Трудное счастье короля Артанаэша Первого

Риаллин сидела на подоконнике и рассматривала звёздное зимнее небо. Тысячи звёзд горели на фоне тёмно-синего бархата небосвода. Миллиарды искр отвечали им с земли, прячась в бахроме инея на деревьях и строениях, загораясь среди волн сугробов в свете луны. В комнате было тихо. Ничто и никто не мешал спокойно размышлять. Начавшийся с ерунды, разговор с соседкой вдруг неожиданно перерос в разработку артефакта, точнее целой системы артефактов, закольцованной и действующей исключительно ради достижения одной цели. Защиты королевского дворца и законного правителя. В данный момент, Артана Гаэр-аша. Риаллин невесело усмехнулась. Почему-то ей, что провела столько времени рядом с ректором, а теперь и регентом, и в голову не приходило, что он может нуждаться в помощи, или в защите. Что он может быть в опасности, что прикрывая всех и неся за всех ответственность, он рискует, прежде всего, собой. А вот этой странной девице пришло, она об этом подумала. Риаллин окинула взглядом соседнюю кровать. Соседка у неё действительно не понятная. То элементарных вещей не знает, а то выдает такое, что только диву даёшься. Вот откуда она могла знать символы отступников? Откуда в её голове странные мысли, что знания не могут быть запрещены, так как то, что может навредить, может и спасти. И, мол, бороться со знаниями это дурь дичайшая. Риаллин эти мысли были знакомы, и она не могла не проводить параллели между собой и этой взявшейся неизвестно откуда воспитанницей Гаэр-аша. Снова мысли скатились к Артану. Она знала о его чувствах к себе, ей он не лгал и не скрывал их от неё. И она была уверена, что и сейчас они никуда не делись. Но ректор последние недели откровенно её избегал, держал на расстоянии, а когда общение становилось необходимостью, держался строго и официально. Словно подчеркивал её статус невесты племянника. И стоит признаться, что она особо по этому поводу не переживала. Артан Гаэр-аш вызывал у неё необъяснимое чувство страха, природу которого она не могла себе объяснить. Тем более, что прекрасно помнила, что изначально Гаэр-аш вызывал у неё симпатию и какое-то смущение. Она помнила первую встречу, и внимательный взгляд тогда ещё серых глаз, и первый вопрос. Тот самый, что дал ей шанс вырваться из под гнёта отчима, тянущего свои загребущие лапы к её наследству. И к ней самой. Неемия вздохнула во сне, снова вернув мысли Рии в сегодняшние дни. Как так вышло, что появившаяся из ниоткуда, никому неизвестная девчонка, которую непонятно что связывает с регентом, вдруг напомнила Риаллин о том чувстве глубокой признательности, что она испытывала к Гаэр-ашу до того времени, когда она была вынуждена принять участие в Мёртвых Играх? Рия попыталась вычленить тот момент, когда мысль что Артанаэш не нуждается в помощи, превратилась в обычную неблагодарность. Может, когда она узнала его ближе? Не ректора, а мужчину способного в одиночку принимать жёсткие и даже жестокие решения, не терпящего неповиновения и неоправданной самодеятельности, несущей опасность всем окружающим. Непроизвольная дрожь заставила Риаллин передёрнуть плечами, при воспоминании о периоде, когда все её мысли были открыты для Артана, и он имел возможность контролировать её. Может быть, именно этот ужас от собственного бессилия, от ощущения невозможности владеть собственным телом, наложился на независимость и ненависть к любым путам, так присущую кошкам Хаоса, чья кровь тогда уже просыпалась и диктовала свои правила? Или это просто тот напор, с которым ректор добивался её взаимности. Нет, не взаимности, а покорности, с которой она должна была принять предложенную ей участь. И он же ещё ждал от неё благодарности! Но боевой настрой быстро пропал, когда перед глазами встала картина возвращения Гаэр-аша в столичный особняк, где они останавливались на период игр. И то, как она