Это не игра

И пропал — не меньше, чем на два месяца.

▪️▫️▪️

— Мистер Паркер, то, что Вы увеличили дозу, не способствует улучшению Вашего психического состояния и только усугубляет физическое. — Брюс, — отмахнулся Питер. Они разместились в небольшом заведении за столиком в углу помещения. — Я наблюдаюсь у своего врача. Да, он, возможно, не настолько гениален, как ты, но я могу последить за своим здоровьем и сам, — Беннер всё не мог успокоиться по поводу таблеток, которые принимал Паркер, потому что никак не мог воссоздать формулу и их рецепт, что было как минимум подозрительно, как максимум — опасно. — Я лишь говорю о том, что побочные эффекты могут начать прогрессировать, а так же привести к началу развития нов… — Брюс, — вздохнул Пит. — Всё в порядке. Я обращусь к тебе, если что-то пойдёт не так, хорошо? — Ладно, — вздохнул учёный и, смерив Паркера ещё одним неодобрительным взглядом, встал и двинулся к выходу. Знал ли Тони о том, что они тайно встречались? Нет. Конечно, может быть и знал, но что-то Беннеру подсказывало, что слишком крепкое между ними было доверие, чтобы Старк вдруг ни с того, ни с сего захотел бы отследить деятельность Брюса по камерам. Несмотря на то, что учёный это доверие нагло разрушал, по сути говоря, он не делал ничего, что могло бы причинить вред Тони. Он не делился с Питером секретами его компании, да и они не разговаривали почти ни о чём, кроме его таблеток, поэтому можно было сказать, что Брюс для Паркера стал кем-то вроде частного бесплатного врача. Не столько в Беннере скрывалось желание помочь, сколько искренне любопытство: ему хотелось узнать, раскопать до конца — что именно принимал Питер. Пока учёный выяснил только самый очевидный побочный эффект — дрожь, узнал, что спустя два месяца препарат вызывает привыкание — а Паркер, на минуточку, по его словам, глотал его уже пару лет, что совершенно не укладывалось в голове Брюса, именно поэтому он и не доверял врачу юного босса — и способствует развитию клеток, негативно влияющих на организм. Что может случиться впоследствии этого Беннер пока не понял, но знал заранее, что вряд ли что-то очень хорошее.

▪️▫️▪️

Не было ни одного спокойного дня после нервного расставания с Питером в жизни Тони. Он весь был на иголках, постоянно раздражённый и этого состояния, видимо, не замечал только он сам, потому что старательно пытался делать вид, что всё хорошо, только кому пытался доказать — не понятно, если все итак видели его насквозь. А то, что все видели его насквозь, уже было довольно неприятным звоночком, потому что Тони никогда не позволял читать себя и свои эмоции слишком открыто. В грядущую субботу Тони устраивал мероприятие. Он уже разослал все приглашения, и только одно крутил в руках и нарочно оставил на рабочем столе, отослав самым последним, в четверг, с именем «Питер Паркер», написанным так же, как и остальные имена — золотистым цветом, но выглядящим как-то по-особенному. Старк не знал, примет ли парень его приглашение, вообще-то они расстались не так, чтобы можно было через несколько месяцев просто позвать Питера к себе «в гости», но Тони не был бы Тони, если бы не попробовал.

