Поверь, твоя душа жива

      Энви напряжённо смотрел в открытое окно, сквозь которое прорывался поток тёплого воздуха. Он наблюдал за пейзажами, что быстро сменялись, словно кто-то листал книжку с картинками. Городская местность давно закончилась, дома встречаются крайне редко, только когда на пути попадаются небольшие посёлки. Большая степь, укрытая разноцветным ковром растений, что сейчас живут наиболее ярко, уступила место густому лиственному лесу. Большинство деревьев — дуб, бук и клен — выглядит очень могущественно, создавая необычную мистическую атмосферу. Сразу видно, что этим великанам явно не один десяток лет. — В какую глушь ты меня везёшь? — безразлично спросил гомункул, — Сколько приходилось путешествовать по Аместрису, ни разу не видел эту местность.       Ответа на свой вопрос он не услышал. Зависть недовольно уставился на девушку, сидящую напротив, пытаясь понять, почему она его игнорирует. Николь сосредоточила всё внимание на слегка жёлтые страницы книги, быстро бегая глазами по бесконечности букв. Небольшой сквозняк чуть развевал её волосы, но даже на это голубоглазая внимание обращала только, когда пряди падали на лицо. От девушки прям излучались умиротворение и спокойствие, что было очень странным для активного и вечно вспыльчивого гомункула. Он всё не мог понять, как ей удается сохранять такое состояние. Парень просидел так ещё пару минут, затем тяжело вздохнув, продолжил наблюдение. — Ну во-первых – это не глушь, — закрыла книгу, подняв взгляд на спутника, — А во-вторых – тебя никто силой не тащил. — Я просто спросил, — недовольно потянул, закатывая глаза, — И вообще, почему ты меня игнорировала? — Смысл мне отвлекаться на глупые вопросы? Дочитала главу – ответила. — Как раз и не ответила. Из твоего порывистого рассказа утром я так и не понял куда мы едем. — Ты просто даже не пытался понять, — пробормотала Николь, копошась в небольшой тканевой сумке, — Вот, смотри, — протянула конверт с фотографиями. — Это ещё что? — удивился гомункул, начав перебрать снимки. — Ежегодный фестиваль, посвящённый кондитерскому и пекарскому делу. В этот небольшой городок всего на два съезжаются мастера со всего Аместириса.       Энви безэмоционально рассматривал фотографии. Они были выполнены довольно качественно, хоть и уже немного потёрты. Было видно, что девушка постоянно носит их с собой и часто просматривает. Большинство кадров — просто изображения каких-то лавок, событий ярмарки или мега-профессиональные кондитерские изделия. На одном из снимков была сама Николь. Она стояла рядом с каким-то мужчиной и выглядела очень счастливой. Беззаботная, с искренней улыбкой на лице, рядом стоящий человек выглядел точно также. Зависть не привык видеть таких людей, они его жутко раздражали, поэтому оставались без внимания. — Это мой учитель… — тихо сказала девушка, — Я пришла к нему три года назад с диким желанием научиться готовить чудесные десерты. Якоб славился своими изделиями чуть ли не на всю столицу, — продолжила в спокойном тоне, пытаясь скрыть улыбку, — Поверить не могла, что он возьмёт меня в ученики. Поначалу и правда не хотел со мной связываться, слал куда подальше и говорил, что на меня нет времени.       Сам того не замечая, гомункул с интересом вслушивался в рассказ. Возможно, это просто было для него в новинку, что кто-то делится тёплой историей с жизни, вот так просто и ненавязчиво. Парень привык обсуждать со своей «семьей» важные гомункульские дела, убийства, планы действий, но это всё такое другое. Да, они с Ласт обговаривали абсолютно всё, но разве тема двух холоднокровных убийц может зайти о каком-то учителе-чудаке? — Сейчас бы я так не поступила, но тогда просто постоянно цеплялась к нему с просьбами взять меня в ученики. Приходила каждый день, всячески выносила мозг, умоляла обратить внимание, меня даже пару раз выгоняли, — слегка засмеялась, — Но в один момент он согласился. Не знаю с жалости, со смеху, на спор, но дал пробное задание, которое я успешно выполнила и правда начал учить. Якоб оказался очень весёлым и добрым человеком, я взяла от него