потеряв спутницу из виду, он не упустил момент скользнуть сразу к барной стойке, где и нашёл Коула. По пути, он расстегнул еще пару пуговиц рубашки.       - Милый, - дождавшись, что тот закончит с клиентами, Алекси шагнул за стойку и протянул его к себе, целуя несколько раз в щеку и губы. - Здесь действительно тропики. Я смотрю на тебя, и мне жарче с каждой секундой.       Коул обвил шею Алекси руками, легко устраивая их у него на плечах. На лице сияла яркая улыбка с момента, как их взгляды пересеклись.       - Просто твой мужчина крышесносно выглядит. Привет, малыш, - лёгкий поцелуй в губы, после чего рука скользнула вниз по телу Алекси, легко зацепляясь за шарфик в виде цветка на бёдрах Алекси, игриво подтягивая мужчину за него к себе, - Отныне это моя любимая деталь твоего образа.       - Уверен? - Алекси игриво прикусил его нижнюю губу, тиснее прижимаясь торсом, где пуговицы никак не скрывали вид на грудь. - А мне нравятся твои цепочки. Наверное, они так звенят, когда ты делаешь коктейли. Я даже на танцполе смогу понять, когда стоит вернуть сюда свой взгляд, чтобы увидеть это мастерство.       "Пиздец он сексуально выгляди-и-и-т" - взрывалось сознание Коула, пока он ловил момент, чтобы рассмотреть каждую деталь чужого образа. Он посмеялся от смущения и оставил быстрый поцелуй на ключицах Алекси, наконец отпуская из своих объятий.       - Давай, мачо, - Коул шлепнул Алекси по ягодице, надеясь быстрее отвернуться, чтобы спрятать смущение, - Вон из моей зоны. Где малышку Агни потерял кстати? Вместе же должны были приехать.       Алекси кинул взгляд в толпу, не надеясь действительно её найти, но девушка в эту же секунду показалась у противоположного выхода к бару.       - Бармен! Что-нибудь с вишней... - разглядев лицо Коула, она хмыкнула, посылая ему быстрый и небрежный воздушный поцелуй вместо приветствия. - Взрывной.       Ответив ей на воздушный поцелуй, Коул подмигнул, подхватывая меню и кладя перед ней на барную стойку, присаживаясь на свою рабочую зону и прислоняясь к стойке ближе.       - Смотри, по базе есть: - он указал пальцем в меню на несколько позиций: - Май Тай, Пача и Лонг. Ты скажи, что хочешь в составе, я тебе намешаю.       Положив руку на подошедшего к ним Алекси, Коул привлек его внимание, что-то доставая:       - Это безалкогольная карта, - начал он, переворачивая ее на другую сторону, - Вот тут коктейли на основе чая, мы их недавно добавили. Вы, кстати, где сядете, ребят? - обратился он уже к обоим, пока они смотрели меню, - У нас есть места за баром, в зале и на втором этаже.       - На втором этаже тише, и лучше слышно вашу фоновую музыку, - Агнесс легонько настучала мелодию ногтями. - Малазийские мотивы - обожаю. Но я же не стану отрывать голубка от голубки. Классный пресс, бармен, - она саркастично ухмыльнулась. - И такой можно наработать, крутя блендер с Пачей за стойкой? Мне её, кстати.       - Будь у меня такие объемы, даже работать не пришлось бы. Природный дар? Завидую чёрной завистью. - лёгкий, шутливый, даже слегка флиртующий тон раздался в сторону Агнесс, пока Коул легко скользнул к ней взглядом, параллельно забивая в планшет заказ.       - Твою то днём с огнём не сыщешь, действительно. Это для этого ты на соски наклеил крестики? - она схватила Алекси за руку, притягивая к себе ближе и шепча ему. - Смотри, так и кричат: мы главное сокровище на этом тропическом острове. Видишь?       - Вижу, - он повернулся к ней, пытаясь не упасть со стула от силы её притяжения и резко потерял ориентацию от цветного взрыва перед собой. - Агнесс! Что?..       Она рассмеялась, отстраняясь и поднимая руки вверх в сдающемся жесте, на её ладонях сверкали розовые и жёлтые блёстки - остатки от тех, которые она сдула на Алекси.       Коул хоть и прыснул со смеху, но протянул руку отряхивающемуся Алекси, легко разворачивая его к себе за подбородок.       "Слепой котенок..." - подумал он, стоило увидеть лицо мужчины с закрытыми от внезапной атаки глазами. Он лёгким нажатием большого пальца протер веки Алекси салфеткой, чуть приподнимая его лицо за подбородок под конец.       - Все, дыши, - отклонившись, он выкинул салфетку, разминая пальцы, - Потом наиграетесь, тут этих блесток дохера. Малыш, давай уже, определяйся. Что будешь пить, и я побежал к другим гостям, - поторопил его Коул, закидывая руки за голову, покачиваясь из стороны в сторону.       - На твой вкус, - процедил он, не раздумывая, всё ещё пытаясь проморгать. - Только не слишком сладкое, побольше цитрусов.       Девушка же, отсмеявшись, отошла от них в поисках лучшего света. Проверив в зеркальце свой макияж, она распределила остатки блёсток по скулам и декольте, пока стараясь не думать какой мукой будет их смывать.       Стоило девушке чуть развернуться, как на неё внезапно налетел мужчина, то ли оступившись, то ли не выдержав этой толкучки.       На ее глазах он в ту же секунду в ужасе от неё отпрыгнул, прижимая к себе руки, что потянулись натянуть на лицо ещё сильнее капюшон, и тотчас быстрым шагом скрылся от девушки.       Агнесс вопросительно подняла бровь ему вслед, но уже не нашла его спину, мужчина в темном быстро затерялся в тенях. Девушка хмыкнула и сразу же забыла о нём, наверняка это был какой-нибудь человек из персонала.       - Понял, - Коул у стойки принял заказ, улыбаясь Алекси, - Удивлю тебя.       Он забрал чеки из аппарата, отходя в сторону, чтобы рассмотреть заказы.       - Извините, - его отвлекли новые гости, - нам еще два джин-тоника, - добавив ручкой заказ на чек, Коул вытащил вейп, мерно затягиваясь, пока сортировал бумаги. Коул взял шейкер. Его руки уверенно сомкнули две части, лёгкий щелчок донесся до гостей. Он плавно поднял шейкер, и лёд приглушённо зазвенел внутри. Начался ритм: мягкое, но уверенное встряхивание, которое казалось танцем, так он плавно покачивался вверх, вниз, круг, снова вверх. Каждый взмах сопровождался звонким ударом льда по металлу. Он ловко переключал скорость, играя с ритмом, словно дирижёр оркестром, не переставая нагло улыбаться, заметив, как девчонки у бара начали видео съемку, устраивая шоу уже и для них. В конце он резко остановился, ловко снял крышку и, не прерывая движения, через ситечко влил напиток в охлаждённый бокал.       Промывая шейкер для новых коктейлей и мешая пока простые коктейли с газировкой, он быстро отдавал за бар заказы, наконец начиная готовить коктейли для Агнесс с Алекси. Хотелось изощриться, но не переборщить: рассматривая стеллажи с сиропами, Коул вытащил несколько бутылок, аккуратно смешивая жидкости вместе, добавляя лёд, фрукты и вермут. Тут подбросив шейкер в воздух, хватая его и начиная смешивать, его взгляд скользнул к сидящему недалеко Алекси, а уши тронул лёгкий румянец. Мужчина сидел в расслабленной позе, почти сиял от блесток и огней вокруг, глаза Коула смотрели за движением его пальцев, как те огладили ожерелье на шее, оттянув его чуть от себя, как чуть задралась рубашка, как скользили пряди волос.       Закончив, он открыл шейкер, переливая напиток, и закончив со вторым, сразу выставил их на бар.       Сложив руки на стойке, он лег на них головой, в нетерпении ожидая реакции Алекси. Мужчина, будто всё ещё завороженный его движениями, не сразу потянулся за напитками. Скрыв это за вальяжностью, он элегантно обхватил тонкую ножку бокала и полная коктейль к себе. Медленными движениями взволновав прохладную жидкость, Алекси вдохнул приятный фруктовый аромат и отпил, не сводя взгляда с глаз Коула. Понадобилась всего секунда, чтобы цитрус обволок его рецепторы, а холод льда сделал дыхание свежим.       С довольным придыханием выпустив холодное облачко изо рта, он приблизился с бармену, поддевая его подбородок и стремительно целуя его в губы, давая также почувствовать вкус коктейля. Алекси ворвался в его рот яркой вспышкой, но и быстро отступил, оставляя Коула в ошеломлении.       - Это чаевые, - мужчины облизал свои губы и поднялся из-за стойки. - Я вернусь за добавкой, бармен.       Взяв оба напитка, Алекси плавно ушёл в толпу, не сливаясь с ней из-за грациозной поступи и светлых волос.       - Какой же он ахуенный... - опьяненный аурой Алекси, Коул бессильно лег на стойку, хлопая себя по щекам.       - Да, он такой~ - послышались игривые девичьи восклики рядом. - Вы милашки!       - Хэй! Мой мужчина, только я могу так говорить, - шутливо бросил Коул, смеясь вместе с девушками, и возвращаясь к работе.       Налив гостям шоты в честь праздника, он оставил один себе, чокаясь с ними, и закинул в себя немного алкоголя, смотря в спину Алекси.       Вынести эту пытку на трезвую голову было бы невыносимо.       В неоне тела сливались в одну массу, ото всюду слышались приглушённые голоса сквозь музыку. Среди ярких вспышек и цветастых нарядов найти Агнесс было не так просто, но она сама поманила Алекси, заметив его приближение. Она стояла у края круга, образовавшегося около приглашённой артистки, которая в тематическом костюме разогревала толпу на танцы.       - Такая красивая, - задумчиво протянула она, принимая свой напиток. - Загар ровный. Интересно, натуральный или побрызгалась. Так хочется летом солнышко, и такие мероприятия, конечно, спасение среди затяжных дождей.       - Скоро должны отступить.       - И мне поверить твоему наитию? Ты же не смотришь новости, - Агнесс склонила голову на бок, игриво покачиваясь корпусом.       Алекси усмехнулся, пожимая плечами и поднимая бокал для чоканья.       В отчаянии хватаясь за барную стойку, мужчина тяжело дышал, наконец добравшись до Коула. Тот, заприметив гостя, помахал ему рукой, стремительно приближаясь.       - Легенда, друг, рад тебя видеть, - пожав ему руку, Коул с лёгкой ухмылкой оглядел его состояние: - Вай, тебя будто бы поезд переехал.       - Они все... - мужчина начал говорить, но было заметно, как по телу шла лёгкая дрожь: - Орут, кричат, двигаются, трогают друг друга... Сова! Там одна... - он наклонился ближе, приглашая Коула сделать также, и гневно зашептал: - Она терлась об меня!       - Вау, какие новости, Лег. - саркастично протянул юноша, протирая полотенцем стакан, облокачиваясь на стойку плечом, - Чем терлась? Буферами али задницей?       - Ты так говоришь, будто бы это обычное дело! - мужчина все не унимался, - Сам то не в шоке?       Коул закатил глаза, равнодушно пожав плечами:       - Сорян, бро. У меня стояк с членов, а не с сисек.       - Тогда представь, что на тебя бы навалился мужик с расстегнутой ширинкой, а там пятидесятисантиметровый хуй.       - Значит вместо хуя, у неё были...       - Огромные. Я чуть не умер на месте, когда они до меня докоснулись.       - Ты драматизируешь, парень. Будто бы впервые в жизни видишь женскую грудь.       - ... Такая способна оставить травму даже опытному мужчине.       - Ладно, ладно. - его взгляд устремился в толпу, - Хоть покажь, о ком ты не можешь заткнуться? Девушка, что заставила тебя говорить, ух, да она супер женщина. Легенда прикрыл лицо ладонью, сжимая край капюшона и робко указал на танцпол в сторону Агнесс.       С новой песней на танцполе хлынул новый поток людей, от чего им пришлось немного сместиться ближе к центру толпы. Энергичный ритм сразу взволновал людей, вызывая множество одобрительных вскликов. Агнесс даже пришлось прижать к себе бокал, чтобы спасти напиток от танцоров с особо длинными конечностями. После привычки к медлительности и возвышенности светских вечеров, девушка будто только сейчас в полной мере осознала, куда её привели.       - Не наше это море, - Алекси обнадеживающие улыбнулся.       Сквозь музыку его слова было практически не слышно, но Агнесс вполне уловила посыл через мимику. Также она и заметила брошенный им взгляд в сторону бара, который сейчас от них скрывался за силуэтами людей и ярким сфокусированным светом прожекторов и ламп. Вздохнув, девушка сделала большой глоток - тот сразу взорвался во рту пьяной вишней, затопив рецепторы. На самом деле одна из лучших вариаций приготовления этого напитка, что она пробовала.       Возвращая внимание к Агнесс, Алекси аккуратно взял её за свободную руку, ответив на вопросительный взгляд подмигиванием. Он начал раскачивать её в импровизированном танце, веселя и подталкивая к раскрепощению. Они уже бывали в клубах, когда собирались всей компанией, и это всегда было чудесным временем. Возможно, им двоим просто не хватало тех, кто подтолкнул бы сзади и сказал "сияй". -       Придурок, - буркнула девушка, незаметно для себя начиная улыбаться. - Ладно, нет, - Алекси наклонился ближе, пытаясь услышать, что она говорит. - Красивый, очень красивый!       Мужчина слегка рассмеялся и довольно прикрыл глаза, показывая в ответ сердечко из пальцев.       Пока в руках были напитки, они двигались в своём темпе танца, который в какой-то момент превратился в обмен жестами, а после в кривляния и передразнивания. Так они этим увлеклись, что чуть от смеха не пустили свои коктейли через нос. Как раз под конец песни бокалы были пусты, и Алекси отбежал на секунду из толпы, чтобы передать их официантам.       Мазнув взглядом по бару, мужчина чуть поправил влажные от духоты волосы, специально нарочито эротично облизывая губы, когда такой же цепкий взгляд Коула уцепился за него в ответ. Слегка дернув свой пояс, он бросил тому намёк, что помнит о своём милом партнёре и вернётся к нему при первой возможности, а пока быстро растворился в толпе на танцполе.       Там Агнесс уже довольная кайфовала под следующую песню, даже подпевая. Алекси не решился её отвлекать, видя, что та от удовольствия даже закрыла глаза, и будто двигалась на основе лишь своих чувств. Зато вот некоторые мужчины откровенно на неё таращились. Он попытался прикрыть её за собой, но девушка лишь по наитию схватила его за руку, завлекая в свой танец.       - Забей на них. Если магия не ушла из моей жизни окончательно, они не рискнут подойти.       - Что же за магия?       - А ты не помнишь? Всякий раз, как ко мне в школе кто-то приставал или пытался обидеть, я говорила тебе, и на следующий день проблема решалась. Алекси недоуменно похлопал глазами.       - Разве это не заслуга Феликса?       Девушка фыркнула, но ответила, не задумавшись.       - Как будто он встал бы когда-нибудь на мою защиту, - Агнесс резко, но грациозно обернулась вокруг своей оси и, схватившись за рубашку Алекси, потянула его на себя. - Больше огня! На-а, Алексис, ты мне должен веселье и фан.       Легенда приподнял край капюшона, смотря за Коулом, что залипал в сторону той "красотки". Только он в непонимании свел брови, как в той же стороне увидел мужчину, завлекающего ту самую девушку в танце. Коул неосознанно завалился на стойку чуть сильнее, чем стоял до этого.       Взгляд Алекси, такой глубокий и сосредоточенный, словно прожигающий насквозь, заставлял сердце учащённо биться. Он ощущал, как от простого взгляда на танцующего Алекси появлялась неотвратимая сила влечения, даже на расстоянии это действовало словно проклятая магия. Он не мог отвести глаз, утопая в этих чувствах, словно его в ту же секунду опрокинули в горящий чан с водой или с чем-то приторно густым и сладким, что разливалось по всему телу.       В своём разглядывании он не заметил, как его голова чуть склонилась, и из сладких фантазий его вывел Легенда, протянувший руку, чтобы прикрыть Коулу рот.       - Твой парень?       - Если я не самый счастливый человек в мире, то кто я. - мечтательно произнёс Коул, намереваясь продолжить разглядывать.       - Пока ты просто как пёс слюни пускаешь.       - Даже со стороны можно умереть от простого наблюдения... Как обычная одежда и движения могут сделать человека еще привлекательнее... - сказал тот, погружаясь в свои фантазии. Он не видел, но по тяжелому вздоху со стороны, можно было явно понять, что Легенда закатил глаза, но тоже присоединился к разглядыванию, однако другого человека. Сосредоточиться было невозможно, откровенные вырезы на груди, животе и бёдрах возмущали сознание, делая даже простой взгляд неловким, что нельзя было сказать об остальных участниках вечеринки.       - Будешь что-то делать? - немного неловко спросил Легенда, отворачиваясь к стене.       - Ты про что? - недоуменно спросил Коул, немного недовольный, что его выдернули из фантазий.       - Тут же запрещены приставания. Её как стервятники окружили. - Легенда ухватился за край капюшона, а голос стал чуть тише.       - Ну, добровольное согласие никто не отменял. Я же не знаю, какой у неё настрой. - отмахнулся Коул.       - Так спроси. - неожиданно настоял Легенда, - Что тебя останавливает? Вы же знакомы.       - Как вернутся, спрошу. - Коул перевёл на него взгляд, брови чуть сошлись, - Чего это ты вдруг?       - Ненавижу людей, которые позволяют себе лишнее. С ней ещё и мужик стоит, а им будто бы плевать.       - Есть такое... Может не видят в нем конкурента, учитывая, как часто он отвлекается на меня.       - Просто сделай что-то... - он поджал губы, кривя улыбку, - Не надо искать оправданий. Если ее увезут отсюда, вина будет на тебе.       - Она любому каблуком в пах засадит, не думай, что она так проста. Её тронут только если она сама позволит.       - Ты все еще ищешь оправдания. Прекрати заранее то, что может начаться.       - Да боже мой, спрошу я! - Коул всплеснул руками, почти ударяя ими по стойке, - Ты очень завёлся для человека, которому плевать на остальных.       - Мне не плевать на то, что с людьми может случиться то, о чем они потом пожалеют.       - Окей. - тот закатил глаза, складывая руки на стойке.       Ритм кружил толпу, а вместе с ней и Алекси с Агнесс, кидая их из одного края танцпола на другой. Вспышками мимо проносились лица, прожектора, декор.       - У меня немного кружится голова, - Агнесс потянулась к уху Алекси в перебивке между песнями, её слова были торопливыми, чтобы успеть договорить, а то перекричать музыку уже было трудновато.       Мужчина кивнул в сторону бара, аккуратно придерживая венок, на своей голове - несколько минут назад по танцполу ходили девушки и раздавали их, но не всем, а по своему усмотрению. Когда Алекси на голову опустился один такой, Агнесс уже хотела острить, что тот опять ненароком влюбил с себя девушку, но не успела, так как следующий был уже на её голове. Алекси венок был слегка большеват, от чего так и норовил упасть и испортить причёску, от чего тот недовольно фыркал. Девушка указала на диджейский пульт, как бы говоря: "Закончится эта песня, и пойдём.“       Ненадолго убежав по делам, Коул снова припал к стойке, наливая им с Легендой стопки текилы, и не задумываясь, осушил свою. Глазами внимательно разглядывая Алекси в толпе, он ненароком погрузился в свои мысли, под их тяжестью склоняя голову в бок и приоткрывая губы. В каждом движении, жесте тот сиял на танцполе ярче любых звёзд. Но вскоре к фантазиям добавился контрастный венок, что так небрежно лег ему на голову, что создал отчасти смешной и внеземной образ, перетекая в мысли о мифических созданиях и феях.       Яркий румянец напал на лицо Коула, заставляя с силой хлопнуть себя по лицу. Тот уверенно развернулся, придерживая собиравшегося сбежать Легенду.       - Я скоро буду.       - Я не хочу тут оставаться... - взмолился мужчина, но послушно остался у стойки, считая секунды, когда Коул вернётся.       Тот же на бешеной скорости влетел в туалет для персонала, закрывая дверь и скатываясь по ней, оседая на пол.       Сердце учащенно билось, пуская по рукам мелкую дрожь. Вскочив с пола, Коул резким жестом открыл гран, подставляя голову в раковину под поток ледяной воды, остужаясь. "Черт... Надо собраться... О чем я вообще думаю..."       Смахнув капли с волос, он поспешил вернуться за стойку, чтобы не отсутствовать слишком долго. Он видел, что его окликнул Легенда, но вместо слов поставил перед ним еще один шот текилы, и побежал выполнять заказы. Действия механические и дерганные, но такие же профессиональные.       Все так. Отвлечься в работе. Не думать лишнего.       - Коул, - услышав свое имя со стороны, он дёрнулся, из-за чего лёд в его руках разлетелся во все стороны. Ногой откинув куски за стойку, и смахнув рукой то, что осталось рядом сразу в раковину, он с привычной лёгкой улыбкой обернулся к ребятам, делая жест рукой, что сейчас подойдёт.       Закончив и отдав напитки, Коул подплыл к Алекси и Агнесс, упираясь о столешницу руками.       - Повторить? Или новенькое надумали?       - Ох, парень, кому-то не понравился твой сервис? - девушка потянулась рукой и слегка дёрнула за выбивающуюся прядь в его волосах.       - Ты выходил так из комнаты для персонала, - Алекси снял венок и заколку-цветок, что сбилась на его волосах. Они теперь самым неудобным образом лезли в глаза. - У вас не прорвало трубу?       - Надеюсь, что тропическая слякоть не входит в программу вечера, - Агнесс порылась в сумочке и предложила ему небольшую расчёску и резинку для волос, которые мужчина сразу использовал. - Мне тропический микс, бармен.       Коул неловко засмеялся, не отвечая на вопросы и отвлекаясь на планшет, чтобы воспользоваться моментом и скрыть начинающее краснеть лицо.       Вернувшись, оба были разгоряченные, их образы растрепались, но Алекси... Его рубашка была расстегнута почти до последних пуговиц, пряди волос выбились из прически, и теперь оказались крепко затянуты в высокий хвост.       - Тропический микс записал. Алекси? - Коул поднял глаза на мужчину, сразу пожалев, ибо встретившись с ним взглядом, ему пришлось нервно сглотнуть, ибо оторваться он уже не мог, и смущённо отвести взгляд от гостя тем более.       Слова прошли мимо Алекси, пока он наблюдал, как капли падают с волос Коула и оставляют влажные следы на прозрачном обтягивающем нечте, что "скрывало" его верх. Он вполне мог себя контролировать и держать взгляд только на лице, но раз уж он скользнул ниже...       Маленькие крестики выглядели так дерзко и развратно, что весь образ превращался в воплощение греха. Определённо, не будь их, наряд был бы бесстыдным, но без изюминки, без волнительной загадки.       Как Коул будет их снимать? Это же не пластыри с мягкой серединой, а чёрный скотч с грубым клеем. После этого его соски наверняка будут так чувствительны, что даже дуновение заставит их сжаться в комочки, а их хозяина застонать. Алекси бы мог их облизать, успокоить потревоженную кожу. Будь они наедине, он бы и сами крестики сорвал зубами, удерживая Коула у стойки руками на выразительном прессе. Эти долгие секунды тишины и откровенного разглядывания заставили Коула застыть и смотреть в ответ. С каждой секундой пламя внутри разгоралось до новых граней. Моргая, пытаясь отогнать наплыв эмоций, Коул приоткрыл рот, намереваясь что-то сказать, но осекся.       - На... мой... вкус? - ломано проговорил Коул, ища на лице Алекси хоть грамм заинтересованности происходящим, но тот будто бы вообще не обращал внимания ни на что, кроме того, что считал важным и главным. А тем временем пальцы, так и застывшие у экрана планшета, мелко подрагивали, заставляя Коул попеременно то сжимать, то разжимать их.       - Алекси, - девушка слегка ущипнула его за бок, от лёгкого напряжения накручивая другой рукой прядь на палец, - он тебе вопрос задал.       - Конечно, - Алекси не выглядел так, будто отмер, но он медленно опустился на стул. Улыбка и огонь всё ещё были в его глазах. - Заказ на твой вкус, да. По твоей одежде вижу, он у тебя замечательный.       Развернувшись на деревянных ногах, Коул закинул фрукты в блендер, закрывая его крышкой, чтобы убрать шум из помещения клуба.       Сердце постепенно начало успокаиваться: то ли его наконец отвлекла работа, то ли холодная вода все еще освежала голову.       Сложно было не прочесть в пристальном взгляде Алекси не самые приличные мысли, или может Коул сам себе надумывал: он тоже этого не знал. И это незнание становилось лишь хуже, ведь сознание считывало сигналы по своему усмотрению.       Каждую секунду приходилось напоминать себе вопреки атмосфере, что рядом с ним была Агнесс. А Коул давно пообещал себе больше не выводить девушку "излишним" повелением. Право дело, они уже взрослые и контролирующие себя люди, и если он мог доставить кому-то дискомфорт, лучше было держать и руки, и взгляд при себе, пока они не останутся наедине.       Пока работал блендер, Коул наконец вышел из своих мыслей, почти ударяя себя ладонью по лицу: Легенда все еще стоял у стойки, прижавшись к ней лицом и почти молясь на испанском.       Коул быстро к нему подошёл, хлопая по плечу и возвращая в сознании, чтобы услышать жалобно-гневно:       - Я тебя ненавижу...       - Извини, извини... - попытался оправдаться Коул, кривя извиняющуюся улыбку. - Иди домой скорее. - он поманил его ладонью, показывая скорее отдать флешку и уйти с миром. Легенда вытащил конверт из кармана, который оказался сто раз как смят нервными движениями внутри кармана, прежде чем перекочевал в руки Коулу.       - Una buena noche, amigo. - бросил ему Коул, отбрасывая конверт и убирая флешку к себе в карман.       - Не пытайся в испанский, у тебя дикий итальянский акцент в нем. - саркастично произнёс Легенда, махая рукой на прощание и исчезая в толпе.       - Закладки передают незаметнее, Коул. - послышался голос девушки.       Коул не глядя вытащил флешку, зажимая ртом колпачок и открывая ее. На показ выставив руку, он пытался воткнуть в неё флешку и расстроенно "пискнул" с помощью колпачка, зажатого между зубами.       - Чёт не колется, бракованное что ли... - закрыв флешку, проговорил Коул, максимально играясь интонацией.       - Не туда вставляешь, дорогой, - перед ними теперь стояли напитки, так что Агнесс вальяжно отпила из своего и покачала перед лицом пальчиком. - Твой USB гораздо ниже. Сп-       - Агнесс, - Алекси её перебил, понимая, что её колкости переходят грань Коула, - теперь в обычном свете я вижу, как тебе идёт этот венок. Всё цветы такие яркие и так подчёркивают твои глаза. Быть может, у них есть значение? - обратился он уже к Коулу. Вытирая руки полотенцем, Коул встал ближе к Алекси, легко улыбаясь уголками рта:       - Сегодня вечером проводится конкурс лучшего тематического наряда. - объясняя, он несколько раз складывал полотенце, прокручивая свои мысли в голове, - Номинантов отмечают этими венками. - он тут же вскинул голову, отмахиваясь от этой серьезности, - Но не переживайте, участие необязательно. Можете оставить венки у меня, вы так откажетесь от участия автоматически.       - Я бы посоревновались, - девушка приосанилась, выпячивая свои внушительные формы над столом. - Алекси?       - Если бы он с меня не спадал...       - Может его можно повесить как ожерелье. Мистер Бармен, - она обратилась к Коулу елейным голоском, - куда я могу обратиться за дополнительной информацией?       Коул бросил быстрый взгляд на Агнесс, потянувшись к рации на бедре.       - Хей, Саша, ты на месте? - услышав ответ в наушнике, он продолжил: - По конкурсу к тебе направлю. - отключившись, он указал в сторону вип зала, - Иди прямо и к арке, там будет стойка хостес, зовут Александра, она все расскажет.       Присев на рабочую зону, Коул облокотился локтем о стойку, затягиваясь вейпом и смотря в сторону.       - Оставлю вас. Найдете, чем заняться, - Агнесс прихватила свой напиток и, слегка покачивая бёдрами, направилась в указанном направлении.       Алекси проводил её недолгим взглядом, убеждаясь, что никто по пути к ней не пристал, а после развернулся к стойке. Как он успел отметить, в этот раз людей было гораздо меньше, чем в предыдущий - почти все барные стулья были пусты, а значит можно было полностью занять внимание Коула.       Помешивая свой напиток трубочкой, Алекси впивался глазами в движения человека напротив, в его мимику, детали и не мог налюбоваться, пока запах от выдыхаемого им дыма наполнял воздух вокруг них.       - Кажется, у моего счастья есть запах - мятный, - Алекси потянулся к Коулу рукой, чтобы коснуться дергающихся пальцев. - Счастье, что случилось? Почему на самом деле ты такой мокрый и дерганный?       Коул не спешил, медленно перевёл взгляд на Алекси. Он заглянул поочередно в его глаза, после чего его взгляд упал на протянутую руку, там и оставаясь. Его пальцы не спешили, они задумчиво прикоснулись к кончикам пальцев Алекси, не желая торопить момент. Коул медленно скользнул ими дальше, по ладони, ощутив тепло и мягкость кожи. Аккуратно обхватив пальцы, он большим огладил костяшки, придавая трепету и близости особую интимность, безмолвную теплоту.       - Не бери в голову, мне уже лучше. - прижавшись щекой к его ладони, Коул на мгновение прикрыл глаза, открывая их и снова заглядывая в глаза Алекси, не отрываясь. - Что думаешь про конкурс?       - Думаю, что наши образы слишком хороши, чтобы остаться без справедливой высокой оценки, - каждая крапинка в глазах Коула казалась совершенством. - Когда мы жили вместе, ты говорил, что мой небрежный утренний хвостик - это самая лучшая причёска, - Алекси кокетливо наклонил голову. - Может, именно так мне стоило заплестись сегодня с самого начала?       Коул улыбнулся с его слов, отстраняясь от руки, но не разжимая ее, развернув к себе ладонью и выводя на коже круговые узоры пальцем.       - Я бы не пустил тебя на танцпол в таком виде. - в попытке сдержать еще большую улыбку, Коул чуть прикусил нижнюю губу, - Я скучаю по тем временам. По тебе. Часто вспоминаю твое сонное лицо по утрам, милашка, - он легко посмеялся, притянув руку, чтобы поправить передние пряди причёски Алекси, - Тебе закрепить венок? Думаю, он не упадёт, если будет лежать на макушке.       - Закрепи, - мягко протянул Алекси, подхватывая венок и нежно проводя пальцами по листочкам. - В твоих золотых руках любое дело спорится... У меня тоже есть то, что я вспоминаю. Как, например, было интересно тебя слушать, когда ты рассказал о цветах, - он протянул венок и гостеприимно улыбнулся в знак предложения и намёка.       Коул принял венок одной рукой, кладя в пространство между ними, попутно переплетая с Алекси пальцы.       - Монстера в основе венка - символ надежды и вечной жизни. Орхидея несёт в себе дух юности и нежности. Оранжевые цветы, - Коул указал на детали у центра композиции, - Антириум. Отвечают за позитивный настрой и олицетворяют жизненную силу. В центре же гибискус - любовь, уважение... страсть. И наконец франжипани. - Коул обхватил бело-розовый цветок пальцами, выделяя его из общего ряда и поднимая взгляд к Алекси: - символ вожделения, эротики и бессмертия.       - Почему же именно его ты так выделяешь? - Алекси привстал со столу, нависаю телом вперёд ближе к Коулу. - Поэтому так дрожат твои руки, что ты вдохнул его аромат слишком глубоко.       Руки потянулись к волосам, распуская их и забирая резинку себе. Выгрузив венок Алекси на макушку, Коул поправил выбившиеся пряди, воспользовавшись моментом, чтобы поддеть его подбородок.       - Это не аромат цветка так на меня действует. - Коул приблизился к его лицу, так близко, что губы почти соприкасались с его ушами. - Я не могу быть спокоен. Твоя одежда сидит невероятно сексуально, твоя улыбка чертовски заводит, и о боже мой, как я завидую, что не слышал, о чем ты говорил этими губами с другими людьми. Твои духи... Я утопаю в этом запахе. Ты спрашиваешь, почему мои волосы мокрые. Потому что я ходил в уборную и держал голову под холодной водой, чтобы хоть немного остыть. И боже, как же долго тянется моя смена, и до её конца ещё дольше. Но к этому времени ты отправишь Агнесс домой, и сам сядешь в такси, а я тебя провожу, и вернусь к уборке клуба. Но знай, все время, что тебя не будет рядом, я собираюсь представлять, как твоя одежда намокла и облепила тело, как я вывожу пальцами каждый его сантиметр и вдыхаю твой чертовский аромат. Я хожу с этими мыслями с момента, как ты вошёл в эти двери, как расстегнул рубашку, как каждый раз твои глаза на меня смотрели. Я не могу быть спокоен. Ведь больше всего на свете сейчас... меня мучаешь именно ты.       Алекси ухмыльнулся и медленно выдохнул, окружая себя обжигающим воздухом. Рука взметнулась и обняла подбородок Коула, ленивым властным игривым жестом удерживая на месте его лицо. Теперь они поменялись местами - уши Коула могли ощущать чужое дыхание и мимолётные искры от почти соприкосновения с губами.       - Ты на работе, а тебя так просто отвлечь. Ты мне льстишь, я не настолько неотразим, но раз уж я так тебя пьяню... - вторая рука медленно наклонилась, от чего из бокала, поднятого и находящегося сейчас в ней, по кромке вниз по стеклу к пальцам и сквозь ладони потек сладкий напиток. Лицо Коула слегка дернулось, ловя взглядом мутные капли. - Смотри мне в глаза, - бокал был оставлен на столешнице и забыт, рука плавным движением поплыла вверх и задержалась на шеей, пока несколько капель не упало между ключицами на полупрозрачный материал и остались там крупными идеальными кругами. Сладкие пальцы прижались к чувственным губам, не проталкиваясь внутрь, лишь оставляя интригующий липкий след прямо посередине. - Награда достаётся лишь хорошим мальчикам. Будь для меня сегодня таким.       По коже прошла не одна волна мурашек. Наэлектризованное тело ощущало каждую каплю, что упала на кожу и впиталась в прозрачную ткань одежды. Стало невыносимо жарко.       Медленно вдыхая и выдыхая воздух, он неотрывно смотрел на Алекси, не скрывая, как сильно его глаза утопают в едком пламени возбуждения. Коул приоткрыл рот, языком собирая сладкие капли с пальцев, обхватывая их губами, чтобы облизнуть, и также легко отпустить, выгнув шею.       Алекси держался стойко, хоть внутри уже и вспыхивал пожар. Смотреть, как эти подкрашенные блеском губы смыкаются на пальцах, было так же завораживающе, как представлять влажные стоны Коула от игры с его раздраженными скотчем сосками. Это то, к чему стоило быть готовым: провоцируешь - будь готов получить провокацию в ответ.       - Это страсть в тебе, любимый? Или я натренировал тебя уже до уровня рефлексов?       Уперевшись рукой о стойку, Коул прикусил внутреннюю часть щеки, резко опуская голову от смешка. Дерзко смотря на Алекси, Коул сделал пошлый жест, держа пальцы колечком у открытого рта и толкаясь в щеку языком, улыбаясь уголком губ.       - Твои пальцы для меня как леденец. Рефлекс есть на кое-что другое.       - Поразительно, как наши рефлексы совместимы, - Алекси обошёл стойку и прижался вплотную к Коулу бёдрами. - Мы бы могли извлечь из этого пользу. Или ты только дразнишься? - то был интимный шёпот прямо на ухо. - Затряслись поджилки, м~       Коул поднял голову и вгляделся в глаза Алекси, пытаясь уловить хоть тень сомнения, но встретил лишь пыл огня в его взгляде. Легким движением пальца он задел шарф, что свисал на бёдрах Алекси, подтянул его немного ближе к себе и тихо прошептал:       - За мной, ковбой.       