Не финал

Не смотря на привычное прохладное начало, подойдя к своей середине, месяц май неожиданно решил взять курс на лето и вот уже несколько дней баловал жителей Нью-Йорка не по-весеннему тёплой погодой и ярким ласковым солнцем. Предприимчивые владельцы кафе и закусочных, мгновенно сориентировавшись, извлекли из запылённых кладовых уличные столики, ненавязчиво завлекая прохожих аппетитными ароматами снеди, свежесваренного кофе и многообещающей суетой официантов. Миловидная девушка с озорными хвостиками, в кепке с логотипом заведения и форменном длинном фартуке приветливо улыбнулась только что подошедшей компании студентов, вручила им несколько папок с меню, и, указав свободный столик на четверых, ловко заскользила по импровизированному уличному залу, собирая заказы. Верет, рыжеволосый парнишка лет 17-19 вежливо пододвинул стул одной из девушек, присел сам и огляделся. Ему нравилось это время года: первое тепло, свежая зелень деревьев, чистое небо, новые запахи, улыбающиеся лица прохожих. Это было так не похоже на то место где он жил раньше и куда, по правде говоря, ему совершенно не хотелось возвращаться. Планета Сакаар хоть и была его домом, ностальгии не вызывала: все, кто был ему дорог — умерли, а наследство своё он растерял где-то в космосе. Ни родных, ни дома, ни денег. Какие перспективы были у него, бывшего раба, на Сакааре? Пойти в сталкеры, бродить среди свалки, собирать мусор и поставлять бойцов на арену? Ни то, ни другое не привлекало, особенно после того, как ему самому довелось побывать на песке местного «Колизея». На Земле такого не было. За пять лет он привык к ней, изучил, освоился, стал человеком, насколько это возможно. Да и кому, глядя на него, придёт в голову, что он из другого мира? Во всяком случае не сидящим с ним за одним столом друзьям из академии. Для них он обычный парень Верет Блэббер — сирота из Аризоны. Почему из Аризоны? Достаточно далеко и жарко. Так Фил сказал, а Верет не стал спорить. Меж тем друзья углубились в изучение меню. — Ммм… Даже не знаю, что и выбрать, я бы всё съел! Парень в синем свитере азартно пробежал глазами по списку. — И куда только в тебя столько лезет, Рон! — фыркнула сидящая рядом с ним миниатюрная блондинка. — Ничего не знаю, — он весело улыбнулся и развёл руками, — у меня молодой растущий организм и он требует калорий! — Да уж, — проворчала девушка, немного завистливо, — а вот мой организм растёт исключительно в ширину! Я буду только диетическую колу! Она обиженно захлопнула папку, и откинулась на спинку стула. Рон ехидно хмыкнул, снова уткнулся в меню и с восторженным придыханием прочитал «чи-и-и-избургер!». Блондинка насупилась и издала раздражённый сдавленный стон. Сидящая напротив неё девушка покачала головой и вздохнула: — Перестань, Кейт, — её голос звучал успокаивающе, — ты отлично выглядишь! Правда ведь, Верет? Она повернулась к своему соседу в поисках поддержки. — Что? — «очнувшийся» Блэббер оторвался от занимавших его мыслей и удивлённо уставился на неё. — Я говорю, правда ведь, что Кетрин зря беспокоится, у неё отличная фигура, не так ли? Он озадаченно почесал макушку под форменной кепкой и посмотрел на Меган. По правде, она казалась ему гораздо более привлекательной. У неё были натуральные пепельно-русые волосы и глаза чайного цвета, с тёмными крапинками, а ещё ямочки на щеках. Они сидели рядом на занятиях по экономике, весь второй семестр и, поначалу, Блэббер даже заговорить с ней боялся, такой серьёзной и сосредоточенной она ему казалась, пока случайно не выяснилось, что она подруга девушки Рона. Естественно озвучивать данные мысли в слух Верет не стал, и только растерянно пробормотал: — Эммм… Не знаю… Да, наверное. Кейт же только рассмеялась в ответ: — Мэг, ну ты нашла у кого спрашивать! Он так занят учёбой, что красивых девушек рядом с собой совсем не замечает! И она хитро подмигнула подруге. — Не правда! — возмутился рыжий. — Я замечаю! И да, Меган права, ты в прекрасной форме! Блондинка обречённо