Настоящие сказки братьев Гримм

Антон никогда не понимал, почему в детективах убийства происходят только в мрачные, пасмурные дни. В такие моменты, когда из-за погоды у всех и так повышенная нервозность. Нет, точнее, он прекрасно понимал. Это нагоняло пафоса и некой помпезности событиям книги. И, наверное, такое могло понравиться двенадцатилетнему школьнику Тохе. Однако нынешний студент Антон Шастун мог точно сказать, что убийства происходят во всякие дни. Например, сейчас он направлялся к трупу человека, который умудрился погибнуть в первый теплый день за последний месяц. Какая нелепость, — подумалось слишком циничному сегодня Антону. Сил на сочувствие у парня совершенно не осталось. События мимо него проносились на первой космической, поэтому он предпочел абстрагироваться. Когда каждый день сталкиваешься с человеческой жестокостью, сложно сохранить крышу на ее законном месте без этого навыка. Поскольку всю поездку от отдела до этого места Антон смотрел в никуда, пытаясь собрать мысленно все улики в голове в единую картину, сейчас его интересовал лишь один вопрос. — Арс, а мы, собственно говоря, где? Парни стояли под мостом. Не под тем, что разделяет Санкт-Петербург на две части и разводится по ночам, приковывая к себе взгляды туристов. Они находились где-то ближе к окраине города, но все же в черте. В общем, обыкновенный спальный район в 9 утра. Светило солнышко, на деревьях пели еще не улетевшие на юг птицы, а прямо у них под ногами лежал труп. Это был парень 19 лет, как сказала им девушка из Пашиной команды криминалистов. Ни Антон, ни Арсений никак не могли понять, как она вообще смогла что-то понять по куче внутренних органов, что лежала у них под ногами. Кое-где торчали белесые кости, с которых лоскутами свисала кожа. От человека буквально не осталось ничего, что могло бы сказать о нем хоть что-то. — Мы на вызове. Позвонил паренек, они с компанией друзей играли на стройке, — Арс обвел руками недостроенное здание, находившееся по соседству, — и наткнулись на труп. — А с детьми все хорошо? Просто я сам сейчас блевать пойду, — нервно усмехнулся Антон. Попов лишь пожал плечами. На самом деле ему было плевать на труп, на детей и на стройку. Он думал о Сереже, об Илье. О всех, кто пострадал в прошлую ночь. Пострадал, как мужчина считал, из-за него. Пока о видении Антона знали лишь они двое и Дима, которому тот всецело доверял. А значит, вынужден был довериться и Арсений. Но, несмотря на это, их все равно явно старались отгородить от этого дела. А может, и это давило на Попова еще больше, думали, что они попросту не справятся, и все жертвы были напрасны. Арс и сам прекрасно умел обвинять себя в страданиях близких ему людей и загоняться. Поэтому хорошо, что он понял и принял ситуацию. Смирился и согласился заморозить расследование, или вовсе отдать дело другим сотрудникам. Ведь его коллеги работали ничуть не хуже него. Конечно нет, это было бы слишком рационально для Арсения. Это с какой такой радости я должен успокоиться и отдать это дело хрен пойми кому? Я полгода, значит, ношусь с этим, бегаю, как белка в колесе, а тут меня отстраняют. АГА, А… — дальше в его мыслях был только поток нецензурной брани, которая мало напоминала структурированное предложение. Антон же придерживался другой позиции, гораздо более обоснованной, надо сказать. Он надеялся, что чем дальше Арс будет от этого расследования, тем больше шанс того, что парень сможет его спасти. Шаст до сих пор не понимал, почему ему так необходимо кого-либо спасать. Всю жизнь он сторонился людей, не вылезая из своего защитного панциря. А теперь возомнил себя рыцарем на белом коне? — Привет, мальчики, — к напарникам подошел Паша. — Слышал о Сереже, мне жаль, как он? — спросил Добровольский, положив руку Попову на плечо. Почему-то от этой сцены Антону стало немного мерзко. — Пока не очнулся, — тихо ответил Арсений. Но через секунду прокашлялся и продолжил более невозмутимым тоном. — Нам что-то известно о том, что тут вообще произошло? Возможно как-то установить личность парня по тому, что от него осталось? — Вообще-то, да! — глаза Паши радостно загорелись. Было видно, что работа доставляет ему искреннее удовольствие. — Отпечатки мы уже сумели взять. А на счет того, что произошло. — криминалист обошел труп с другой стороны и указал наверх. Там находился ранее упомянутый мост и больше ничего примечательного. — Ну и? — уточнил Антон. — Перила сломаны. Вон они, недалеко валяются. — Действительно, буквально в десяти метрах от места падения лежали сломанные перила. — Думаю, несчастный случай. Парень облокотился, а перила просто не выдержали. Печально, но такое случается нередко. Арсений согласно кивнул. Разумеется, это пока была просто теория, но выглядела она достаточно правдоподобно. — Давайте я проверю, на всякий случай, — предложил Антон. Попов усмехнулся. — Куда только делся стажер из кафе, который собственной тени шарахался? Парень и сам был удивлен тому, как с каждым разом это выходит у него все проще и проще. Давно он не чувствовал себя таким свободным от своего проклятия. Размышления парня прервал Паша, перехвативший руку Антона так, чтобы тот не мог снять перчатку. — Думаю, в этом нет никакой необходимости. Мы еще не до конца закончили реконструкцию тела. Тем более вы ночью пережили такой стресс. Илья для нас всех был все же коллегой, пусть вы с ним и цапались, — Паша сделал акцент на последних словах, и парням стало как-то неуютно. — Но я правда могу помочь, тогда мы больше узнаем о его смерти, — продолжал стоять на своем Антон. — Антон, ты тут работаешь не так долго. Сейчас дай старшим заняться делом, хорошо? А вы поезжайте, отдохните, давайте, давайте, — Паша несильно, но настойчиво оттолкнул парня от тела и тут же вокруг засуетились криминалисты, не давая напарникам даже подойти к месту происшествия. Шаст уже собирался вступить в полемику с Добровольским. Но тут Арс споткнулся о лежавший на земле камень и почти разбил себе лицо об остатки асфальта. К счастью, Антон успел вовремя того подхватить, притянув к себе. От мужчины пахло гарью и бензином. Никто из них, разумеется, не успел даже элементарно помыться после взрыва. Они просто об этом не вспомнили. Мужчина еле стоял на ногах. Антон глубоко вздохнул и, не отпуская руки детектива, повел того к машине. Арсений, наверное, был бы не против уступить место водителя парню, но сегодня у него были другие планы. — Я поеду в больницу. К Сереже. Паша прав, это все из-за меня. Прости, можешь добраться домой на метро? Шастун не успел ничего ответить, как Арс уже сел в машину и уехал, оставив парня глядеть тому вслед. — Тебе бы поехать и поспать, а не по больницам мотаться, придурок! — лишь успел крикнуть вдогонку парень, но водитель его, конечно, не слышал.

