The morning after

Make a wish when your childhood dies Hear the knock, knock, knock when she cries We're all alone tonight Hold your breath when a black bird flies Count to seventeen and close your eyes I'll keep you safe inside He burns my skin, never mind about the shape I'm in I'll keep you safe tonight, yeah, yeah, shut up and run with me! (My Chemical Romance, 2010) Я вернулся и уже морально готовился к тому, что тётя Ба либо устроит мне какую-то головомойку, либо потребует ее куда-то сопровождать. Но она по-прежнему сидела в кресле и медленно потягивала кофе. Я непонимающе посмотрел на нее. - Присядь, Геллерт, - чинно произнесла она. Когда я сел, она продолжила. - Мой мальчик, скажи пожалуйста, у вас с Альбусом все хорошо? Я не ожидал такого вопроса и продолжил смотреть на нее очень недоуменно. - Все хорошо, тетушка. А что случилось? - Ничего не случилось, просто у тебя с утра очень изможденный вид, - она вдруг посмотрела на меня с большим сочувствием и даже как будто с любовью, заставив рефлекторно почувствовать желание сбежать. - Ты бледный, под глазами круги. Ты ведь хорошо питаешься, вы не ссоритесь? - Нет, тётя Ба, ну что ты, - я опустил голову, все больше ощущая себя виноватым. Желание исчезнуть только усиливалось. - Может быть я и не выгляжу сейчас так, но по молодости у меня был очень развернутый и богатый опыт отношений, - она легонько пихнула меня локтем. - Если ты захочешь что-то обсудить, я буду всегда рада, - она захихикала. - Были ли у тебя такие любовники, за которых хотелось умереть и перевернуть мир? - я наконец смог натянуть свое привычное развязно-привлекательное выражение лица и потянулся вперед, чуть ложась на стол. - Вот еще, - фыркнула Батильда. - Все они переворачивали мир ради меня! Я засмеялся. Я видел ее старые колдографии, и в это можно было поверить. - Но была одна очень талантливая волшебница, сейчас я не могу назвать ее имени. Вот ради нее я была готова на самые безумные поступки. - Да ладно! - изумленно воскликнул я. - Нет, я не верю, ты это придумала только что! - Хочешь верь, хочешь не верь, - мечтательно протянула тетушка. - Где-то в моих альбомах есть наша общая колдография. Когда я снимала вас с Альбусом прошлым летом, на меня накатили такие воспоминания, что я проплакала после этого весь вечер. Я пораженно молчал. Она ведь и правда нас фотографировала. Но я и понятия не имел о том, какие чувства она может испытывать. Я в принципе старался как можно скорее сбежать от ее общества все прошлое лето, потому что мы родственники, а я ненавижу родственников по определению. Просто не выношу кровное родство, вся моя семья всегда казалась мне сборищем чудовищ. Но если мы и были семьей монстров, то тетушка Батильда была, пожалуй, самым добрым и милым из них. Из-за мыслей о чудовищах в голове всплыл образ дракона в мире зеркала, и я невольно поежился. Был во всем этом какой-то тяжелый и объемный скрытый смысл. С одной стороны, мне очень нужно было понять, какой именно, но с другой это очень пугало и заставляло желать лишь одного - похоронить это. - Геллерт, я очень люблю тебя, родной, - узловатая рука тетушки коснулась моего запястья и сжала его. - Я так счастлива, что познакомила тебя с Альбусом и вы так сильно влюбились друг в друга. Думаю, этот союз был судьбоносным. Вы не просто прекрасно смотритесь вместе или дополняете друг друга душевно и интеллектуально, - она приблизилась ко мне, чтобы говорить тише. - Иногда мне кажется, что вы всегда должны были встретиться, и я все это время жила по соседству с Дамблдорами только ради того, чтобы однажды стать ниточкой, которая приведет тебя к этому прекрасному человеку. И когда я вижу, как вы смотрите друг на друга, как вы страстно касаетесь друг друга и насколько оба меняетесь в обществе друг друга - я понимаю, что прожила жизнь не зря. - Тётя Ба, ну что ты говоришь за вещи! - воскликнул я, расчувствовавшись и смутившись одновременно. - Ты очень сильно можешь изменить мир, Геллерт, - серьезно продолжила она. - Я это вижу, это хорошо отражается в твоем взгляде. Я бы так хотела, чтобы ты делал это вместе с Альбусом. Он всегда поддержит