Ты — моя судьба

Сэйнт заваливается к квартиру, как полоумный. Весь растрёпанный, запыханый, глаза бешеные, а вот Галф наоборот домашний: в маске, с небольшим хвостиком, изношенной футболке и трусах. — Чо он опять сделал? — умильно хлопает глазами Канавут, совсем уж не удивляясь состоянию друга. Честно говоря, его это уже даже начинает забавлять. Но его друг молчит. Закрывает дверь, разувается, пытаясь отдышаться. — Не Зи, — по слогам произносит Сапп, таращась на друга. — Джосс. — Ха-ха, — нервно смеётся Канавут, отмахиваясь от неудачной шутки, но видя, что выражение лица парня серьёзно, удивлённо басит. — Серьёзно?! — Я охуел просто, — быстро идёт на кухню Сэйнт. –Это просто… я в шоке! — и открыв холодильник, достаёт сок. — Он… я нравлюсь ему! — и делает три больших глотка. — Я тебе говорил… — неуверенно произносит Галф, садясь на стул. — Он поцеловал меня! — вскрикивает Сапп, а Галф ресницами хлопает. — Я там Зи встретил! Мы мило пообщались, — жестикулирует Сэйнт, — я чуть в обморок не упал, договорились погулять сегодня, а потом… — Я так понимаю, поцеловал он тебя при Пруке, — делает вывод Галф, и Сэйнт активно кивает в знак согласия. — Так ты объясни… — Да я пытался! — взвизгивает Сэйнт. — Я к нему только руку потянул, а меня Джосс схватил и, — Сэйнт замолкает, — видел бы ты лицо Зи, Галф… — Всё настолько плохо? — мягко интересуется Галф, открывая банку консервированных ананасов. — Я написал ему, сразу же… он прочитал первые пару сообщений, а потом… игнор… и на звонки не отвечает, — Сэйнт запускает пятерню в волосы. — Я… у меня слов нет… он обвинил меня… сказал, что все знали, что даже Зи понял… — Но это так, Сэйнт, — тихо произносит Галф, жуя, — я же говорил тебе. Ну не ведут себя так парни, когда хотят просто стать друзьями, — и с умилением смотрит на материализовавшуюся невинность перед ним, — это проявление чувств, ухаживания, попытки добиться расположения, — и хоть Канавута опыта в любовных делах, что и у Сэйнта, что кот наплакал, понимает он намного больше. — Я, видимо, совсем идиот, — усмехается Сапп. — Хочу напиться! — и громко стукает кулаками по столу. — Вот прямо сейчас! В синючую лужу хочу превратиться! — Я так-то не против, — а вот и озорство в больших глазах, — только давай вечером? Сегодня Мью приедет. — Супер, — улыбается Сэйнт. — Ты точно… ну… не против? — Нет конечно. Желая отвлечь друга от суеты, что внезапно навалилась на него, Галф устраивает Саппу домашний спа-салон. Он обхаживает его, но так сильно гордится им. Сэйнт значительно вырос, и, как бы для Канавута не было это прискорбно, но помог ему в этом Зи. Может Галф и ошибся насчёт него. Возможно, что-то, что случилось с ним, на самом деле оставило сильный отпечаток на нём, и поэтому он так себя вёл сначала, ведь потом… всё как-то… изменилось. А вот Сэйнту страшно, что ему приятно. Он первый раз в жизни влюбился, первый раз в жизни его ревнуют, первый раз в жизни он кому-то нравится не взаимно, хоть ситуация с Джоссом его и печалит. Зи это Зи, Сэйнт, хоть и смешно, но уже привык — всё решится, а вот Вэйар был ему другом, и плевать Саппу кто и что там видел! Для Сэйнта он стал другом, и вся эта ситуация сейчас бремя для них обоих… порой приятное бремя… «Ох, какой я негодяй!» — скользит шальная мысль в голове Саппа, пока он сушит волосы. Но Сэйнт точно уверен в своих чувствах: дружеских и романтических. Ему же дозволено хоть немного понежиться в такой страсти и желании других людей быть рядом с ним? Никогда и никто такого к нему не проявлял, и сейчас, пусть это и глупо, пусть эгоистично, но Сэйнту этого всегда не хватало — сейчас он чувствует себя полноценным человеком, достойным человеком, ведь к нему тянутся сразу два парня, и не абы каких, а достойных и сильных. — Ну что ты задумался, марфуша моя, — обнимает Сэйнта со спины Галф, дуя губы. — Канавутка заговорила? — с иронией спрашивает Сапп, направляя фен в лицо Галфа. Тёплый воздух ударяет по коже, приятно лаская. — Сейчас уже Мью приедет… — Вы уже целовались? — выключая фен, спрашивает Сэйнт. — Не поверишь, — недовольно фыркает Галф. — Да ты гонишь, — ржёт Сэйнт. — Даже я уже да, а вы… — Да вот это больше всего бесит! — пищит Галф. — Вы с ним даже не вместе. Хренью страдаете оба! — Так вы тоже не встречаетесь! — защищается Сэйнт, и раздаётся дверной звонок. — А что мы делаем? — серьёзно спрашивает Галф, явно сам озадаченный этим, и идёт открывать дверь. А Сэйнт поджимает