The morning after

Well let's go back to the middle of the day that starts it all I can't begin to let you know just what I'm feeling And now the red ones make me fly And the blue ones help me fall And I think I'll blow my brains against the ceiling And as the fragments of my skull begin to fall Fall on your tongue like pixie dust just think happy thoughts And we'll fly home We'll fly home You and I We'll fly home (My Chemical Romance, 2004) Чей-то голос звал меня по имени. Снова и снова и снова и снова, он не прекращал. Мне очень не хотелось отвечать ему, но откровенная (хоть и хорошо сдерживаемая) паника, которая слышалась в нем, не оставляла мне выбора. Я как будто плавал в темной теплой воде, лежа на спине и полностью расслабившись. Выходить из этого забытья было мучительно и тоскливо, потому что состояние покоя казалось самой желанной вещью на свете. Я не ощущал своего тела, я не ощущал никаких эмоций, только полное умиротворение. Наконец-то. Возможно, я умер. - ...лерт! - эхом голос отражался от поверхности воды. - ...лерт!!! Голос казался мне знакомым, но мне не хотелось об этом думать. Только я и темная вода. В полной темноте. Так хорошо, что могло быть лучше? - ГЕЛЛЕРТ! - прокричал голос у самого моего уха. - Альбус, - простонал я, чувствуя, как где-то в другой реальности дрогнули веки. Сквозь дрожащие ресницы первым, что я увидел, были горящие огнем волосы Дамблдора. Они танцевали прямо у моего лица, так как тот склонился надо мной. Ощущение приятной теплой воды резко сменилось на твердую землю, которая в нескольких местах комьями врезалась в мою спину. - Геллерт, наконец-то, - зрение с трудом фокусировалось, но я смог разглядеть, как у Альбуса от эмоций искривляются губы. Он был близок к истерике и очень напуган. Я знал это выражение лица. Только не знал, откуда. - Ааа, - прохрипел я, пытаясь позвать его по имени, но горло не слушалось. - Гел, просто молчи, хорошо? - Альбус трясущимися руками погладил меня по щеке. - Сейчас Ариана все принесет, я не мог сделать этого, пока ты был без сознания, боялся, что ты захлебнешься. - Альбус, вот, возьми пожалуйста, я все сделала так, как ты сказал, - послышался где-то сверху голос Арианы, и рука Альбуса осторожно подхватила меня под шею. Он приподнял меня и принялся что-то вливать мне в рот. На удивление у меня получалось глотать. Вкус был омерзительным, но не настолько, чтобы обращать на него внимание сейчас. Сделав три глотка, я попытался отстраниться. - Нет, нет, ты должен выпить хотя бы еще столько же, - строго и немного резко остановил меня Ал, но я чувствовал, что он просто очень сильно на нервах. Его руки все еще мелко дрожали. Он отдал чашку Ариане, но не выпустил меня из своих рук. Аккуратно уложив мою голову себе на колени, Альбус поглаживал меня по волосам, очевидно ожидая, когда я приду в себя. - Как это вообще случилось? - слегка испуганным тоном пробормотала Ариана по левую сторону от нас. Я не мог ее видеть, потому что смотрел перед собой, и был не в силах даже скосить глаза. И тут я увидел Аберфорта, потому что он как раз стоял позади Альбуса и теперь на него открылся хороший обзор. Я резко вспомнил все, что случилось. Я почувствовал, как сердце пропустило удар, а тело напряглось в страшном усилии приподняться и в срочном порядке отползти, а лучше - убежать. На удивление, мне и правда удалось приподняться, я неловко надавил Альбусу на колено, заставив его ойкнуть, и стал пятиться в полулежащем положении. Со стороны я, наверно, напоминал какого-то жука или червяка. - Гел, что с тобой? Геллерт, - Альбус пытался меня остановить, но по-видимому, боялся ко мне прикоснуться. - Ты! Он! - я выкинул вперед руку с вытянутым указательным пальцем. Все обернулись на Аберфорта. Тот стоял белый как бумага, и не произносил ни звука. Я чувствовал, что меня колотит крупная дрожь. Рука так и ходила ходуном, я судорожно сглотнул и попытался сказать что-то еще, но не смог. - В чем дело? - наконец выдохнул Альбус, переводя взгляд с меня на Бёрти и обратно. - Я уже все сказал, Альбус, - хрипло и пристыжено подал голос младший брат. - Я понятия не имею, что произошло. Я пришел срезать немного овощей к ужину и нашел его здесь. Я не знаю, что произошло. Клянусь мамой. Мне захотелось одновременно плакать и смеяться. Класться покойной матерью в такой ситуации было более, чем иронично. - Он, - я немного задыхался, горло все время сдавливали мучительные спазмы. - Абер...