▪️▫️▪️

Прятался от Тони Паркер с присущим профессионализмом, словно они вообще не были знакомы, хотя, по-моему, он даже не старался. Да и прятаться Питер, на самом деле, не пытался. Пришёл Паркер назло ли или нет — это неважно, но Старк увидел его в компании — чёрт бы побрал этого ублюдка — Квентина Бека — он взошёл на престол главы не так давно и имел не слишком большую семью. Тони нервно сжал стакан, потому что Бек, по слухам, был опасен, агрессивен и нечест… о, да ладно, Старк просто ревновал настолько сильно, что был вне себя от ярости. На это у него не было никаких прав, но пока никто не видел — он мог позволить себе всё, даже слабость в виде разглядывания Питера, которого, по сути, своими же действиями вытиснул из своей жизни. Успел ли он войти в неё? Определённо. Раньше с Тони такого никогда не было: все связи, которые он сейчас имел, проходили долгую и мучительную проверку на вшивость, в то время как Питер, даже не врываясь в его дом с ноги, очаровал Старка своим появлением, и пусть они не стали особенно приближёнными, но Паркер вот-вот смог бы пополнить список рядом с Наташей Романофф, и это пугало. Потому что, несмотря на некоторую наивность и глупость парня, что, безусловно, было показателем пока что неопытности и возраста, было в нём что-то, из-за чего от всего его образа веяло опасностью и волосы на загривке неосознанно взволнованно поднимались, будто Питер на вербальном уровне предупреждал: «если ты попробуешь подойти ко мне со спины, я воткну нож тебе в горло». Это было чертовски сексуально: то, сколько не изученной пока что силы хранили его руки и плечи, и то, как крепко сжимались его длинные пальцы на шее противника, и то, как он мог властно командовать и как звучал бы при этом его бархатный голос, и то, как он подчинялся более опытным и старшим главам, и то, как пламенем уверенности горели его глаза, когда он без промедлений одним точным выстрелом всаживал пулю в ещё чью-то голову. Тони начал оглядываться по сторонам в поисках подходящей пассии, чтобы он не выглядел одиноким на его фоне, чтобы он почувствовал то же самое, что сейчас ощущал Старк — жгучую ревность. Но пока мужчина тратил время на то, чтобы найти девушку или парня, Питер скрылся из его поля зрения и — это не заняло много времени, — обведя весь зал взглядом, Тони заметил сначала Квентина, замешкавшегося на балконе, а рядом с ним ещё кого-то… было очевидно, кого. Тогда Старк совсем впал в животное отчаяние, и весь путь от лестницы до балкона за ним тянулся шлейф опасности, доминантности и собственничества. Одним уверенным движением руки мужчина толкнул дверь и, набрав побольше воздуха в лёгкие, собирался сделать вид, что забрёл сюда случайно, но потом увидел, что в руках Бека был не Питер — нет, совершенно точно не Питер, — а весьма хрупкий, довольно похожий, но всё-таки несравнимый с Паркером парень. — Извиняюсь, — стушевался Тони, прокашлялся в несвойственной манере. — Хотел подышать воздухом, — а затем спешно вышел, поворачиваясь спиной к увиденному зрелищу, в одну секунду сталкиваясь с насмешливым взглядом карих глаз, спрятанных за бокалом коньяка. Старк встрепенулся и двинулся напролом, но его попытался увлечь в разговор один из поставщиков оружия. Когда Тони нервно отодвинул его, Паркера на месте уже не было, и мужчина увидел его спину в сером официальном костюме, выгодно подчёркивающим мускулистое тело, покинувшее общее помещение мероприятия. — Да что за чертовщина… — выругался под нос Старк и почти бегом пустился следом. Когда он вылетел за дверь, парень снова исчез, но сверху послышался сделанный намеренно громко шаг стопой в туфлях, и Тони снова поспешил вслед за ним. Поднявшись по лестнице, Старк наконец заметил Питера в конце коридора, спокойного, делающего глоток алкоголя и разглядывающего его, Тони, исподлобья, с хитростью и укором, больше не пытающегося сбежать — по крайней мере, его тело и поза сообщили Старку об этом. — Что за игры? — спросил он, приближаясь, останавливаясь на расстоянии вытянутой руки. Может, двух. — Какие игры? — усмехнулся Питер, осушил бокал до конца и отставил его, принимая серьёзный вид. — Это не игра, — его губы расползлись в ухмылке, явно пытающейся напомнить Тони все его слова, произнесённые в тот вечер. Старк в два шага оказался между ног парня, легко впустивших его в личное пространство, и заставил Пита отклониться немного назад. — Почему твой… — Тони сжал челюсти. — Парень, — выплюнул он кое-как. — Обжимается на балконе с другим малышом, м? — просипел Старк на ухо Паркеру, отчего тот, не пытаясь скрыть явной реакции, мелко задрожал и шумно сглотнул. Питер пожал плечами. — Может, — он втянул воздух, говоря так же вкрадчиво, как и Тони несколько секунд назад. — Потому что я не подпускаю его близко, — интимно, открывая душу нараспашку, прошептал Паркер, поднимая взгляд на Старка. — А может… — сделал паузу он. — Потому что я тоже обжимаюсь с другим… — Пит передразнил. — Парнем, — второй намёк, разрешение — или… что это было? — Тони не был нужен. Он ещё на секунду задержал взгляд на чужих глазах и, не в силах больше сдерживаться, опёрся двумя руками об подоконник и налёг всем телом на Питера, прижимаясь грудью к его груди сквозь плотную ткань костюма. Терпение Старка лопнуло, как воздушный шарик: он так долго мечтал прикоснуться к Паркеру по-другому, откровеннее, так давно хотел присвоить его — и это сказывалось. На его торопливых поцелуях, граничащих с укусами, на ладонях, блуждающих по спине и затылку, по сбитому дыханию и, в конце концов, стояку, которым Тони упирался в паховую, так же возбуждённую, зону парня. Питер был мягким, как Старку и представлялось, податливым, доверчивым и сейчас мужчина был готов утопнуть в его наивности и нежности, да, вот оно, преимущество Питера Паркера, и Тони так хотелось узнать его полностью, так хотелось обследовать молодое тело, каждый его сантиметр, поцелуями, найти каждую эрогенную точку, чтобы доводить до исступления, что Старк и не подумал о том, что их все могут потерять — какая к чёрту разница на всех, если драгоценное сокровище сидело прямо перед ним, в плену его рук и касаний, и отзывалось на каждое умелое, пускай и смазанное движение. Воздух накалился, стал обжигающим из-за недосказанности, из-за растекающихся лавой чувств и желания. Питер так давно хотел этого — почувствовать, как рука Тони блуждала по спине, изредка пытаясь забраться под ткань брюк, ещё раздумывая, ощутить адреналин от внезапности и большого скопления людей прямо под ними, и, о, святой Капитан Америка, как Паркер хотелось почувствовать член мужчины — крепкий, налитый кровью, обвитый голубоватыми лентами вен — без натирающей ткани. Хотел, безумно хотел, но сейчас не мог. — Мистер… — задыхаясь, попытался произнести Питер. — Мистер Стар-рк, — простонал он. Остановить Тони получилось не сразу: слишком он раззадорился. — Мистер Старк, — Паркер упёрся руками в его плечи и отодвинул. — Я не могу, мистер Старк, сейчас — нет, — Пит торопливо спрыгнул с подоконника, выпутываясь из горячих объятий. — Это может поставить Вас под угрозу… — Какую угрозу? О чём ты, Питер? — голос его, захрипевший, не мог прийти в норму после нахлынувшего, словно цунами, возбуждения. — Не могу сказать, извините, мистер Старк, — искра страсти потухла в тот самый момент, когда Питер, оставив Тони в одиночестве, по пути к лестнице пригладил взъерошенные волосы, поправил пиджак так, чтобы не было видно ширинки, и скрылся. Мужчина не знал, что должен был чувствовать, но его заполнило опустошение, чувство одиночества — даже стояк не казался особенно большой проблемой по сравнению с этими ощущениями, потому что если его можно успокоить, подцепив хорошенький экземпляр после мероприятия, то с чувствами Тони справляться не умел. Питер умел. Когда спустя двадцать минут Старк спустился в общий зал, ни Паркера, ни его новоиспечённого уже не было, и мужчина с сожалением подумал о том, как Квентин с радостью подумал, что Питер так раскалён из-за него. — Эй, Старк, — хмыкнула Наташа, передав ему фужер с шампанским и чокнувшись. — Что-то случилось? — Кажется, … — слов Тони не было слышно из-за взорвавшейся хлопушки. Романофф попыталась прочитать по губам, но не успела. — Что? — переспросила она. — Кажется, я в жопе, — одним глотком Старк осушил фужер и вздохнул, отставляя его на поднос одному из официантов, крутящихся тут и там.