осталась с ним. Её никто не заставлял, наоборот, Артан отправлял её спать. И вот тогда никакого страха не было. Риаллин тяжело вздохнула. А смысл делать вид, что она не замечает очевидного? Какой бы силой не овладел Артан Гаэр-аш, эта сила никогда не будет направлена против неё. Ведь всё это время, как только в Гаэр-аше проснулась, даже для него необъяснимая страсть, он всегда был рядом. Оберегал, охранял, просто спасал, не считаясь ни с чем, от спора с Хранительней Хаоса до противостояния с безумным королем, закончившимся смертью последнего. Риаллин помнила тот спор, когда Артан не отступил, даже когда ему в лицо сказали, что она, Риаллин, не его. Не правда ли, есть за что сказать спасибо? Но она за последние пару недель нашла время и желание подойти с целью попросить дать ей ещё раз некоторые из книг, что приносил ей Гаэр-аш раньше. Чужая, непонятная девушка нашла и силы и возможность отблагодарить и позаботиться о ректоре, а она почему-то вдруг стала считать, что он не нуждается в простом человеческом тепле. Может поэтому она с такой радостью ухватилась за идею помочь именно ему? Ведь безопасность дворца её волновала меньше всего. На плечи вдруг лег мягкий плед, а в руки ткнулась кружка с горячим ягодным взваром. - Так любоваться на звёзды из окна удобнее. - В темноте блеснули глаза Неемии. - Я думала, ты спишь. - Улыбнулась ей Риаллин. - Спасибо за заботу. - Ну, не только же тебе меня супчиком откармливать, я вот взвар люблю. - Устраивалась на том же подоконнике Неемия. - Думаю. Я здесь, а кто мои кормушки обходить будет? - Кормушки? - не поняла о чем речь Рия. - Зима же. Пропитание зверью сложно добывать. Вот и были у меня места, где я оставляла еду для разных животных. - Вздохнула Неемия. - Придут теперь, а там пусто. - Ты же вроде говорила, что охотница. - Недоверчиво прищурилась Риаллин. - И что? По-твоему, охотники только убивают? - Неемия не возмущалась, понимая, что откуда бы Рие знать о некоторых особенностях. - У каждого зверя есть время, когда потомством обзаводятся, я в это время охоту не веду. На водопое или у кормушек зверя тоже не била. - Вот странная ты, правда! Во дворце была одна, я же помню тебя за столом, а здесь совсем другая. И как охотник ты странная, и как артефактор странная, и как некромант... - А как некромант я никакая. Как представлю, сколько учить, страшно становится. Тем более половину дисциплин по некромантии будет сам ректор курировать. - Прикрыла зевок ладошкой Неемия.- Во дворце я была такой, какой учили, но это не означает, что я всегда такая и мне комфортно в этой шкуре. А что касается моих правил, то знаешь, нельзя ничего не отдавать взамен. Нельзя всё время брать, брать, брать и брать. Потому что однажды ты протянешь привыкшую получать руку и найдешь только пустоту! Ладно, я спать, а то завтра с утра ещё и на тренировку с утра пораньше к Гаэр-ашу. - А он тебя ещё и тренировать сам будет? - спросила Риаллин, у которой какое-то непонятное чувство царапнулось внутри. - Да, с фехтованием у меня совсем беда, как и по нескольким дисциплинам, но ректор обещал лично заняться ими, мол, у него есть уже опыт натаскивания. - Ответила Неемия, укладываясь обратно в кровать. Утром на полигон Мия пришла не одна. К удивлению Риаллин, там был не только ректор, но и Эдвин, и Дан, и даже Норт. Ректор показывал какое-то движение и был по пояс раздет. - Ну и к чему это? - раздражённо пробурчала Рия, которая сама не понимала, зачем сюда притащилась. - Как это зачем? - удивилась Мия. - А как увидеть всё движение? Какая мышца, откуда начинается толчок... Это же, как у бегущего зверя, движение начинается не в лапах! Риаллин смущённо опустила глаза, вспоминая свою реакцию на подобную тренировку. Оказывается, так проще научить, а она-то себе напридумывала! - Но, да, и посмотреть есть на что! - окончательно добила её своей прямотой Неемия.