форт, он- Я увидел, как рядом с Аберфортом оказалась Ариана. Она приняла практически защитную стойку, положив руку брату на грудь. Ее испуганный взгляд уперся в меня, как бы говоря "Не надо, Геллерт". Я снова тяжело сглотнул. В горле было так сухо, словно оно все покрылось трещинами. Альбус подошел к брату с сестрой и что-то тихо им сообщил. Те еще раз быстро посмотрели на меня и отправились в дом. Вид у всей семьи был максимально встревоженный, и я с горечью подумал, что сейчас им будет легче легкого выставить меня сумасшедшим. Альбус молча посмотрел на меня и протянул руку. - Ты сможешь встать? - Я могу встать, - прохрипел я, и потрогал голову. Мне казалось, что из нее должна хлестать кровь, но крови не было. - Можешь рассказать мне, что случилось? Твоя версия, - Альбус крепко сжал мою руку и потянул на себя, помогая принять вертикальное положение. Через какое-то время мы сидели на диване в гостиной, и Альбус напряженно молчал, обдумывая мой рассказ. Он молчал уже так долго, что мне трудно было понять, реален он или я это придумал и все еще в отключке. Профиль Ала, его острый нос, щетина и нахмуренные брови почему-то очень успокаивали одним своим видом, и я поймал себя на мысли, что даже если он сейчас обвинит меня во всех смертных грехах, назовет лжецом или сумасшедшим, я буду готов согласиться с этим, просто потому что сил и желания спорить не осталось. - Знаешь, - наконец пробормотал Дамблдор, чуть склоняя голову ниже и глядя в пол. - Эбби сам прибежал ко мне. Я был занят работой, но у него был такой вид, что я тут же все бросил. Он сказал только одно - "Альбус, там Геллерт! Скорее, пожалуйста". Он был настолько испуган, я его таким не видел даже во время приступов Арианы. Я не смог добиться от него, что конкретно случилось, по его версии он нашел тебя прямо посреди огорода, ты лежал и корчился от боли, он понял, что с тобой что-то не так. Рядом не было никого, и он сильно испугался, поэтому решил сразу бежать ко мне. Моего брата не так-то легко испугать, на самом деле. Но то, что рассказал мне ты, пугает еще больше. - Ты мне не веришь? - Почему же, я верю, что ты мог такое увидеть, Гел. - Увидеть? Да у меня вся голова избита, Альбус. И тело, и... - Ты сказал, что вырубился после удара ногой в лицо. Твое лицо в полном порядке. - Может быть Аберфорт залечил мои раны, как думаешь? - я прищурился, чувствуя, что обаяние профиля Альбуса сошло на нет. Он мне не верил, и это сильно задевало. - Эбби мог, конечно, сделать это, в теории. Но он не настолько искусный маг, чтобы залечить такой удар без всякого следа за считанные минуты, ты же сам знаешь. Я помолчал. В словах Ала был смысл. Но тогда получалось, что я сумасшедший. - Я не думаю, что ты сумасшедший, Гел, пойми меня правильно, - Дамблдор как будто и правда читал мои мысли. - Просто факты говорят о том, что все, что ты пережил, произошло где-то, но не в реальности, понимаешь? Он протянул руку и попытался взять меня за ладонь, но я встал и отошел прочь. Меня немного шатало, и тревожное чувство заполняло грудную клетку. Я почувствовал, что та самая тьма, которая постоянно пыталась завлечь мое сознание, снова двигается и я почти готов упасть в нее. Чтобы отвлечься от неприятного чувства, я подошел к комоду и взял куколку Арианы в руки. Она была очень легкая, фарфор был гладким и холодным на ощупь. Я прикрыл глаза, концентрируясь на физических