Лань Цижень

Подписав с главой Вэнь договор и документы, касающиеся скорой свадьбы, а после почувствовав, как шевелюра осветлилась ещё на пару прядей, Лань Цижень от души гаркнул: — Вэй Усянь, быстро сюда! Не успевший ещё уйти тоже чуть пришибленный Вэнь Жохань, удивлённо распахнул глаза, но его совершенно невежливым тычком выпроводили за дверь, едва не дав пинка для ускорения, но в последний момент с трудом удержавшись. Мужчина хмыкнул, но не стал ничего говорить, просто уходя — ему не особенно сейчас, с болящей головой, хотелось знать, на что способен доведённый до бешенства Лань. Под изумлённые взгляды адептов в течение нескольких минут откуда-то выскочила тёмная фигура, тут же застывая в почтительном поклоне. Цижень только раздраженно рыкнул, взмахивая рукой. — Сел. Рядом. Быстро, — и сам устроился на тонкой подушке. Юноша тут же выполнил приказ, непонимающе хлопая глазами. — Лёг. Вэй Ин, опасливо косясь на растрёпанного, уставшего и раздражённого заклинателя, опять послушался. Лань Цижень поудобнее повернул парня как большую куклу и, устроив его голову на своих коленях, с нетерпеливым бормотанием зарылся пальцами в густые, пушистые волосы. Длинно выдохнул и прикрыл глаза, будто входя в медитацию и разом успокаиваясь. Вэй Ин, замерев было как мышка, тоже расслабился и растекся по полу от приятных прикосновений — волосы мягко, ласково перебирали, да и в целом гладили как домашнего любимца. Аккуратно, заботливо, и вместе с тем с таким отчётливым упоением, что становились понятны все те странные взгляды, которые Глава Лань бросал на него время от времени. Хоть бы не замурчать. Или можно? Даже шицзе не гладит его так долго и нежно. — Учитель, может быть вам принести кролика? Они тоже мягкие. — Нет, у тебя шёрстка длиньше, — пробурчали неразборчиво. Вэй Ин не удержался, хихикнув. Ну что ж, он не против побыть иногда чьим-то домашним любимцем. Теперь понятно, почему кролики замирали и растекались на коленях, стоило зарыться пальцами в их мех или провести по нежным ушкам. Прибежавшие на услышанный вопль остальные не смогли удержать лиц, увидев почти мурлычащего от удовольствия главу клана и засыпающего под его прикосновениями темного заклинателя. Сичэнь же, наблюдая за братом, и вовсе трясся от смеха, в то время как Ваньинь закатывал глаза, бормоча о том, что место, в которое он приехал учиться, и то, что творится сейчас — разные как Небеса и Диюй. Цижень, не открывая глаз, довольно замычал: — Ванцзи, если вы не поженитесь, я оставлю его в качестве персонального успокоительного. Лань Сичэнь прикрыл улыбку рукавом — А-Чжань так мило поджал губы, явно разрываясь между нелогичной ревностью и сочувствием доведённому до ручки дяде, который так явно вытрепал последние нервы, что позабыл манеры и этику. — Мгм. Дяде не стоит об этом беспокоиться, — и с намёком кивнул на собственную ленту, которая была повязана поверх чёрного рукава. Лань Цижень, кажется, был доволен таким ответом и снова погладил длинные, пушистые волосы развалившегося на его коленях мальчишки. Юноши ещё какое-то время потоптались на пороге, но затем, даже не сговариваясь, принялись готовить чай и доставать закуски — обед они по разным причинам все пропустили, и сейчас не мешало бы передохнуть. Лань Цижень, тем временем, постепенно приводил своё эмоциональное состояние в порядок. Видимо он подсознательно сделал правильный выбор, когда затребовал Вэй Ина: близость тёмного заклинателя, с которым они прошли те ещё испытания, действовала плодотворно — грань искажения снова отступила, и даже пропал пугающе-алый яркий отблеск в глазах. Чудесно, пока живём. Вэй Ин, почувствовав, что