Время лечит всё

      — Я не думала, что ты вернёшься, — сказала Энни, осторожно протягивая руку, чтобы ухватиться за прутья решётки. — По крайней мере, не так скоро.       Внезапно Эрен опустил глаза, не в силах встретиться с ней взглядом.       — Я сожалею о том, что случилось. Я не был готов к встрече с тобой.       — А теперь ты боишься?       Прикусив губу, парень кивнул.       — Так же, как и я, — неловкое молчание повисло между ними, пока Эрен изучал условия, в которых находилась Леонхарт. — Эм… ты в порядке? Здесь, внизу?       Энни отошла от решётки и оглядела себя и разорванные остатки одежды.       — Не очень, — тихонько хихикнула девушка.       Сжав кулаки, Йегер почувствовал, как закипает его кровь.       — Так и знал… Они причиняли тебе боль всё это время. Я должен был что-то сделать.       Пожав плечами, Леонхарт слегка улыбнулась ему.       — Я была бы тебе очень признательна.       — Могу я тебе чем-нибудь помочь? — спросил он, снова повернувшись к девушке.       — Вытащить меня отсюда было бы хорошим началом.       На этот раз Эрен искренне рассмеялся, встретившись взглядом с синими, как океан, глазами Энни.       — Я вообще не должен сюда спускаться. Я не знаю, что подумает командир, если я отпущу тебя.       Прищурившись, блондинка шагнула вперёд.       — Что ты имеешь в виду? Мы договорились, что я буду сотрудничать в обмен на встречу с тобой.       — Договорились? — парень вытаращил глаза.       — Конечно, это имеет смысл, если бы он солгал мне.       — Кто он? Энни, что происходит?       — Армин приходил сюда раньше. Он сказал, что командир позволит мне снова встретиться с тобой в обмен на моё сотрудничество, и, похоже, тебе никто не сказал.       — Армин?! Армин был здесь, внизу?! Ему позволили спуститься сюда?!       Энни медленно кивнула.       — Мне сказали, что ты не хочешь со мной говорить. Они сказали, что если я буду сотрудничать, то они убедят тебя прийти сюда.       На мгновение ослепленный гневом парень ударил кулаками по решётке.       — Они лгали! Последние несколько дней мне было плохо, из-за того, что я сказал тебе.       Ничуть не смущённая его внезапной вспышкой, Энни покачала головой.       — Если тебе не суждено быть здесь, как ты можешь быть здесь?       — Нуууу… Мне помог Леви.       Слегка отшатнувшись при звуке его имени, девушка глубоко вздохнула.       — Почему именно он помог тебе увидеть меня?       — Я… я ещё не уверен, но он сильно рискует, чтобы позволить мне быть здесь.       — И что же ты сделал? — спросила она, скрестив руки на груди.       Потирая затылок, Эрен почувствовал, как вспыхнули его щёки.       — Я планировал… — он сделал паузу, чтобы сделать глубокий вдох. — Выстрелить в окно командира, чтобы отвлечь охрану от твоей двери.       — Ты собирался застрелить командира? — девушка вытаращила глаза.       Йегер отрицательно покачал головой.       — Нет. Я не собирался стрелять в командира. Я просто собирался выстрелить в её окно.       Ущипнув себя за переносицу, Энни вздохнула.       — Ты действительно идиот.       — Мне просто нужно было увидеть тебя снова. Это сводило меня с ума.       Сделав всё возможное, чтобы побороть румянец на щеках, Энни оттолкнулась от решетки.       — Хороший псих или плохой псих? — спросила она, заправляя волосы за ухо.       Усмехнувшись, Эрен скрестил руки на груди.       — Именно это я и хочу выяснить. Хистория сказала мне спуститься сюда и выяснить, что я чувствую к тебе.       — И как у тебя с этим обстоят дела?       — Я всё ещё пытаюсь это выяснить.       Закусив губу, девушка собралась с духом.       — Тебе нужна помощь?       — Что?       