Сделав уверенный шаг к выходу из рабочей зоны, Коул уже в руках сжал рацию и спокойно сказал:       - Кир, подмени меня на десять минут.       Алекси расслабленно шёл следом, лишь слегка покраснев на скулах. В штанах становилось всё теснее.       Он бросил быстрый взгляд в зал, но Агнесс поблизости не было, так что время для них двоих имелось. Мужчина не ожидал, что всё дойдёт до такого ещё на самой вечеринке, но и не удивился - Коул всегда заводится с пол оборота, а сам Алекси ему был готов потакать в любой момент.       Отворив дверь комнаты для персонала, Коул стремительно схватил шею Алекси, притягивая его к себе за поцелуем и скрывая их тела за захлопнувшейся дверью. Яростно и жадно сминая губы Алекси, Коул растворялся в моменте, отчаянно хватаясь за шею и плечи мужчины.       Руки обняли его в ответ, обхватив вокруг талии и приподнимая его от пола. Губы Алекси были мягки и податливы под проникающими ласками, готовые в любой момент ответить с той же страсть.       Сквозь ткань под пальцами ощущался жар кожи, она покрывалась мурашками и лёгким потом, будто Коул сгорал изнутри. Прижиматься так к огню было всё равно, что добровольно отдаться во сожжение и отдать всего себя этим цепким рукам. Лёгким нажатием на грудь Алекси, Коул навалился на него сверху, заставляя упасть на диван под ними. В мгновении, что Коул навис над ним, в глазах скользнули искры диких мыслей и ни капли разума.       Вместо слов работали губы, руки, язык, целуя каждый сантиметр открытой кожи, спускаясь все ниже и ниже, оставляя дорожку от помады на груди Алекси, создавая контраст от холодных цепей, что скользили вслед за движениями Коула. До ушей Алекси доносились отголоски голоса Коула, невнятное мычание от удовольствия, что он получал. Алекси схватился за спинку дивана, сжимая обивку до тихого треска. По его собственным плечам вниз поднимались мурашки от разницы температур, делая кожу ещё чувствительней. Он не направлял Коула, давая тому полную свободу действий в пределах своих желаний, пока у самого в глазах темнело по краям, оставляя ясным только силуэт партнёра.       Выпрямившись и оказавшись между ног Алекси, Коул ухватился за его бедра, разводя ноги шире, прежде чем потянуть за шарф на поясе, развязывая бант.       - Будто бы подарок открываю. - произнёс Коул, поднимая шарф, давая ему скользить по животу Алекси, пуская лёгкую щекотку.       Он повел рукой, чтобы шарф лег ему на плечи.       - Красивая безделушка. Заберу себе. - когда Коул снова склонился, его губы легли на горячий пах, потираясь о возбуждение Алекси, - Знаешь ли, это преступление. - он расстегнул штаны, стягивая их вместе с нижним бельем, - Сидеть с невинным лицом и с таким выразительным стояком одновременно. Отпусти себя, - его язык прошелся по твердому стволу: - тут тебя никто не услышит.       - Я себя и не держу, моя любовь, - Алекси наслаждался видом сверху вниз, одной ногой за спину прижав Коула ближе. - Но то, насколько я буду громким и быстрым - в твоих руках. Ты же, кажется, не запер дверь.       - М-м-м, - протянул Коул, отпуская член изо рта с громким, пошлым звуком. - Возбуждающе. К нам в любой момент могут зайти, - игриво добавил он, не задумываясь ни на секунду о рисках ситуации.       Запах Алекси и тепло его налитого члена пускали по телу волну возбуждения, переходившую в дикий, почти животный экстаз. С каждым сильным толчком его тело пело от наслаждения, которое только усиливалось, когда плоть становилась всё массивнее, а стоны вибрировали, отзываясь внутри него.       - Ха, - выдохнул Алекси вверх, прикрывая глаза от яркости ощущений. - Да в нас ни капли стыда.       Видеть такого Коула было так греховно-сладко, что он был уверен, сексуальнее этого вида ничего быть не может. В этих ласках он не просто был готов отпустить контроль, но и преследовать удовольствие, которое накрыло бы их обоих. Коула искренне хотелось любить, а не просто потакать и подстраиваться.       Рука отпустила спинку и опустилась вниз, зарываясь в тёмные волосы. Он нежно пропускал через пальцы влажные пряди, движение - почти поглаживание, как подбадривание за правильные действия. Его тело расслабилось в откинутом положении на диване, а глаза томно следили из-под век. С каждой секундой Алекси стонал всё звонче, от грудных хриплых звуков до почти вскриков, приближаясь к разрядке.       Звуки и прикосновения подстёгивали Коулa к более активным движениям. Он менял темп, стараясь принять член Алекси глубже, до самого горла, теряясь в ощущениях наполненности и твёрдости, что казались ему одновременно невыносимыми и чарующими. Это был член возбужденного Алекси - его Алекси.       От нежных рук по телу растекалось приятное тепло, которое кружило голову и разжигало желание. Коул крепко сжимал бедра, скользя пальцами по коже сквозь ткань брюк, постепенно оттягивая её, кружа по подрагивающим бедрам и медленно поднимаясь к животу. Его прикосновения казались исследовательскими, словно он электризовал каждую точку тела.       Глаза закатывались в экстазе, похоть пронизывала каждую клетку. Хотелось действовать сильнее, полностью отдаться этому мгновению, раствориться в этом теле, наполниться его ароматом и примерить роль служителя наслаждения - возвысить Алекси и подарить ему счастье, которое загоралось во взгляде и вибрировало в каждом вздохе.       - Коул, сейчас...!       