губы, глубоко вдыхая. Да, порой нужно внести точность и определённость в отношения, и пусть поступки говорят громче слов, но иногда именно самые простые слова фиксируют что-то крепко и цепко. — Привет, Сэйнт, — радостный Суппасит озаряет своей улыбкой всю комнату, и на душе становится тепло. — Привет, Пи. — Просто Мью, — поправляет Суппасит. — Какие у тебя дела? Зи не обижает? — Нет. Всё нормально. — Хорошо, — кивает Пи, — я там еды привёз… — Иди, разбери, — перебивает старшего Галф, обращаясь к Саппу. Тому чудом удаётся сдержать свой смех, и он мелкими, но быстрыми шагами удаляется на кухню, оставляя несостоявшуюся парочку наедине. — Мы можем ему помочь, — усмехается Суппасит, поворачиваясь лицом к Галфу. Тот пристально смотрит, задумчиво, покусывая губы изнутри. — Галф? — неуверенно зовёт Мью, кладя ладонь на щёку Нонга. Стоит тёплой большой ладони коснуться нежной кожи, глаза Нонга прикрываются, а губы расслабляются, и всё напряжением проходит. И Мью не идиот, чтобы не понять, какое томление сейчас между ними. — Он справится… — едва слышно произносит Канавут, ластясь к ладони ближе. И Суппасит другой рукой притягивает к себе Нонга за талию, позволяя кончикам их носов столкнуться. — Что с тобой? — шепчет игриво Мью. — Ты сегодня сам не свой. Отвечаешь мне сухо… ведёшь себя странно… — но сам понимает, чего его Нонг так капризничает. — Ничего, — приоткрывает глаза Канавут, цепко смотря на старшего. — А мне кажется… — Суппасит чуть наклоняет голову в бок. — Что кто-то капризничает, — Мью шагает на Нонга и тот, на автомате, делает шаги назад, опираясь спиной о стену. Ладони Канавута медленно опускаются на плечи Суппасита, сжимая пальцами. — Я не капризничаю, — томно произносит Галф, приоткрывая рот. Частое дыхание вызывает совсем необычную жажду в его теле: и горле совсем не сухо, а слюна обильно скапливается во рту. От Мью так вкусно пахнет. А ещё он такой большой и сильный, нет, от него прямо лучится эта сила, позволяя Нонгу чувствовать себя слабым и нежным, и уверенным. Во всём. — Тебе так хочется услышать эти слова? — мягкая усмешка, простая. Проницательности Мью можно позавидовать, ну или посочувствовать наивности Галфа. — Да. — Ты будешь моим парнем? — Суппасита явно забавляет это, но он произносит это особо нежно и шёпотом, от чего табун мелких мурашек бежит по коже Канавута. — Ну и что молчишь? — тихо посмеивается Суппасит. — Меня это так глубоко ранит, — дразнится Мью. — Да помолчи ты уже! — фыркает Канавут, воздушно касаясь губ напротив. Он оставляет на них лёгкий поцелуй, продолжая упрямо смотреть в глаза напротив. Он дал свой ответ. Прямо сейчас, и теперь он счастлив. — То слова не дождёшься, а то… Мью юрко лижет пухлые губы, накрывая своими. Он жадно сминает их, пока кончики двух языков яро сражаются друг с другом. Суппасит грубо сжимает талию Нонга и никак не может насытиться столь желанной близостью, и за столько времени он и не подумал, что они и не целовались-то нормально. Ему было так хорошо с Галфом, что ничего лишнего в голове и не было. А Галф просто плавится от этого мягкого и горячего касания. Он давно мечтал об этом поцелуе, и вот сейчас их языки касаются друг друга, а их слюна едина. Бабочки в животе резким порывом вздымаются вверх, кружа голову силой движения своих крыльев, и такая мучительная истома бурлит по телу, что кажется, вот-вот, и страсть затуманит разум окончательно. — Эм, — Сапп, с довольной улыбкой, застывший в дверях, смотрит на пару. — Я хотел сказать, что закончил… — Кх-а, — откашливается Галф, смущённо потирая кончик носа. — Мы тоже закончили, — по интонации Суппасита чувствуется, насколько он счастлив, вот только получает лёгкий толчок от Галфа за такую неудобную фразу. Сэйнту больших трудов стоит сдержаться, чтобы не засмеяться в голос. Он даже и не знал, что его друг может быть таким милым. Он снова удаляется на кухню, позволяя себе всё-таки посмеяться над другом, а затем возвращается с купленными Суппаситом закусками, и ждёт, пока Мью пододвинет к дивану небольшой столик. Он расставляет еду, пока Галф, так и не подняв на них глаза, идёт за алкоголем. Они вроде напиться собирались. Суппасит от шампанского отказывается, он привёз себе коньяк, а вот Галф и Сэйнт решают побаловать себя сладким игристым. Сэйнт смотрит на Мью, который сидит плечом к плечу с Галфом, а пальцы их свободных рук тесно переплетены, и это заставляет его умиляться с них, но с тем же становится