тебя, и при необходимости внесет в твои действия рациональное звено, - она многозначительно улыбнулась. - Но, что более важно, рядом с ним ты будешь счастлив. Изменять мир, будучи убитым горем или пустым и безжизненным - очень опасно. Когда ты прибыл ко мне тем летом, я четко увидела в тебе эту пустоту, безжизненность - ты старался казаться просто отстраненным, шутил со мной, но мне было понятно, что тебя гложет. И я поняла, что Альбус, который на тот момент также был убит горем и пустотой, сможет обрести все, чего ему не хватало, в тебе. И я так надеялась, что с тобой произойдет то же самое. Моему счастью не было передела, когда я однажды случайно увидела, как вы целуетесь за домом. - Ты нас видела?! - я открыл рот и почувствовал, что сгораю со стыда. - Я вас видела и однажды я вас слышала, - смешно поджав губы, чтобы не улыбаться, ответила тётя Ба. - Однажды я вернулась домой раньше, чем планировала, я должна была отсутствовать до утра, но планы поменялись, и ты не знал о том, что я приду, поэтому видимо вы не стали ограничивать себя и не наложили заглушающие чары. Пришлось в срочном порядке связываться с одной противной подругой, чтобы допоздна чаевничать у нее. Я была вынуждена выслушать очень много нытья, но мысли о том, как вам хорошо вдвоем, помогали вытерпеть эту пытку, - она кокетливо засмеялась, и я покраснел еще больше. Моя тетушка слышала, как я занимаюсь любовью с Алом, и я узнаю об этом только сейчас. - Кто бы мог подумать, - только и пропыхтел я, глядя в стол. - Не смущайся так, мой хороший, - Батильда засмеялась и погладила меня по плечу. - Я так радовалась. Все-таки именно я познакомила вас, мальчики. Я горжусь этим! Я тихо рассмеялся, все еще сгорая от стыда, но мне вдруг стало очень хорошо на душе. - Ну что ж, - тетушка соединила ладони вместе и теплым взглядом посмотрела на меня. - Ты можешь идти, я всего лишь хотела немного поговорить с тобой. Мне стало очень стыдно за собственное возмущение по поводу ее просьбы остаться. - Беги к Альбусу, милый. Нужно и мне как-то выбраться к Дамблдорам в гости, жаль, что в последнее время я мало выхожу из дома. - Приходи, я спрошу у Альбуса, когда им будет удобно, я думаю, они будут очень рады тебе, - я помог ей подняться из кресла. Она взяла в руку трость и пошла вместе со мной к выходу, опираясь на нее. Я снова поразился, когда она успела так состариться. *** Я решил трансгрессировать от дома тетушки, чтобы не иметь слишком много времени на размышления. Если я начинал думать, в голове снова начинала подниматься тьма, а я понял, что мне совсем не хотелось видеть, что там, за ней. Скажу Альбусу, что все прошло, и сон - это просто сон. Слова тети Ба убедили меня в том, что мы все делаем правильно, и копаться в каких-то странных снах и видениях было глупо. Мы с Алом созданы друг для друга, и все продвигается просто прекрасно. Мы отдохнем и отправимся на поиски Даров Смерти, как и собирались. Мысль о Дарах заставила меня поежиться. Почему-то сейчас, после нашего путешествия во сне, я уже не испытывал такого бешеного желания обладать ими. Видеть комнату, которая целиком была покрыта знаком Даров, оказалось почему-то очень тяжело. От этого веяло чем-то крайне нездоровым. Чем-то, что очень подходило психопату-монстру из зеркала, но никак не мне. Ведь я был полностью адекватен. Я осознал, что уже минут пять (а может и дольше) стою около задней калитки Дамблдоров и думаю. Хотя я собирался не делать этого. Мои мозги мое проклятие, не иначе. Я осторожно перегнулся через калитку, снял ее с замка-петельки и вошел во двор. Я мог бы просто перелезть, но почему-то решил действовать более вежливо. По пути к дому Аберфорт и Ариана высадили нарциссы. Цветы ловили солнечный свет и тянулись к нему. Я знал, что Ариана очень любит цветы. Она вообще была из тех невинных незамутненных (почти) душ, которые радуются буквально самым простым вещам. В который раз я подумал, как же это странно, что я совсем не могу вспомнить, чем именно я помог ей. Почему Альбус и Аберфорт постоянно делают на этом акцент? Именно на моей помощи. Даже Аберфорт не сказал "я так благодарен вам с