его перестали гладить, боднул головой ладонь. Чужая энергия коснулась ненавязчиво, поддразнивая и вместе с тем даря необходимое чувство не-одиночества. Краем сознания ощущались суетящиеся в комнате дети, но мысли то и дело скользили на несколько дней назад. Ранее. — Молодая госпожа Цзян, могу я вас кое о чём попросить? Яньли, едва уловимо поморщившись, ответила согласием. Учитель уже давно не называет её так, наверняка это была не простая просьба. — Мы ведь оба знаем, что в травах вы разбираетесь на порядок лучше обывателя. — Учитель льстит мне. — Нисколько, — качает головой, отчего длинные волосы неряшливо рассыпаются по плечам, Яньли давит в себе желание заплести их, как делала в детстве братьям. Время позднее, до отбоя осталось меньше часа, но Лань Цижень часто зовёт её попить чай на террасе, любуясь закатом и наслаждаясь тишиной с приятным компаньоном. Она всегда охотно принимает такие приглашения, зная, что времени до возвращения домой осталось совсем мало. А значит больше никаких уютных посиделок. — Буду честен и краток — составьте мне, пожалуйста, травяной сбор для курильницы, дурманящий сознание. Яньли аккуратно отставила чашку и твёрдо посмотрела в карие, с едва различимым красным отблеском глаза. — Глава Лань должно быть перепутал меня с молодой госпожой Вэнь. При упоминании Вэнь Цин мужчина поморщился и снова покачал головой. — Отнюдь. Вы ведь умная девушка, Яньли, и наверняка понимаете, к чему ведёт нынешняя политика клана Вэнь, — девушка в ответ настороженно кивает. Совсем-совсем не глупая, только никогда не озвучивает своих мыслей. Глупец тот, кто даже не попытался рассмотреть подобное сокровище. — Мои родители часто это обсуждают. — Толку-то, — кривится, — говорить, но ничего не делать. Вэни желают власти. И, честно говоря, я не прочь это обеспечить, но на своих условиях. Облачные Глубины выстоят несмотря ни на что, но я так же не желаю вреда и вашему клану, госпожа, ведь Ваньиню ещё предстоит возглавить его. — Тогда зачем вам подобные уловки? Просто поговорите с Главой Вэнь, — и тут же примолкает под насмешливым взглядом. — Сдаться открыто — не вариант, нас сожрут и растопчут, пепла не останется. Придётся действовать хитростью. Вы ведь не могли не заметить, что происходить между Лань Сичэнем и Вэнь Цин? Я намерен поженить их, чтобы заключить союз. Что бы о Вэнях ни говорили, они чтят узы как никто другие. А уже на правах союзника с ними вполне можно будет иметь дело. — Тем более, что Глава Вэнь в последнее время совсем не оправдывает свою репутацию, — проницательно заметила девушка. — Именно. Не буду вдаваться в подробности, но когда внутри человека что-то сломано, это не может не влиять на его голову и на его действия. Я надеюсь со временем исправить это. — Но почему именно вы собираетесь заняться этим? И если с человеком не всё в порядке, как он может нести ответственность за целый клан? Почему вы всё равно хотите союза с ним? Мои родители на вашем месте… — и замолчала, едва ли не сказав нечто крамольное и жестокое. Но мужчина в ответ ей только мягко улыбнулся, поддерживая и соглашаясь. — Будем с вами честны, обезглавить клан Вэнь тем или иным образом — значит отдать его на растерзание всем остальным. Пострадает очень много людей. Мне не нужно столько крови на руках. Да и к тому же… гораздо лучше залатать то, что есть, чем строить из пыли и крови что-то новое. А ещё Вэнь Цин прекрасно подходит моему племяннику, как и он ей. Её прекрасно слушаются адепты, открыто восхищаются и едва ли не в припрыжку стремятся исполнить приказы. А она Вэнь, помните? Даже мы не свободны от предрассудков, но эта девушка покорила