ощущениях. Пол под ногами, куколка в ладонях, рубашка, которая слегка прилипла к телу. Вдох и выдох. Ноющая боль в голове. Внезапно заиграла музыка. Я распахнул глаза и увидел, что Альбус сидит на диване все в той же позе, а граммофон как будто включился сам собой. Я хмуро посмотрел на Дамблдора, но тот только развел руками. - Я ничего не трогал, - удивленно протянул он. Тревожное чувство захлестнуло меня с новой силой, потому что заиграла именно та песня, под которую я танцевал с Арианой. На каком-то моменте пластинку заело и обрывок фразы стал повторяться снова и снова и снова. Это чудовищным образом очень сильно срезонировало с моими мыслями, мне начало казаться, что в моей голове происходит примерно то же самое. - Ал, Ал, пожалуйста, выключи его, выключи, - слабо простонал я, хватаясь рукой за комод. Голова начала кружиться и реальность как будто поплыла. Альбус быстро подскочил к проигрывателю и снял иглу с записи, но было поздно. Я вдруг вскинул голову и пораженно воззрился на него. Он смотрел на меня в ожидании с молчаливым вопросительным выражением. - Ал, это же песня, которая, - я осекся, но заставил себя продолжить. - Эту песню напишут где-то лет через сорок, не раньше. Ее не может быть в 1900-ом году. - Ты уверен? Я просто совершенно не разбираюсь в музыке магглов, я даже не знаю, - пожал плечами Дамблдор. Вид у него был такой, словно все мои слова можно было списать на лихорадочный бред. Мне даже показалось, что он хочет подойти и потрогать мой лоб, чтобы убедиться, что у меня нет жара. - Я уверен! - воскликнул я в каком-то злом запале. - Я знаю! Я точно знаю эту песню, но она никогда не звучала в этом времени, Альбус. Никогда. Это просто невозможно. - Но почему ты так уверен? - мягко спросил Ал, медленно приближаясь ко мне. - Я знаю, что звучу я как сумасшедший, просто, - я обернулся на него и застыл в немом ужасе, все мысли разом выпали из головы. За окном, высунув длинный язык и глядя прямо на меня, стоял дракон. В руках он держал лопату, на его уродливой голове красовалась шляпа, которую он, очевидно, стащил с пугала. Он помахал мне лапой и быстро куда-то убежал. Я издал какой-то звук и ринулся к Альбусу. - Ал, пожалуйста, послушай меня, возьми Аберфорта и Ари и трансгрессируйте к Батильде, хорошо? - затараторил я, сжимая его плечи трясущимися руками. - Геллерт, успокойся, - он был явно озадачен, и с каждой секундой все больше, я очевидно пугал его, но сейчас мне было не до этого. Пугается - вот и отлично, если будет нужно, я могу наорать на него, главное только чтобы он не вздумал меня обездвижить, чтобы утихомирить. - Возьмите тетушку и убирайтесь срочно из Гордиковой впадины, ладно? - я чувствовал, как паника хватает меня за горло. Дракон выбрался из зеркала. Дракон был здесь. Дракон был Аберфортом, и пытался убить меня. И он преследовал теперь нас всех. - Да что с тобой, что вдруг так напугало тебя? - Альбус взял мое лицо в свои ладони, напряженно всматриваясь мне в глаза. - Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, - я почти плакал. Мой взгляд упал вниз, и я увидел, что куколка Арианы снова лежала на полу, снова разбитая. Глубокая трещина пролегала через всю ее голову. Почему-то это полностью захватило мое внимание и я вдруг ощутил, как проваливаюсь. Куда-то. В темноту. В голове внезапно словно открылась какая-то больная музыкальная шкатулка, и я резко вспомнил, что происходило после того, как я получил удар в лицо. Или не получал. Я уже не понимал, что именно там произошло. Голову заполнил шепот, шипение и звуки черной речки. Я лежал все так же на спине, с трудом удерживаясь в сознании. Вокруг была лишь темнота. - Где я? - Там, где ты и должен быть. - Кто ты такой? - Я это ты, какой же ты идиот, если думал, что это не так. - Что... Что вообще происходит, что- - Заткнись, Геллерт, - когтистая лапа отвесила мне звонкую затрещину, и рот наполнился кровью. Соленый горячий вкус слегка