Не пара

— Боже мой, наша Ирочка устала! — наигранно произнёс он, делая дурной тон, — Да что ты знаешь о жизни? — Алеников недовольно глянул на неё, закинув ногу на ногу, — Всё, что я делал, только по заслугам! — он снял свой пиджак и положил его на край дивана. Его омерзительное поведение, запах перегара, наглый тон, манеры, это нечто невозможное. Невозможное вытерпеть! Ирина буквально закипала от его присутствия, он стал ей настолько противен, что даже стоя на дистанции было тошно. А его слова и фразочки? Несёт сплошную ересь. — Фу, какой ты мерзкий! — её буквально стошнило от его присутствия и поведения. Такого отвращения к людям Павлова давно не испытывала, — Толик, забирай свои вещи и прощай! — Павлова подошла к шкафу и стала доставать его вещи и небрежно укладывать в его чемодан. — Неееет, Ирочка, — протянул он, вставая с дивана, — Вещи оставь в покое! — Алеников жестоко отодвинул Ирину от вещей, укладывая всё на место. Павлова не стала сдаваться, она схватила его вещи и стала обратно всё запихивать, Алеников схватил её за руку, оставляя красные следы, грубо отодвигая её. — Что ты творишь? Мне больно! — истерически проговорила она. Действительно было очень неприятно от его прикосновений, он хватал её со всей своей силы так, что по всему телы были багровые пятна от его хваток. Ирина вырвалась из его хватки, чуть запыхавшись. Она дотронулась второй рукой за ноющее место, немного сморщившись. — Ты мне скажи, что тебе от меня нужно? — на этом моменте она стала нервничать, — А может я тебя люблю, — как-бы сделал одолжение он, проговоря легкомысленным тоном, уложив все свои вещи на место. — Какая любовь, Толь? Ты себе то хоть не ври! — Павлова давно раскусила его план, если в первый раз она поверила, с трудом, но поверила в его слова, то в этот раз это не прокатит — Ты купила платье? — перевёл тему он, начиная злиться. Такое поведение Ирины ему явно не нравилось, его не устраивало, когда женщина ему указывает, повышает на него тон, в отношениях он бог, (ну, по его мнению только), и тут такие спонтанные претензии к нему, к его отношениям. «Она всё заслужила сама! Она во всём виновата! Она убила моего сына, она.....» что только не думал Алеников, лиж бы оправдать себя и сделать виновной её. У него даже аргументы в мыслях закончились… Кривицкий уже устал сидеть под столом, как мальчишка, да и смотреть на ноги Аленикова не очень нравилось ему. Гена давно хотел вылезти, но что-то не решался, нет походящего момента. Такой эгоизм и пафос раздражал уже не только Павлову, но и Кривицкого. Строит из себя чёрт знает что. — Никакой свадьбы не будет! Об этом даже речи быть не может! — её возмущения не было придела. Вот это наглость. Вести себя так аморально, да ещё и говорить о свадьбе против воли? Что? Совсем с катушек слетел! — Ира, ты что-то попутала! — в грубой манере ответил он, подходя всё ближе к Павловой. Видя, что он начинает подходить, ей стало ещё страшнее. Получить по лицу уже вроде-бы привычно, но больно. Не хотелось бы это повторять в очередной раз. — Ты вообще помнишь наш уговор? — он злобно скривился, стоя уже почти вплотную к Павловой, — Ты выходишь за меня, а я тебе возвращаю должность! — он стал кричать как бешенный, точно срихнулся. Тут Алеников уже не выдержал, толи алкоголь повлиял, толи его дурной нрав. Он замахнулся на Павлову и звонко ударил её по лицу. Классика. Этого стоило ожидать. Кривицкий услышав, и частично увидев это, мгновенно вылез из-под стола. Он увидел Иру, лежащую на полу, которая рыдала, прикрыв лицо руками, и Аленикова, стоящего к нему спиной, который как дурак ухмылялся. Гена схватил бутылку из-под коньяка, который не допил Алеников, и резко ударил об его голову. Толик упал на пол, издавая жалобный стон, держась за затылок. — Ты чего улёгся? — грубо произнёс Кривицкий, взяв его за шкирку, ведя к двери, — Ещё раз я тебя увижу даже возле этого дома, ты пожалеешь! — Гена буквально выкинул Аленикова из квартиры, закрывая дверь на замок. Кривицкий опомнился, он зашёл в комнату и увидел Павлову, которая была в том же положении. Он присел на пол к неё и прижал к себе крепко-крепко, поглаживая по голове. — Всё позади, — тихо произнёс он, касаясь губами до её припухшей щеки, поглаживая её по голове. Вот это обстановка: вокруг полно битого стекла, от вазы, от бутылок… Казалось несчастье позади, но кто его знает, что судьба преподнесёт завтра?