не только кондитерские навыки, но и много жизненных уроков. — Почему ты сейчас работаешь в этой обычной пекарне? Думаю, у тебя намного больше возможностей. Не понимаю логику людей… — Ну, я и не рассчитывала, что ты поймешь что-то. Просто заговорилась…       После этого недопонимания повисла неловкая тишина. Энви понял, что его вопрос девушка восприняла не так легко, как он сам, ведь увлекательный рассказ и приподнятое настроение испарились, как капля воды на поверхности Солнца. Сложно проводить время с особью, с которой вы находитесь в разных мирах. — Он уехал, — выдавила через силу, — В Драхму. Вместе с ним и вся моя мотивация развиваться.       Николь забрала у своего приятеля фотографии, аргументируя действие тем, что времени на ознакомление было достаточно. Она аккуратно сложила их в конверт и спрятала обратно в сумку. Гомункул успел увидеть картинку, где рядом с уже знакомой светловолосой, стояла ещё одна девушка, что внешне критично отличалась. — Там… — начал веник, но его быстро прервали. — Мы уже почти на месте. На станции долго не задерживаемся, поэтому собирайся заранее. — Раз уж завела эту тему, можно было бы до конца довести, — сказал недовольно. — Зная тебя, хоть и столь короткое время, не думала, что дослушаешь дальше, чем о сути фестиваля. Остальное тебе в принципе не важно. Пошли к выходу, мы подъезжаем.       Станция оказалась довольно красивой: аккуратные лавочки, фонари и цветы в огромных горшках. Небольшое накрытие вполне могло спасти от дождя, в общем — всё самое необходимое для удобства. Людей очень много, они плывут толпами, словно планктон в океане. Фестиваль заставил многих любителей сладостей и выпечки отложить свои планы и отправиться на выходные в Миксфол.       Николь уверенно пробивалась сквозь толпу, позабыв о своём спутнике. Она выскочила из вагона, как только поезд остановился, и с азартной улыбкой выдала: «Чёрт возьми, как я соскучилась». Энви в это время потерялся в гуле, что сразу ударил по ушам, заставляя возненавидеть всех тех бешеных пекарей, что начали эмоционально обсуждать свои вопросы прямо на перроне.       Сконцентрироваться в такой ситуации не стало проблемой, но он потерял с поля зрения белобрысый объект женского пола. Вот что, а искать её по всему незнакомому городу, да ещё с такими обстоятельствами, совсем не хотелось.       Пару минут побегов, навыков внимательности и просто желания не найти себе проблем на задницу, дали свой результат. Девушек с похожей внешностью немало, и это ещё мягко говоря, но бешеная лань всё же выделяется с толпы. Пробежав метров пятьдесят, зацепив несколько недовольных бабушек, чуть не упав со ступенек, гомункул добрался к цели. — Почему я ни разу не слышал о этом городке? И где вообще город? — Слишком спокойное и тихое место, здесь никаких криминальных событий не было лет так тридцать. Таким типам, как ты, здесь делать нечего, — ответила, так и не заметив бывалого отсутствия Энви. — Ну понятно. Укромное местечко для тех, кто боится масштабных развлечений.       Николь проигнорировала услышанную фразу, хоть очень хотелось высказаться этому балбесу, но желание тратить нервы на него совсем не было. Всё-таки она приехала сюда отдохнуть, а не ссориться с какой-то высокомерной пальмой.       Они шли молча. Местность постепенно менялась, всё больше напоминая городскую. Сразу после станции следовало небольшое поле, где изредка встречались кусты и деревья. Понятно, что этой дорогой люди пользуются часто, так как проход «протоптан» довольно широкий. Совсем не напоминает обычную тропинку. С погодой повезло: на небо сбежалась кучка пушистых белых туч, что хоть немного спасало от палящего солнца. Вдалеке уже виднелся посёлок: он оказался ближе, чем ожидалось. С правой стороны, в нескольких километрах от дороги находился лес, что явно стоял там не одну сотню лет. Среди этих древних величественных растений можно легко заблудиться. Да и вообще эта часть Аместриса казалась более «живой» и зелёной.       