помог мне ощутить свое тело и я приподнялся, отплевываясь. Сложно было сказать, где мы. Дракон просто сидел рядом со мной на корточках, ухмыляясь, кажется. Из-за обезображенной морды было тяжело интерпретировать хоть как-то его настроение, но я чувствовал, что он ликует. - Ты достал, ты знаешь, - он чуть склонил голову набок. - Что я вообще тебе сделал, - я вытирал рот, размазывая кровь рукавом. - Весь этот бред, который ты вытворяешь. Зачем это все? - Что я вытворяю?! - я начинал терять терпение. - Может быть это ТЫ вытворяешь черт знает что?! - Знаешь, а у меня ведь есть ответы на все твои вопросы, - засмеялся вдруг монстр, резко встав на ноги. - Они все здесь, у меня. В моем уютном местечке на чердаке твоего сознания. Поверить не могу, кстати, что ты загнал меня сюда, да еще и в зеркало спрятал, после всего, что мы прошли вместе. Решил отмыться, да? Да только не отмоешься, Гриндевальд, это не-воз-мож-но! Он сипло засмеялся, глядя на моё оторопелое выражение лица. - Ой, какая умора. Поверить не могу, что ты сейчас сидишь тут с таким видом, как будто понятия не имеешь, о чем я! - он засмеялся еще громче и истеричнее. Сгибаясь от хохота, он практически прыгал от восторга, как ребенок. - Кому рассказать, не поверят, какое же мы позорище, - злобно выкрикнул он в темноту. - Да только и рассказывать некому! Ты понял?! Возле нас никого не осталось, мы с тобой навсегда обречены сидеть тут, в этой ебучей темноте, и бороться друг с другом, потому что ДАЖЕ АЛЬБУС БОЛЬШЕ С НАМИ НЕ БОРЕТСЯ! - он в один прыжок оказался рядом со мной, вцепившись когтями мне в плечи, разрывая ткань рубашки и с мерзким звуком прокалывая когтями мою кожу и плоть. Я закричал от боли. - Что тебе нужно от меня, - яростно прохрипел я. Я не боялся его. Я испытывал совершенно иное чувство, и оно мне совершенно не нравилось. Это было чувство... понимания. - Да мне от ТЕБЯ вообще ничего не нужно, - забрызгивая мое лицо кровью, злобно прорычал он. - Было бы просто отлично, если бы ты СДОХ давным-давно, вместе со своими Дамблдорами, Годриковой впадиной и чертовой сентиментальностью! Пытаясь подавить новое неприятное чувство, я заставил себя разозлиться и ударил дракона в челюсть. Удар был не из блестящих, но он хотя бы отпустил мои плечи. - Что ты знаешь? - твердым и, насколько это было возможно, злобным тоном спросил я. - Все, чего не знаешь ты, обсосок, - хрипло протянул монстр, снова выпрямляясь во весь рост. - Где мы находимся? - Это неважно. Куда важнее то, что ты сам начинаешь все понимать. Озвучь скорее правду, давай. - Какую правду? - Посмотри мне в глаза, и ты поймешь все. Я сделал глубокий вдох и произнес: - Ты тоже боишься правды. Я это вижу. Поэтому ты до сих пор ничего мне не сказал. Дракон как-то болезненно дернулся, глядя мне в лицо. И вдруг затараторил каким-то изменившимся голосом: - Ты знаешь, что она умерла. Она умерла. Она умерла. Это ты ее убил. Она умерла. Она мертва! Ахаха, понимаешь, она умерла! УМЕРЛА! У-МЕР-ЛА! ТЫ ТАК ПОМОГ ИМ! ЕСЛИ БЫ НЕ ТЫ, ОНИ БЫ НИКОГДА НЕ НАШЛИ ЛЕКАРСТВО! ТАК ПОМОГ! ТЫ СПАС АЛЬБУСА ОТ УЖАСА, В КОТОРОМ ОН ЖИЛ, ТЕПЕРЬ ТЫ ЕГО ГЕРОЙ! УРА! УРА! ВЕЛИКИЙ ГЕЛЛЕРТ! Он начал выплясывать какой-то жуткий танец, подпрыгивая и кружась. Перед моими глазами пронеслась разбитая куколка. Я ощутил, что мне трудно держаться на ногах. - Что... - Ариана! Ариана! АРИАНА! АРИАНА! Под эти нечеловеческие вопли я был вынужден зацепиться рукой за стену, второй рукой закрыв лицо, не в силах больше смотреть на беснующееся чудовище. Вдруг я обнаружил, что все еще стою посреди гостиной Дамблдоров, неотрывно глядя на разбитую куколку. Воспоминания, мигом затопившие мое сознание, отхлынули, как кровь от лица. - Геллерт. Тебе лучше прилечь, - Альбус смотрел на меня с посеревшим лицом. Я не понимал, сколько времени я провел в воспоминаниях, были ли это воспоминания, и что вообще происходило. - Ал, Ари умерла? - выдохнул я, дрожа всем