закатила глаза и покачала головой — безнадёжен. — Эй! Ты что, к моей девушке подкатить решил? — притворно возмутился Рон, приобнимая Кетрин. — И за что я тебя терплю, Блэббер? — За лабораторную по информатике? — подсказала Кетрин. — И за тест по физике, — вставила Меган. — А также за мою скромность и врождённое обаяние! — подытожил Верет. — Ну, наверное, уже и заказывать можно! — Рон поторопился сменить тему. — А где наша официантка? — Блэббер закрутил головой, пробегая глазами по залу. Встретившая их девушка как раз принесла кофе молодому человеку с ноутбуком, чей столик был чуть в стороне. Лица мужчины Верет не видел, но что-то в его фигуре показалось ему странно знакомым. Парень подался назад, пытаясь рассмотреть посетителя получше, постепенно отклоняясь всё сильнее и сильнее, но тот так и не повернул головы. — Верет! Рыжий дёрнулся вперёд, при этом достаточно громко стукнув о пол ножками вернувшегося в нормальное положение стула. — Скажи, это ты так проголодался или тебе просто девушка понравилась? — Рон с удивлением смотрел на приятеля. — Нет. Всё нормально, — отмахнулся он, — просто показалось кое-что. Официантка, наконец, подошла к их столику и достала блокнот, приготовившись записывать. Меган начала убеждать Кейт всё же заказать что-нибудь, а Верет снова принялся разглядывать незнакомца за ноутбуком. В нём не было ничего необычного: голубые джинсы, рубашка навыпуск, тёмные волнистые волосы до плеч. Таких на улицах десятки, а то и сотни, и всё равно, что-то неуловимое в движениях, жестах, делало его настолько похожим на того, кто никак не мог сейчас быть здесь, что становилось немного жутковато. Ведь тот другой был давно мёртв. — А что для Вас? Вопрос официантки вырвал Блэббера из задумчивости. — М? — Ты что будешь? — повторил её вопрос Рон. — То же самое — Верет мотнул головой в сторону друга. Девушка понимающе кивнула и сделала пометку в блокноте. — Заказ будет готов минут через 15-20, а напитки я сейчас принесу. Она собрала со стола меню и удалилась в сторону кухни. Верет проводил её взглядом. Она снова приостановилась у столика с заинтриговавшим его посетителем, перекинулась с ним парой слов, что-то убрала в карман фартука. На миг мелькнул и снова пропал профиль, но даже за эту долю секунды глаз различил схожие черты. Блэббер стал судорожно придумывать повод пройти мимо. Увидеть лицо таинственного гостя стало для него практически жизненно необходимым. Меж тем брюнет неторопливо допил свой кофе, захлопнул крышку ноутбука и поднялся с места. Верет не выдержал и тоже вскочил. Он, поминутно извиняясь, протиснулся между столиков и схватил уже собравшегося уходить мужчину за плечо: — Господин! Мужчина обернулся. Он удивлённо смотрел на юношу, такой до боли знакомый: всё те же острые скулы, внимательные зелёные глаза слегка нахмуренные угольно-чёрные брови. — Тебе чего, парень? — спросил он, закидывая на плечо ремень сумки. И голос! Голос тоже был его! Блэббер почувствовал, как его рот сам по себе расплывается в довольной улыбке. — Господин, Вы живы! Мужчина нахмурился ещё сильнее. — Если ты не в курсе, то рабство отменили в 1865 году. Улыбка медленно сползла с веснушчатой физиономии юноши. — Локи, но это же я, Верет! Он снова озадаченно осмотрел своего собеседника. Тот был определённо похож на Лафейсона как две капли воды, только вот царевич Асгарда, которого помнил маленький сакаарец, кажется, был немного старше и чуть выше ростом. Этот же, хоть и превосходил Верета почти на целую голову, походил скорее на его старшего брата или товарища, чем на того взрослого мага, на которого маленький рыжий мальчишка восхищённо смотрел снизу-вверх. Или же это просто Блэббер вырос, а Локи ни капли не изменился за эти пять лет. Но разве это возможно? Брюнет, меж тем на секунду задумался, внимательнее всмотрелся в озадаченное лицо юноши и отрицательно покачал головой: — Ты ошибся, меня зовут Джон. Он снял со стула свою куртку и пошёл прочь. Верет растерянно смотрел ему в след.