Гомункул периодически пинал камни со скуки, не понимая, почему они должны идти пешком. Николь в свою очередь спокойно шла, держа в руках свою небольшую сумочку. Она разглядывала всё вокруг, наслаждаясь атмосферой природы и спокойствия, улыбалась, увидев каких-то птиц на ветках, словно пыталась не упустить ни одной детали. Казалось, что она преодолела весь этот путь, только чтобы пройтись по этой местности. В получасе от станции начали встречаться небольшие домики. Они все были похожи, как капли воды: сделаны из дерева, черепичная крыша, небольшие окна и сад во дворе. Энви заметил, что мимо них не раз проезжали люди на велосипеде, быстро теряясь в довольно однотипных пейзажах. Факт, что до нужного места можно добраться намного быстрее, не давал ему покоя. — Можно вопрос? — язвительно спросил, на что девушка одобрительно кивнула, — Какого чёрта мы ползём по этих дебрях? Что-то я не вижу здесь всех тех людей с вокзала. — Ну… Просто в другой стороне есть станция, от которой можно доехать в город минут за пятнадцать. Они все там. — Тогда почему мы идём пешком? — возмутился, отойдя от оцепенения, — Можно хотя бы на велосипеде поехать было. — Разве не прекрасно прогуляться по столь прекрасной природе? Да и не умею я ездить на велосипеде… — Как же всё-таки с людьми сложно, — неожиданно рассмеялся, что сильно удивило девушку, — Идти нам ещё долго?       После этого диалога обстановка немного улучшилась, и всё оставшееся время в пути они что-то обсуждали. Первым объектом стала пропажа Зависти, о которой Николь и не догадывалась. Она призналась, что в тот момент было абсолютно всё-равно, как сопровождающая её пальма отреагирует на местности, сориентируется ли и всё остальное. Парень в свою очередь жаловался на то, что чуть не потерялся среди толпы бабушек и уже планировал поехать назад, забив на договор с сестрой. Маленьких историй было очень много, но вот до чего-то более серьёзного дело не доходило, так оба понимали, что их отношения совсем нельзя назвать дружескими.       К центру города добрались довольно быстро, подъехав на повозке с каким-то знакомым Николь. Чем ближе к «сердцу», тем более обустроенной становилась местность: одинокие поселения заменили ряды четырёхэтажных домов, встречалось всё больше лавок и магазинов, а грунтовую дорога давно превратилась брусчатку. Людей было ну очень много, все они направлялись в одном течении. Шумели, что-то обсуждали, создавая поток шума и суеты. Хотя какое большое мероприятие проходит тихо и спокойно?       Николь быстро соскочила на обочину, она рассматривала яркую улицу, словно маленький ребёнок, который впервые увидел необычную вещь. Энви тоже поразило удивление, ведь он и представить не мог, что это правда настолько важное событие. На каждом свободном уголке расположена какая-то лавка или хотя бы небольшой столик, которые завалены тоннами манящих изделий. Яркие вывески сразу кидаются в глаза, каждая по-своему приманивает к себе взгляд, а сладкий запах пропитал каждую частичку воздуха над ярмаркой. Справа несёт ванилью, где-то позади улавливаются нотки шоколада и корицы, тут кто-то прошёл с пирожными, оставляя за собой аромат фруктов и мёда. В какой-то момент всё смешивается и ты уже не различаешь абсолютно ничего. — Чего встал? — вырвало Зависть из раздумий, — Пойдём скорее.       После этих слов девушка рванула вперёд, растворяясь в толпе, гомункул в этот момент понял, что нужно поспешить, чтобы не потеряться во второй раз. Они прошли метров триста, пока блондинка не решила остановиться, до этого она просто рассматривала местность вокруг. Её внимание привлекла высокая женщина возле лавки с «стеклянными» фруктами и ягодами. Стоит сказать, что вся продукция правда выглядела волшебно. После разговора о методе изготовления, плюсах и минусах данного изделия, Николь взяла несколько штук, указав Энви, что пора идти дальше. — Из всего разнообразия тебе понравились лишь какие-то ягодки? — удивился, пытаясь раскусить карамель. — Начинать нужно с чего-то более легкого. Очень захочется ходить дальше, если сразу съешь чизкейк, пирог и пару тарталеток?       