телом. - Что? - у бедного Альбуса перекосило все лицо. Я так не хотел его пугать, но я не мог больше ни в чем разобраться. - Мне срочно нужно к ней в комнату, Альбус, я хочу. Я хочу. Посмотреть, что там. - Гел, ты меня очень пугаешь, - признался Ал, в то время как я бегом устремился наверх. Я должен был все выяснить. Распахнув дверь, я обнаружил в комнатке Арианы ее саму и Аберфорта. Они просто сидели на полу и болтали, резко замолчав, как только я ворвался. Я окинул комнату взглядом. Она выглядела до странности пустой. А на стене висел портрет. Живой портрет Арианы. - Какого дьявола, - выругался я. - Геллерт, дорогой, пожалуйста, - Альбус прибежал за мной, с чашкой в руках. Очевидно, он принес мне наспех приготовленный (или заготовленный заранее?) успокоительный отвар. Нет, Ал, родной, это мне уже не поможет. - Где все твои вещи, Ариана? - твердо спросил я. - Они здесь, - растерянно пробормотала девочка. - Ари, тут почти ничего нет. Кровать убрана, на ней нет ни подушек, ни белья. В углу паутина. Непохоже, чтобы здесь кто-то вообще жил. В целом комната выглядит очень неуютно. - Что за бред ты несешь?! - огрызнулся Аберфорт. Вид у него меж тем был перепуганный до чертиков. - Все дело в том, что я никогда не видел комнату Арианы, поэтому она здесь в таком виде, - я горько усмехнулся. Лучше бы я правда был сумасшедшим. На негнущихся ногах я направился вниз, оставляя Дамблдоров стоять на втором этаже. Они были в шоке, я мог их понять. Я только не понимал, что мне дальше делать. - Не было там никогда никакой фарфоровой куколки, - мрачно сплюнул дракон в моих возвращающихся воспоминаниях. - Это ты ее придумал, чтобы дать самому себе сигнал, потому что ты всегда знал, что Арианы больше нет в живых. Что она не дожила до конца того лета. И кто тому виной? - он как-то кокетливо приосанился, и я ощутил, что меня от него тошнит. Я ничего не ответил, поэтому он стал скандировать "Мы, мы, мы, мы, мы", снова пускаясь в свой больной танец. - Ты так гордишься тем, что убил маленькую больную девочку? - сквозь зубы процедил я. - Конечно же нет, - он даже застыл от возмущения. - Я горжусь тем, что я освободил Альбуса. Только благодаря МНЕ он стал самым великим волшебником своего времени! Если бы не я, он сошел бы с ума в доме своих родителей, и скорее всего убил бы себя спустя лет пять. Может быть, десять. А может быть тем же летом. А может, - он оскалился в подобии улыбки. - Может быть, его угробила бы сестричка, в очередном приступе. И, что самое веселое и грустное, об этом даже никто бы не узнал, потому что Альбуса Дамблдора постепенно забыли бы, как мага-затворника, который постепенно потерял всякую возможность хоть как-то взаимодействовать с внешним миром, бесконечно ограничиваемый болезнью сестры и тупым критицизмом младшего брата. Он так, страдал, мой Альбус, так страдал, - голос дракона приобрел нежные и чувственные ноты, и я вдруг увидел, что позади него висит какое-то тело. Он приблизился к нему и внезапно на них словно луч люмоса направили. Я пораженно увидел полностью обнаженного Альбуса, который был подвешен за руки. Все его тело было в шрамах, кое-где я разглядел свежие кровотачащие раны. Одну из них дракон зализывал языком с тошнотворным звуком. Альбус либо был без сознания, либо мертвым. - Я так люблю твои страдания, мой драгоценный возлюбленный, - шипяще проворковал монстр, впиваясь когтями куда-то в ребра Ала и проводя лапой вниз, к бедру. Полилась новая кровь и я убедился, что Ал живой. Он лишь поморщился, не открывая глаз. - Какого черта! - дрожащим голосом воскликнул я. - Что он здесь делает?! Ну ты и мразь! Дракон снова засмеялся, прильнув к Альбусу всем телом. - Дурачок, - он пошло потерся об Ала пахом. - Это не настоящий Альбус. Он просто похож. Ты же помнишь, помнишь, как мы снова и снова трахались с любой рыжей шлюхой в Европе? Ты находил себе мальчиков, которые хотя бы отдаленно напоминали нашего