грустно, ведь сегодня он так мог идти с Зи. Почему у них всё так складывается? Вроде судьба сама даёт им шансы, упрямо продолжает сводить их вместе, но с тем же ставит им такие подножки, после падения от которых так трудно оправиться. Хочется ощущать вкус трепета и счастья, как в эти простые дни общения, но вот снова всё натянуто, и непонятно, что же делать дальше. — Сэйнт! — окликает друга Галф. — Иди к нам. Чего сел так далеко. — Да я задумался просто, — улыбается Сэйнт, двигаясь к Пи. — Да и вы тут такие… влюблённые. — Ну и ты влюблённый, — дразнится Канавут, — просто твоя парочка на тебя дуется. — Давай не будем, — недовольно мычит Сапп, допивая шампанское. Слишком уж неловко говорить о Пруке при его лучшем друге. — Будем-не будем, это про вас с Зи, — хихикает Канавут, на которого второй стакан игристого действует быстрее, чем на Саппа. — Чего ты дразнишь его? — по-доброму язвит Суппасит, целуя кончик носа Нонга. — Вот-вот, — фыркает Сэйнт, наливая себе немного шампанского, и волей случая взгляд падает на телефон Мью, который вибрирует. Суппасит без задней мысли открывает видео, что скинул ему Ноппакао. Громкая муза, фигуры. Глаза Саппа бегло проходятся по картинке, а следом он вырывает смартфон из рук. — Сэйнт, ты чего? — не понимает поведения друг Канавут, хмурясь, но вот Мью, кажется понимает. Галф подходит, присаживаясь рядом, пытается всмотреться. Особо ничего не ясно, так как картинка тёмная, скорее всего, видео из клуба, но кто и зачем скинул это Мью, и почему Сэйнт так обеспокоенно всматривается? Ответ приходит в момент, когда человек отрывается от другого человека, и Галфу становится всё ясно: Зи и какой-то парень целуются, и Мью с Сэйнтом это поняли сразу. Подпись Као к видео, к слову, догадки подтверждает. Као 22:47 Наш Зи ушёл в отрыв! (видео) Руки трясутся, но он возвращает телефон владельцу. В комнате царит поразительная тишина, ведь сказать-то и нечего. — Знаю, — начинает Суппасит, — что это не оправдание, но Зи уверен, что между тобой и Джоссом что-то есть. — Это не значит, что нужно себя так вести, — отвечает Галф. — Он же сам к Сэйнту стремился, что-то пытался, а теперь всё перечеркнул. — Он сказал, что они целовались… — Джосс меня поцеловал. Я его оттолкнул… — Чушь какая! — не выдерживает Галф. — Плачь давай, — и хлопает Саппа по спине. — Ну ты даёшь, — прыскает Мью. — Поддержал. — Да тут говорить нечего, — Галф устало смотрит на Мью. — Сэйнт Пруку ничего не должен, как и он ему. Не складывается у них, не выходит. Нечего страдать в пустоту. — Что-то плакать не хочется, — тихо говорит Сэйнт. — Больно, но… я почему-то совсем не удивлён. Словно… это было понятно. — Мотивы и поведение Зи даже мне не ясны, а я его друг. Као пишет. — Что там? — Это просто лол какой-то, — начинает читать Мью. — Мы решили выпить выйти, посидеть, выдохнуть. Зи сказал, что ему плохо очень сейчас. Что он влюбился, но этот человек… — Суппасит замолкает, тяжело выдыхая. — Любит другого, — и смотрит на Сэйнта и Галфа, которые, затаив дыхание, слушают Пи. — Думаю речь о Сэйнте, ке-ке, — Суппасит хмурится, продолжая читать. — К нам подсел Джеймс со своими приятелями, и начал к Зи подкатывать. Короче он его просто взял и засосал! — Стоп, — тормозит парня Галф. — Это чушь какая-то. — Као никогда не врёт, — спокойно и серьёзно произносит Мью. — Вся сложившаяся ситуация полное недоразумение. — Что-то ещё написано? — тихо спрашивает Сэйнт. — На видео не видно, но глаза Прука надо было видеть! Он ему ответил, а потом оттолкнул! Встал и… БАРАБАННАЯ ДРОБЬ… — Он реально так пишет? — не унимается Канавут. — Ну да, — пожимает плечами Мью. — Зи поехал домой! Мы все тут обалдели! Походу серьёзно его мелкий цепанул. Хах. Пока Мью читает сообщения Ноппакао, Сэйнт замирает, и кажется, замирает его сердце, и дышать он перестаёт. Каждое слово бьёт толстым и тяжёлым молотом по всем натянутым отношениям и ситуациям, из которых эти отношения между ним и Зи состоят. Он уже сам путается во всём, но то, что ему в какой-то степени легче от услышанного — правда. Эти слова не позволяют оборваться чему-то важному внутри и даже укрепляют. Као же не знает, что Суппасит с ним, не знает, что Сэйнт видел то ужасное видео, а значит не врёт… Но… Слишком много всего случилось. Всё в кучу. Такого эмоционального напряжения Сапп давно не испытывал, и попросту апатия рухнула на него огромным булыжником, без шанса на спасение. — Я устал, — и залпом выпивает