Настоящие сказки братьев Гримм

Антон не сразу понял, где находится, что уже начинало входить в привычку. Интересно, что на этот раз? Когда он открыл глаза, вокруг было темно, поэтому пришлось подождать какое-то время, чтобы глаза привыкли к темноте. Наконец, Антон смог разглядеть капельницу около себя и понял, что находится в больнице. Не самый худший вариант, — подумал он. Парень аккуратно сел на кровати, но тут же почувствовал простреливающую боль в руке. Посмотрев на нее, он увидел свежий бинт и небольшое бордовое, насколько он мог судить, пятно. Видимо, мои швы разошлись, черт. Шаст некоторое время старался восстановить в голове события прошедшего дня, а затем отцепил катетер от своей здоровой руки и заглянул в свою тумбочку. Внутри не было одежды и его вещей, как и на единственном кресле в палате. Потому парень тихонько открыл дверь, которая, несмотря на все его усилия, жутко скрипнула, заставив Антона сморщиться, и выскользнул в коридор. Была ночь, поэтому снаружи никого не было, что облегчало парню задачу. Антон почти на цыпочках двинулся к лестнице. Дверь, выводящая на нее, к счастью, скрипела не так сильно, поэтому Шаст смог тихо спуститься на второй этаж. Он хотел пойти на первый, но решил, что там вряд ли найдет нужный ему склад вещей больных, потому решил сначала посмотреть на втором. Выглянув в коридор, Антон увидел ординаторскую, дверь в которую была открыта. Рядом с ней же находилась комната, на которой висела табличка «Вещи пациентов». Однако радость от столь быстрого успеха быстро испарилась, когда он увидел двух медсестер, что-то сосредоточенно записывающих, которые сидели в ординаторской. Мимо них пройти было буквально невозможно так, чтобы парня не заметили. Гениальный план возник в его голове сам. Шаст поднялся на этаж выше и зашел в первую попавшуюся палату. Внутри лежал какой-то дедушка и спал так крепко, что сначала парень засомневался, жив ли тот вообще. Отбросив сомнения, Антон подошел к мужчине и снял с его пальца прибор, фиксирующий пульс. Тут же монитор сбоку запищал и вывел на экран зеленую линию. Со скоростью молнии парень ретировался в мужской туалет, находившийся прямо напротив лестничной клетки. Уже через пару секунд оттуда выскочили медсестры и побежали в палату старика. Шаст же с максимальной, насколько позволяла больная рука, скоростью отправился на второй этаж и зашел в нужную комнату. Она представляла собой помещение, похожее на склад в магазине. Железные стеллажи стояли рядами, а на них лежали целлофановые пакеты с бирками на них. М-да, это надолго, — подумал Антон, но медлить не стал. Перерыв кучу чужих вещей, он все же нашел пакет, помеченный его фамилией. Шаст переоделся в свои кофту, штаны и кроссовки, и только тогда обратил внимание на название больницы, напечатанное на бирках. Оказалось, что это была та же больница, в которой все еще лежал Серега. После операции, при которой ему доставали из груди осколки лобового стекла, он так и не приходил в себя, и Антону стало совестно, что он его долго не навещал. Шаст помнил, где лежал коллега, поэтому тихонько поднялся в его палату. Войдя в палату, парень остолбенел. На кровати сидел Матвиенко и спокойно читал книжку, включив настольную лампу, и выглядел лучше, чем сам Антон. — О, Антон, какими судьбами? — Аа… я тут лежал в палате недалеко, — вышел из ступора парень. — А чего ты тогда бегаешь посреди ночи? — А ты почему не сказал, что проснулся? — Да я пару минут назад только проснулся после операции, ты чего, волновался? — усмехнулся мужчина. — Ты вообще-то почти неделю в себя не приходил. Сережа перевел удивленный взгляд с книги на Антона. Теперь он не казался таким безмятежным. — Серьезно, что ли? — Да. Я очень рад, что с тобой все в порядке, но тебе стоит позвонить Оксане, она почти не отходила от тебя все это время, очень переживала. Матвиенко отвел глаза и отложил книгу. Шаст, в общем-то, догадывался об отношениях коллег, но не хотел поднимать сейчас эту тему. Он подошел к кровати друга и аккуратно присел на край. — Скажи мне лучше, как так получилось, что Илья погиб в аварии, а ты нет? Мужчина