***

Антон долго думал, чем же ему заняться. Но жуткая усталость и голод решили все за него. Поэтому парень решил дать себе, наконец, немного отдохнуть. Он поехал в свою любимую кафешку в китайском стиле. Там было достаточно уютно, чтобы просто посидеть в одиночестве и поразмышлять о вечном. А еще там подавали вкусную и недорогую еду, что очень ценилось, особенно студентами, которые составляли девяносто процентов всех посетителей. Вкусно поесть Антон любил, особенно, когда понял, что забывал это делать последние несколько дней. Поэтому тут же заказал у приятного официанта жареные баклажаны и курицу терияки. Да, парень не особо разбирался в странных названиях, но что такое баклажаны и курица он знал, так что предпочитал не заморачиваться. Следующие несколько часов прошли приятно и неторопливо. Антон поел, а после либо читал новый детектив, который недавно купил в секонде у дома. Ну а что? Не в Читай-город же идти. Там одна книга как блок сигарет стоит. Либо играл в телефон. В общем, полностью отстранился от пиздеца, происходившего с ним в последнее время. Однако, когда на часах уже было 17:32, ему все же пришлось расплатиться и покинуть помещение, потому что дольше сидеть было бы невежливо. Так, сейчас куплю себе сигарет и поеду работать. А потом надо будет реферат еще написать, какой ужас. Через пятнадцать минут в кармане у парня были две пачки Винстона с кнопкой, а в копилке историй рассказ алкаша о том, как тот потерял свою работу и жену. Тут телефон в кармане зазвонил, а Антон, находясь в приподнятом настроении, даже не посмотрел на номер. — Алло!  — Привет, братик. Скучал? — прозвучал в трубке женский мурлыкающий голос. Антон застыл посреди улицы как вкопанный. Вся расслабленность мигом сошла на нет. — Чего тебе нужно? Я же поменял симку, как ты каждый раз меня находишь? — Вообще-то это действительно не так просто. Поэтому перестань, пожалуйста, менять номер телефона так часто, я устаю их искать. — Я тебе говорил, никогда больше не появляйся в моей жизни. Я не хочу с тобой разговаривать. — Если бы не хотел, уже повесил бы трубочку. — девушка на том конце провода явно улыбалась, разговаривая с парнем. — Так и поступлю, Марин. Сколько можно мне жизнь портить? — Ну хорошо, повесь. Только тогда я, пожалуй, пойду и поговорю с твоим Арсюшей. Он как раз тут в больнице. Мы с ним поболтали, такой милый. Антон несомненно был страшно зол, но старался никак этого не показывать, по крайней мере, не менять тон голоса. — Ну и что ты ему скажешь? То же, что и мне все эти годы? Что я мразь, убившая отца и так далее? Так он все знает. Я ему рассказал, и он принял это. Потому что он не такой, как ты. — А он знает, что ты никому не говорил про свое видение, пока отец не погиб? В глазах у Шастуна потемнело, а сердце сделало кульбит. — Я пытался, ты же знаешь, — тихо ответил парень. — Неет, ты просто просил его не ехать. Но если бы ты прямо рассказал обо всем. Тогда папа был бы жив. Это ты его убил, запомни это, наконец. — Девушка говорила все так же, будто с улыбкой. Только теперь в голосе еще звучали стальные, холодные ноты. — Не смей, — прошипел парень. — Тогда поторопись. Короткие гудки, и Антон сорвался на бег. Он направился в больницу.