шампанское, открывая вторую бутылку. — Понимать, принимать, слушать. Мне нужно подумать. — Это нормально, Сэйнт, — мягко говорит Суппасит. — Зи кого угодно доведёт. — Надо думать насчёт кафе, — бормочет Сапп, смотря на стакан, затем на бутылку и отставляет первый в сторону, решая для себя: бухать так бухать. — Какое кафе? — уточняет Суппасит, смотря на парней. — Мы с Галфом открыть хотим… — Почему ты мне ничего не сказал? — хмыкает в шутку Суппасит, обращаясь к Канавуту. Тот нервно ёрзает на месте, не поднимая глаза. — Галф, что такое? — Ему не ловко, — отвечает за друга Сэйнт, получая локтём в ребро. — Да что за глупости? Я же могу помочь! — Ну вот поэтому и неловко, — продолжает сдавать друга с потрохами. — Я… — мнётся Канавут, неуверенно смотря на старшего. — Что плохого, если я вам помогу? — мягко спрашивает Мью. — Я лучше разбираюсь в бизнесе, так что могу… — Ты не обязан, — громко произносит Канавут. — Знаю. Но я хочу. — … — Он такой упрямый, — хмыкает Сэйнт, а сам держит открытый диалог с Пруком, видя, что тот онлайн. Палец тянется к буквам, но духу не хватает. Не важно, что ситуация уродлива из-за глупости, Сапп просто не может принять случившееся. — Ну иди уже сюда, — тянет за руку Суппасит Галфа, прижимая к себе. — Хватит хмурить лоб. Вот только по настоящему ёкает в груди, когда появляется иконка значка: абонент набирает сообщение. Слабость в ногах оказывается такой сильной, что даже в сидячем положение Сэйнту кажется, что он летит в пропасть. Остаётся понять, куда эта пропасть приведёт. Зи Прук Панит ТЫ ДОМА? Вы Да. А ты у Джеймса? А что? А ему можно. Он пьяненький и сильно обиженный. У него тут розовые надежды на сладкие мечты обуглились. Зи Прук Панит Я сейчас приеду. Сэйнт глубоко вдыхает, перечитывая сообщение ещё раз. Хочется ему высказаться Галфу, да и Мью не помешает, но эта сладкая парочка слишком занята любованием друг друга. Вы С ума сошёл?! Ты же пил! У Сэйнта глаз начинает дёргаться, ведь одна мысль, что пьяный Прук сядет за руль, вызывает ужас. И оправданный! Это же так опасно! А если что-то случится?! Сапп ещё тот паникёр, да и в принципе он любитель поосторожничать — зато живётся спокойно. — Сэйнт, — откликается друга Галф. — Ты в порядке? Чего побледнел? — Канавут поправляет слегка растрёпанные волосы, а на щеках румянец, и Сэйнт вот уверен просто, что нежный розоватый оттенок далеко не от шампанского. — Иногда я просто устаю охуевать от жизни, — вздыхает Сапп, делая два больших глотка игристого. Из-за духоты, повисшей в комнате, наверняка из-за горячности чувств этих двоих, мозжечок шатена решает пуститься в пляс, а хозяина, как лучшего и верного друга, прихватывает с собой. Вы Зи?! Не надо приезжать! Я не дома. Лучше ложь, чем… ох, даже подумать страшно! Кто вообще знает, сколько выпил этот дьявол? Зи Прук Панит Не ври. Мью написал, что вы втроём сидите. Сэйнт поднимает глаза на Суппасита, который нежно смотрит на Галфа, а тот расплывается в умильной улыбке, покрывая подбородок старшего поцелуями. «Я тоже так хочу». Вы Зи?! Вы Зи, домой! — Да чтоб тебя! — не сдержанно ругается Сапп, привлекая внимание друзей. — Что там у тебя происходит?! — не выдерживает Канавут, ползя к другу. — Так… — и вырывает телефон. — Позвони своему другу и скажи, чтобы не приезжал, — возмущённо обращается Сапп к Суппаситу. — Не понял, — хмурит брови Пи. — Да этот ловелас несостоявшийся держит путь к нам, — хмыкает Галф. — Началось… — Суппасит хватается за свой смартфон, и судя по его реакции, это далеко не первый случай. — Абонент вне зоны… — Не жизнь, а каторга! — прикрикивает Сэйнт, жадно глотая шампанское. Ну за что всё это ему? Ну жил ведь себе спокойно — бед не знал, а потом просто пошёл заменить коллегу на интервью! Да как вообще одна незначительная, глупая, непримечательная случайность может так сильно изменить ход жизни?! Не может же быть это судьбой? Или может… — Ты забавный, — хихикает Суппасит, устраивая между своих ног Галфа. — Да ну точно, — фыркает Сэйнт. — Пусть вон к Джеймсу катит! — Он ему не нравится, — поясняет Мью, целуя Канавута в висок. — Мы заметили, — толкается Галф. — Какие же вы оба упрямые, — выдыхает Мью. — Что там? — кивает на вибрирующий телефон Сэйнта. — Просит, чтобы я вышел… — Куртку надень, — громко произносит Галф, — прохладно. Сэйнт ничего не говорит, молча доставая большой вязаный кардиган, и, надев его, отправляется на улицу, где ждёт его личное неугомонное проклятие. На