Бегущая в лабиринте: лекарство от смерти

      Комната. Четверка вернулась обратно, но уже туда, где остановилась правая рука. Бренда, Галли, Фрай, Ньют, Томас и Фелиция стояли у стола. Кто-то из них облокачивался на него, кто-то же все время отходил, размышляя. Хорхе в это время сидел подальше от них, задумываясь о новом плане.       Томас потёр переносицу, думая над тем, что же делать. Ему не нравился план по поводу Терезы, ему не хотелось как-то ее впутывать. Пусть она и виновата в похищении Минхо и его сестры. Как бы то ни было, причинять ей боль было самым последним вариантом, если закончатся идеи.       – Нет, найдем другой способ. – все же сказал парень, возвращаясь к столу, начиная зубами немного покусывать кожу большого пальца.       Галли уже с уставшим видом положил стопку листков на стол и развел руки.       – Ты же видел то здание. Она - наш единственный ключ.       Ньют растирал свои пальцы, наблюдая за листками, что лежали на середине стола. Брови были нахмурены, а сам взгляд смотрел вперёд с небольшим презрением, которое, судя по всему, он пытался скрыть от всех. Фелиция смотрит на него, пальцами захватив под столом низ его кофты. Она немного потянула его на себя, заставляя Ньюта поднять глаза. Девушка кивает, спрашивая мысленно: «Всё хорошо?».       Парень сжимает губы в тонкую полоску, неуверенно кивая в ответ. Фел улыбнулась уголком губ, кончиками пальцев дотронувшись до него ещё раз, будто бы говоря, чтобы, если вдруг, не молчал.       – Ты думаешь, что она нам поможет? – спросил Томас, глянув на Галли, что пытался добиться расположения многих, предлагая похитить Терезу.       – А я не собираюсь спрашивать ее согласия. – ответил паренёк, облокачиваясь руками на стол и снова бросая взгляд на бумаги.       – Я что-то не поняла, – начала Бренда, что сейчас поставила локоть на стол, а ладонь уперла в подбородок. – Это та девица, которая предала нас, верно? – спросила она, смотря на Томаса. – Та тварь?       Галли чуть улыбнулся ее словам, кивая в ее сторону и показав на нее пальцем. – Крутая.       – Томас, неужели ты не хочешь ее впутывать? – подала голос Фел, заставляя парня посмотреть на неё. – Она же тогда вызвала порок, и нас забрали, – напомнила девушка, что в голове брата что-то, да прояснилось. – Это и ее дело тоже, она должна отдать нам Минхо. Почему она может доставлять нам проблем, а мы нет?       – Фел, ты же больше всех нас ненавидишь ее. Чего же ты так рвешься, чтобы она была с нами? – спросил брат, от чего она поджала губы, выпрямляясь в осанке.       – Да, ненавижу. И поэтому хочу, чтобы она была тут. Это даст мне возможность при самом маленьком её проступке — убить её. – Лисси знала, что возможно Томас к Терезе как-то неровно дышит, но она ни при каких условиях не закроет на нее глаза из-за этого. Пусть он справляется в отношениях с ней сам.       – Что происходит? – спросила Бренда, взглянув на Томаса, что сейчас стоял, уперев руки в бока. Тот не знал, что делать, и сейчас любой другой план не приходит ему на ум. Повисла тишина в помещении, которая давила на уши, создавая звон.       Ньют боковым взглядом посмотрел на Томаса. – Ты просто боишься за свою подружку, – сказал он, и когда друг взглянул на него, парень убрал руки от рта, также, как и Фел, выпрямляясь в осанке. – Мм?       – Ты явно затеял это не только ради спасения Минхо, так? – Фелиция взглянула на Ньюта, желая дёрнуть его за рукав, чтобы образумить. Да, возможно, Томас сейчас делает все, чтобы Тереза не участвовала в этом, не хотя, чтобы она пострадала. И она как всегда стояла на своей стороне, не принимая сторону Ньюта или же своего брата. Так как считала, что они оба сейчас ведут себя неправильно. Один боится причинить вреда подруге, другой срывается из-за этого на него. Казалось бы, замкнутый круг. Ведь, Томас явно не собирался уступать, и всеми силами пытался сделать так, чтобы не впутывать Терезу.       – Что? О чем ты? – не понял парень, поворачиваясь всем торсом к нему. Слушает того внимательно, пытаясь понять такого порыва.       – О Терезе, – ответил Ньют, не желая успокаиваться. Он подходит к другу чуть ближе, смотря тому в глаза. – Это ведь из-за нее Минхо теперь нет с нами. Но могла быть еще и Фел. Что было бы, если и ее забрали, а? – он подходил все ближе и ближе к нему, даже не давая вставить слово. Фелиция чуть склонила голову, думая над тем, что и она могла оказаться там же, где и Минхо. А это её явно не устраивало. И хорошо, что сейчас она тут. – У нас, наконец, появилась возможность вытащить его, – сзади Томаса была уже стена, и совсем скоро, он впечатается в нее. – И теперь, что, не хочешь из-за нее? Она все еще дорога тебе, да?       Каждый в комнате встал со своего места, наблюдая за нарастающим конфликтом. Многие знали Ньюта, и помнили, что он никогда не срывался на кого-то. Парень старался всегда найти более хорошее решение, избегая конфликтов. Но сейчас. Сейчас все по-другому. – А? Признайся. – отрезал парень, смотря на друга, что сейчас немного растерянным взглядом бегал по лицу Ньюта.       – Ньют, я... – ему не дали сказать. Парень схватил его за ветровку, сильно впечатывая в стену.       – Не ври мне! – крикнул тот, держа того за куртку. Бренда прикрыла рот рукой от неожиданности. Фелиция смотрит на двоих и делает неуверенный шаг вперёд, чтобы как-то остановить это. Не хватало ещё и драки в их положении. – Не смей врать мне! – Ньют делал небольшую паузу между словами, смотря в глаза Томаса. Они выражали недопонимание и... страх. Ньют, что с тобой? Ты сам не свой. Двое замерли, смотря друг на друга, будто только что вернулись в реальность.       Фел окликнула шёпотом Ньюта, и тот, что только что впечатывал друга в стену, медленно отпустил руки, отходя чуть подальше. Парень осмотрел Томаса с ног до головы, медленно шагнув назад. Теперь он будто бы боится дотронуться до него. Хотя пару секунд назад все было иначе.       – Прости, – прошептал он, оборачиваясь на остальных. Его взгляд остановился на Фелиции. Карие глаза которой устремились на него. Её взгляд заставлял замереть, а по телу проходила небольшая дрожь. Сейчас он боялся только одного: лишь бы она не узнала.       – Простите. – сказал Ньют, отводя взгляд от глаз девушки. Парень схватился за свою правую руку, быстро скрываясь из вида. Каждый переглянулся между собой, замирая на своих местах, пытаясь переварить произошедшее. Фел села на свой стул, проводя рукой по волосам, а после и полностью по лицу.       – Классно проводим время. Думаю, с Терезой будет ещё круче.       Галли вздыхает на эти слова, отворачивясь и расхаживая по комнате.       Томас ничего не понимал, как и его сестра. Он не понимал такой вспыльчивости друга, не понимал, что происходит. Томас вышел на свежий воздух, смотря на то, как Ньют сидит на краю крыши, свешивая ноги вниз. Он держался за свою руку, вглядываясь вперед и сщурив глаза от солнца.       – Прости, что наехал на тебя, – Ньют посмотрел на друга, что сейчас подошёл к нему. – Кажется, это уже не скрыть. – он начал закатывать рукав. На его правой руке показались синие, разрастающиеся вены. Они, пока что, охватили только часть руки, от запястья, и чуть ближе к внутренней стороне локтя. Но, дальше — больше... Ньют сжал руку в кулак, смотря на заражение. Томас медленно присел на корточки от увиденного. Он глянул чуть вниз, рассмотрев свои пальцы, будто виня себя за это.       – Почему не сказал?       – А что бы это изменило? – он посмотрел на друга, держась за руку. – Видно, порок поместил меня в лабиринт неслучайно. Может, для того, чтобы понять, чем иммуны, вроде тебя, отличаются от таких, как я.       Томас облизал губы, не зная, что делать сейчас. Все слишком неожиданно навалилось на их плечи. Сначала пару месяцев назад пропали Фел и Минхо, сейчас надо вытащить Минхо, и плюс ко всему этому — возможная смерть Ньюта.       – Мы сможем исправить это, Ньют, – сказал парень. – Это точно.       Парень сложил руки в замок, смотря вниз. – Я тебе рассказывал о том, как сломал ногу?       Томас промолчал, давая понять, что нет. – Это было еще в лабиринте. До Фелиции, тебя. Меня подняли на лифте, как и всех остальных. Я не знал, где я, не знал, кто я, понимаешь? – всем знакома эта вещь. Все побывали в этой шкуре. – Я ничего не помнил, но все равно чувствовал, что чего-то не хватает, – он нахмурился, смотря в бетонный пол. – Чувствовал себя опустошенным. И я не мог с этим справиться. Однажды, я проснулся рано утром и пошел в лабиринт. Нашел самую высокую стену, – Ньют глянул вверх, прямо на солнце. – Забрался на нее и спрыгнул вниз.       Томас забегал глазами, слушая то, как его друг пытался, по сути, покончить с собой. И что было бы, погибнув он там? – Конечно, я запутался в плюще, – он тихо засмеялся, посмотрев на друга, заставляя и того улыбнуться. – Сломал ногу в трех местах, как настоящий шанк, – Ньют выразился таким словом, которое многие использовали в Глэйде. Томас слышал это слово впервые из его уст. Он вновь улыбнулся уголком губ. – С грохотом упал на землю и подумал, что это конец. Минхо нашел меня. Каким-то образом, – Ньют начал растирать свои пальцы на руках, смотря на них. – Поднял меня и отнес обратно в Глэйд. Мы никому не рассказали о том, что произошло. Он спас меня, дал мне второй шанс. А теперь он нуждается в нас.       Ньют, будто, до сих пор был в долгу перед ним. Хотя, это всего лишь товарищеская помощь. Но чувство внутри царапало до крови его душу. – И если есть хоть малейший шанс, спасти его, мы это сделаем! Мы просто обязаны вытащить его оттуда! – он остановился, вглядываясь в глаза Томаса. – И неважно, какой ценой.       – Да, согласен, – Томас было замолчал, но все же продолжил:       – Можно вопрос, Ньют, – больше, скорее, утвердил он, смотря на него. – Она знает о том, что ты заражен?       Парень сразу понял, о ком идет речь. И в груди болезненно защемило. Пусть сейчас и не конец, и, может, ещё есть достаточно времени. Он склонил голову, смотря вниз. А потом еле заметно помотал ею, давая отрицательный ответ. – Я не хотел ей говорить. По крайней мере, не сейчас. И ты не скажешь.       Томас нахмурился, а потом грустно улыбнулся. – Ты же знаешь, что от нее ничего не скроешь. К тому же, если она узнает, что я о тебе знал, она убьет не только меня, но и тебя.       Ньют тихо посмеялся, а потом прокашлялся. – О, да. Она закопает нас на месте. Это в ее духе.       – Я закопаю вас прямо сейчас. – раздался голос. А потом силуэт той, о ком они говорили, показался перед ними. Её глаза растерянно бегали по спине Ньюта, а после перпосмотрели на Томаса. Девушка кивнула головой в обратную сторону, прося того оставить их.       – Вот черт. – прошептал Ньют, быстро повернув голову вперед, чтобы не смотреть на девушку. Томас почесал переносицу, вставая со своего места.       – Я оставлю вас. – прошептал парень другу и быстро ушел обратно в здание.       – Подслушивать нехорошо, ты, ведь, знаешь об этом, лисёнок? – как же давно он так её не называл... И это так больно царапает её сердце. Заставляя слезам заблестеть в её глазах. Фелиция присела на бетон рядом с ним, свешивая ноги вниз.       – Но не тогда, когда это касается семьи, – Лисси взглянула на него, пальцем убирая его длинную светлую чёлку с глаз. – Почему ты не сказал?       – Не хотел, чтобы кто-то из вас волновался. – её прикосновения убивают. Желанно убивают. Он готов вечно смотреть на неё и чувствовать прикосновения, которые так приятно заставляют его тело покрыться мурашками.       – Так, стой. Это обычно в моем духе: молчать о своих проблемах, – Фелиция кладёт свою ладонь на его руку, немного сжимая, давая понять, что всегда рядом. – Не будь, как я.       – Только после того, когда ты перестанешь врать о своем самочувствии. – Ньют перевёл взгляд на солнце, закрывая глаза от яркого света.       – Я попробую, ладно? А ты никогда не молчи. А то, не дай бог, случится также, как в тоннеле. Ты испугал меня до смерти.       – Поверь, я не меньше испугался, – улыбнулся парень, посмотрев в карие глаза Фел. Сейчас девушка смотрела на него с надеждой и нежностью. Она очень боялась за него. Как и он. Как никак, свое самочувствие было неважно. Оба похожи друг на друга. Пусть в самом начале казалось, что девушка полная противоположность. Но разве противоположности не притягиваются? А были ли они вообще разными?... Оба боятся за того, кого любят больше жизни. Фел рвется в опасность, чтобы спасти его. А Ньют рвется, чтобы она не попала в неприятности, так как считает, что со всем справится сам.       – Расскажи, что с тобой. – попросил парень, на что Фелиция отвела взгляд в сторону, не хотя что-то говорить.       – Давай лучше потом, ладно? Как ты сказал, сейчас важен Минхо. Но и ты тоже.       – Фел       – Мы поговорим об этом позже. когда будет время. – также отрезала она, не желая говорить о своих кошмарах. И о своей дурной бессонице, что так часто не мучала. Не желала рассказывать, что, как ей кажется, она разрушается изнутри. Теряется. Пытается найти выход из этого состояния. Какая ирония. Сначала найти выход из лабиринта. В теперь найти выход к прежнему нормальному состоянию.       Парень кивнул, поджимая губы, принимая её позицию. – Только, пожалуйста, не держи все в себе. Это разрушит тебя. Смогу ли я потом собрать тебя по кусочкам? – он провел подушечкой большого пальца по ее нежной коже на щеке.       – Не волнуйся, я справлюсь. А если нет, то ты соберёшь меня по кусочкам. – Фелиция улыбнулась, притягиваясь ближе к нему, чтобы поцеловать.А верила ли она своим же словам? Справлюсь... А вдруг нет? Что если произойдёт то, что разрушит её полностью. Смерть Минхо? Ньюта? Фелиция боялась этого больше всего. Кошмары станут явью?       – Ты...ведь, можешь заразиться. – прошептал Ньют, пытаясь отодвинуться.       – Плевать. – Фелиция все же коснулась его губ, немного задержав воздух. Парень положил ладонь ей на шею, - на которой уже давно пропали синяки, - притягивая к себе ближе. Он впился в, такие желанные, губы. Вновь понимая, насколько сильно ее любит. Такое чувство, что, как ни крути, они должны были когда-то встретиться. Они, будто, предназначены друг для друга. И если бы не в Глэйде, то точно встретились в жаровне, или же где-то тут. Он будет любить только ее. И никого, кроме нее. Он никогда не сделает ей больно, даже если надо будет. Никогда. Фел не заслуживает такого.       Девушка чуть поддалась вперед, а Ньют все же отстранился. Но вновь мимолетно поцеловал её. – Никогда не сдавайся, слышишь? – сказал он.       – Звучит так, будто ты хочешь оставить меня, – настороженно сказала Фел. – Не смей.       – Нет, нет. Никогда, лисенок, никогда. Обещаю. – парень поцеловал ее в лоб, а после протянул её к себе, заставляя положить голову ему на плечо. А сам же крепче сжал её руку в своей, поджимая губы. Будто бы от осознания, что... возможно, все закончится не так, как он сейчас ей пообещал. Можно перечислять кучу всего фразой «а, что, если»... И никогда не узнаешь, какое «если» окажется настоящим будущим.