Венок из гербария

      За окном ветер раскачивал усыпанные листьями ветви вишни, по стеклу в дождевых разводах ползали непонятные насекомые — летали, жужжали, ползали и бились в старую засохшую раму. Стол был весь в крошках засохших растений. В вазе стояли цветы, которые росли ещё прошлым летом, дожили до этой весны, их подсушило солнце и они стали похожи на торчащие из земли палки. Такие сухие цветы можно найти в словарях и энциклопедиях — вытянутыми, приплюснутыми, часто уже рассыпающимися. Такие Мари не нравились. Ей нравились искать сухие цветы, которые выжили этой зимой под слоями снега, выжили — и стали ещё крепче.       Эти сухие цветы, похожие на ветви, она собирала, гуляя по лугам и лесам. Особенно много таких цветов она нашла на заброшенных рельсах. Рельсы эти настолько забыты всеми, что многие шпалы были сгнившими и поломанными, на них был густой зеленый мох. Идя по рельсам и глядя вниз, можно было врезаться лбом в маленькую ёлочку или в неизвестные заросли, и вам повезло, если они не колючие!       Только сухие цветы любила Мари. Они не имели резкого запаха, по ним не ползали насекомые, срывая их, Мари не чувствовала вины, ведь это мёртвые цветы. Им не больно. Собирая их, она никому не вредит и не мешает. Помимо этого, они не вянут и идеально смотрятся с деревянными картинами.       Поэтому сейчас Мари сидела у этой вазы и её глаза не смотрели на стрелку часов. Было лето, и время уже не так сильно пугало её. Она понятия не имела, какими цветы были до этого. Глядя на взрослых людей, Мари часто представляла, какими они были детьми, какой у них был характер. Она пыталась понять, были ли они такими вот молчаливыми, как она или же оказывались душой компании. Чаще всего она не могла представить их иначе, кроме как стоящими в углу и держащими стопку каких-нибудь тетрадей. Перевернуть эту картинку было сложно, но она старалась.       Глядя на младших, она старалась угадать, какими они вырастут и что будут чувствовать. Уменьшатся ли их проблемы или станут еще больше?       Какая-то мошка поползла к вазе, и Мари поспешно накрыла вазу сачком. Это несколько сбило её с мыслей. Нет, она не спускалась с небес на землю. Она туда падала. Вот и сейчас реальный мир ворвался, как из распахнувшегося окна влетает в комнату резкий порыв ветра или как голову обливает внезапный поток ледяной воды.       Мари встала из-за стола и вышла, не зная, куда и зачем она идёт и есть ли смысл идти куда-либо. Она открыла дверь и ступила в траву. На её ногах были резиновые сапоги. В них нельзя было ни бегать, ни прыгать, особенно если под ними нет носков — есть риск, что они слетят. Был случай, когда Мари испугалась, быстро побежала и споткнулась о свой сапог. Больше на такой риск она не шла.       Собака во дворе залаяла, Мари пошла по стенке в пяти метрах от неё. Слева неподалёку был лес, а за лесом — речка. Справа же было ещё несколько домов, после которых начинались горы. Вдоль гор пролегала асфальтированная дорога, по ней сюда и попадали люди. Сегодня Мари решила пойти в лес.       Солнце стояло ещё высоко, небо было почти безоблачным, поэтому хотелось сидеть в тени даже больше, чем обычно. Мари шла среди деревьев в своей красной водолазке, голову она, боясь клещей, прикрывала сверху тетрадью. За очередным деревом оказался резкий спуск. Мари сделала шаг, чуть не упала и обхватила ёлку руками, но пальцы соскользнули, и она покатилась вниз по земле. Мари приземлилась коленями и ладонями прямо в реку. Ей в лицо бросились водяные брызги. Теперь всё было холодным и намокшим, и Мари не придумала ничего лучше, кроме как сесть на поваленное дерево и кидать камни в воду. Она кидала их изо всех своих сил, камни были большие и маленькие, взятые со дна, их было много-много.       Внезапно раздался более громкий всплеск, чем остальные. В воду был кинут почти что булыжник, и Мари была точно уверена, что она его не кидала. Потом вперёд вылетел второй камень, не такой большой, как предыдущий, но брызг от него было не меньше. Мари уже не кидала камни — она стояла с удивлённо открытым ртом. Когда она обернулась, она увидела того парня, которого встретила на площадке зимой. На нём было всё то же — синий свитер, джинсы, шарф и кеды, только теперь на локте свитера была жёлтая заплатка.       —И ты здесь?! — спросила Мари громко, перекрикивая шум воды и явно злясь на то, что кто-то посмел её потревожить в столь эмоциональный момент.       —И я здесь. — ответил он с улыбкой и совершенно спокойно.       —И зачем же ты здесь?       —За тем же, что и ты — пришёл покидать камни. И заметь, я могу кидать их с большим количеством брызг!       Мари теперь ещё больше разозлилась, взяла отпиленный кусок бревна и закинула его далеко в реку, потом выжидающе посмотрела на парня.       —Так ты со мной соревнуешься? Он кинул в воду какую-то палку, она долетела почти до противоположного берега и поплыла.       —А ты боишься проиграть?       —По-твоему я тебе проиграю?       В реку летели камни, в реку летели ветки и долго ещё было видно, как они плывут в даль по течению и скрываются за ближайшим берегом, где-то за углом. Мари успокоилась только когда палка долетела до противоположного берега и затерялась в кустах. Дальше этого уже никто кинуть не смог. Мари стояла с гордо поднятой головой и щурилась от солнца, но и улыбки не показалось на её спокойном лице.       Они стояли потом у воды и смотрели, как плыли по ней ветви и листья с прибрежных деревьев и кустов, как солнце и синева неба отражались в этой воде, как она брызгами отскакивает от камней и пузырится. По мосту какой-то мальчик лет шести попытался перетащить велосипед и уже в конце пути уронил его в заросли крапивы. Оба вздрогнули от этого. Когда велосипед был спасён, Мари сказала:       —Приходи сюда завтра.       —Звучит небезопасно,—покачал головой парень.       —Почему же?       —Да ты меня ветками насмерть закидаешь.       Мари рассмеялась.       —Обещаю, что не сделаю ни одной попытки закончить твою жизнь.       И они разошлись.       На следующее утро Мари обнаружила проснувшись, что у неё болят руки. Но, кажется, она ни о чём не жалела.