улице холодный ветер, и Сэйнт кутается в кофту сильнее, щурясь, замечая знакомую иномарку. Он бегом спускается со ступенек и запрыгивает в автомобиль. И слегка теряется: то ли амбре в машине от него, то ли это от Прука, но тогда… — Пьяный в синь ты ещё ко мне не приезжал, — сразу возмущается Сапп, недовольно и нагло смотря на Зи. Тот смотрит в ответ тёмными глазами, а мрак машины, кажется, делает их ещё глубже и таинственнее. На лице отображается непривычное спокойствие, и только тени, блуждающие по визуализированной эстетики, выдают решительный настрой старшего. — Ты переживаешь за меня? — голос до дрожи мягкий, плавный. — А что? — монотонно. Зи тяжело выдыхает, опуская голову на руль, а затем тянет руку к Сэйнту, осторожно проводя по подбородку: — Я скучал. — А я вот как-то не очень, — вполголоса произносит Нонг, полностью уверенный, что этот старший больше не добьётся его расположения. — Не сомневаюсь, — горько усмехается брюнет, и Сэйнт выгибает бровь. — Я не знаю, что у тебя в голове творится, — сокрушённо выдыхает Сапп. — Что не так, Пи’Зи?! — Я хочу, чтобы ты был счастлив, и Джосс может сделать тебя таковым, — откровенничает, — но от одной мысли, что кто-то другой будет рядом, коснётся тебя… — Зи замолкает, крепко сжимая руль. — Я злюсь. Я так злюсь, что хочу разрушить все, даже если это сделает тебя несчастным. Я идиот, и я эгоист, — глухо смеётся, — но если не со мной, то тогда ни с кем. Сэйнт громко сглатывает слюну, еле дыша. Его трогает до глубины души такая искренность и уязвлённость Зи, и Сапп шёпотом произносит: — Тогда… кем назвать меня, если подобные слова делают меня счастливым?.. Зи поворачивает голову в сторону Сэйнта, внимательно смотря на него. Алкоголь сегодня обоим смелости прибавил, смелости быть искренним и честным, не только друг с другом, но и с самими собой. — Прости меня, — выдыхает Зи, — за то, что говорил тебе, за то, как поступал… я сожалею… — Больше не за что извиниться? — а вот и пьяные обиды, без которых никакая пьянка смысла не имеет. Да ну и плевать. Она за дело — обида. Тут вроде как взаимные чувства из неприязни зародились, а Сапп слышал, что такая любовь самая крепкая. — Я… я правда сожалею… думаю и… — Ты даже сейчас остаёшься собой. — Да что такое? Я не понимаю, объясни… — и сжимает ладонью руку Нонга. — Хорошо вечер провёл сегодня? — даже не пытается скрыть желчь в голосе. — Я… нет. Ничего не было, — Зи сильнее сжимает руку, наконец-то состыковав произошедшее в голове. — Мне плохо было, и… — Козлина! — кричит Сапп, и Прук от неожиданности выпрямляется, а потом получает звонкий шлепок по груди. — Плохо ему, блять, было! — и ещё раз бьёт. — Ты думаешь, что только тебе плохо?! Плохо ему, блять, вы посмотрите, — вот что значит понесло так понесло. — Как тебе вообще наглости хватило?! Я…я… да я так зол, что убить тебя хочу! — и начинает частыми ударами покрывать грудь Прука, а тот лишь, на удивление Нонга, облегчённо смеётся, перехватывает руки Саппа своими. Он сильно, но нежно сжимает их, поглаживая большими пальцами, и Сэйнт готов скулить, от своей слабости перед этими прикосновениями. Как только удаётся такой простотой утихомирить сильные бури в душе? Зи, широко улыбаясь, покрывает лёгкими тёплыми поцелуями пальцы Сэйнта, не оставляя без ласки ни миллиметра, а глаза переполнены мягкости искренности и ярких искренне, что отображают озорство и счастье, облегчение и любовь. Сапп старается дышать как можно спокойнее, но с каждым прикосновением мягких губ к своим пальцам, он чувствует, как тело наполняется вакуумом, и становится чуть смешно: что же его опьянило сильнее, шампанское или губы Зи? — Только ты, — шепчет Зи. — Ты, Сэйнт, — и тянет на себя размякшего Нонга, утыкаясь носом в шею. — Так вкусно пахнешь, — проводит кончиком носа, надавливая, и губы Нонга приоткрываются, а пальцы слабо сжимают чужую шуршащую толстовку. Если он всё-таки слабак, то пусть так, но противиться этим прикосновениям он просто… не хочет. — Я думал, что у нас получится… — шепчет Сапп, обнимая Прука крепче в ответ. — У нас получится, — уверенно произносит Зи, обжигая нежную кожу. — У нас уже не вышло, — выдыхает еле слышно Сэйнт. И он до чёртиков боится услышать ответ… хотя свой фразой едва ли не ставит точку в ещё не начавшихся отношениях. И кто его осудит? Он новичок в таких делах, к тому же их взаимоотношения начались с нелёгкого пути. — Эй, — Зи чуть отстраняется, соприкасаясь лбом