Я тебя завалю, Шастун!

— Арсений, ну он же не может сутки бухать в клубе! — Блять, это психически не стабильный подросток — он нахуй может всё. К восьми часам вечера они подъезжают в тот самый клуб, из которого Арсений забирал Антона пару дней назад. Попов буквально врывается в клуб, не видя ничего вокруг: его слепит страх увидеть Антона с кем-то. — Давайте разделимся: но через 10 минут возвращаемся ко входу. Не бухать и ни с кем не общаться. Три испуганных человека в панике ищут Антона: Ира даже как-то пофлиртовала с охранником ВИП комнаты и пошла искать парня там. Все туалеты, выходы, диваны, барные стойки — кажется, что уже каждый миллиметр они обыскали. — Арсений? Какая встреча! — чей-то знакомый голос ехидно звучит за спиной Попова. — Илья? — Малыш, ты помнишь мое имя, — улыбается тошнотворно Макаров, — да, подрабатываю здесь, чтобы оплачивать жилье себе. Чего глазки у тебя такие круглые? — Отъебись! И больше не называй меня так! «Блять, а ведь когда-то я называл так Антона и он просил меня к нему не обращаться так» — Да не злись ты так, Сеня, ты кого-то ищешь? А то глазки в панике бегают. Я могу помочь тебе, если нужно. «Он. Назвал. Меня. СЕНЕЙ??!» «Спокойно, спокойно, спокойно» Из глаз Арсения сыпятся гневные искры и, неровно дыша, он переводит дух и просит о помощи. — Не видел парнишу здесь? Такой высокий, прям два метра, колец на пальцах больше, чем в самом крупном ювелирном магазе, а сам внешне миленький такой, красивый. — А фотка есть? — через секунду уже фотография Антона оказывается перед лицом Ильи, — хмм… — Ну что? Конечно Макаров узнал Антона. Но ему дико не хочется раскрывать все карты: этим правда нужно пользоваться — он почти затащил в постель их двоих. Но как сделать это грамотно? — Антон что ли? — Откуда ты знаешь его имя? — Арсений нервно сглатывает комок паники. — Да мы с ним пару дней назад неплохо повеселились. Жалко правда не успели продолжить: он все трындел про какого-то мужчину, которого любит и который его ранит постоянно. Не знаешь случайно о ком речь? — Пару дней назад… — шокированный шепот Арсения доставляет удовольствие Илье. — Даа, буквально дня два-три назад. Он был так близко… Жалко, что он все же уехал домой — я уверен, что ему нужна была еще одна секунда и одно мое слово, чтобы мы поцеловались и провели ночь вместе. Макарову в кайф смотреть на то, как в порыве злости Арсений нервно мнет салфетку и сжимает соседний барный стул. Его трясет от ревности и одной только мысли, что его Антон мог быть с кем-то ближе, чем с ним. Его. Антон. Но еще хуже осознавать, что его Антон сбежал. — Увидимся на съемках, мудак. Сдерживаясь, Арсений вылетает из клуба. Из-за всего этого он не соображает ничего: мысли яро бегают в мозгу, громко топая по стенкам головы, создавая в черепе небольшие ямки. В таком состоянии его ловят Сережа и Ира. Они дико расстроены отсутствием Антона. Им все равно, если бы они нашли бы Шастуна до жути бухущего и сосущегося с кем-то. Они даже готовы были это простить, и, вероятно, это огорчило их меньше, чем отсутствие Антона в клубе. Ведь эта дыра — последний шанс на нахождение Шаста. Больше вариантов нет. — Блять, блять, блять! — во все горло орет Арсений, — это моя вина! Я проебал его! Я сделал ему больно, а ведь ему и так сложно. Ну конечно, мне нужно было это понять: мои засосы, мужик в квартире, мой статус и возраст! Его это тяготит! Блять, как же это ублюдски! — Арсений, успокойся, пожалуйста, наверняка он где-то рядом, просто мы его не замечаем, — в голосе Ире чувствуется отчаяние и неуверенность в собственных словах. — Блять… Арсений резко вскакивает и со всей силы бросает телефон вниз на асфальт. Как только он разбивается, сразу же раздается звонок. — Дима, да, что случилось? — кажется, что от нервов Арсений сейчас упадет пластом с инсультом. — Ты чего такой дёрганный? Успокойся, все нормально. Я что звоню, тут твой этот Антон, Андрей, хуй вспомню как зовут этого шкета, сидит с Катей, сестрой твоей. Они уже с самого утра разговаривают тут, Катя даже попросила не выгонять его с палаты на ночь. Это норм? — Антон… с Катей? Я еду! — Арс, ну сейчас нельзя к ней в… Арсений сбрасывает трубку и пулей идет в машину. — Катя? Какая Катя? — Сережа, не проронивший ни слова, хуеет с каждой секундой. — Это моя сестра. Он сейчас с ней. — Мы едем к твоей сестре? — Я еду к своей сестре и своему парню. Вас я подброшу до дома. Никто даже и не думает начать спорить с Арсением. Он настолько наэлектризован, что тому, кто до него дотронется — пизда. Подбросив всех до дома, Попов дрожащей рукой достает сигарету и откидывается назад на спинку кресла и тяжелым выдохом. У него ничего не сращивается в голове: как Антон нашел Катю, почему он к ней поехал, о чем они говорят, как вообще Катя с ним разговорилась. В голове творится какой-то хаос из мыслей, но Арсений пытается его подавить — смысла в этом беспорядке нет. Теперь, когда он знает где Антон, он становится спокойнее. Антон жив. Он в порядке. С остальным разберемся. К десяти вечера он подъезжает к больнице. Так поздно посетителей не принимают, но Дима обещал провести его втихую. Закуривая очередную сигарету, Арсений звонит Позову и он приходит за ним, провожая мужчину по длинным больничным кабинетам. — Катя уже спит, а вот Антон вроде нет. В палату к ним нельзя, но можешь в окошко глянуть, что они на месте и все в порядке. Арсений подходит к большому окну и с облегчением смотрит на палату. — Катя… Антон… Замечая знакомый силуэт по ту сторону стекла, Шастун поднимает глаза и извиняющимся взглядом смотрит на Попова. — Арсений Сергеевич…