Альбусом", он сказал, что благодарен мне. Как можно совершить что-то настолько сложное и даже в какой-то степени великое, и полностью об этом забыть? Как будто часть воспоминаний стерли или вырезали. По интересному совпадению, именно в этот момент я увидел по левую сторону от дома Аберфорта. Он возился в огороде, и ноги сами понесли меня к нему. Раньше я трансгрессировал бы от греха подальше, но наши новые около-семейные отношения давали шанс наладить общение и может быть даже подружиться (в отдаленной перспективе, если он не начнет как обычно со всего беситься). - Привет, - он выпрямился и дал понять, что видел меня. - Чертовы птицы. Житья от них нет. Я осмотрел его и подумал, до какой же степени Бёрти ассимилировался с миром магглов. Он выглядел максимально неприметно, носил сугубо маггловскую одежду (насколько я знал, частично это была одежда их отца, то, что от нее осталось, например, рукава рубашки Аберфорт абсолютно всего подворачивал до локтя, так как она была ему еще великовата). Всклокоченная небрежная прическа, грязные штаны (в земле и траве, еще бы, целыми днями возиться с огородом), то, как он вытирал со лба пот - все это создавало идеальный образ простого фермера или кого-то вроде. Вы бы никогда не смогли сказать, что перед вами, вообще-то, маг. Хотя назвать Аберфорта магом язык почти не поворачивался, скорее уж какой-то непутевый ученик волшебника из глубинки. - Почему бы тебе не наложить на участок отпугивающее заклинание? От птиц должно помочь, - пожал плечами я. Я не очень понимал, как вести себя с Аберфортом, когда он не злился. Судя по озабоченному выражению его лица, он и сам не знал, как это - не злиться постоянно и разговаривать как обычные люди. - Ты в точности как Альбус, конечно, - вздохнул он. - Это может вызвать у соседей подозрения! У всех урожай поклеван, только у Дамблдоров нет. Я слегка похолодел, и тут же испытал жгучий гнев. Вот она, охота на ведьм. - Звучит так, словно у нас пятнадцатый век на дворе, - сквозь зубы процедил я. - Век не пятнадцатый, а жить все равно хочется спокойно, - просто ответил Бёрти, раскидывая по участку сухую солому. Я не очень понимал, зачем он это делает, но взял связку и принялся раскидывать, подражая ему. Он посмотрел на это сначала с искренним удивлением, а потом съязвил: - Геллерт Гриндевальд, ты что, хочешь понравиться будущему шурину? - Кому? - Это брат невесты. Хотя сложно сказать, кто из вас больше невеста, - Бёрти засмеялся. Я пытался осознать, что Аберфорт Дамблдор смеется в разговоре со мной. Да еще и шутит о свадьбе. Моей с Альбусом. Что. - Мне просто стало интересно, чем вы тут у себя в деревне занимаетесь. И как. - Работаем, много работаем, - гордо ответил Бёрти. - Поможешь мне пугало поставить? Я заметил неподалеку от участка, ближе к дому, валявшуюся на земле человеческую фигуру. От резкой и неожиданной ассоциации со сном и увиденными трупами меня передернуло, но Аберфорт этого не заметил, так как рвал сорняки. - Конечно. Принести его? - Оно довольно увесистое, вместе понесем. Легкое эти мерзкие птицы тут же валят на землю. - Знаешь, пугало можно заколдовать- Он посмотрел на меня снизу вверх таким взглядом, что я просто молча улыбнулся и поднял руки в жесте "молчу-молчу". Я встал у дома рядом с пугалом. На нем была шляпа сродни тем, что часто носили волшебники (наверняка что-то из старья, которого было полно в каждом доме), а также изумрудная рубашка с длинными разодранными в некоторых местах рукавами. Вид достаточно праздничный, особенно для пугала. Я в который раз подумал, до чего странно делать работу руками, когда ты, вообще-то, волшебник. Рвать траву руками, выращивать руками обычные маггловские овощи. Не использовать ни единого заклинания в страхе перед соседями. Соседями! Я понимал, что Дамблдоры живут здесь из-за Арианы, но... неужели нельзя было найти варианта лучше, легче для всех? Почему родители поступили с детьми именно так? Обрекая своих сыновей на чудовищную жизнь под масками и в страхе перед теми, кто должен был бояться их (а не наоборот), в заботе о больной сестре, без шанса на какие-то благополучные перспективы. Я