со лбом Нонга, — не говори так. Мы ещё даже не начали. — Я не могу простить этого, Зи, — честно произносит Сапп. Ему очень хочется забыть и просто не думать, но… Прук тяжело вздыхает, потираясь кончиком носа о кончик носа Саппа. — Ты вообще-то первый мне больно сделал. Мы только решили… а ты с Джоссом… — Да не было у меня ничего с Джоссом! — перебивает Сэйнт, уверенно укладывая руки на шее старшего. — Что за демоны в твоей голове пляшут?! — Я сам видел, — шипит Панит. — Я не слепой. — Да это он меня поцеловал, — обиженно возмущается Сэйнт, хотя их объятия и романтическое, отношение они выясняют явно, что на вулкане. — А я офигел на месте и оттолкнуть хотел. — Но не сделал этого… — Да ты того парня сам вообще поцеловал! — стукает своим лбом в лоб старшего. — Молчал бы, потаскун! — Ха, — вырывается нервный смешок, — ха-ха-ха! Вообще-то он на меня лез, и я его поцеловал, следом мило прошептав, что моё сердце занято… — Как мило, — язвит Сэйнт. — А я вот Джоссу ничего не прошептал. — Сэйнт, ты думаешь, я идиот? — голос Зи становится серьёзным. — Думаешь, он молчит? Не рассказывает о ваших бесконечных переписках, ваших прогулках, о своих чувствах? — Да я думал, что мы друзья! — шепчет Сэйнт, не находя уже сил не оправдания. Почему его никто не может понять?! — Сэйнт, — хмыкает расслабленно Панит, умилённо смотря на Нонга. — Вот скажи это кто-то другой, я бы ни за что не поверил, но тебе… — Я не вру! — глаза и голос полны решительности. Зи какое-то время молча смотрит в большие и чистые глаза, явно что-то обдумывая, решая или принимая, а затем его губы приоткрываются, но слова так и не вылетают. — Я пожалел о том, что сделал сразу же… — наконец-то вырываются приглушённо слова. — Я правда сожалею… мне стало так противно… Сэйнт глубоко дышит, с жалостью смотря на старшего. Он чувствует, как тому плохо, и даже не верится, что это он-то — Сапп, над которым издевался Прук, сейчас смотрит на него с жалостью, потому что Пи так сильно уязвлён. Но и против себя не пойти. Как бы не грело сейчас происходящее, как бы не манило сладкое, возможное сладкое будущее с этим парнем, как бы сейчас эмоции не плескались за края, принимать решения на вскружённую, да и к тому же нетрезвую голову, нельзя, и это Сэйнт знает прекрасно. Да и тяжесть от увиденного видео никуда не делась. Объяснение Зи его, конечно, значительно сильно успокоило, но… Но всё так, как оно есть. Не всё же сразу. Расти и развиваться надо постепенно, и Сапп будет это делать. Прощать нужно уметь, как и отпускать, и понимать, но на всё нужно время. — Зи… давай не будем торопиться. Сейчас мы оба пьяны, оба на эмоциях… голова кругом, если честно, от происходящего, но… — Сапп замолкает, никак не собирая слова в верное предложение. — Просто давай всё будет идти само по себе? Я… — Я понял, — перебивает Зи, снова беря Нонга за руку. — Я рад, что мы поговорили, — слабо улыбается. Сэйнт с благодарностью смотрит на старшего, по настоящему оценивая столь трепетный жест — понимание и уважение основа всего. Они сидят ещё какое-то время в машине, болтая о последних днях их общения. Тема о предложенной прогулке не затрагивается, ведь за ней тянется неприятная им обоим — поцелуй с Джоссом, а от неё ещё одна — поцелуй с Джеймсом. Оба учатся преодолевать свои страхи, обиды и слабости, полностью понимая, что путь их ждёт нелёгкий, но оно того стоит.

***

Сапп, укутавшись в бежевый кардиган, словно тень, покидает комнату, оставляя парней наедине. — Скажи мне, Мью, — тянется Галф, закидывая голову на плечо Пи, — он псих? — а сам перебирает густые каштановые волосы Мью. — Ну он своеобразный, — задумчиво отвечает Пи. — Такой… с изюминкой. — Пьяным за руль… — Есть у него плохая привычка, — прикрывает глаза Суппасит. — Завтра поговорю с ним. — Да, — выворачивается Канавут, усаживаясь лицом к лицу с Пи. — А то мало ли что… — Ты спать не хочешь? Сонный какой-то… — Душно-о-о-о, — вяло тянет Галф. Мью аккуратно отталкивает Нонга от себя, поднимаясь на ноги, и, подойдя к окну, открывает его. — Спасибо… — Надо было сразу сказать, — ругает младшего Суппасит. — Зачем терпел? — даёт руку Нонгу, помогая встать. Галф просто пожимает плечами в ответ, подходя к открытому окну. Аромат свежести и прохлады ласкает душу с каждым вдохом, и Канавут блаженно прикрывает глаза. — Выключи свет… Мью послушно выполняет просьбу, подходя со спины к парню. Он нежно утыкается носом в волосы, собираясь обнять, теперь