The morning after

Drifting through the halls with the sunrise Holding on for your call Climbing up the walls for that flashing light That I can never let go 'Cause I'm gonna be free and I'm gonna be fine Holding on for your call I'm gonna be free and I'm gonna be fine But maybe not tonight (Florence + the Machine, 2015) Когда мы трансгрессировали к порогу Дамблдоров, в дверях стоял Бёрти. Сначала он нахмурился, потом вздохнул и провозгласил: - Ари, полюбуйся, они наконец-то явились! - Бёрти, не ворчи пожалуйста, - ласково протянула прибежавшая из дома Ариана, мгновенно обняв братца. Тот насупился, но было заметно, что это лишь для вида. - Мы вели важные научные дискуссии, - развел руками Ал. - Это требовало уединения и концентрации. - Мне кажется, вы весь год вели важные магические дискуссии, ни на день не прерываясь, так что увольте - я думаю, вы были заняты совсем другими вещами, - Бёрти чуть скривился. - Они целовались, глупенький, - рассмеялась Ариана. - Бёрти, ты уже такой взрослый, а до сих пор не понимаешь! С этими словами она убежала обратно в дом, ее щеки порозовели и она снова радостно захихикала. Аберфорт попытался что-то ответить, сказать, что он-то как раз видит нас насквозь (ага, как же), но вместо этого махнул рукой. - Вы есть будете? - без тени раздражения спросил он, почесывая затылок. - Будем, - Альбус сказал как отрезал, не спрашивая моего мнения, потому что видимо хотел меня накормить. Есть мне не хотелось, но Дамблдор-старший просто сжал мою руку и повел меня в дом. Оставалось лишь сдаться и позволить семейству снова накормить меня. Усевшись за стол, Альбус тут же склонился над ним и прошептал мне: - Во сне твой разум будет наиболее сильно открыт и уязвим, не обязательно дожидаться, когда это снова начнется. - Не то, чтобы мне нравилось быть уязвимым и открытым, знаешь ли! - прошипел я. - Обычно тебе это вполне себе нравится, - без тени застенчивости в полный голос ответил Альбус, чем вызвал у меня просто пожар на лице. Именно в этот момент Ариана поставила передо мной тарелку и хитро посмотрела на сверх меры довольного Альбуса. - Мальчики, вы сможете еще сколько угодно целоваться, но только после ужина, хорошо? - с невероятно важным видом проговорила она, снова убегая на кухню помогать Аберфорту. Я чуть не задохнулся, до какой степени она напоминала Альбуса. Наверняка он вел себя похожим образом в детстве. Эта семейка... они все друг друга стоили! - Просто пойми, Гел, это могут быть лишь видения. Может быть заклятие или что бы это ни было вызвало всплеск активности твоих способностей, а корень проблемы совсем в другом. Нет смысла ждать повторения симптомов, если есть возможность провести диагностику - нужно делать это максимально точно. - В таком случае ты мог бы влезть ко мне в голову во время секса, - шепотом прорычал я, теряя терпение. В словах Альбуса был здравый смысл, но тот факт, насколько бессовестно он смущал меня прямо за семейным столом при своих брате и сестре, выводил из себя. При этом он явно по максимуму наслаждался происходящим. - К сожалению, во время секса невозможно будет сосредоточиться, да и длится он, увы, меньше, чем сон, - он пожал плечами. - Я тебе потом объясню, почему твоя идея мне не нравится, - отрезал я, не в силах больше выносить это смущение. Ребята принесли наконец все, что было необходимо для ужина и сели за стол вместе с нами. Ариана предварительно включила негромко музыку. Было заметно, как ей важна атмосфера праздника. Она принялась радостно рассказывать мне о составе блюд, а я, повернувшись к ней, скосил глаза на Ала. Тот сидел, гордо поглаживая локон волос, который выбился из хвоста и лежал теперь на его плече. Вид у него был совершенно счастливый. Если он прав, и это мои взбесившиеся способности, то ничего хорошего такие видения не сулят. Особенно его взгляд. Этот взгляд обжигал и заставлял хотеть исчезнуть. Так смотрят на человека, который забрал у тебя все. И я больше всего на свете боялся стать таким человеком. Не то, чтобы я собирался, ведь Альбус Дамблдор был моим самым