***

— Блэббер, ты идёшь? — Да, сейчас! — отозвался Верет, закидывая в рюкзак конспекты. Он выскочил из аудитории, водрузил на рыжую шевелюру бейсболку, и в несколько быстрых шагов догнал свою группу. — Я ничего не пропустил? — Блэббер хлопнул по плечу одного из парней. — Если не считать нытья Сэма, то ничего, — флегматично пожал плечами сокурсник. Вышеозначенный Сэм немедленно придал своему розовому пухлому лицу плаксивое выражение и возразил: — И ничего я не ною, говорю вам, он меня реально ненавидит! — Профессор Петерс? — понимающе уточнил Верет, и получил в ответ утвердительный кивок. Он ловко закинул рюкзак за спину и усмехнулся. — Сэмми, — голос Верета обрёл тон старого маститого психотерапевта, — давай попробуем взглянуть на эту проблему с другой стороны и найти в ней положительные стороны! Блэббер покровительственно приобнял расстроенную жертву профессорской нелюбви. Сэм недоверчиво покосился на рыжего, но отстраняться не стал. Где-то за их спинами раздался чуть слышный сдавленный смешок. Верет продолжил: — Я бы, на твоём месте, расценивал это как знак особого отличия! Только подумай, пройдут годы, и как ты считаешь, кого из своих студентов он вспомнит с нежной грустью? Меня? Или Джоша? А может Пола? Нет, мы сотрёмся из его памяти, как и сотни других! В ней останется только самый уникальный, самый яркий его ученик, и это ты, Сэм! — Думаешь, я уникальный? — в голосе Сэма звучало справедливое сомнение. — Конечно! Знаешь, я тут навёл справки, — рыжий перешёл на вкрадчивый шёпот, — и мне сказали, что ещё ни разу не слышали, чтобы профессор так орал! Что это как не уникальный случай? Поздравляю, ты вошёл в историю этой академии! Сзади раздался уже нескрываемый дружный смех. Сэм обиженно скинул с плеча руку Верета и выдохнул: — Ну ты и трепло! — Да знаю, знаю, слышал уже! — с усмешкой отмахнулся рыжий, и толкнул входную дверь. Вся группа дружно высыпала на крыльцо и двинулась к воротам. Сэм ещё немного помолчал, затем снова поравнялся с Блэббером: — Слушай, лучше бы серьёзно подсказал что делать, — и, вздохнув, добавил, — на тебя-то он не орет! — Да он ни на кого не орет, — отмахнулся Верет, — точнее не орал, до тебя. Не знаю, попробуй просто выучить, говорят помогает, даже с профессором Петерсом. — Легко тебе говорить, у тебя вон голова какая — сник Сэм. — Рыжая? — снова хмыкнул Блэббер. — Извини, голову одолжить не могу, а вот конспекты — пожалуйста! Обращайся. За разговорами они дошли до ворот академии. — Эй, парень! — послышался знакомый голос. Верет оглянулся на зов и увидел вчерашнего брюнета. Тот отошёл от решётки, у которой, видимо, простоял какое-то время и сделал несколько шагов в направлении группы студентов. — Привет! Ты Верет, кажется? Он заложил руки в карманы джинсов и с интересом изучал Блэббера, при этом взгляд его был сосредоточенный и немного напряжённый. Верет утвердительно качнул головой. — Можем поговорить? Мужчина приглашающее кивнул куда-то в сторону и вопросительно поднял бровь. Блэббер на секунду задумался, обернулся к замершим у него за спиной товарищам: те молча наблюдали за происходящим. — Верет? — окликнул его один из них. — Идите без меня, — коротко бросил рыжий, и послушно последовал за назвавшимся Джоном. — Как ты меня нашёл? — спросил