уже официально своего парня, но Нонг поворачивается лицом, сразу скрещивая руки за шеей старшего. У Галфа настроение игривое, и дело тут, поверьте, не в игристом. Он тянется к губам Пи, а сам трепещет, ведь счастье мягкой негой наполняет его. Суппасит хочет что-то сказать, спросить, уточнить, но пухлые уста накрывают его смачно, уверенно, а язык скользит внутрь, награждая Мью лёгким привкусом шампанского. Комната наполняется хлюпающим звуком нежного, глубокого и чувственного поцелуя, пока языки медленно оглаживают друг друга. И Канавут ловит себя на мысли, что ему очень нравятся такие влажные поцелуи. Галф силой упирается ладонями в массивную грудь старшего, толкая его в сторону кровати, и Мью от неожиданности падает, схватившись за футболку, утягивая за собой Нонга. — А ты оказывается такой… — начинает с озорством Суппасит, но губы Галфа накрывают его уста, в страстном и глубоком поцелуе. Он целует так уверенно и ловко, что Суппасит даже слегка бесится: ну где-то же его возлюбленный этого опыта набрался! А он жуткий ревнивец. А имеет ли он право ревновать к тому, что было до него? Разумеется, да. Ведь теперь Галф Канавут принадлежит ему душой и телом, и любые следы, даже сравнимые с незримыми тенями, всё равно смущают и раздражают, но по-доброму и хорошему, ведь это показатель силы чувств. У Галфа нет ничего в голове, его наполняет наслаждение, что он получает сейчас от поцелуев со своим парнем. Он так давно и долго рисовал себе это в голове, представлял те ощущения, что он получит, и вот, получив желаемое, голова кружилась необъяснимо сильно, а мучительно-сладкие спазмы снизу живота, разгоняли горячую истому, в итоге, заполняя всю суть полностью. Пальцы остервенело путаются в волосах, а ноги раздвигаются шире, позволяя Суппаситу устроиться между них и удобнее, и ловчее, а это обоим ой как необходимо, потому что столь долгая выдержка к своему возлюбленному, я извиняюсь, давно за яйца тянет. Возбуждение скрыть невозможно, да и даже не нужно: Мью медленно потирается своим пахом о пах Нонга, и в случае Суппасита, это тонкая грань, ведь это дразнит, но так щекотливо и тянуще, что выть хочется, а вот для Канавута немного иначе: его лишь сильнее шатает в прострации, а жар снизу живота лишь резко увеличивается и секундно сжимается — и это мучительно, и это вынуждает плавится. — Пьян ли ты… — шепчет хрипло Суппасит, жадно припадая к тонкой шее Нонга. Он покусывает нежную кожу, посасывая её, а Канавут сильнее сжимает футболку на спине Мью. — Тобой, — казалось, сладкий ответ, но зато такой честный и правильный. Канавута мажет именно из-за Мью, и этого не бывает достаточно, этого всегда мало. — Твой друг может вернуться, — в перерыве между поцелуями басит Суппасит, а сам уже рукой тянется к паху Нонга, бегло проходясь по налитому возбуждению члену через ткань шорт. — Мх-к, а-ах! — Галф ещё шире разводит ноги, толкаясь навстречу манящей ласке. Ещё никто его там не касался, и это кружит голову сильнее, нежели от фантазий, нежели от просмотров порно. — Мью… — Твой голос такой сладкий, — и снова приникает к губам Нонга, нежно и глубоко целуя. — Сэйнт может вернуться… — а сам сжимает член Галфа через шорты. И ему ли говорить? — Посидит на кухне, — кряхтит Галф, просовывая свою руку между их телами. — А ты добрый, — усмехается Мью, всё-таки пробираясь под кромку шорт, обхватывая кольцом пальцев толстый нежный член. Мью стонет, Галф стонет. Мью с ума сходит от горячности и твёрдости своего возлюбленного. А давно ли возлюбленного? А давно! А с тех пор, как в первый раз увидел. Знаете, бывают случаи, когда просто посмотрел и понял, и почувствовал, что это твоё настолько, что слов не подобрать. Чувства настолько не изведаны, настолько не изучена душа, что нельзя точно сказать, что верно, а что нет. — Ах! А-а-ах, — Канавут не сдержанно стонет, когда Мью всем своим весом упирается в его естество, дразня собственным возбуждением. — Мью, я… — Тс-с-с… — и очередной поцелуй, пока кончики оглаживают яички. — Ах-кх! Чёрт! Суппасит! А-а-а-кх!!! Сделай что-нибудь… — да ну у кого язык повернётся сказать, что, мол, подрочи мне, а?! Впрочем, Суппасит и не ждёт. Просто берёт и обхватывает твёрдую плоть сильнее, двигая ладонью вверх-вниз. Губы Канавута дрожат, а яички поджимаются, пока член отдаётся в страстную и плотную ласку. Пальцы Суппасита, кажется, обхватывают всю плоть, лаская её чувственно. Галф пьян настолько же, насколько трезв, но