***

Приехать в больницу оказалось не так просто, как Шаст надеялся. На полпути он понял, что не знает даже номера больницы, а едет просто в первом попавшемся автобусе. Поэтому ему все-таки пришлось позвонить новенькой сотруднице и расспросить, где лежит Матвиенко. К счастью, та не стала задавать вопросов не по делу и легко дала адрес и даже номер палаты. Антон резко распахнул дверь, о чем через мгновение пожалел. На больничной койке лежал Сережа. Он находился в коме, поэтому до парня ему не было никакого дела. А вот на кресле, стоявшем недалеко от окна, спал Арсений. Судя по двум пустым упаковкам от сникерсов, мужчина здесь пробыл целый день, не отходя даже пообедать как человек. Когда дверь стукнулась о стену, Арс резко открыл глаза и слегка подпрыгнул на месте. — Твою мать! А, это ты, — мужчина уселся поудобнее, проводя рукой по растрепавшимся из-за неудобного положения волосам. — Ты здесь весь день просидел? — с укором спросил Антон. — Да. Ну и что? Отчитывать меня станешь, мамочка? — хмыкнул довольный своей шуткой Арс. — Нет, блять, папочка, — буркнул Антон в ответ, думая, что Арс его не услышит. Арс, который в этот момент решил как раз отхлебнуть водички аж подавился. — Так-то я старше, — смог он выдавить из себя, когда наконец прокашлялся и усмехнулся, увидев, как расширились глаза Антона. Он выглядел так забавно, скрестив руки на груди. Арсений вновь невольно подумал о том, что парень перед ним жутко красивый. Но потом перевел взгляд на спящего друга и снова поник. — Так, не переводи тему, — взял себя в руки парень, — сейчас ты собираешься в кучу, и мы едем домой. — К тебе или ко мне? — Арсений честно не хотел, чтобы это так прозвучало, но оно прозвучало. — Ко мне. Поехали, блин, уже, шутник херов, — Антон отвернулся, чтобы мужчина не заметил, что тот покраснел как восьмиклассница на первом свидании, и поспешил на выход. Попов нехотя отправился за парнем. Потому что спать в кресле не очень удобно, а спорить с Антоном не было совсем никакого желания.