всех, даже не пытаясь сгладить свой характер, наоборот намеренно выпячивая не самые мягкие черты. Яньли не сдержалась и улыбнулась, тоже вспомнив, как резво девушка командовала чужими адептами, а за её спиной стоял мягко улыбающийся Лань Сичэнь, примораживающий взглядом любого, кто пытался сказать хоть слово поперёк. — Соглашусь. Они чудесная пара. — Так вы поможете мне? Яньли налила себе новую чашку и нерешительно кивнула только после того, как осушила её. — И всё же, почему не Вэнь Цин? — Потому что даже она, даже ради общего блага, не станет травить главу собственного клана. — А я, по вашему мнению, способна на такие низкие поступки, — не обида, только уточнение. — А вы, по моему мнению, — тепло улыбнулся, — достаточно рассудительны, чтобы знать, что моралью и этикой иногда приходится поступаться ради большего блага. Я никогда не поверю, что это не вы заложили в Усяня и Ваньиня толику рассудительности вопреки их темпераменту. Девушка польщённо улыбнулась, вместе с тем скрывая за улыбкой грусть. Всё так и есть. Но почему только чужой человек может разглядеть в ней личность, которая может приносить пользу не только выгодным замужеством? Её мягко взяли за руку, вырывая из невесёлых мыслей. — А ещё я прошу потому, что мне понадобится благоприятный повод для ваших родителей, когда буду писать письмо о продлении вашего обучения до собрания кланов. Яньли очень-очень сдерживала себя, но всё равно благодарно схватила мужчину за руку. — Большое спасибо! — она сможет ещё побыть со своими братьями в этом месте! Пить вечерами чай, беседовать с Вэнь Цин, её первой, настоящей подругой, посещать уроки на женской половине и… Она сама оборвала себя на последней мысли. Глупости, глупости. Прекрасная сказка обязательно закончится, только чуть позже. И она вернётся домой. И только с одним братом, потому что А-Сянь должен остаться здесь, в месте, где его любят и ценят. Во что бы то ни встало. Интересно, родители уже нашли ей нового жениха? Или дождутся, пока слухи ещё поутихнут? Не то что бы за ней была вереница ухажёров. — Как всё-таки приятно поговорить с умным, здравомыслящим человеком, — вдруг как-то не характерно для себя простонал мужчина, растирая ладонями лицо. — Ну почему у меня нет такой умненькой дочки? Одни беспокойные мальчишки! Яньли тихонько рассмеялась и подлила Учителю новую порцию чая. Тот посмотрел в ответ тепло и благодарно. — Поэтому вы так открыто говорите? — На вас печать, составленная вашим братом. И вы сами её попросили, заметьте. Но беседую я с вами не только поэтому, да. Этому старику очень не хватает кого-то спокойного и рассудительного. — Мне составлять антидот? — почти перебила, прерывая смущающие её откровения. — Не надо, — ответили, вздохнув. — Но тогда… Лань Цижень снова вздохнул и, залпом допив ещё горячий чай, поднял на неё уставшие глаза. — Поверьте, даже мне в здравом уме не хватит смелости флиртовать с Вэнь Жоханем. Яньли закашлялась, поперхнувшись. Лань Цижень дёрнул уголком губ. — Вот именно. А давить придётся именно на его странную заинтересованность этим Главой. — И вовсе не странную, — пробормотала девушка, не сдержавшись. Она вполне понимала Главу Вэнь, который, видя, насколько умён и силён Лань Цижень, не мог к нему даже толком приблизиться, наталкиваясь снова и снова на вежливый отказ. Лань Цижень сделал вид, что не слышал последнюю фразу, смотря куда-то мимо и настраиваясь на то, что это будет очень стыдно, но, пожалуйста, пусть хотя бы не напрасно и действенно. Что только ни сделаешь ради счастья своих детей. Даже добровольно будешь тягать тигра за усы, надеясь, что он не откусит пальцы по самое плечо.