сильнее сжал губы и нахмурился. Однако Антон не собирался уходить без ответов и просто ждал. Спустя мучительные две минуты, показавшиеся ему двумя часами, Матвиенко все же ответил. — Я ничего не помню с того момента, как мы повернули на улицу вслед за машиной подозреваемого. Я даже не был уверен, что Илья мертв, понадеялся, что это не так. Может, со временем, память вернется, но сейчас я не смогу ответить на твои вопросы, извини. Антон тяжело вздохнул и запустил руки в карманы, поежившись от прохладного ветра, проникавшего из неплотно закрытого окна. Тут он почувствовал что-то под пальцами и вытащил на свет бумажку. Тут же парень вспомнил, что перед тем, как отключится, сестра что-то положила в его карман. Забыв о собеседнике, Антон развернул ее и поднес ближе к настольной лампе. На ней было написано короткое послание: «У Арсения было два брата». Шаст долго пялился на записку, снова и снова перечитывая ее, и пытался понять смысл написанного. — Что с тобой, будто призрака увидел. — от резкого звука Антон вздрогнул и посмотрел на Матвиенко. — Серега, скажи, ты знал, что у Арса был второй брат? Мужчина вытаращился на юношу и покачал головой, — Нет, а ты с чего так решил? Конечно, Марина могла мне соврать, все ее слова нужно делить на десять. Но вдруг?... Тут у Антона пиликнул в кармане телефон, оповещая о низком уровне зарядки. Когда Шаст достал его, там был открыт диалог с Арсением. Теперь, на трезвую голову, парню показалось очень подозрительным последнее сообщение Арса и тот факт, что напарника не было в сети с тех пор, как оно пришло. — Серега, расскажи мне честно, что знаешь, мне кажется с Арсом случилась беда. — Почему ты так думаешь, ты пока на предыдущий вопрос не ответил даже. — Он отправил странное сообщение, и у меня просто плохое предчувствие. Я знаю, что ты не доверяешь мне, но, прошу, помоги мне сейчас, я очень боюсь за него. Казалось, Серега молчал целую вечность, внимательно изучая выражение отчаяния на лице собеседника. Наконец, он вздохнул, и откинулся на спинку кровати. — Я ничего об этом не знаю. Только одного брата Арс всегда упоминал, но ты об этом уже знаешь. Тебе стоит поговорить с его родителями. — Я думал, что они перестали общаться. — Это правда, но, насколько я знаю, его мать все еще жива и не переезжала, если это действительно так серьезно… — Я почти полностью уверен, что с Арсом что-то случилось. Прошу, помоги мне, — Серега еще немного помолчал, но потом все же сдался. — Хорошо, запиши куда-нибудь ее адрес. Мужчина продиктовал адрес. Антон поспешно поблагодарил его и вышел из палаты. Он незаметно прошмыгнул на первый этаж и вышел из больницы. Было два часа ночи, и в такое время автобусы в ту даль, куда необходимо было попасть, уже не ходили. Поэтому пришлось вызвать такси. До дома мамы Арсения ехать было около двух часов, она жила в пригороде, поэтому через минут пятнадцать дороги Антон забылся болезненным беспокойным сном. *** Спать у Антона в последнее время выходило лишь в такси и больницах, что не очень хорошо отражалось на здоровье. Об этом говорил, как минимум, отпечаток сиденья в клеточку на лице. Но небольшая передышка в безопасном месте помогла парню прийти в себя, и у него уже не переставало биться сердце, когда он смотрел на последнее сообщение от Арса: «Привет. Извини, что поздно пишу. Сегодня иди в общагу, дома буду не один». Антон с силой сжал телефон так, что, казалось, он скоро треснет. До этого Шастун действовал на автомате, а сейчас осознание ситуации будто свалилось на него, придавив к земле. К счастью, такси уже подъехало к небольшому, одиноко стоящему домику. Недалеко были разбросаны еще несколько таких же. Антон ожидал увидеть пятиэтажку, поэтому частный домик его слегка удивил и привел в чувства. Расплатившись с таксистом последними наличными, парень направился к крыльцу. Поднявшись, он постучал, и через некоторое время дверь приоткрылась. За ней стояла заспанная женщина и удивленно смотрела на ночного посетителя. Дверь была открыта лишь на цепочку, поэтому Шаст мог видеть лишь ее глаза. На секунду ему показалось, что это Арсений смотрит на