ненаглядного Дамблдора, и проводил с ними по три-четыре ночи подряд? Если они не говорили по-английски, ты запрещал им произносить хоть что-то, кроме своего имени. А по утрам иногда - упс! - их находили мертвыми, потому что они же все не были Алом, моим хорошим Алом, - с этими словами он погрузил морду в шею подвешенного Альбуса и с мерзотным звуком вонзил в него свои клыки. Раздался хриплый стон, тело поддельного Дамблдора дернулось, звянкули цепи и послышался хруст, от которого меня стошнило. Монстр сломал ему шею. Зубами. - Какой нежный, а ведь тебе так нравилось снова и снова убивать их, неужели ты забыл? - дракон хихикал, вытирая рот, и в этом жесте я настолько четко увидел самого себя, что едва смог сдержать новый рвотный позыв. Все, о чем он говорил, было правдой. Я чувствовал, как его слова находили подтверждение в моей голове, на меня все время накатывали какие-то образы. Дышать было трудно, и я, пытаясь как-то уйти от всех этих удушливых волн эмоций и воспоминаний, рухнул в воду. В голове скандировали мое имя, я держал в руках Бузинную палочку, я понимал, что я почти добился своих целей. Мои цели. Мои цели стоили всего, так я тогда думал каждый день. Бесконечно убеждал себя в этом. Бесконечно писал письма Альбусу, которые сжигал каждый вечер, когда ко мне приходил новый рыженький не-Альбус, которого я трахал до потери сознания, иногда мучил, иногда наоборот. - Приводи ко мне настоящего Альбуса! Я так изголодался по нему! Ты уже повеселился с ним несколько раз, я тоже хочу почувствовать, как он кончает и умирает в моих лапах! Под хохот дракона я медленно возвращался в реальность. В ту реальность, в которой сейчас находился. В поддельный 1900-ый год. В реальность, где я не сбежал. В реальность, где мы нашли способ все-таки остаться вместе, и ничего не случилось. Где Альбус продолжал любить меня страстно и нежно, где Ариана немыслимым чудом излечилась. Где Аберфорт не проклинал меня и брата каждую минуту. Туда, где всех дальнейших событий, смертей, войны и горя просто не случилось. Я стоял посреди гостиной, и меня буквально скрутило истерическим смехом. Где же еще я мог стоять, правда? Все всегда заканчивается здесь. Я услышал топот ног по лестнице. - Альбус, ты же слышишь, как он смеется. Да что ты нянчишься с ним с этими отварами, нам нужна какая-то более квалифицированная помощь, - недовольно и достаточно громко говорил Аберфорт. - Я не стану сдавать его колдомедикам, Эбби, ты сам прекрасно понимаешь, что это будет! Нет, он не станет. Если бы все было настоящим, я бы заплакал сейчас. Альбус всегда был готов принести себя в жертву ради меня, правда? На самом деле нет. На самом деле, все было гораздо, гораздо сложнее. Я боюсь, что всего этого просто никогда не существовало, прости, Ал. Мне так жаль. Судя по всему, во мне что-то хорошее все-таки оставалось, да? Смысла думать об этом, правда, не было ровным счетом никакого. Когда Дамблдоры наконец-то спустились (мне показалось, что это заняло целую вечность), появился он. Я знал, что это дракон, но он сменил свой облик чудовища. Сейчас он выглядел просто в точности как я, как будто намекая - настоящее чудовище это ты, Геллерт. Мое лицо, мои руки, моя манера двигаться. Он держал в руке Бузинную палочку, вылезая из зеркала. Да, в гостиной Дамблдоров тоже стояло большое зеркало, хоть и поменьше, чем в моей комнате. Я услышал, как кто-то пораженно вскрикнул, скорее всего это была Ариана. Краем глаза я заметил, как Альбус, который шел самым первым, распахнул руки, пряча за собой Ариану и Аберфорта, в попытке их защитить, и как он поставил Протего. Защищай свою семью, родной. Наверняка ты так никогда себе и не смог простить того, что в тот раз ничего не получилось, да? Я вдруг обнаружил, что в моих руках тоже появилась палочка. Мрачно взглянув на нее и на дракона, я понял, что нужно делать. Вскинув руку, я даже не пытаясь выкрикивать какие-то