он, когда они отошли на несколько шагов. Почему-то из миллиона крутившихся в голове вопросов, парнишка смог выдавить из себя только этот, самый, по сути, не важный. — У тебя бейсболка лётной академии. Вот пришёл на удачу, к окончанию занятий, — пояснил новый знакомый. Верет машинально стянул с головы свою синюю кепку и взглянул на вышитый биплан — действительно узнаваемый знак. Что ж, надо признать, Локи и раньше был очень наблюдательным. — Садись. Джон распахнул дверь старенького авто пропуская Верета на пассажирское сидение. — Тут не помешает никто, — пояснил он, занимая место водителя. Парнишка кинул рюкзак в ноги и постарался устроиться поудобнее, однако расслабиться не удавалось, всё же не каждый день встречаешь оживших покойников. Верет покрутил головой осматриваясь. Всё это было так не похоже на того Локи, которого он знал: этот ничем невыразительный стиль одежды, эта неприметная машина, словно царевич пытался привлекать как можно меньше внимания. Блэббер почему-то сразу подумал, что его рыжая шевелюра совершенно не способствует необходимой господину конспирации и снова нахлобучил бейсболку. Потом задумался, вспомнил как быстро по ней его вычислил Локи, снял, и поспешно засунул злосчастный головной убор в рюкзак. В салоне повисло тягостное молчание. Джон положил руки на руль, выдержал небольшую паузу и, наконец, с сомнением спросил: — Так ты действительно знаешь меня? Вопрос прозвучал хоть и настороженно, но абсолютно искренне. Верет изумлённо вгляделся в столь знакомое ему лицо: — Ты что меня совсем не помнишь? Брюнет коротко хмыкнул и всплеснул руками: — Я себя-то не помню, не то что тебя! У Блеббера от удивления вытянулось лицо: чего уж он точно не наблюдал за всё время знакомства с царевичем, так это наличия у него провалов в памяти. — Но как такое может быть? — Это называется ретроградная амнезия, дружок. Я помню только последние пять лет своей жизни. — Вообще ничего? — допытывался Верет, — Ничего из прошлого? Даже имени? — И даже имени, — подтвердил брюнет, потом нахмурился и добавил, — Но вот это… как ты меня вчера назвал? — Локи. — Локи… — он перекатил это слово на языке, словно пробуя на вкус. — Это показалось мне почему-то знакомым. — Пять лет назад тебя звали именно так, — грустно улыбнулся парнишка. — Мы с тобой были близко знакомы? Долго? Вопросы бывшего царевича Асгарда становились всё короче и отрывистее и, если бы Верет не знал его достаточно хорошо, то решил бы что Лафейсон нервничает. — Не то что бы очень долго, но довольно близко, я бы сказал. — Сколько тебе лет? — Локи-Джон подозрительно скосился на Верета. — Я взрослый уже, — почему-то обиделся тот. — Сколько? — Джон переспросил строго и требовательно. — Ну, по паспорту 18. А что? — Значит, тебе было 13… Ты вчера назвал меня господином. Почему? Хотя нет! Подожди. Если это как-то связано с какой-нибудь БДСМ-педофилией, я не уверен, что хочу это знать! Никогда ещё Верет не видел царевича таким растерянным, и, казалось даже, немного напуганным. — Да ты мне как отец был! — поспешил он успокоить Локи, но осёкся, и, ещё раз оценив нынешнюю разницу в возрасте, уточнил, — Нууу, то есть как старший брат. — Поехали — облегчённо выдохнул Лафейсон. — Куда? — Ко мне домой. Поговорим в более комфортной обстановке.