Игры зеркал

Он стоит во тьме, погасив огонь, Терпеливо ждет, протянув ладонь. Он подарит ключ от мечты без слов, В одеяло туч, в колыбель ветров. ©Грей Рейн

Кругом лишь тьма и пара кроваво-красных глаз. Они прожигают насквозь, обнажая самое сокровенное, следят за малейшим движением, жадно впитывая. Под таким пристальным взглядом не то что убежать, провалиться сквозь землю мало будет. Слезы давно закончились, оставив после себя легкую головную боль и сонливость. Хочется зажмурить глаза, ущипнуть себя для верности, а потом встать и идти искать выход из этого места, но Фантомхайв не шевелится, даже старается не дышать. От того, что скрыто в темноте, он ожидает худшего исхода. Однако в этой всей ситуации радует только одно — почему-то, то, что на него смотрит, пугает уже не так сильно, как собственное ожившее отражение. — Хочешь вернуться обратно? — отовсюду раздается сладкий, манящий шепот. — К-кто ты? — голос звучит очень хрипло и тихо, Эстелль запинается на первой букве. Робко и неуверенно он поднимает голову, оборачиваясь по сторонам, пытаясь понять, где стоит собеседник. Но куда бы он не повернулся, куда бы не бросил даже мимолетный взгляд, везде натыкается лишь на горящие странным предвкушающим блеском глаза с узким вертикальным зрачком. Руки начинают подрагивать, и мальчишка хватается за края белоснежной ночной рубашки, сжимая до побеления костяшек, только бы унять дрожь, только бы её не заметило странное существо. — Ха, я тот, кто может помочь тебе выбраться отсюда, но имеет ли это значение? — нечто усмехается, и на жалкую секунду кажется, что во мраке мелькает рот с белоснежными острыми клыками. Выбраться? Оно может помочь выбраться? Подросток жмурится. Нет, не правда. Не правда. Отражение ведь тоже говорило, показывало, что он достоин внимания, что он тоже значим, что это все его по праву, и что в итоге? Где он сейчас? — Врёшь, — бормотание прозвучало так по-детски, будто доверие ребенка предал взрослый, и теперь мальчик утратил веру в его слова. — Ты как оно, тоже меня куда-нибудь утащишь. Со стороны раздался смешок: — Если бы я мог, как ты выразился, тебя куда-нибудь утащить, то, что мешает мне сделать это прямо сейчас, когда ты в шаговой доступности от меня? Почему я предлагаю тебе помощь? Подумай. Эстелль сглатывает. И, правда, если подумать, то теоретически, зеркальной копии, скорее всего, мешало непосредственно само зеркало, а что мешает этому существу? Почему оно прямо сейчас не может осуществить задуманное? — Ты, — неуверенно начинает Фантомхайв. — Ты же не просто так предлагаешь помощь, тебе нужно что-то взамен, верно? — Какой догадливый мальчик, — глаза прикрываются в довольном прищуре. — На самом деле все достаточно сложно, но основную суть мысли ты уловил, просто так я помогать не буду. — И… и что тебе нужно? — почему-то, но мальчишке совсем не хочется знать ответ. Не хочется в принципе принимать помощь неизвестно кого, но, что он может сделать в этом непонятном месте. Судя по всему, существо знает, где находится и, следовательно, знает, как отсюда выбраться. А что знает Эстелль? Да ровным счетом ничего. Сердце сжимается. Чувство, будто его подталкивают к краю пропасти, из которой выбрать уже не удастся. — Твоя душа, — растягивая каждое слово, медленно произносит нечто. Подросток задумывается: — Душа? Здесь есть какой-то подвох? — честно сказать, мальчику слова существа мало, что объяснили. Душа, ну и что? Во-первых, если предположить: она и правда существует то, как он тогда может её отдать? Во-вторых, чем это чревато для него? — Проницательный ребенок, — голос прозвучал так довольно, что Эстелль неосознанно представил себе большого кота, который наевшись хозяйской сметаны, теперь валяется, подставляя пушистые бока под солнечные лучи. — Смею предположить, что человеческое дитя мало что понимает в этом вопросе, ну, не мудрено, — отовсюду начал раздаваться смех, а потом последовало глухое рычание. — Знакомо ли тебе о чем обычно говорят священники? Про ад, рай, души? — Да, — неуверенно отозвался подросток. Эта тема была ему не очень интересна, но в общих чертах он что-то, да знал. — Неужели ты… — «демон» так и не смогло сорваться с его губ. — Да, — на мгновение глаза исчезли. — Да, сообразительное дитя, — казалось, он подобно хищнику радовался добычи, что попала ему практически в руки. Эстелль замер, шестеренки в его мозгу лихорадочно заработали: — То есть, ты заберешь мою душу, как только вытащишь отсюда? Я умру сразу же, как только попаду назад в собственную комнату? Ни за что. Я не приму твою помощь, ты просто собирался обдурить меня! — негодование медленно зарождалось внутри, вытесняя оставшиеся крупицы страха. — Тебе не выбраться отсюда самому, и думаю, ты это прекрасно осознаешь. Мальчик опускает голову, не в силах выносить прожигающий взгляд. Конечно, юный Фантомхайв это осознавал. Осознавал, и хотелось выть от собственного бессилия. Вероятно, ему суждено сгнить здесь заживо. Может быть, это не так уж и страшно, но… но где-то там, ходить его копия и, что же станет с отцом и матерью? Что станет с Сиэлем? Эстелль сглатывает. Возможно, его пропажу толком всерьез и не воспримут, да, поднимется небольшой шум, поищут-поищут чутка, да успокоятся, не наследник же пропал, в самом деле. Возможно, потом его возвращение не принесет никому радости, да и не сможет он рассказать о том, что с ним случилось, не поверят же. Но если он сейчас ничего не сделает, то, что станет с его семьей? Они же не знаю, что рядом с ними сейчас вовсе не Эстелль, а непонятное чудовище из зазеркалья. Холодок прошелся по спине, сердце сжалось. Похоже, такова его судьба. — Эй, демон, ты всё ещё здесь? — голос звучит очень тихо, но мальчик уверен, если существо здесь, то оно услышит. В ответ ничего, но перед глазами проносится одинокое черное перышко, которое раскалывается на тысячи осколков, достигая «пола». Слова не нужны, исчадие ада здесь, оно внимательно слушает. — Давай заключим сделку: ты вытаскиваешь меня, мы разбираемся с той штукой, что вылезла отсюда и душа твоя. — Как благородно, — кажется, существо хотело фыркнуть, но вовремя себя остановило. — Жертвовать душой ради других, — возможно, оно даже скривилось на этих словах, однако, Фантомхайв не знает и, вероятно, не узнает никогда. — Ты, правда, не хочешь чего-то большего? Власти, денег? Беззаботной жизни? Подросток качает головой, рассматривая оборку на рубашке. — Нет. Если хочешь мою душу, то только на этих условиях, ничего другого мне не надо. Не согласен — можешь катиться обратно в ад. Возможно, мальчику лишь показалось, но воздух стал тяжелее, в нем появилось напряжение. Да и аура от демона изменилась. Наверное, он ожидал чего-то большего или… меньшего, но никак не жертвенности, со стороны ребенка. — Будь по-твоему, — звучит глухо, без интереса. Похоже, хищнику добыча симпатизирует уже не так сильно. — Есть пожелания насчет месторасположения печати контракта? Эстелль вновь отрицательно качает головой, и уже через секунду чувствует, как правый глаз прожигает невыносимой болью. Раздается крик, и до мальчика не сразу доходит, что это он кричит. Во тьму упало несколько капель багровой крови.