Следующим пунктом остановки стали мотти, что завораживали своим разнообразием цветов, форм, начинок и подачи. Десерт выглядел очень аккуратно, не наляписто, что сразу притягивает взгляд. Здесь они задержались надолго, так как повар проводил небольшой мастер-класс, рассказывая детально всё о этом блюде. Энви это показалось очень скучным, соответственно он очень обрадовался, когда понял, что сейчас дадут пару штук на пробу и можно идти дальше. Николь ещё долго шумела о том, что нужно будет попробовать сделать мотти дома, ведь получается очень вкусно и нежно, а Зависть только недовольно скривился, попробовав пирожок с соевой начинкой.       Хуже оказался только клубничный зефир, от которого даже голубоглазую перекосило. Девушка яро пыталась доказать, что это просто неудачный эксперимент кондитера, что он бывает очень вкусным, но для Энви это блюдо стало «запретным». Даже на таких ярмарках не всё бывает идеальным. Под конец выяснилось, что больше всего запомнились каштановые кинтоны и миндальное печенье. Было много чего необычного, особенного, но иногда что-то, как может показаться, самое простое больше всего западает в душу.       За четыре часа они обошли сотни поваров, попробовали десятки вкусностей, послушали много интересных рецептов и историй, узнали что-то новое. Для Энви такое времяпровождение было очень странным, парень просто не привык к таким спокойным прогулкам, только спустя пару часов приспособился к атмосфере, начав чувствовать себя комфортно. Николь в свою очередь была очень активной и энергичной, носилась по городу с искрами в глазах. Сразу видно, что эта тема ей очень интересна.       До обратного поезда оставалось больше часа, назад пешком никто идти не будет, поэтому это время нужно как-то убить. После всего съеденного сложно заставить себя что-то делать, но на короткую прогулку отдалёнными от центра улочками сил ещё хватило. Зависть стоял возле прохладной стены в тени, когда девушка направилась вперёд к фонтану, который попал в её поле зрения. Парень смотрел ей в след и пытался понять, расшифровать слова своей сестры. За эти две недели он так и не открыл для себя чего-то глобально нового, что могло помочь в сложной ситуации. Как можно использовать человека для своей выгоды другим способом, не убив, не покалечив, не прижав? Как с помощью этих слабых существ можно раздобыть нужную информацию?       Хоть у гомункулов и принято сразу убирать «везунчиков», которые в силу своей удачи узнали или увидели лишнее, парень не понимал, как такое хрупкое существо может пошатнуть их стабильную систему? Да, люди бывают разные, каждый скрывает свои тайны, но за всё время эта девушка не показала себя кем-то, кто способен сотрудничать с большими организациями. Расскажи она всё увиденное, они бы ей даже не поверили. Сейчас она ходила по бортику фонтана, расплываясь в радостной улыбке, совсем как маленький ребёнок. Пару раз она чуть не упала, в такой момент даже Энви тишком засмеялся, потом к ней подошла маленькая девочка, что завела разговор.       Одна вещь всё-таки была понятна: люди — слабые существа. Они напрямую зависят от эмоций, всю жизнь неся за собой этот груз. Сколько возможностей откроется, если избавиться от сочувствия, честности, справедливости и других ненужных ценностей. Но почему-то они берегут их, словно самое дорогое сокровище.       Солнце понемногу спускается с неба, заливая город горячими, практически красными лучами. Посетители события начинают разъезжаться, хотя многие остаются ночевать в гостиницах. В любом случае, сейчас намного тише, чем было днём. Переулок, по которому идут двое, практически пустой, шаги отбиваются эхом от толстых стен. На душе давно не было такого спокойствия. — Почему ты решил поехать со мной? — неожиданно спросила Николь.       Энви этот вопрос завёл в ступор, ведь он и сам не понимал, что заставило его потратить целый день на то, что пользы никакой не принесёт. — Не знаю… — поднял взгляд на небо, — Наверное, из-за скуки. — И как тебе развлечения обычных смертных? — Ну… Очень непривычно, но еда всё-таки была вкусная. Ты каждый год посещаешь этот фестиваль? — Практически. Прошлым летом не была, — улыбнулась, пытаясь приглушить наступающую грусть. — Не думала поехать в роли специалиста, а не посетителя? — Нет, нет, нет. Такой вариант мне не нравится. — Почему? Боишься травануть кого-то?       