Ответ Энни пришёл, когда она протянула руку через решётку и нежно коснулась его щёки, она колебалась только мгновение, чтобы увидеть, отстранился ли он, и хотя его глаза были широко раскрыты от шока, он оставался неподвижным, когда она поднесла свою ладонь к его лицу. Видя его молчание как согласие, Энни сократила расстояние между ними и почти задохнулась от ощущения своей кожи рядом с его.       Её прикосновение было таким нежным, что Эрен даже не был уверен, что она коснулась его, пока она крепко не прижала свою руку к нему.       Как будто электрический ток прошёл через его тело, парень слегка отстранился, когда его грудь сжалась.       — Прости. Это… было давно.       — Всё в порядке. Делай это в своём собственном темпе, — сказала Энни, снова прижимая руку к боку.       Йегер медленно протянул руку, просунул её сквозь прутья решётки и поднёс к лицу девушки. Он колебался всего в нескольких сантиметрах от её кожи, казалось, не в силах преодолеть расстояние между ними. Эрен закрыл глаза и покачал головой, собираясь убрать руку, но что-то остановило его.       Открыв глаза, Эрен обнаружил, что Энни сжимает его руку. Блондинка медленно прижалась щекой к его руке, не отрывая взгляда.       Задыхаясь, Эрен подавил слёзы.       — Я думаю, ты можешь вести себя как леди… иногда, — он усмехнулся, делая шаг ближе к решётке и Энни.       Леонхарт посмотрела на него и улыбнулась.       — Теперь ты понимаешь?       — Я многое понял, Энни. Но у меня всё ещё много вопросов, — девушка села перед ним и жестом пригласила его сделать то же самое. — И я хочу знать правду, — добавил он, усаживаясь напротив неё на каменный пол. Едва заметно кивнув, Энни согласилась. — Ладно… Зачем ты меня учила?       — Ты меня отвлекал. Проводя время с тобой, я забываю, зачем на самом деле здесь. Ты дал мне возможность сосредоточиться на чём-то другом.       — А как насчёт того времени, когда мы… были вместе? Неужели это был отвлекающий манёвр?       Энни переводила взгляд с Эрена на пол.       — Если бы ты спросил меня об этом до того, как меня схватили, я бы сказала, что это была ошибка. Быть с тобой не было частью плана, это была… моя слабость.       — Слабость? — Эрен слегка прищурился и наклонился вперёд.       — Меня учили быть воином, который убьёт всех дьяволов на этом острове, но я потерпела неудачу. Мне нравилось отвлекаться и… я всё испортила из-за этого.       — А как насчёт леса? Может быть, ты тогда отвлеклась? Когда ты убила сотни солдат, только для того, чтобы добраться до меня?       Глядя в потолок, Энни глубоко вздохнула.       — С тех пор как я стала достаточно взрослой, чтобы ходить, мне говорили, что мир станет лучше, если я умру, и что единственный способ искупить преступления, которых я никогда не совершала, это стать Женской особью и убивать.       — Я… Я сожалею, но это просто трудно пережить.       — Тогда злись. Злись на меня. Спроси меня, почему я это сделала?       Стараясь изо всех сил подавить ярость в своей крови, Эрен сжал кулаки.       — И каков же был твой план? Выйти из леса и что дальше?       — Я собиралась дать сигнал Райнеру и Бертольду, и они отвезут тебя обратно в Марли. Если бы всё шло по плану, ты бы никогда меня не увидел. Вот почему я убежала в Стохесс, вместо того чтобы взять тебя с собой.       — Ты не смогла с этим справиться? И всё это ты не могла заставить себя рассказать мне?       — А что бы я сказала?       — Извини! — закричал Эрен. — Извини, что убила сотни тысяч людей. За то, что убила мою маму!       Энни отрицательно покачала головой.       — А тебе от этого стало бы легче? Если бы мне пришлось потерять тебя ради моей миссии, я бы сделал это по-своему.       — Зачем тебе терять меня? Ты могла бы остаться с нами. Могла бы помочь нам.       Леонхарт снова покачала головой.       — Я дала себе слово однажды вернуться домой, если дом всё ещё там.       — Твой отец?       Энни медленно кивнула.       — А теперь я могу задать тебе несколько вопросов? — спросила Леонхарт, и на этот раз Йегер кивнул. — Сколько лет тебе осталось?       Глаза Эрена расширились, а грудь сжалась.       — Пять лет.       — И что же ты собираешься делать? Пять лет — это не так уж много.       — У меня нет особого выбора. Мне нужно идти к Марли.       — Ты проиграешь.       — Ты этого не знаешь, — возразил Эрен.       Энни ухмыльнулась.       — Я знаю. Я знаю, с какой империей ты собираешься воевать, и знаю, что ты проиграешь.       — Нет, если ты будешь сражаться вместе с нами.       Девушка снова покачала головой.       — Даже если я буду драться с тобой, мы всё равно проиграем. Есть только один способ победить, но он разрушит всё в процессе.       — Колоссальные титаны.       Глаза Энни слегка расширились, когда она наклонилась вперёд.       — Откуда ты о них знаешь?       — Мы знаем о них и о Титане основателе, всё.       — И ты не будешь использовать его на войне?       Отвернувшись, Эрен вздохнул.       — Мы не можем им воспользоваться.       — А почему бы и нет?       — Потому что у меня есть Титан основатель.       Глаза Энни широко раскрылись.       — Но как?       — Мой отец украл его у королевской семьи и передал его мне.       — Я никогда раньше не слышала, чтобы один человек держал сразу двух титанов.       Эрен отошёл в сторону и прислонился к решётке.       — Ну, это можно сделать, но это означает, что мы не можем использовать силу Титана основателя.       — Тогда зачем же ты идёшь на войну? Ты превосходишь их числом и вооружением.       — Потому что там наш враг… Потому что я должен продолжать двигаться вперёд, пока наши враги не уйдут.       — Но почему? У тебя есть ещё несколько лет, почему бы тебе не жить счастливо?       Эрен отрицательно покачал головой.       — Я уже начал этот путь, но слишком далеко зашёл, чтобы остановиться.       — Значит, теперь всё дело в том, кто из нас настолько сумасшедший, чтобы последовать за тобой.       Запустив пальцы в волосы, Эрен рассмеялся.       — Жан, наверное, согласился бы с тобой.       — Потому что я права. Ты втягиваешь людей в войну, которую они не могут выиграть.       — Ты не знаешь, на что мы способны. Мы все изменились.       Приподняв бровь, девушка встала и скрестила руки на груди.       — Ты способен на большее, чем быть съеденным? — Эрен выпрямился во весь рост и посмотрел в глаза Леонхарт, готовый возразить, но обнаружил, что не может говорить. — Ну и что? Что ты можешь сделать?       Потерявшись в её глазах, парень почувствовал, как его сердце забилось быстрее, когда она заговорила. Он медленно протянул руку, взялся за замок на маленькой двери и закрыл глаза. Выбив костяшки пальцев о металл, Йегер поднёс другую руку к открытому рту и, прежде чем Энни успела остановить его, впился зубами в ладонь.       Когда Эрен открыл глаза, он посмотрел вниз и улыбнулся при виде теперь уже разрушенный решётки. Только тогда он вздрогнул от жжения, которое расцвело на его руке, он потянул на себя дымящуюся плоть, которая обернулась вокруг и искривила металлические прутья. Ему не потребовалось много усилий, чтобы оторваться от уже испаряющейся конечности, и, согнув руку, он повернулся к Энни.       — У меня было много времени, чтобы попрактиковаться, — ухмыльнулся Йегер.       — Это было… умно, — сказала она, отступая назад, когда Эрен вошёл в её камеру.       Парень пожал плечами.       — Если меня когда-нибудь поймают под землёй, Ханджи хотела, чтобы у меня был выход.       — Ну, кажется, это сработало, — ответила блондинка, указывая на разрушенный замок. — А у тебя есть ещё какие-нибудь способы покрасоваться?       Эрен скрестил руки на груди и покачал головой.       — У меня должны быть какие-то секреты.       — Я когда-нибудь увижу их?       — Если ты будешь драться со мной, тогда может быть, — Йегер пожал плечами.       