заклинания, просто принялся методично с холодной яростью атаковать. Как и сказал Альбус, магия во сне работала совсем по-другому. Я понятия не имел, сон ли все это, или видение, или бред сумасшедшего, это было совершенно неважно. Я и мой темный двойник-монстр сцепились, разнося гостиную в щепки. Я в точности видел и знал, что он сделает в следующий момент, потому что я мыслил полностью так же, как он. Потому что это был я. Я был преступником, я был убийцей. Я был тем, кто хотел уничтожить Альбуса, Аберфорта и Ариану. Именно от меня исходила опасность, гнев, безумие, именно я был угрозой всему, что я любил. В отчаянии я закричал, отражая очередное заклинание, и нанося удары снова, и снова, и снова. Я ожидал, что дракон будет болтать без умолку, но он вообще не произносил ни звука. Мы сражались молча, лишь иногда комнату наполняли вскрики, кого-то из нас или кого-то из Дамблдоров. Каждый раз, когда Альбус порывался вмешаться в ход поединка, дракон направлял на его щит что-то атакующее, делая это второй рукой, в которой не было палочки. Я, повинуясь какому-то порыву, вдруг сделал точно так же, выкинув вперед руку, направив ее на щит Альбуса. Но вместо атаки я направил защиту. Это сложно объяснить. Я просто сконцентрировал в пальцах все свое желание защитить их, спасти этот светлый, наполненный любовью и радостью мир. Даже если он никогда не существовал. Это было роковое решение. В момент рот моего противника искривился, последовал резкий взмах палочкой, нечеловеческий ликующий крик "Авада Кедавра" заполнил звенящий воздух. Зелёная вспышка заполнила комнату и все должно было закончиться, но я по-прежнему стоял на ногах. Только видел немного хуже. Сквозь пелену зелёного света я заметил темное пятно крови, которое расползалось по рубашке дракона, от центра груди оно стремительно разливалось к животу, он захрипел и выплюнул черную кровь изо рта, забрызгивая паркетный пол. Я ожидал, что он упадет, но реальность вдруг начала отъезжать куда-то вверх, или вниз, я не очень понял, мне вдруг показалось, что меня каким-то заклинанием лишили ног. Все смазалось и в следующий момент я увидел над собой лицо и плечи Арианы, которая смотрела на меня и что-то говорила. С ее щек на меня падали слезы и я поднял руку, чтобы дотронуться до ее ресниц. Нет, не поднял. Черт, как сложно дышать. - Геллерт, Геллерт, Геллерт, Гел, - только и повторяла девушка. Я больше ничего не видел, а так хотелось увидеть Альбуса. Да что греха таить, мне и Бёрти хотелось увидеть. На грудь как будто гору камней положили, не вдохнуть, ни выдохнуть, жуткое ощущение. - Гел, - услышал я голос Альбуса у самого уха. - Все будет хорошо, слышишь? Не бойся. Я все устрою, ты только держись, я сейчас. Я с тобой. Краем глаза я увидел его руки, которые сжимали мою ладонь где-то справа от меня, и, о ужас, я этого совсем не чувствовал. Руки Альбуса были очень красивыми. Тетя Ба права, я слишком зациклен на внешности, раз это первое, о чем я могу думать в такой ситуации. На секунду зрение прояснилось и я как будто увидел комнату со стороны. Я увидел своего двойника, который сидел в углу, сжавшись, весь залитый черной кровью, и сейчас он снова вернулся к облику чудовища, сжавшись и уткнувшись мордой в стену, возле него расползалось темное пятно крови. Рядом с ним возвышался Аберфорт с палочкой наготове. Немного поодаль, возле меня сидели Ариана и Ал, вид у них обоих был потрясенный, Ари заливалась слезами, лица Альбуса я не мог разглядеть. Все отдалялось и таяло, реальность приобретала все более светлые тона. Звуки исчезали. Я думал, что от Авады умираешь совсем иначе. Раз и всё. Но кто знает, что происходит с сознанием в этот момент? Как обидно, что я не смогу уже отсудить это с Альбусом! От чувства нахлынувшей досады я выругался вслух. Или мне так показалось. - Это действительно первое, что ты хотел сказать, оказавшись здесь? - тут же услышал я озадаченно-насмешливый голос.