него. — Здравствуйте, извините, что я поздно вас побеспокоил. Я коллега вашего сына, можете мне уделить всего пару минут вашего времени, пожалуйста, это очень важно! — на одном дыхании протараторил парень. Дверь закрылась перед его лицом, и Антон подумал, что зря так выпалил свои намерения. Нужно было наврать что-то про то, что я сантехник, например, черт. Но тут дверь вновь распахнулась, теперь уже полностью, и довольно высокая женщина в пижаме, пригласила жестом парня в дом. Они сели на кухне, и хозяйка поставила чайник на плиту. Развернулась и вопросительно посмотрела на Шаста. — Понимаете, — неуверенно начал тот, — я напарник Арсения. Я бы не потревожил вас, если бы дела не обстояли так. — Так что случилось, молодой человек? — О, простите, я не представился. Меня зовут Антон. — Приятно познакомиться, я Ольга. — Так вот, я уверен, что Арс попал в беду. К сожалению, больше мне не к кому обратиться. Если вы расскажете правду, то, скорее всего, спасете жизнь своему сыну. — тут чайник засвистел, и женщина сняла его с плиты. — Когда-то я уже поверила одному человеку, и потеряла одного своего сына. Почему я должна верить тебе? Антон глубоко вздохнул и постарался вспомнить все подробности, которые смог узнать за время, что общался с Арсом. — Я знаю, что Никита погиб. Но в том не было вины Арсения. Я обязан ему помочь, пожалуйста, просто ответьте на несколько моих вопросов ради собственного сына, и я больше никогда не появлюсь на вашем пороге. Ольга замерла, так и не донеся чашки до стола. Несколько секунд тишины показались парню годами, пока женщина не заговорила. — И что же ты хочешь у меня узнать? — Правда ли, что у Арса было два брата? — не дав себе передумать выпалил Антон. — Да. — коротко ответила Ольга, развернулась, и пристально посмотрела в глаза парня. Собственно, а что дальше-то? — Вы можете рассказать мне про второго, пожалуйста? — Не знаю, как тебе это поможет, но ладно. — Ольга присела на стул и закурила невесть откуда взявшуюся сигарету. — У моего бывшего было три ребенка. Никита и Арсений — мои сыновья. А третий мальчик родился от другой женщины. Он вел двойную жизнь, а когда я узнала о том, что у него была вторая семья, то собиралась уйти. Но Роман не отпустил меня и расстался с той женщиной. Он клялся, что больше такого не повториться, и что он ее не любит, а просто хотел поддержать своего ребенка. Я как дура ему и поверила. Ненадолго Ольга замолчала, выпуская сигаретный дым из легких. — Какое-то время все было неплохо. Мне даже показалось, что мы сможем стать нормальной семьей. Но когда родился Никита, все пошло по наклонной. Рома стал много пить и поколачивать меня и детей. А когда Олеся, его бывшая любовница, умерла от какой-то болезни, он совсем слетел с катушек, и я от него ушла. Про его третьего сына я мало что знаю, никогда с ним даже не виделась. Поэтому мало чем могу тебе помочь. Тут женщина будто что-то вспомнила и поднялась со стула, бросив бычок в пепельницу. — Хотя у меня есть немного его вещей. Когда я выгнала Рому отсюда, ему пришла посылка, думаю, от него. Но я ее так и не открывала и бывшему не отдала. Ольга вышла из комнаты, оставив Антона переваривать информацию в одиночестве. Вернулась женщина с небольшой коробкой в руках и поставила ее перед Антоном. — Вот, это все, чем я могу помочь тебе. Надеюсь, с Арсением все будет в порядке. Пожалуйста, пусть он позвонит мне, когда все закончится, я так давно жду этого. Ольга будто уменьшилась, говоря это, и, опустив глаза, ушла в другую комнату. Оставшись в одиночестве, Антон дрожащими руками открыл картонную, пыльную коробку. Внутри лежали фотографии незнакомого мужчины, который, однако, был сильно похож чертами лица на Арсения. А на самом дне Шастун обнаружил толстую книжку в черном переплете со стикером на обложке: «Приходи на похороны мамы, прошу, на Лазаревское кладбище в северной части. Я буду ждать тебя, папа». Когда Антон открыл книгу, звон в ушах заглушил все остальные посторонние звуки, и она выпала из рук парня. На первой странице большими готическими буквами было написано: «Настоящие сказки братьев Гримм».