Закатив глаза, Энни сделала шаг в сторону Эрена.       — Я уже сказала, что буду сражаться за Развед корпус.       Эрен снова покачал головой.       — Я говорю не о Развед корпусе. Я говорю о нас с тобой. Я хочу, чтобы мы снова тренировались вместе, как раньше. Я думаю, что это было бы… хорошим началом для нас.       — Хорошим началом?       — Да, — внезапно ответил Эрен, не в силах встретиться с ней взглядом. — Хорошим началом.       — Хочешь попробовать ещё раз?       Йегер кивнул.       — Я… я знаю, что у нас мало времени, но…       Энни заставила его замолчать, шагнув вперед и сократив расстояние между ними, оставив только миллиметры.       — Прошло три года, а ты всё ещё спотыкаешься в своих словах, — она нежно улыбнулась.       — Я понял всё это всего пару дней назад. Ты ожидала, что я подготовлю для тебя полную речь?       Напевая, Энни поднесла руки к щекам Эрена.       — Может быть, мне стоит подождать, пока ты произнесёшь речь.       Он ухмыльнулся, когда Энни повела его к себе.       — Не думаю, что ты захочешь ждать так долго.       Энни закатила глаза, прежде чем, наконец, прижаться губами к губам Эрена.       Всё тело парня содрогнулось от этого прикосновения, как будто молния прошла сквозь его кожу. Какое-то мгновение он раздумывал, не отстраниться ли ему от шока, но тепло, исходившее от губ Энни, растопило все оставшиеся сомнения. Эрен медленно отдался поцелую и обвил руками её маленькое тело, чтобы притянуть её ближе к себе. Когда поцелуй углубился, линии между их телами размылись, и Эрен позволил Леонхарт прижать его к стене.       Ощущение холодного камня на спине заставило Йегера усилить поцелуй между ними, раздвинув губы, он застонал, прижимаясь руками к её пояснице, прижимая её ближе к себе.       Расставшись, чтобы перевести дыхание, Энни поймала себя на том, что смотрит Эрену прямо в глаза. Несмотря на то, что прошло всего несколько недель с тех пор, как она в последний раз видела его таким страстным, она ясно видела усталость, которая мучила его годами.       — Ты выглядишь ужасно, — тихо сказала она.       — Я чувствую себя гораздо лучше, чем выгляжу, — усмехнулся он, прижимаясь лбом к её лбу.       Закатив глаза, Энни мягко высвободилась из его объятий.       — Ты всегда умел делать храброе лицо. Приятно знать, что это не изменилось, — сказала она, указывая на маленькую кровать, выступающую из стены её камеры. — Тебе лучше прилечь.       Эрен отрицательно покачал головой.       — Хватит с меня лежаний. Я не хочу тратить на тебя время, которое у меня ещё осталось.       — А? Разве ты не собираешься броситься на войну и умереть?       — Я не собираюсь умирать. Я… Убедившись, что у меня нет никаких сожалений, если тебя снова заберут у меня, я хочу сказать всё и сделать всё, что я хочу сделать.       — Заберут? Я точно никуда не уйду, — сказала она, оглядывая свои каменные стены.       — Ты не знаешь? — Эрен вытаращил глаза. — Ханджи планировала увезти тебя от меня. Куда-нибудь, где я не мог бы вмешиваться в её допросы.       Вздохнув, Энни потерла глаза ладонями.       — Так вот для чего Армин хотел моего сотрудничества. Они никогда не собирались позволить мне увидеть тебя, они просто хотели, чтобы я вела себя хорошо, когда они заберут меня в какую-то другую камеру.       Эрен сжал кулаки.       — Не могу поверить, что он тебе солгал.       — Похоже, это вполне в его характере — манипулировать людьми, — отступив на шаг назад, он вспомнил, как был привязан к спине Бертольда и Армин смотрел на него с садистской улыбкой. — Он и меня уговорил пойти с тобой в Стохесс. Я бы не хотела, чтобы он попробовал ещё раз, и дай мне угадать, — сказала она, скрестив руки. — Он пытался помешать тебе прийти сюда и увидеть меня такой.       — Н-но почему?       — Может быть, он думал, что помогает тебе. Может быть, он думал, что я всё ещё опасна.       Эрен зажмурился и покачал головой.       — Но я сказала ему, что мне нужно спуститься сюда. Вместо этого он использовал меня.       — Он солдат и относится к этому как к войне.       — Я его друг! — Закричал парень, ударив кулаком по стене. — Я устал от того, что со мной обращаются как с оружием.       — А ты им об этом говорил?       — Ну конечно, говорил. Но они говорят мне, что я сражаюсь с ними, а не за них.       Подойдя к нему, Энни попыталась переплести свои пальцы с его.       — Сомневаюсь, что ты ещё долго будешь сражаться, раз уж не подчинился приказу. Может быть, свободное время тебе поможет.       — Да, снова оказаться запертым в тюрьме — отличный способ всё уладить.       — Они бы тебя не заперли. Ты слишком много значишь для них.       — Теперь ты говоришь, как они, — сердито сказал Эрен.       Энни вздохнула.       — Возможно, тебе придётся смириться с тем, что они видят в тебе оружие. Средство для достижения цели.       — И как же мне это сделать?       — Я помогу тебе справиться с этим, — сказала Энни, шагнув к нему. — Раньше ко мне относились скорее как к титану, чем как к человеку.       Эрен медленно разжал кулаки, позволяя Энни взять его за руку.       Йегер сжал руку Леонхарт и повернулся к ней. Он поднёс свободную руку к её щеке и нежно заправил волосы за ухо. Наклонившись вперёд, он застал её врасплох и прижался губами к её губам. Тепло разлилось в груди Энни. Его прикосновения были мягкими и лёгкими, он обращался с ней так, словно она могла сломаться в любой момент.       — Я скучал по тебе, Энн, — прошептал он ей на ухо.       — Ты можешь простить меня? Вот так просто? — тихо спросила девушка, положив голову ему на грудь.       Эрен отрицательно покачал головой.       — Нет, я не могу простить. Но я могу понять тебя. Не только дерьмовый лжец и спарринг-партнёр, но и вся ты. Я всё это вижу и всё ещё хочу, чтобы ты была рядом.       — О, пожалуйста, — хихикнула блондинка. — Мы оба знаем, что я всегда была на пару шагов впереди тебя.       — Как я уже сказал, я изменился.        — Пожалуй, ты прав. Ты пришёл сюда. Эрен, которого я знала раньше, даже не взглянул на меня после Стохесса.       — Какое-то время я этого не делал, — вздохнул Эрен, обнимая её за спину. — Какое-то время я был так растерян и зол. Потом мы узнали о Райнере и Бертольде, у меня просто не было времени даже подумать о тебе.       — А теперь?       — А теперь я хочу держать Ханджи подальше от тебя.       Прижавшись лбом к его груди, Энни улыбнулась.       — Не думаю, что это сработает, учитывая, что она командир Развед корпуса, а ты нет.       — Я хочу, чтобы ты была в безопасности.       — И я вижу, что ты готов ослушаться приказа сделать это, по крайней мере, эта часть тебя не изменилась.       — Только когда эти приказы неверны, — пожал плечами Эрен.       Энни открыла было рот, чтобы ответить, но её остановили выстрелы. Они оба повернули головы к двери.       — Это как-то связано с тобой? — спросила она.       Стиснув зубы, Эрен оторвался от Энни и шагнул к двери.       — У нас нет времени. Ханджи поняла, что происходит.       — Я так понимаю, они скоро будут здесь.       — Да, у нас не так уж много времени, — готовясь, объяснил Эрен.       Когда они услышали торопливые шаги внизу, Энни отступила в темноту, а Эрен поднёс руку к открытому рту. Мгновение спустя дверь распахнулась, и Леви вбежал в комнату, с широко раскрытыми глазами Йегер опустил руку и помог закрыть дверь.       На мгновение Аккерман перевёл дыхание и посмотрел на Эрена и искорёженную металлическую дверь позади него.       — Ты это сделал?       — Д-да.       Леви закатил глаза и закинул винтовку на плечо.       — Отлично, ты сможешь объяснить это Ханджи, когда она придёт сюда и арестует нас.       — Кто же тогда стрелял?       — Я, — объяснил мужчина. — Я предупредил их, чтобы они держались подальше, они отступили, и я спустился сюда.       — Значит, это нормально, когда ты стреляешь в людей, но когда я предлагаю, это звучит глупо?       Повернувшись к нему, Леви встретился взглядом с Эреном и смерил его взглядом.       — Это то, о чём ты хочешь спросить сейчас? У нас есть несколько минут до того, как нас арестуют и отдадут под трибунал, а ты хочешь поговорить об этом? Если хочешь помочь, тащи сюда своего маленького монстра, чтобы он помог мне забаррикадировать дверь.       Энни вышла на свет и уставилась на Леви.       — Почему я должна помогать тебе сражаться против твоего начальства?       — Потому что если бы не я, Эрен не пришёл бы сюда, — объяснил Аккерман.       Эрен встал между ними и покачал головой.       — Она не может нам помочь.       — Если ваш командир спустится сюда и увидит, что я помогаю вам, она убьёт меня на месте. Всё, что я могу, — это оставаться в своей камере.       Тяжело вздохнув, Леви повернулся к двери и загородил её винтовкой.       — Ладно, оставайся в своей чёртовой камере. Эрен, ты готов доказать ей свою преданность? — спросил он, указывая на Энни.       Эрен немедленно кивнул и сжал кулаки за мгновение до того, как громкий стук сотряс дверь.       — Капитан! Сейчас же откройте дверь! — крикнул кто-то из-за двери. — Если Вы не откроете и не сдадитесь, мы выломаем эту дверь!       — Мы готовы сражаться. Если вы не хотите сражаться с нами, то приведите командира для переговоров.       — Командир здесь, Леви! — крикнула Ханджи. — О чём ты только думаешь делая это?       — Ты не хотела давать Эрену ещё один шанс, а я был готов.       Мужчина услышал вздох Ханджи с другой стороны двери.       — Значит, первой твоей мыслью была измена?       — Походу.       — Так чего же ты надеялся добиться, сделав это, Леви?       — Нам нужно, чтобы Энни была на нашей стороне. Даже я готов признать, что ошибаюсь. Держа её в темнице, мы ничем не сможем ей помочь.       — Значит, её следует приветствовать как одну из нас?       Упёршись кулаком в дверь, Леви вздохнул.       — Нет, мы можем её контролировать. Эрен может держать её.       — Эрен скомпрометирован.       На этот раз мужчина ударил кулаком по двери.       — Зое, — тихо позвал он. — Она нужна нам не только как оружие, но и в принципе. Мы должны быть лучше тех, кто на нас напал. Просто потому, что некоторые из нас готовы отказаться от своей человечности, это не значит, что мы все должны это делать. Я думал, что мы стали монстрами, чтобы спасти других от принятия решений, которые мы сделали.       Тяжёлая тишина повисла в воздухе, когда Леви и Ханджи уставились друг на друга через деревянную дверь. После того, что казалось часами, Ханджи наконец заговорила:       — Лейтенант, откройте эту дверь и арестуйте капитана Леви Аккермана и Эрена Йегера.       — Т-так точно, командир, — подтвердил знакомый голос. — Приготовить оружие!       Леви стиснул зубы и оттолкнулся от двери.       — Ладно. Мы делаем это по её правилам.       — И какой у нас план? — спросил Эрен.       — Не надо с ними драться. Мы и так уже достаточно сделали.       Прежде чем Эрен успел ответить, дверь разлетелась в щепки, и по комнате эхом прокатилась стрельба. Заткнув уши, Энни могла только наблюдать, как солдаты хлынули в её тюрьму и повалили Эрена и Леви на землю, двое солдат стояли в разрушенном дверном проёме её камеры с винтовками наготове, направленными ей в грудь. Стоя с поднятыми руками, девушка смотрела, как Эрена уводят от неё, однако на этот раз она не была обеспокоена или полна неуверенности, когда они тащили его прочь, их глаза встретились на мгновение, и в этот момент они оба улыбнулись, зная, что скоро снова увидятся.