большим сокровищем. - Гел, ты меня совсем не слушаешь! - возмутилась Ариана, дергая меня за рукав. Я растеряно взглянул на нее и не нашел ничего лучше, чем улыбнуться и пару раз моргнуть с невинным видом. Ари насупилась. - Ты только на Ала смотришь! Посмотри на меня тоже, ну пожалуйста, - жалобно протянула она, приобретая совсем детский вид. - Прости, принцесса, - я беспомощно развел руками. - Твой брат просто загляденье, правда? - Да, он красавчик, - Ариана ответила мне в тон, и выражение ее лица моментально сменилось на хитрое и даже слегка развратное. Я вспомнил, что ей уже почти пятнадцать и задумался о том, как именно она представляла себе наши с Альбусом отношения. - Ари, Геллерту нужно поесть, - строгим тоном "я-здесь-самый-старший" подал голос Альбус с другой стороны стола. - Нам всем нужно поесть, - Аберфорт, который уже был в процессе, звучал в духе "кто-блин-старший-Альбус-сам-ешь-давай", и я ненароком хихикнул. Ариана, все еще зачарованно смотря на меня, тоже прыснула со смеху, и братья Дамблдоры в итоге просто остались сидеть молча, укоризненно глядя на нас. - Геллерт, Ариана, - все в том же тоне продолжил Ал. - Мы успеем как следует пообщаться, но сейчас, пожалуйста, - его вид стал вдруг каким-то нежно-сочувственным. - Геллерт чувствует себя не очень хорошо, Ари, проследи, чтобы он все съел, ладно? - Конечно! - с готовностью ответила девушка, охотно начиная уплетать свою порцию, как будто желала подать мне хороший пример. Я с нежностью посмотрел на Ала, он послал мне выразительный взгляд и принялся за еду. Когда все вдоволь наелись, мне три раза была предложена добавка, и в конце концов все успокоились, Ари сделала музыку погромче и всем своим видом стала выражать желание подвигаться. Аберфорт, задвигая стулья, приблизился ко мне и шепнул: - Может быть потанцуешь с ней? Она ждала этого целый год. В тот раз ты ей танцами просто голову снес, я уж боялся, что она в тебя влюбится и мне придется тебя убить. - Ты как всегда очень любезно откровенен, - я приложил руку ко рту, изображая шок. - Да иди уже к ней, - Бёрти буквально пнул меня в сторону сестры. - Гел, Геллерт, ты знаешь эту песню? - пританцовывая, Ариана выглядела очень живой и довольной. Я в очередной раз ощутил волну тоски, которая была мне по-прежнему не очень понятна. - Нет, принцесса, но песня звучит замечательно. Позвольте пригласить вас? - я протянул руку, чуть приседая на одно колено. Спиной я ощущал тяжелый взгляд Аберфорта. Подняв глаза, я заметил также взгляд Альбуса, в котором мелькнула ревность. Буквально на секунду, но я успел посмотреть на него именно в тот момент, когда он думал, что никто его не видит. Ох, милый, милый Дамблдор. Я ощутил азарт, и Ариана, очевидно, это как-то считала, потому что она сразу же переняла стиль моего поведения, мило поклонилась в реверансе, приподнимая полы юбки, радостно вложила ладонь в мою протянутую руку и мы принялись кружиться по гостиной. Ариана Дамблдор двигалась самую малость не в ритм, в ней чувствовалось огромное желание плясать энергичнее, но музыка была медленной, размеренной, женский низкий голос пел что-то о неизвестной стране где-то очень далеко, о чудесах и сбывшихся мечтах. Эта песня очень подходила этой девочке, даже каким-то странным образом, и в проигрыше я ощутил, что у меня начинает кружиться голова. Когда я оступился и отдавил Ариане ногу, она даже ничего не сказала, просто обняла меня за плечи и повисла на мне. Я почувствовал, как ее маленькое сердце колотится в груди. - Гел, ты волшебный, - тихонько произнесла она с радостной улыбкой. - Не волшебнее тебя, милая, - я без единой мысли просто гладил ее по голове. Аберфорт и Альбус оба кашлянули одновременно. - Дорогой мистер Гриндевальд, - начал Бёрти, и Ариана быстро отлипла от меня, бросаясь теперь на шею брату. - Бёрти, ты просто не представляешь, какое это волшебное чувство - танцевать с Гелом! - радостно защебетала она. - Не знаю, конечно, я же с ним не танцевал! И не просите! Мы все расхохотались, и тревожное чувство, которое вызвала у меня песня