Под небом Алвасете

Алвасете.

Ричард стоял на краю скалы над морем. Они с Мерседес часто приходили сюда во время его первого здесь заточения. Что же, значит, здесь все должно и закончиться. Какую участь определит ему его эр? Истинников за отравление кардинала Талига утопили в мешках вместе с ызаргами. А за отравление Первого Маршала Талига и соберано Кэналлоа с ним поступят так же? Или обойдутся без ызаргов? А может Рокэ проявит как обычно свою изощренную милость и его всего лишь отправят на плантации собирать шадди, где плеть надсмотрщика ежедневно будет полосовать ему спину до кровавых рубцов? В любом случае он примет все безропотно, ведь нарушить кровную клятву - обречь на гибель не только себя, но и весь род. Айрис теперь герцогиня Эпине, но есть еще и матушка и Эдит с Дейдри, да и прочие люди Надора не должны расплачиваться за ошибки своего герцога. "Как хочется жить, а нельзя." Ричард в последний раз глубоко вдохнул полюбившийся соленый воздух и направился к ожидавшей Соне. Во дворе замка он в последний раз потрепал по шее верой и правдой служившую ему лошадь и направился в дом. Но первой ему пришлось увидеть не герцога, а его жену. Мерседес куталась в тонкую шаль, словно пытаясь скрыть начавшую изменяться фигуру, но он сразу заметил ее одновременно смущенный и гордый взгляд. - Поздравляю, дора Мерседес. - он церемонно поклонился. - Рад вас видеть в добром здравии. - Герцог ждет тебя. - она порывисто вздыхает и когда Ричард поворачивается чтобы уйти неприметно осеняет его знаком. - Граф Штанцлер мертв. - сухо бросает Ричард, входя в зал и невольно задерживая дыхание при виде своего эра. В парадном одеянии, с герцогской цепью на груди Ворон выглядел так как будто собирался на очередной прием во дворце. Следы болезни исчезли с его лица и теперь он смотрелся столь же впечатляюще как в Фабианов день почти три года назад. - Прекрасно..надеюсь, вы понимаете, что определенную вам участь это никоим образом не изменит? - Понимаю.- все же его голос прозвучал глухо. - Что же...тогда... Жест Алвы был недвусмысленным и едва сдержав вздох Ричард покорно опустился на колени. Если он так хочет, пусть. И едва не поддался искушению закрыть глаза, когда Алва медленно потянул шпагу из ножен. Значит, все же решил казнить сам, своей рукой. Как это будет? В горло как Эстебана или в сердце как отца? Шпага герцога резко опустилась на его плечо плашмя. - Ричард Окделл достоин стать одним из талигойских рыцарей. Я свидетельствую это перед небом и землей. И только когда до конца осознавший и понявший все Ричард поднялся на ноги, в последний момент все же слегка пошатнувшись, Рокэ впервые за долгое время улыбнулся. Они прошли это испытание. Вместе. .... В тот вечер они вместе напились до кошек. Этого не было со времен Олларии. - Эр Рокэ... - Рокэ. - опять эта невозможная улыбка. - Теперь мы равны. И тем более неожиданной была перемена, когда утром страдавший от головной боли Ричард увидел перед собой совершенно свежего и собранного Алву, одетого как для обычной тренировки. - У нас с вами осталось еще одно незаконченное дело, герцог. - совсем иной, сухой тон, будто и не было вчерашнего вечера и задушевных разговоров. - Вы ведь бросили мне вызов в свое время и я его принял. Ваша служба у меня закончилась и мы можем теперь скрестить наши шпаги. - Рокэ...но ...я... - Если вы вчера напились настолько, что не в состоянии держать шпагу, то я дам вам отсрочку. - презрительно бросает Алва, уже готовясь уйти. - Нет, подождите. - в лицо бросилась кровь от унижения и злости. Вот почему так всегда? Даже уже став рыцарем Талига Ричард вынужден терпеть все изменения настроения этого невозможного человека. - Я готов. В небольшом дворике Рокэ ловко бросил ему шпагу. Ричард достаточно легко смог ее поймать. Отцовская. Откуда она здесь? - Предпочитаете дуэль до смерти? - равнодушно осведомился Алва. - Создатель...нет. - Тогда до первой крови? - вопросительно приподнятая бровь. Кошки закатные, да за что же он над ним сегодня издевается? - До тех пор пока обе стороны могут и хотят продолжать бой. - холодно отчеканил Ричард. Алва лишь согласно кивнул и буквально через пару секунд Ричард понял насколько же щадящими и легкими были все их тренировки. Похоже, что на сей раз о каком-то снисхождении можно было забыть. И все же Ричард смог выдерживать навязанный ему безумный темп. До поры до времени. Резкий удар по клинку и еще раз. Раненая в свое время рука отдается глухой болью. И снова удар в то же место. Переложить в левую и чуть сбиться с темпа. Вы же сами меня учили, герцог, я старался быть способным учеником. Шпага противника касается его груди чуть ниже ключиц. И тут же уходит в сторону, оставляя легкую, но успевшую закровоточить царапину. Опять играет, зачем? Отразив пару выпадов, Ричард внезапно остановился и опустил шпагу. - Довольно, герцог. Мы договаривались продолжать бой до тех пор пока обе стороны могут и хотят этого. Я не желаю более с вами драться. - Закатные твари, неужели все эти годы я растил труса? - усмехается Рокэ и Ричард от души желает в тот момент, чтобы он провалился куда-нибудь к своему родственнику. Ричард атаковал как никогда. Яростно и практически безупречно. Его клинок бы не смог отбить почти никто. Кроме Алвы. Задержав у эфеса шпагу Ричарда своим клинком Рокэ одновременно перехватил лезвие. Рукой без перчатки. "Рокэ, зачем? Шрам же останется. " - шевельнулась в голове непрошенная мысль. - Моя кровь на шпаге вашего отца. - герцог отступил на шаг, зажимая рану вышитым платком. - Скалы могут быть удовлетворены. Ричард на мгновение затаил дыхание, все еще до конца не понимая происходящее. А потом опустился на колени прямо на плиты двора, принося герцогу Алве новую присягу. Уже как своему королю.