Я суицидник....

      Порой, хочется сказать так много вещей, но слова где-то застревают в горле, они сдавливают его и в итоге, ты молчишь.       Жизнь – это чреда счастья, везения, неудач и падений. И, казалось бы, ты поднимаешься, идешь вперед и снова падаешь. В какой-то момент, смотришь в землю и понимаешь, что настолько устал и вымотался, что даже вставать не хочется. Понимаете о чем я?       Меня зовут, Осаму Дазай. Мне двадцать четыре года, я мафиози, убил множество людей, торговал разной дрянью, и по сей день я верный пес Огая. Хотя, это скорее его виденье этой ситуации.       Моя способность, она совсем незаурядная, я просто могу аннулировать другие способности, да и на мне никакая другая способность не действует, казалось бы, все круто. Но в бою, все, что я могу – стрелять. Я слаб, слаб телом, слаб способностью. Но я силен. Силен умом, умением предугадать практически все. Продумывая план на несколько шагов вперед, разыграть ситуацию, как в свою пользу, так и наоборот, дабы после, придумать еще парочку шагов.       Мой напарник, Чуя Накахара. Паренек вспыльчив, красив, порой даже мил бывает. Он гений гравитации, самый сильный эспер во всей Порт Мафии, в этом, ему равных нет. Но вся его сила, буквально меркнет предо мной. Всего одно касание, и все, что он может сделать, лишь пустить мне пулю в лоб. Порой такое желание промелькивает в его глазах, я вижу это. Вижу, как он ненавидит меня, проклинает тот день, когда я втянул его во все это. Он много раз пытался меня задеть словами, кричал, игнорировал, но все равно находился рядом.       Знаете, я суицидник. Я много раз, пытался умереть. Сколько перебрал способов, сколько раз клялся себе, что это последний раз. Что все получится, но я чудом оставался в живых. Словно кто-то нажимает на кнопку "Reset", и я снова живой, снова смотрю в потолок и ощущаю, как жжет мои руки, ноги. В очередной раз, я столько потерял крови, но все равно остаюсь в живых. Почему? Почему все так получается? Или правильнее сказать – не получается? Да, почему не получается? Что я делаю не так?       Именно в такие моменты отчаянья, в ванную всегда врывается этот слизняк. Он всегда хорошенько бьет меня по лицу и за шкирки вытаскивает с воды. Он с омерзением смотрит на новые порезы, но все равно их обрабатывает, перебинтовывает. - Ты идиот, - бурчит он с таким выражением лица, словно сожрал мамину губную помаду, а я в такие моменты всегда молчу, отвожу взгляд. Мне не стыдно за то, какой я, мне стыдно, что очередная попытка закончилась ничем. Когда он закрепит последнюю скобу, я поддамся странному желанию, которого прежде не возникало у меня. Просто обнимаю, утыкаюсь лицом в ямку, что находится между плечом и шеей. Вдыхаю его аромат и закрываю глаза. В какой-то момент, мне становится легко, я ощущаю, что засыпаю, словно кто-то посыпал меня сонным порошком. Но после, я ощущаю чуть ноющую боль в шее и слышу тихое, слабое: «прости, ты должен поспать». Вот как, он использовал дротик. Оно и не странно, я не спал уже несколько дней. Вот так, доверяй теперь, теплым объятиям.       Я не знаю, сколько я проспал, но проснулся я не дома. Эти стены мне кажутся знакомыми, как и этот потолок. Но, по правде говоря, я не знаю, что это за стены, а когда хотел подняться, то ощутил на своей груди чью-то руку. - Лежи, - говорит чуть хриплый голос. И да, я узнаю в нем Чую. Пугает меня лишь то, что он в одной постели со мной. Обнимает. Это чувство непривычно, заставляет дрожать. - Почему? Я далеко не хороший человек. Я убийца и по моей вине, ты стал таким же, - говорю я, стараясь как-то отгородиться от него. Мне некомфортно, и нет, не потому, что он парень, а потому, что он ненавидит меня. Зачем? Зачем человеку, что тебя ненавидит, быть рядом, обнимать, спать? Ранее, мне казалось это несовместимым. Я не понимаю. Я не понимаю многих вещей. Странно да? Я умный, но элементарного в упор не вижу, не понимаю, не хочу понимать. - Бла-бла-бла. Ты умеешь заткнуться? Или мне тебя научить? – Он нависает надо мной, смотрит своими синими глазищами и буквально буравит во мне дыру. Мне становится холодно. Я все еще слаб, даже нет сил сказать: «отстань». - Себя научи, слизняк, - все, что я умею, это лишь грубо с ним общаться. Как дите малое, ей богу. - О как? Неужели снотворное у тебя выбило последние остатки ума? - Что, прости? Хэх. Мы никогда спокойно не могли поговорить, всегда все через жопуКхм, через одно место. Ранее мне казалось, что зачинщиком ссор и конфликтов являлся Накахара, но сейчас, мне открылась правда. Все это время, мы грызлись лишь из-за меня. - Ты не исправим, Осаму, - я слышу этот голос, он на грани слез, если представить, что Накахара умеет плакать. Он сжимает мое горло, смотрит в глаза и, я снова вижу эту ненависть, презрение. - Не понимаю, ты так ненавидишь меня, но все равно… Раз за разом, пытаешься спасти такую сволочь как я. - Сволочь? Ты скотина, Осаму. Где же твой гениальный ум? Ты тупой как пробка, элементарных вещей не понимаешь. Как ты вообще живешь?! – Он снова вспылил, все сильнее сдавливая, а я обхватываю его кисть рукой, и чуть поднимаю ее выше. Всего пара минут, чуть сильнее сжать и я просто испущу дух. - Вот и я, спрашиваю себя о том же, ну же, чуть сильнее, Накахара-сан, - шепчу я, медленно заправляя прядь его рыжих волос, за ушко. А тот распахивает глаза сильнее, и я вижу слезу. Даже не одну. Почему он плачет? – Почему ты плачешь? Это из-за меня? - Ты дурак… Разве ты еще не понял? Кому ты нужен… Ты нужен мне. Мне, слышишь? Живым, рядом. Я пытался… пытался ненавидеть тебя, вбивал себе это в голову, но все равно ощущаю влечение к тебе. - Дурак тут… Только ты, Чуя, - я слабо улыбаюсь и тяну его на себя, мягко касаюсь его губ, они такие сладкие, податливые. Он совершенно не сопротивляется, а спустя минуту, он отвечает на поцелуй, углубляя его, делая требовательным. Теперь, я не могу сопротивляться. Отвечаю, зарываясь пальцами в рыжую копну волос. Оттягиваю назад, целую его шею. И слышу эти слова. Впервые в жизни, я слышу эти слова. - Я люблю тебя, Дазай, - они словно мед на сердце. Казалось, что эта комната засветилась теплым, ярким светом, таким же, как волосы Чуи. И я счастлив. Я ощущаю счастье, казалось, словно я умер, и наконец-таки, проснулся от этого кошмарного сна. Это ведь то, чего я желал всю свою жизнь. Я ничего не отвечаю, лишь повалил его на спину, склонился над ним и, стал покрывать все его тело поцелуями, оставляя свои метки, укусы, желая исследовать все до единого. Знаете, я суицидник… В прошлом. Я смог уснуть, тогда в ванной, и проснулся от этого кошмара. Рядом со мной он, такой родной, нужный. Всегда сопит под боком. И другой жизни мне не нужно. Я счастлив.