▪️▫️▪️

И они снова разошлись, будто ничего не было, и снова встретились тогда, когда Тони получил приглашение, теперь уже от лица Питера, на праздник по поводу его дня рождения. Это, вероятно, был розыгрыш, потому что, Старк был уверен, что Паркер знал, что первый принял его приглашение, но ни разу за вечер не подошёл — лишь блистал в компании красивой загорелой девушки с кудрявыми волосами в шикарном бальном голубом платье — кажется, Мишель. Да, вот она уже была достойна того, чтобы стоять рядом с ним, но зачем тогда Тони нужен был здесь? Это было как минимум подло, и теперь он совсем запутался в том, что между ними происходило. Паркер не одарил его не то, чтобы словом, даже взглядом — по крайней мере, пока Старк сам прожигал его, Питер и голову не поворачивал в его сторону, будто чувствовал себя виноватым. Тони и подарок расхотелось вручать лично, если честно, так что, оставив его в личных покоях Паркера с запиской, Старк вернулся домой подавленный и задумчивый.

▪️▫️▪️

День рождения прошёл, и Питер пропал снова. Спустя неделю Тони начинал злиться. Он чувствовал себя уязвлённым: ему впервые удалось привязаться к кому-то, а этот кто-то поступал с ним… так. За то, что также Старк поступал с почти каждым любовником в своей жизни, ему становилось как-то некомфортно, но и тут он винил Питера, потому что, не пропади тот, Тони не сидел бы сейчас в своём кабинете и не бичевал себя. Старк безрадостно сравнил сложившуюся ситуацию с «Золушкой» и нервно хохотнул себе под нос, потому что Питер не терял свою туфельку. Тони, потратив много времени на размышления и взвешивания, всё-таки включил небольшую камеру на подарочной коробке, чтобы проверить, есть ли Паркер в комнате — да, он подглядывал, но всего один раз. Тем более, если бы Пит был раздет, Старк бы сразу прервал связь. Но его не было по всему периметру, и Тони вздохнул, заблокировав голограмму. Спустя минуту он неконтролируемо нахмурился, потому что тревога заскреблась в его груди, а потом включил проекцию снова, осознав, что коробка стояла на месте, на том же самом, куда и неделю назад положил её Старк. Оглядевшись, он заприметил криво висящую, как и в тот день, картину, и лишь потом бардак на столе, будто кто-то в спешке искал какие-то документы. Это становилось подозрительным, потому что остальные вещи оставались нетронутыми. — Джарвис, — Тони нажал на крошечный наушник в ухе. — Подойди сюда. Дворецкий постучался спустя две минуты, и Старк пустил его. — За последнее время было слышно что-то о семье Джонс? — Мисс Джонс, — Джарвис запнулся, задумавшись. — Никаких новостей последнюю неделю. Что-то случилось, сэр? — Выбери мне пару лучших детективов из моих людей и пару натасканных ищеек. — Понял Вас, сэр, — дворецкий учтиво поклонился и вышел из кабинета. Это не могло быть обычным совпадением.