***

Какие-то неясные образы, кажется, это были утки. Почему тут утки? — подумал Арсений. А почему тут я? И где это самое тут? Впрочем, утки быстро исчезли. Мужчина находился около торгового центра. Самый обычный, один из многочисленных ТЦ Санкт-Петербурга, ничем не отличался от других. Правда для Арсения с ним были связаны тяжелые воспоминания. Когда он еще работал в патруле, здесь взорвалась бомба. Много людей погибло тогда. Мужчина вновь вернулся в тот день. Трагедии — одна из основных частей его работы. Правда, сейчас он не мог разглядеть лица людей. Четко он увидел лишь одно. Это была молодая девушка. Красивая, улыбчивая. В тот день она тоже скончалась. Но мужчина часто из всех тех людей вспоминал именно ее. Потому что девушка работала в кафе рядом с тц и, скорее всего, при жизни была очень добрым человеком. Она видела, каким уставшим был Арсений, заговорила с ним, помогла скоротать время невыносимого, но необходимого дежурства. Именно из-за него она тогда пошла в тц за кофе. Взрыв. Попов открыл глаза. Просто сон. - Арс, ты чего, все в порядке? - Вместо кричащих жертв теракта, у Арсения перед глазами теперь стоял Антон. Машина никуда не двигалась, значит, они уже доехали. Парень выглядел обеспокоенно, и мужчине от этого стало смешно. — Да, все хорошо. Просто кошмар. — Ты слишком много работаешь и слишком мало ешь, — недовольно сказал Антон. — Так, сейчас мы идем внутрь, поскольку я ужасный повар, признаюсь честно, заказываем вкусный ужин. А потом ты идешь и спишь хотя бы 12 часов. Ты заслужил. Договорились? — это больше смахивало на утверждение, чем на вопрос, но Попов все же согласно кивнул в ответ. Он и сам был не против наконец-то отдохнуть. Арсений поднялся на четвертый этаж вслед за парнем. В квартире было не прибрано, но почему-то до жути уютно. Куча плакатов на стенах, гирлянды и прочие забавные вещицы делали ее по-своему прекрасной. Это не шло ни в какое сравнение с голыми стенами его собственной квартиры, где максимум уюта создавал фикус на подоконнике. — Так, я нам сейчас закажу еды, надеюсь ты любишь такое, потому что я убить сейчас готов за яичную лапшу с курицей, — парень улыбнулся во весь рот. На секунду мужчине показалось, что тот светится ярче люстры на небольшой кухоньке у того за спиной. — Не откажусь, — ответил, наконец, мужчина, когда понял, что слишком долго пялится на Антона. — Можешь пока руки помыть или просто побродить. Спать будешь воон там, в моей комнате. Это не обсуждается, — Шаст картинно нахмурил брови и скрылся за дверью кухни, чтобы все же привести ее в более-менее приличный вид. Арс решил воспользоваться предложением и, немного помедлив, зашел в комнату Антона. Очень уж ему было интересно, что там находится. Помещение отлично вписывалось в общую атмосферу квартиры. Плакаты с рок-группами, играми, персонажами аниме. У стены стояла небольшая кровать-диван. У окна находился полностью заваленный бумагами и тетрадями письменный стол, что вызывало у Арса памяти воспоминания о периоде собственной учебы. А вот в центре стоял, неожиданно, мольберт. Рядом лежали кисти, пол был застлан газетами, на которых виднелись засохшие пятна краски. Пораженный мужчина смотрел на невероятно красиво и детально прорисованный пейзаж. Это была одна из улиц Санкт-Петербурга, Попов был уверен. Через холст была передана волшебная атмосфера этого места. Не мрачная, а именно та, что витала в воздухе, если ненадолго остановиться и вслушаться в город. Это так, так… Даже не описать словами. Столько стараний вложено. Почему же он тогда учится на следователя? Хотя одно другому не помеха, верно? — Нравится? Мне вот не очень, — Арс не заметил, как парень подошел и встал у того за спиной. — По-моему, это невероятно. Ты еще и рисуешь, что ли? — задал довольно очевидный вопрос мужчина. — Так, по настроению. Просто никак не могу понять, что в этой картине мне конкретно не нравится. Поэтому решил взять небольшой перерыв. — Ну не знаю, с моей точки зрения, она замечательная. Сама улица разве что пустовата. Там всегда столько народу днем, — улыбаясь, вспомнил Арсений. Их диалог прервал звонок курьера, который, на удивление, добрался до них за 15 минут и сейчас пытался понять, как заехать во двор. Оставшийся вечер парни уплетали лапшу, болтая обо всем на свете. Возможно, это немного цинично звучит, особенно в такой ситуации. Но следователи — тоже люди. И им тоже надо отдыхать. После Антон буквально заставил Попова пойти и поспать. Потому что сначала тот намеревался все же уехать и еще немножко поработать. — Не-не-не, ты идешь спать. У тебя мешки под глазами больше, чем у студентов, так вообще бывает? — непоколебимо говорил Антон. В итоге Арс сдался и, переодевшись в одну из безразмерных футболок Антона, лег у того на диване. Перед сном мужчина смотрел на картину и, почему-то, думать мог лишь о парне, который убирал кухню за стеной. Правда, продлилось это недолго. Мерный шум воды, пока Антон мыл посуду, и его тихое напевание какой-то смутно знакомой мужчине песни быстро успокоили и убаюкали его, создав такую атмосферу, из которой не хотелось уходить. Наоборот, возникало желание укутаться в плед и остаться здесь подольше, слушая дурацкие истории Антона и его заливистый смех. Впервые за очень долгое время Арсений заснул спокойно. В ту ночь ему не снился мертвый брат. Он видел ту самую улочку с картины. Он гулял по ней с Антоном и любовался. Правда, смотрел он уже совсем не на красивый пейзаж.