Оргазм наступил в то же мгновение, как обе его руки легли на голову Коула, требовательно прижимая её ближе, но одновременно и удерживая от того, чтобы задохнуться. Бёдра Алекси подбросило на диване под стонущие завывания. Голова запрокинулась на спинку, и венок слетел с макушки, оставаясь незамеченным среди дурмана похоти и оглушающего взрыва удовольствия.       Подхватив Алекси под ягодицы, Коул требовательно их сжал, подтаскивая его на себя. Язык собрал оставшиеся капли спермы с члена, чтобы не испачкать одежду, наконец отпуская нежный орган. Выпрямившись, Коул поводил немного челюстью, разминая ее. Его взгляд любовно окинул тело Алекси под ним, позволяя глазам наполнится игривыми искрами. Все еще придерживая Алекси за бедра прижатым к себе, Коул расслабленно облокотился на его колено, не отрывая взгляда от мужчины. Дождавшись, когда их взгляды пересеклись, Коул не сдержал дерзкой улыбочки:       - Знал бы ты, что видят мои глаза, ты бы ахуел, каким ты можешь быть сексуальным.       - Я растекшееся под лучами своего солнышка мороженное на хрустящей вафле, - голос звучал лениво и тихо, будто мурчание кота. Пальцами он нежно заправил Коулу прядь за ушко. - Я верну своё вечером, когда ме-е-едленно буду снимать с тебя эти прозрачные ткани и отрывать зубами полоски скотча.       Коул не смог удержаться от легкого смеха со слов Алекси, в душе наполняясь трепетом и тёплыми чувствами. Стремительно приблизившись к Алекси, он упал на него, заваливая обратно на диван, крепко прижимаясь к его телу, лицом утыкаясь в грудь.       - Почему ты такой милый и сексуальный одновременно, останови-ись. - пробубнил тот, скользя руками по спине Алекси.       - Ты видишь меня таким, - мужчина положил подбородок на его макушку, притягивая к себе ближе и поглаживая выразительную спину с трогательными позвонками и рельефными мышцами. - И это лучшие комплименты, что мне делали.       - Ты моё счастье, ты знаешь об этом? - его голос был полон нежности, а тёплые прикосновения приносили такое наслаждение, что казалось, можно остаться в этом мгновении навсегда. Лёгкое опьянение лишь усиливало тепло и радость, которые переполняли Коулa. - Просто помни это. Я очень рад, что ты сегодня здесь со мной.       - Говоришь так, будто нам скоро придётся расстаться, - Алекси вздохнул полной грудью, так было странно не чувствовать собственного страха, сжимающего внутренности, а только бесконечное тепло от переполненность любовью. Его губы не могли остановиться от легких поцелуев в вихристую макушку, а руки трепетали над самым ценным для него, что только могло быть в этом мире. - Я с тобой сегодня, завтра и бесконечность после. Пока в моих руках есть силы, я буду держать тебя так крепко, как только могу.       Коул засмеялся, то был искренний, радостный смех, который залил тишину комнаты. Не переставая улыбаться, он приподнял голову, прикрывая глаза от игрового порыва Алекси покрыть поцелуями все его лицо, но успел произнести:       - Я знаю это, Алекси. Ведь я без тебя уже не могу. - на лице появилось выражение абсолютной нежности, после чего, Коул обнял руками щеки Алекси, оставляя короткие и частые поцелуи на лице, - Мой милый, милый, маленький Алекси, любимый, обожаю тебя, люблю-люблю. - повторял он между поцелуями, в итоге обвивая его плечи и крепко обнимая, - Как один человек может вызывать такие эмоции, а? - пробубнил тот ему в изгиб шеи, потираясь о тело Алекси носом, - Бессовестный, но такой хорошенький. - после внезапного приступа нежности, Коул привстал на руках, нависая к Алекси лицом к лицу, - Кажется, провести остаток вечера будет еще тяжелее. Теперь, когда я смог тебя обнять, я не хочу никуда от тебя уходить. - сложив губы уточкой, Коул состроил дурашливый тон, помахав пальчиков в воздухе, - Никуда-никуда и никогда-никогда.       - Le seul vrai langage au monde est un baiser, - понизив голос, протянул тот в ответ и мягко коснулся губами виска. - Я переведу тебе. Потом. А пока знай, что мои чувства к тебе не умещаются в пределах одного языка. В пределах одного времени и пространства. Так что я всегда с тобой, даже когда мы далеко.       Когда они выходили уже из комнаты, Алекси протянул руку к шее Коула, но тот ловко извернулся, вальяжно держа концы пояса.       - Куда ручки тянешь? - он засмеялся, - Это теперь моя безделушка. Ленточки с подарков я всегда сохраняю.       - Это ж что мне теперь, руки при себе держать? Штаны того и гляди свалятся без пояса.       Коул хитро ухмыльнулся, примыкая к Алекси и медленно осматривая его с головы до ног.       - Досадно будет, - выпрямившись, Коул зацепился за цепочки на своих бёдрах, отстегивая одну из них. Его руки потянули бедра Алекси к себе, продевая цепочки через шлевки, утягивая таким образом талию. - Теперь проблема решена? - Коул задал больше риторический вопрос, обхватывая ягодицы Алекси и сжимая их, пользуясь их близостью.       - А мы даже и не пытаемся скрыть, чем занимались в этой комнатушке, да? - мужчина обхватил его плечи и игриво покрутил кончики платка, уже не намереваясь развязывать. - Считай, что я принцесса, что подарила свой душистый платочек фавориту. И ждёт его вечером в опочивальне.       Коул озорно сверкнул глазами, не убирая хватки с Алекси, заставил его наклониться на себя, чтобы тут же поднять неожиданно на руки и покружить вокруг себя.       Уперев в итоге мужчину спиной к стене, Коул произнес:       - У вашего фаворита никаких манер, будьте аккуратнее, зовя его к себе в столь поздний час, - отпустив Алекси, позволяя ему встать снова на ноги, Коул отошёл от мужчины, в последний раз обернувшись, уходя обратно в бар, накручивая на ходу край платка себе на палец.       Смотря ему вслед, Алекси пытался перевести дыхание. Лицо горело как после марафона, а живот приятно свело. Как же он был слаб для внезапных порывов Коула, что потребовалось время себя успокоить и вернуться в шумный зал.