Разговор обрёл более дружескую атмосферу, они обсуждали сегодняшний день и всякие мелочи, хотя, сначала было тяжеловато открыться. Всё было хорошо, если бы не мелкая агрессивная шавка, что сидела возле мусорника. Собака начала рычать на гомункула, почувствовав его странную ауру, побежала явно не с хорошими планами. Животное вцепилось острыми зубами в лодыжку, не переставая рычать. — Вот же ж чёрт! — разозлился, сильно махнув ногой, от чего пёс с пронизывающим скулом влетел в кирпичную стену, — Мелкая гадость.       Зависть повернулся к Николь, которая ошарашенно смотрела на его рану, что пару секунд назад истекала кровью, а теперь полностью затянулась, сопровождая процесс красными искрами. Её глаза были наполнены испугом, удивлением и растерянностью. Такая реакция вполне естественная, но что делать гомункул не знал. — Пойдём скорее, а то опоздаем, — заикаясь выдавила девушка, не осмелившись задать вопрос. — Какая у тебя фамилия? — попытался разрядить обстановку, когда уже прибыли на вокзал. — Зачем тебе? — У меня её нет, вот и интересно. — Нет? Странно, хотя не думаю, что это как-то особо меняет твою жизнь. — Так какая? — Родригес… — ответила, задумавшись безопасно ли о этом говорить. — Николь Родригес, — протянул, как можно серьёзнее, — Звучит неплохо. Тебя можно называть Родри, Николь никак не изменишь. — Можно подумать, у твоего имени миллион форм, — недовольно буркнула, — Родри звучит убого, только попробуй меня так назвать!

***

      Дорога домой заняла немало времени, на улице уже было темно. Хорошо, что в столице каждый уголок оснащен фонарями, так бы было страшно находиться здесь самой, зная о существовании столь странных жителей. Николь устало передвигала ноги, желая поскорее зайти в любимый подъезд. Она была рада встретить нескольких соседей, что хоть малость, но успокаивало. Сегодняшняя поездка её довольно вымотала, сил почти не осталось, но оно того стояло. Преодолев все ступеньки, девушка принялась искать в сумочке ключи и с облегчением завалилась в квартиру.       Видимо, жизнь решила, что одного сюрприза ей будет мало, поэтому подкинула ещё. Голубые глаза уставились на диван, стоящий в прихожей, застыв от удивления. — Не ожидала нас увидеть? — спросил мужчина с короткой стрижкой. — Совсем нет! — радостно вскрикнула Николь, — Когда же вы в последний раз дома появлялись! — добавила, набрасываясь на родителей с объятиями. — Ну тише, тише… — попыталась успокоить мама, заметив слёзы на лице Николь, — Завтра мы весь день проведём вместе. Но вот только потом нам придётся уехать на недельку-две. — Всё-таки это не просто завал больных… Вы занимаетесь каким-то исследованием? — Тебе лучше не забивать этим голову. Мы расскажем, когда полностью разберёмся.       Проведя остаток вечера за ужином и душевными беседами, блондинка немного успокоилась, но тот факт, что она будет жить какое-то время совершенно сама, немного пугал. Несмотря на усталость, девочка решила не откладывать задуманное дело на потом. Она открыла комод, взяв небольшую связку ключей и направилась к выходу. — Ночь на дворе, ты далеко? — Я спущусь в хранилище ненадолго. Не волнуйся, — успокоила девушка мать, переступая порог.       Обычному человеку было бы страшно посещать такое место в позднее время, но Родри провела там половину детства за прочтениям книг, часто зависала на часов восемь. Сейчас появлялась в этой комнате всё реже, но так уж сложились события. Быстро спустившись на нулевой этаж, девушка начала отмыкать замок, перед этим щёлкнув на автомате выключатель света. Немного возни, и вот она стоит среди десятков стеллажей, наполненных книгами, бумагами, газетами и разными документами. Закашлявшись от хлынувшего потока пыли, направилась в глубь, остановившись перед огромным шкафом, который ещё лет четырнадцать назад сказали обходить стороной. — И как среди этих завалов можно что-то найти…