под конец нашего танца, улетучилось. Я не знал, хорошо это или нет, но мне не хотелось сейчас об этом задумываться. Все было так хорошо, что мне просто хотелось спрятать голову в песок, не думать, не смотреть на эту черноту в моем сознании, не думать о том, каким образом им, то есть нам, удалось поставить Ариану на ноги, и что вообще происходило целый год моей жизни, которого я не помнил. Альбус обнял меня за плечи сзади, и шепотом произнес прямо в ухо: - Тебе стало не по себе, да? Я заметил. Не представляю, почему иначе ты мог оступиться. - Ты мне льстишь, я бываю неловким, - устало протянул я, наблюдая, как Ариана пытается заставить Бёрти танцевать с собой под более быструю композицию. Зрелище было уморительным. Альбус качнулся в ритм музыке, чего я от него не ожидал. - Мы ведь пойдем сегодня к твоей тетушке? - он снова негромко говорил мне прямо в ухо, вызывая в теле приятное тепло. - К тете Ба? - Да. Я хочу взглянуть на зеркало и твоя тетя наверняка хочет, чтобы ты хоть раз переночевал в собственной комнате. - Слушай, насчет того, что ты сказал. Про сон. Я не очень хочу этого. - Я знаю, я не дурак, - усмехнулся Дамблдор. - А еще ты не любишь быть уязвимым. И когда я делаю так, тоже терпеть не можешь, - он без капли стеснения куснул меня за ухо. От неожиданности я дернулся и врезался в комод. - Альбус! - выдохнул я, и обнаружил, что с полочек комода посыпались книги. Я не успел сориентироваться, услышал только, как что-то разбилось. Все остановились, только музыка продолжала звучать все так же зажигательно. - Вы чего творите, светлые умы?! - Аберфорт подбоченился и переводил взгляд с Альбуса на меня и обратно. Ариана подбежала ко мне, а я наклонился и поднял то, что разбилось. Это была маленькая фарфоровая игрушка, куколка со светлыми волосами в голубом платьице. Я был уверен, что никогда раньше не видел ее в их доме. - Откуда она у вас? - как-то глухо спросил я, рассматривая глубокие трещины, которые шли по лицу фарфоровой девочки. Она умещалась в ладошке, была совсем простенькая, без каких-то деталей, на светлом личике были нарисованы схематические голубые глазки. Волосы на ощупь казались настоящими, как будто их у кого-то срезали и приклеили к фарфору. Ткань платьица шуршала в моих пальцах. - Это малышка Ари, - пожала плечами Ариана. - Мне ее мама подарила, когда мне было шесть. - Когда тебе было шесть? Она все это время здесь была? - Нет, раньше она была у меня в комнате. Просто когда ты смог придумать лекарство, я поняла, что она мне больше не нужна, и Ал сказал, что можно поставить ее здесь, - улыбнулась девочка. - Прости, я сейчас все исправлю, - у меня во рту стало как-то сильно сухо. - Репаро, - опередил меня Альбус. Куколка стала как новая. Почему-то я испытывал холод и ужас, глядя на нее целую. Не меньший, чем при взгляде на разбитую. - Давай поставим на место. *** Я держал руки в карманах брюк всю дорогу. Альбус шагал рядом, очень близко ко мне, и я чувствовал, что он хочет взять меня за руку или под руку, но сейчас мне было некомфортно от физического контакта. Точнее сказать, я боялся, что он почувствует больше, чем я готов ему показать, если дотронется до меня. Внутри у меня все было как на иголках, и я знал, что он прекрасно это понимает, просто я не хотел. Не хотел показывать ему масштабы, не хотел пугать его. Пугать ещё больше, чем я уже пугал его. Альбус Дамблдор был во многом практически бесстрашным, но я прекрасно знал, насколько он чувствительный и как много он всегда на себя берет. Я не хотел становиться новым бременем для него. Мы шли до дома тётушки Батильды снова пешком, на небе уже зажглись звёзды, и в других обстоятельствах прогулка выдалась бы на редкость романтической. Скорее всего в других обстоятельствах я бы прижал Ала к стене первого попавшегося домика, опустился перед ним на колени и заставил бы жадно хватать воздух. Я бы мог сделать это и сейчас, может это отвлекло бы меня и помогло бы прочистить голову, только Дамблдор прекрасно знает, в каком я состоянии и станет протестовать, поднимет меня с