почувствовал, как сжимаются кулаки. Вспомнил, какое яростное отчаяние испытывал в прошлом году, глядя, как Аберфорт отчитывает Альбуса. Вспомнил, что мне не раз хотелось запустить в него чем-то, что сделает очень больно. Волна ярости, поднявшаяся было во мне, разом опала. Почему я так думал тогда? Конечно, Бёрти страшно раздражал, учитывая, что мы были вроде как одногодками, а вел он себя абсолютно безобразно. Я нахмурился, вспоминая свои эмоции того периода. Все было как будто подернуто какой-то пеленой. Сложно было поверить, что это были в самом деле мои чувства. Бёрти подошел ко мне и просто опустился на корточки, чтобы подхватить пугало под "плечи". Я повторил его движение и мы разом поднялись, увлекая Страшилу в воздух. По идее, насколько мне было известно, пугала делают из соломы. Они легкие и устанавливать их не очень сложно. Так я себе это представлял. Из чего было сделано пугало Аберфорта - понять было невозможно, но оно и впрямь было очень тяжелым. Как будто мы и в самом деле тащили труп. - Не растопчи кабачки! - прокряхтел Бёрти, осторожно вышагивая спиной вперед. Он-то знал огород как свои пять пальцев, так что наверняка ничего не растоптал бы даже с закрытыми глазами. - Я стараюсь! Слушай, чем ты набил это чучело? Такая тяжесть! - Это просто ты совершенно не приспособлен к физическим нагрузкам. - Ха! Ты так уверен? Я в прекрасной форме, между прочим, я всегда за этим следил. - Тягал палочки и летал на метле? - усмехнулся Аберфорт, кивками головы ориентируя меня, куда двигаться дальше и как. - В Дурмстранге куда более интенсивная физическая подготовка, чем у вас в Хогвартсе, - назидательно сказал я, опуская ножной конец пугала на землю, когда Бёрти остановился и утвердительно кивнул, глядя мне в ноги. - Думаю вы с Альбусом захныкали бы на первом же занятии. - Альбус да, насчет себя сильно сомневаюсь, - усмехнулся он, всем видом излучая гордость. Мне впервые пришло в голову, что мы с Аберфортом во многом похожи. Оба гордились своей мужественностью (хотя я уверен, мою он ставил под сомнение, так же, как и я - его, он казался мне просто мальчишкой, недалеким к тому же), оба были не в меру вспыльчивыми и готовыми с кулаками отстаивать свое мнение. На нашем фоне Альбус смотрелся образцом холодного рассудка и беспристрастности (но мы все знаем, что это не совсем верно). - Ладно, отдохнули и пора сделать последний рывок, - скомандовал Бёрти. - И, взяли! Мы, действуя на удивление слаженно, заставили пугало выпрямиться во весь рост. Аберфорт заранее приготовил углубление в земле, и мы лишь загнали туда кол, на котором пугало возвышалось теперь над всем огородом. Я стоял с ним лицом к лицу и с удивлением обнаружил, что у пугала, помимо специфической одежды, имелись очки, точнее, какое-то их подобие. За очками поблескивали две синие полупрозрачные пуговицы, очевидно заменяющие чучелу глаза. Продолжая смотреть на него как завороженный, я отметил с легкой тревожностью удивительное сходство пугала с Альбусом, и нервно хихикнул про себя, поражаясь циничности Аберфорта. - Ты же сам сделал это пугало, да? - я спросил, не отрывая взгляда от синих пуговиц. - Кстати, ты не ответил, чем ты набил его. Оно действительно очень тяжелое. - Да там много всего, разный хлам из подвала и с чердака. Птицы так часто роняли предыдущее, что мне пришлось выкручиваться, - голос Аберфорта раздавался сзади, судя по звукам, он собирал какие-то инструменты. - Надеюсь, они не уронят это, иначе кабачкам точно конец, - засмеялся я, оборачиваясь к нему, но все еще не смея оторвать глаз от головы пугала. Что-то очень сильно смущало меня во всем этом, начинало казаться, что сходство с Альбусом мне привиделось. В следующий момент что-то взорвалось у меня в голове с жутким треском и я упал. Я рухнул на одно колено, и ощутил, как горят ладони - вся тяжесть моего веса пришлась на них, я упирался руками в землю. Земля была чуть каменистой и высушенной солнцем. Совсем рядом торчали пучки зеленой травы, и я бессмысленно подумал, что упасть руками на них было бы куда мягче и приятнее. Мелкие ничего не значащие детали больно врезались в мозг, заставляя его