трезв он настолько же, насколько одурманен. А дурман в нём — в Суппасите, и Галф бороться не в состоянии, да и не хочет. Суппасит всё быстрее двигает рукой, пока Галф пытается суматошно пробраться своей ладонью в его бельё, но когда это удаётся, Галф глубоко вдыхает, прогибаясь. Он словно тает, но всё это так горячо, что пугает своей плавностью и нежностью. — Ты… ты такой… ум-хк! Ах! — Какой? — с удовольствием спрашивает Суппасит, сжимая член у основания. — Н-ну хватит… уже, — Канавут выдыхает, про себя моля о продолжении. И Суппасит делает. Рука двигается быстрее и быстрее, а возбуждение уже бурлит, грозясь вот-вот накрыть обжигающим наслаждением, когда вдруг Мью отпускает горячую плоть. — Какого… — Что такое? — с озорством дразнится Пи, усмехаясь, когда пальцы Галфа сильнее сжимают его плоть. — Почему ты остановился? — недовольно шепчет с придыханием Нонг, свободной рукой пробираясь под футболку старшего. Он оглаживает его грудь, кончиками пальцев поглаживая небольшие соски. — Ты так мило реагируешь, — выдыхает Мью, стягивая с себя шорты и с Нонга. — Но милее, чем это… — и соединяет две напряжённые плоти. — Ах! Галф моментально расслабляется, затуманенным взглядом смотря на старшего. Он такой нежный, такой твёрдый… Суппасит прижимает свой член к члену Галфа, медленно делая поступательные движения ладонью, и стоит признаться, Суппасита потряхивает от того, с каким остервенением, с какой нуждой Канавут хватается за него. А Канавут плавится под Мью, и точно не хочет, чтобы это прекращалось. Дыхание горячее и влажное, ласкает губы друг друга, пока глаза томно пожирают. Они оба так хотели стать ближе, и вот, это происходит. — Мью, — сладко вылетает с истерзанных губ Нонга, которые сразу встречаются в беспрерывном танце. Снизу всё горячо и нежно, стягивается в плотный узел, который вот-вот развяжется. Истома прошибает Галфа, когда движения ладони Пи становятся быстрее, размазывая по двум членам смазку. Всё тело покалывает изнутри лёгкостью, и Канавут надрывно и высоко стонет, пачкая свой живот и руку Мью спермой. — Такой прекрасный… — довольно улыбается Мью, хмурясь. Он кончает следом, сделав пару движений. Они оба тяжело дышат, а адреналин в крови никак не утихает, как и наслаждение, что безудержно ласкает их. — Нет, — раздаётся со стороны входной двери. — Ты ходячая проблема, Пи’Зи. — Блин! — шугается Канавут, натягивая на себя шорты. Он перепугано смотрит на Суппасита, который, в отличие от Нонга, крайне спокоен, даже улыбается как-то хитро. — А всего несколько минут назад, ты был спокоен, уверенный, что Сэйнт и на кухне посидит, — и встаёт, сжимая испачканный кулак. Глаза Канавута округляются, и он успевает пнуть в ногу старшего, следом в быстром темпе доставая влажные салфетки из ящика. — Привет, — с лёгкостью выдыхая, произносит Панит, встречая друга в коридоре. Он с хитрым блеском смотрит на руку Суппасита, ловя в ответ довольную ухмылку. — Да пошли уже, — толкает Сапп Прука в спину. — Привет, — машет рукой Панит, зайдя в зал. Галф слегка потерян, но особо не удивлён, кивает в знак приветствия. — Я не могу его пьяным за руль пустить… — шепчет Сапп, словно оправдываясь, и это не нравится брюнету. — Да я понимаю, — спокойно отвечает Канавут, вставая, чтобы закрыть окно. В комнате уже достаточно холодно. — Только как спать будем? — А ты уже спать хочешь? — появляется в двери Суппасит, обнимая Прука со спины. — Нет, — хмыкает Галф, скрещивая руки на груди. — Но спать-то нам всё равно придётся. — Может на пол? — выдыхает Сапп, присаживаясь на пол. Он двигает к себе оставшиеся закуски, которые они так и не успели доесть. — Я не хочу спать на полу, — фыркает Прук присаживаясь рядом. — Тебя вроде и не звали, — пожимает плечами Сапп. — Но я буду с тобой… Сапп поджимает губы и толкает Пи в плечо. А вот Суппасит и Галф посмеиваются и о чём-то перешёптываются, присаживаясь рядом. Никто из них и не предполагал, что сегодняшний вечер закончится именно так. И Галф не думал, что их отношения с Мью наконец-то двинутся с мёртвой точки, причём так существенно и качественно; не думал и Сэйнт, что после громадного недопонимания и всех вытекающих последствий, они смогут сидеть с Пруком рядом, снова чувствуя себя счастливо, но всё именно так. И пусть это только начало и впереди огромный путь, но если судьба норовит их видеть вместе, объявив истинными друг для друга, ведь, в конце концов, именно они выбрали для себя этот путь.