колен и очень строго скажет, чтобы я перестал. Иногда мы друг друга не понимаем. - Гел, ты главное не бойся, - нарушил тишину Альбус. С этими словами он всё-таки вытащил мою руку из кармана и переплел свои пальцы с моими. - Ты же со мной, - он ободряюще улыбнулся, и я ощутил привычное тепло, которое всегда вызывало ответную улыбку. - Я знаю, - от его поддержки у меня что-то отлегло от сердца, хотя и не сказать, чтобы полностью. - Я знаю, Ал, я чувствую это каждую секунду. - Значит попробуем воздействовать через сон? - Нет, - вздохнул я. - Почему ты этого так не хочешь? - Потому что я боюсь, я очень боюсь, - мне было очень неприятно это озвучивать, но Дамблдор умеет заставлять делать неприятные вещи, если так нужно. - Я понятия не имею, что со мной, насколько это опасно, и если, находясь в сознании, я хотя бы смогу выбросить тебя вовремя и проконтролировать ситуацию, то во сне это может не сработать. Понимаешь? - В этом-то и весь смысл, - Альбус щёлкнул меня пальцем по носу, и я ойкнул от неожиданности. - Мерлин, поверить не могу, что ты это сделал! - возмущённо воскликнул я, держась за нос. - Я ещё и не то с тобой сделаю, если не прекратишь напрасно себя накручивать, понятно? Я тебе кто, великий и опасный волшебник или первокурсник? И вообще, слушайся старших. - Тебе всего-то девятнадцать! - А тебе? - он поправил очки с хитрой улыбкой. - А мне! Какая разница, сколько мне! - спор терял всякий смысл, и я зарычал, бросаясь на него в шуточной попытке отстоять свою позицию, и отобрал очки. - О, какое взрослое поведение, Геллерт Гриндевальд обезоружил соперника неопровержимыми аргументами, - он только рассмеялся. - Мне идёт? - я натянул его очки на нос, предварительно попытавшись посмотреть в них. Реальность расплавилась и поплыла. Ну и зрение у моего красавчика. - Я не вижу, но уверен, что да, - Ал обнял меня одной рукой и я вернул ему очки. Добрались до Батильды мы уже заполночь и обнаружили, что дома выключен весь свет. Это было странно, обычно тетушка Ба не спала по полночи, но делать было нечего. - Давай трансгрессируем сразу в спальню, чтобы не будить старушку? - предложил Альбус. - Сразу в спальню, - хмыкнул я, - как я скучал по этому. - В спальню, где ты заснешь и пустишь меня в свой разум, - уточнил он. - Не хочешь сначала посетить другие мои места? Мы оба засмеялись шепотом, давясь от желания смеяться в голос. - Геллерт, твои пошлые шуточки даже хуже, чем мои! - Хочешь соревнование? - Я с удовольствием посещу все местные достопримечательности, возможно некоторые даже пару раз, и напоследок кину монетку в твой фонтан, чтобы вернуться снова. - Фу, Альбус, тебя невозможно обыграть, - я закрыл лицо рукой и снова рассмеялся. - Обычно люди ездят в памятные и известные места, но ко мне такое вот место приехало само, - продолжил он, зарываясь лицом мне в шею, отодвигая ворот рубашки, целуя ямку между шеей и ключицей. Меня сразу как жаром пробрало, и я прильнул к нему всем телом. Он продолжил жадно целовать и покусывать меня, пока я судорожно цеплялся за его спину одной рукой и лапал его бедра и пах другой. Я знал и понимал, что он пытается расслабить меня настолько, чтобы я успокоился и впустил его в сон. Я также знал, что я это сделаю, потому что он этого хочет. А ещё - что он просто бешено хотел меня, и просто осознания этого хватало, чтобы отдать ему все. Впервые в жизни я подумал, чувствует ли он в точности то же самое по отношению ко мне? Альбус был человеком очень жертвенным, хотя он и не производил такого впечатления, выставив мощный фасад из самоуверенности, самодовольства и чисто британского ироничного отношения ко всему. Не меняя позы и рода деятельности, он перенес нас в мою комнату. Было темно, но его это не волновало, он просто наложил на комнату заглушающее заклинание и впечатал меня в стену. Я даже не ожидал такого напора, только пораженно выдохнул его имя и принял в себя его язык. Дамблдор кусал меня, его жадные руки срывали с меня сначала жакет, затем рубашку. Когда он стал закусывать кожу на моих плечах, нарочно оставляя