цепляться хоть за что-то. Сверкнуло солнце, и я поднял глаза. В руках Аберфорта была лопата, которая пускала мне в лицо солнечных зайчиков, отражая стальной поверхностью солнечный свет. Это было одновременно инфантильно и ужасающе. Тишина. Все произошло в полной тишине. Превозмогая тяжелую волну воли, которая захлестывала голову, я поднял взгляд выше и постарался посмотреть Бёрти в лицо. Не получалось произнести ни звука, даже хрипеть не получалось, я лишь аккуратно втягивал ртом воздух. Все, что я чувствовал, была тупая физическая боль, казалось, что в моей голове расцветает огромный кровавый больной цветок. Лицо Бёрти было искажено гримасой ненависти. Взгляд казался неадекватным и не совсем человеческим. От его прежнего небрежно-добродушного вида не осталось ни следа. - Ну как? - с издевкой спросил он. Я не понимал, чего он хочет и к чему вопрос. Я ничего не мог сказать, только сглатывал, с усилием дышал и ощущал, как слегка дергается голова. Больно, очень сильно больно. - Нравится? - Бёрти засмеялся низким голосом, делая пару шагов из стороны в сторону с лопатой наперевес. - Это пугало прекрасно подходит для охраны участка, а еще, - он немного склонился надо мной, опершись на черенок. - В сарае лежит его дружок. В голубом комзоле. Его зовут Геллерт, и в сарае он будет ждать своего друга каждую ночь, ведь вы и там успели перетрахаться на славу, так?! Я в ужасе увидел отблеск от лотка лопаты за секунду до того, как она снова с глухим тяжелым звуком врезалась мне в голову. Я снова упал, на этот раз падение не вызвало вообще никаких ощущений - все мое существо было сконцентрировано на звенящей боли в голове. Я не понимал, что вдруг пошло не так, почему Аберфорт так злобно со мной разговаривает, я вообще не мог ни о чем думать. Голова была пустой и как будто состояла целиком из боли. Перед собой как во сне я увидел ноги Бёрти Дамблдора. Старые разношенные ботинки подняли небольшие облачка пыли с высушенной земли. Секунду он стоял неподвижно, а потом принялся бить меня ногами везде, где мог попасть. Я пытался сжаться в комок, но это не давало каких-то ощутимых плюсов. - На, мразь, нравится?! Нравится?! Может, еще, может, тебе мало?! Может быть, хочешь немного Круцио?! - не своим голосом кричал Аберфорт, осыпая меня с неистовой яростью, заставляя хныкать и стонать, пытаться увернуться в позиции, когда это заведомо невозможно. Ребра, спина, живот, руки, задница. Удар по заду почему-то получился особенно болезненным и сильным, и я глухо застонал, пытаясь отползти. Все, что осталось в голове, было фразой "Мне конец, мне конец, он меня убьет". - Стоять! - руки Аберфорта сгребли меня за рубашку и утянули обратно. Я издал лишь хрип, сам не понимая, я хочу закричать или что-то сказать. - Ты у меня умоешься кровавыми слезами, пидор, - приподняв меня за шиворот и оскалившись мне в лицо, Бёрти с силой швырнул меня на землю. Удар о твердую поверхность выбил из меня воздух и я с каким-то тупым удивлением отметил, что на небе не было ни облачка сегодня. Почему такие бессмысленные вещи появлялись в мыслях именно в такой момент, я не знал. Я вообще не мог понять, что происходит и почему так внезапно Аберфорт отошел от обсуждения теоретической свадьбы к практическому убийству. С каким-то холодным равнодушием я понял, что мне все равно. - Это здорово, что в этот раз ты даже не пытаешься убежать, дорогуша, - хрипло засмеялся Бёрти, возвышаясь надо мной. В его руках снова была лопата, и я подумал, что сейчас он нанесет последний решающий удар, скорее всего разрубит мне горло и я просто захлебнусь кровью прямо посреди огорода Дамблдоров. В каком-то слепом ужасе я поймал себя на мысли, что возможно пугало неспроста было так сильно похоже на Альбуса - может это И БЫЛ Альбус, а в сарае меня ожидал точно такой же шест, на который Аберфорт насадит мое обезглавленное тело без конечностей, и они с Арианой поставят мое чучело рядом с Алом, чтобы мы отпугивали ворон. - Приятно было познакомиться, Геллерт Гриндевальд, - со злобной улыбкой провозгласил Бёрти, его ботинок резко поднялся с земли и ударил меня прямо в лицо. Дальше была только тьма.