следы и небольшие синяки, я понял, что отъезжаю. Я забыл обо всем - о зеркале, о тёте Ба, об Ариане и ее кукле. Я вскрикнул и откинул голову, одновременно вцепляясь в его плечи и подаваясь бедрами вперёд, когда он зубами впился в мой сосок. - Альбус, это было больно, - я шипяще выдохнул сквозь зубы. - Мне тоже нравится, - он улыбался как хищник, зализывая место укуса и глядя мне прямо в лицо. - Да что на тебя нашло, - притворно ужаснулся я, закидывая одну ногу на его бедро. - Даже не знаю, наверно кто-то сегодня нарочно заставлял меня ревновать, танцуя с моей младшей сестрой. - Кто же это был? А, помню, наверно Аберфорт! В глазах Ала мелькнул огонек, и на меня посыпались новые и новые укусы. Я вскрикивал и стонал, смеялся и выгибался, в конце концов мне удалось освободить его от рубашки тоже, и я принялся лизать и целовать его шею и грудь. Параллельно я без остановки тёрся о него всей нижней частью тела, не в силах прекратить, зарывался пальцами и лицом в его потрясающие волосы, которые были просто буквально повсюду. Я сорвал ленту с его хвоста еще на улице, и теперь наслаждался тем, как волосы струятся по моему телу и утекают сквозь пальцы. - Ариана права, ты просто волшебный, - хрипло прошептал Альбус прежде чем глубоко и властно поцеловать меня. - Пожалуйста, Ал, продолжай, возьми меня, - тихо попросил я, когда мы смогли оторваться друг от друга, чтобы глотнуть воздуха. - Как именно ты хочешь? - на лице Дамблдора появилась эта его улыбка победителя. - Да к черту без разницы, как угодно, - я нетерпеливо царапнул его, стягивая брюки с его бедер. - Прямо здесь? - он чуть приподнял меня, стаскивая мои брюки тоже. Он так тесно прижал меня к стене своим телом, что из меня вырвался просящий стон. - Да, именно так, - прохрипел я, в отместку проводя рукой по его промежности, сжимая его в руке. - Скажи, если вдруг ты захочешь переместиться в кровать. - Хватит быть таким заботливым, Дамблдор, - начал было язвить я и тут же задохнулся в долгом стоне, потому что он подхватил меня и резко вошёл внутрь. Движения Альбуса были то резкими и нетерпеливым, то становились плавными и как будто растянутыми во времени и пространстве. Я умирал и от первого, и от второго. Я чувствовал, что он хочет переместиться в кровать, потому что стоять было тяжело, но насаживаться сверху на его твердый член было слишком хорошо, а его движения были такие рваные и тяжёлые, что я разрешил себе немного помучить нас обоих. - Гел, я хочу лечь на тебя сверху, - немного задушенно проговорил Ал, смазанно целуя меня в скулу. Я пару раз кивнул, не в силах говорить. Когда он навис надо мной и вошёл снова, я заключил его в объятия, ощущая всем телом, насколько он все ещё был чувствительным и мягким мальчиком. Моим любимым мальчиком. Представить, что он мог достаться кому-то ещё, было просто невозможно. Только я мог так страстно отдавать ему всего себя и столь же жадно принимать всего его, без остатка. Я сгорал внутреннее от того, как он стонал мне в шею, я чувствовал каждую его мышцу, я старался прижимать его как мог ближе, я очень хотел его защитить. Дать ему чувство безопасности, пока он находился внутри меня. - Я люблю тебя, - с этими словами, как ни банально, Альбус кончил в меня, и меня всего свело от нежной судороги. Я испытывал к нему настолько всепоглощающую любовь в тот момент, что казалось, это могло просто убить меня. Не знаю, откуда у него взялись силы, но Альбус обхватил мой член и, выбивая из меня громкие стоны и проклятия, довел до оргазма тоже. Комната просто уплыла, реальность на несколько мгновений перестала существовать. Я растворился и исчез, все, что от меня осталось на тот момент, было любовью к Альбусу Дамблдору. Я не помнил, как я заснул, потому что, кажется, пытаясь хоть как-то сказать ему о своих чувствах, я просто вырубился на полуслове. Но я помню, как я проснулся. Комната была все такой же темной, но кое-что изменилось. В ужасе я наблюдал, что все - стены, пол, потолок, даже окно - все было покрыто светящейся в темноте бледным светом символикой даров смерти.